Глава 26

Встреча была неформальной. Драко отказывался встречаться взглядом с отцом, когда они с Тео садились за большой стол в столовой семейного дома. Волдеморт поздравил нескольких Пожирателей смерти с их громкими убийствами, затем его внимание переключилось на Хогвартс, а вместе с ним и на Снейпа. "Северус. Я слышал, что друзья Гарри Поттера сбежали из замка", - сказал Волдеморт, его змееподобные глаза сфокусировались на Снейпе. Снейп склонил голову: "Да, мой повелитель. Мы полагаем, что они в бегах". "Они украли что-нибудь важное?" спросил Волдеморт. "Нет, мой Лорд", - ответил Снейп. "Тогда пусть бегут", - жестоко сказал Волдеморт, - "Убейте их на месте, когда они появятся". Остальные Пожиратели смерти смеялись и шутили над этим, Беллатриса - больше других. "Алекто, остальные ученики подчиняются?" спросил Волдеморт. Алекто ухмыльнулась: "Да, мой повелитель. Наша команда младших Энфорсеров тоже неплохо справляется". "Отлично", - сказал Волдеморт со злобной улыбкой, - "Драко, пожалуйста, выйди вперед". Драко сглотнул и поднялся на ноги. Подойдя к Волдеморту, он опустил голову. "Надеюсь, ты помнишь наш разговор о том, что ты станешь моими глазами и ушами в Хогвартсе, Драко?" "Да, мой Лорд", - ответил Драко. Волдеморт зловеще улыбнулся: "Отлично. Легилименс!" Драко скривился, когда в его разум вторглись. Он сосредоточился на том, что хотел видеть Волдеморт. Он думал о том, как проклинает непослушных учеников, как Тео мучает Невилла на уроках. Он думал о том, как обсуждает грязнокровку, которой была Гермиона Грейнджер. Он вспомнил их с Тео разговор о том, чтобы насадить голову Гарри Поттера на шпиль у школьных ворот. Казалось, все шло хорошо, пока Пэнси не промелькнула в его мыслях, и тогда Волдеморт смог увидеть воспоминание о том, как они целовались в часовой башне. Драко всеми силами старался не слышать их разговор, и он победил. Но при этом Волдеморт нашел пустое место в его памяти. "Ты впал в беспамятство, Драко". Драко нахмурился. "Что ты скрываешь?" спросил Волдеморт, разрывая связь и обращая свои красные глаза на блондина. "Ничего", - ответил Драко, потому что, по правде говоря, он и сам не знал, что скрывает. Он не мог вспомнить, как был в беспамятстве, и не мог вспомнить воспоминания, которые были удалены. Волдеморт вытянул палочку: "Круцио!". Драко мог выдержать проклятие, когда его использовал Пожиратель смерти, но когда его использовал Волдеморт, это было невыносимо. Он закричал и упал на землю, его тело билось в конвульсиях. "Что ты скрываешь от меня, Драко?" шипел Волдеморт. "Я не знаю", - заплакал Драко, смущаясь, так как слезы наполнили его глаза. "Нотт, - сказала Алекто, поднялась на ноги и направила палочку на Тео, - что ты от нас скрываешь?" "Ничего", - честно ответил Тео, - "Я его не обливиэйт". Алекто открыла рот, но прежде чем она успела наложить проклятие Крестос, отец Тео поднялся на ноги и с позором посмотрел на сына: "Я сделаю это, Алекто". Тео поднял глаза на отца, и ему пришлось очень постараться, чтобы скрыть ненависть в своих глазах. "Круцио!" Тео вскрикнул от боли и постарался не доставить отцу удовольствия криком боли. Однако он был злым человеком, и несколькими взмахами палочки и щелчками запястья заставил Тео кричать громче, чем Драко. Его тело сотрясалось, когда он пытался вдохнуть воздух. Когда отец прекратил проклятие, он изо всех сил пнул Тео и плюнул на него: "Ты позоришь фамилию", - шипел он. Алекто схватила Тео за подбородок и заставила его посмотреть ей в глаза: "Кто его забыл?" "Я не знаю", - прорычал Тео сквозь боль. "Остановись", - сказал Волдеморт. Он поднял руку, и Алекто отпустила Тео. "Должно быть, повстанцы стерли ему память", - сказал Волдеморт. Алекто, Амикус: внимательно следите за этими двумя в Хогвартсе. Возможно, нам стоит показать юному Драко, что случается с теми, кого он любит, когда он не подчиняется". В глазах Драко промелькнул страх, и это заставило Волдеморта ухмыльнуться: "Позабавься немного с его юной подружкой, Пэнси". "Да, мой Лорд", - ответила Алекто. Она злобно усмехнулась, глядя на Драко и Тео. Затем она вышла из комнаты вместе со своим братом. Драко и Тео снова велели сесть. Затем их заставили досидеть до конца собрания. Большая часть информации была незначительной, и собрание затянулось еще на час. Драко изо всех сил старался скрыть свое беспокойство за Пэнси. С каждой минутой они могли мучить ее. В конце концов Волдеморт повернулся к двум младшим Пожирателям смерти и сказал: "Вы двое можете уйти. Ваше присутствие больше не требуется". "Да, мой Лорд", - сказал Драко, поднимаясь на ноги, - "Простите, мой Лорд". Тео склонил голову, когда они выходили из столовой. Когда оба мальчика оказались в коридоре, они облегченно вздохнули и, прихрамывая, молча вышли из поместья: им обоим было гораздо больнее, чем они могли