Глава 42

Чтобы не вызывать подозрений, Хигума сделал вид, будто он в недоумении, и посмотрел на Гэндзо. Тот лишь покачал головой и беспомощно улыбнулся, а его отношение к Хигуме заметно потеплело: — Господин Хигума, если не возражаете, можете пойти посмотреть. Нами не врёт, она действительно знает, где есть апельсины. Всего одна фраза, и отношение Нами и Гэндзо к нему изменилось — вот она, сила фрукта Бутылочки, позволяющая читать сердца людей. — Капитан, разве вы не ненавидите апельсины? — с недоумением спросил Том. Ранее Хигума специально рассказывал ему о своих предпочтениях, и Том отчётливо помнил, что тот не любил апельсины. — Теперь люблю, не твоё дело. Под предводительством Нами они быстро добрались до апельсиновой рощи рядом с её домом. — Видишь, дядя, я же не обманула! — радостно воскликнула Нами, раскинув руки, словно хотела обнять всю рощу. Хигума подошёл, сорвал апельсин, попробовал и с довольным видом произнёс: — Хм, неплохо. Та тысяча белли за услуги проводника твоя. — Ее-е-есть! — подпрыгнула от радости маленькая Нами. Любовь Нами к деньгам была вызвана не только уговором с Арлонгом о покупке деревни за сто миллионов белли, но и, в первую очередь, тем, что её семья с детства жила в бедности, а Бельмере умерла из-за нехватки денег. Хотя у них и была большая апельсиновая роща, из-за близости к морю часто случались штормы и цунами. Уже было большой удачей, если роща оставалась невредимой. А даже в урожайные годы апельсины не продавались дорого — заходящие торговые суда старались максимально сбить цену. Такие фрукты, как апельсины, долго не хранятся, поэтому приходилось уступать. В результате чего, семья Нами всегда была бедна и едва сводила концы с концами. Таким образом, Нами с детства донашивала одежду за Нодзико, а на любимые книги у неё никогда не было лишних денег. Но несмотря на это, и Нами, и Нодзико искренне заботились о Бельмере. Перед приходом Арлонга, когда Нами поссорилась с ней из-за старой одежды и ушла, её первой мыслью было: "Если бы нас не было, Бельмере жилось бы лучше". Из чего следует, что дети из бедных семей рано взрослеют, а доброта Нами была просто душераздирающей. Именно поэтому, услышав, что Хигума хочет купить много апельсинов, она и Гэндзо так обрадовались. — Эй! Дядя, не смей срывать чужие апельсины! — раздался в этот момент детский голосок, и следом подбежала девочка с голубыми волосами и смуглой кожей, указывая пальцем на Хигуму. Хигума лишь мысленно вздохнул, поражаясь своей врождённой способности вызывать агрессию. Эта черта уже прорвалась за все пределы и стала его Дьявольским Фруктом, но пассивный эффект никуда не делся даже тогда, когда он выглядел как богач, приехавший закупаться: "Что, неужели нужно постоянно держать в руках пачку денег и прикуривать от купюр, чтобы это было понятно?" Он и не догадывался, что его способность вызывать раздражение во многом определялась его внешностью и манерами. Нами поспешно остановила разъярённую Нодзико и вкратце ей всё объяснила. Увидев, что Хигума ничуть не рассердился, она вздохнула с облегчением. Это могла быть крупная сделка, и её ни в коем случае нельзя было срывать. — Господин, вы приехали купить апельсины? Добро пожаловать! Сколько вам нужно? — мгновенно сменив тон, с улыбкой спросила Нодзико. "Не зря они сёстры, до чего же похожи". — Хигума сорвал ещё один апельсин, стал подбрасывать его в руке и показал два пальца. — Двести фунтов? — осторожно предположила Нодзико. Хигума покачал головой. — Две тысячи фунтов? — с лёгким волнением спросила Нами. Хигума снова покачал головой. Нодзико немного сникла: — Неужели всего двадцать фунтов? Она уже слышала от Нами, что он покупает апельсины для себя, на корабль, а не для перепродажи: "Сколько апельсинов может съесть команда одного корабля?" Хигума ухмыльнулся: — Два. Один я уже съел, плюс этот. Давайте рассчитаемся. Обе девочки от злости стиснули зубы, надули губы, сморщили носики и уставились на Хигуму. Гэндзо взъерошил им волосы: — Ну что вы, девочки, господин Хигума просто шутит над вами. Кто станет проделывать такой долгий путь, чтобы купить всего два апельсина? Это же так глупо. И конечно же, Хигума шутил. Он достал толстую пачку денег: — Я покупаю на два года. Этих денег должно хватить, верно? Нами взяла протянутые Хигумой деньги. Тяжёлая пачка ошеломила её. — Дв… два года апельсинов! — Не только Нами и Нодзико, но даже Гэндзо был поражён щедростью Хигумы. Купить апельсины сразу на два года, да ещё и так раскошелиться — судя по толщине пачки, там было не меньше двухсот тысяч белли. Это смутило Тома, чьё лицо, скрытое за механическим шлемом, выражало полное недоумение: "Такой богатый, даже апельсины покупает на годы вперёд, а за постройку корабля заплатил всего один белли". Хигума впервые ощутил силу денег: "Сила купюр — это, конечно, круто, особенно когда кадр... э-э, развлекаешь маленьких девочек". У него сейчас было всё, кроме недостатка в деньгах. За последние годы из трофеев ему чаще всего выпадали именно деньги. В его системном инвентаре они уже скопились небольшой горой, на сумму не менее двух-трёх сотен миллионов белли. К тому же, он привык жить на халяву, так что белли для него не имели никакого значения. — Господин, вы, наверное, ещё не ели? Может, останетесь на обед? А когда вернётся Бельмере, мы поможем вам доставить апельсины на корабль! — голос Нодзико звенел от восторга. Она уже представляла себе реакцию Бельмере, когда та увидит эти деньги. Это же огромная сумма, их жизнь наконец-то наладится! Но в этот момент Гэндзо внезапно остановил всех. Он настороженно посмотрел на Хигуму: — Господин Хигума, я не имею в виду ничего плохого, но такое поведение, согласитесь, вызывает некоторые подозрения, не так ли? За годы службы в полиции Гэндзо привык думать наперёд. Хигума был к этому готов и прямо ответил: — Они ведь приемные дети Бельмере, верно? Она все такая же добрая, как и раньше. Я из королевства Ойкот, так что... вы должны понимать. Такие двусмысленные фразы оставляли простор для воображения собеседника. Однако ключевое слово Хигума уже назвал: королевство Ойкот — место, где родились Нами и Нодзико. Именно там Бельмере нашла их после боя. Хигума намеренно подталкивал его к мысли, что Бельмере когда-то оказала ему услугу, и теперь он приехал отблагодарить её. И действительно, Гэндзо, казалось, всё понял. Он незаметно взглянул на Нами, которая с восторгом обнимала пачку денег, а затем задумчиво кивнул: — Ясно. Хигума не знал, что именно надумал себе Гэндзо, но раз уж его подозрения рассеялись, этого было достаточно. Что касается Бельмере, то за годы службы в дозоре, с её добрым характером, она наверняка спасла немало людей. Столько лет прошло, вряд ли она всё помнит. Достаточно будет ещё немного направить её воображение в нужное русло, и дело в шляпе. Если вы хотите ознакомиться с другими моими работами, то можете перейти на мой Boosty: eximend или же по ссылке boosty.to/eximend