бы позволить себе показать перед Волдемортом и Пожирателями смерти. "Ты можешь аппарировать?" спросил Драко, держась за бок и тяжело дыша. "Почти", - вздохнул Тео, - "А ты?". Драко кивнул, и они оба, используя магию темной метки, аппарировали в коридор перед общей комнатой Слизерина. Они зашли внутрь и по выражению лиц друзей поняли, что уже слишком поздно. "Где Пэнси?" тихо спросил Драко. "Кэрроу пришли недавно, - ответила Дафна, - они вытащили ее, и мы слышали..." "Она кричала", - тихо сказала Сэди, было видно, что она плакала. "Я убью их", - сказал Драко, сцепив зубы. "Сначала тебя нужно вылечить", - твердо сказала Трейси, - "Иначе ты не выдержишь еще одной пытки". "Тогда просто вправь мне ребра", - сказал Драко, - "Быстро!". "Но без зелья это будет больно..." "Мне все равно!" огрызнулся Драко, - "Просто сделай это!" Дафна пожала плечами: "Эпискея!" Драко отшатнулся от боли и схватился за край одного из диванов. "Я же предупреждала тебя", - пробормотала Трейси. Драко поднялся на ноги и вздохнул: "Кажется, у меня сломана... - он запнулся и направил палочку на лодыжку, - эпиския!" Затем он вскрикнул от боли: "Да, она сломана. Трейси, почини Тео. Мне нужно идти". "Драко, ты убьешь себя!" Блейз позвал его за собой, но Драко проигнорировал их и начал искать в подземельях Кэрроу и Пэнси. Последовав за криками, он нашел их в классе зелий. "Пэнси!" Панси лежала на полу. Она была вся в поту и тяжело дышала, ее рубашка была пропитана кровью, и она неудержимо тряслась. "Что ты с ней сделал?" прошипел Драко, глядя на Амикуса Кэрроу. "Ничего такого, чего бы я уже не сделал с тобой, - холодно ответил Амикус, - мне не нравится, когда ученики разговаривают со мной в ответ, Драко. Ты должен знать, чем это заканчивается". "Делай со мной все, что хочешь, но не смей ее трогать", - прошипел Драко низким, опасным тоном. "Что я хочу?" спросил Амикус, приподняв бровь. Драко опустил палочку и шагнул вперед. Амикус ухмыльнулся: "Круцио!" "Драко, - простонала Пэнси. Она протянула руку, но не смогла достать свою палочку. "Просто... уходи..." Драко стиснул зубы, когда заклинание заставило его упасть на колени и подожгло нервы. "Я не могу оставить тебя здесь", - слабо возразила Пэнси. "Иди, Пэнси, - задыхался Драко, - со мной все будет... в порядке". "Драко..." "Иди!" прорычал Драко. Пэнси вскочила на ноги и, прихрамывая, направилась к двери. Она обеспокоенно оглянулась на него, но вышла из класса. Амикус безудержно смеялся: "Настоящая любовь. Это мило". "Я серьезно, Эмикус", - сказал Драко, поднимаясь на ноги благодаря проклятию, - "Не трогай ее больше". "О, ты думаешь, она сбежала?" спросил Амикус. Он рассмеялся и повалил Драко на землю небрежным движением запястья: "Это мило. Это была бы хорошая история, если бы она сбежала, не так ли? Она убегает в безопасное место, а любовь Драко выживает на войне. Чем закончится эта история? Вы поженитесь, и у вас родятся прекрасные дети?" Драко поднял на него глаза. Амикус стоял над ним и ухмылялся. Он протянул руку к Драко и произнес неизвестное заклинание. Драко вскрикнул от боли, когда его нога запульсировала от сильной боли. "Ай, как больно, - спокойно сказал Амикус, - но, полагаю, если тебе вывернут коленную чашечку, это будет довольно болезненно. Ты знаешь, каково это, когда тебе вырывают внутренности, пока ты еще жив? Я хотел поэкспериментировать с этим". "Что ты сделал с Пэнси?" задохнулся Драко. "С ней? О, Алекто ждала ее в коридоре, - ухмыльнулся Амикус, - она отвела ее в Темную башню. У нас есть одна свободная камера для нее, прямо на вершине башни. Интересно, как долго она сможет противостоять стихии. Сейчас почти октябрь... Алекто не думает, что она переживет ночь, но я думаю, что она сможет продержаться две". Драко не думал, что сможет ненавидеть кого-то больше, чем своего отца, но эти двое Пожирателей смерти быстро становились его самыми ненавистными врагами. Амикус улыбнулся и вдавил пятку в грудь Драко. Драко задыхался, так как из-за этого движения ему стало почти невозможно набрать воздух в легкие. "Даже не думай пытаться ее вытащить, - сказал Амикус с ноткой законченности, - башня напичкана ловушками. Ты только погубишь себя, пытаясь это сделать. Тогда вы сможете быть вместе целую вечность. Как вам такая история любви?" Он толкнул Драко ногой в грудь, и Драко начал задыхаться. Амикус рассмеялся и убрал ногу. Не говоря больше ни слова, он покинул класс. Драко успел повернуть голову в сторону, как его вырвало смесью желчи и крови. Он кашлял и задыхался, пока не смог дотянуться до своей палочки. Его рука задрожала, когда он направил палочку на колено: "Реверсо". Он вскрикнул, когда заклинание перевернуло его коленную чашечку и вернуло ее в нормальное состояние. Он попытался встать на ноги, но тут же вскрикнул от боли. Тем не менее, Драко попытался, и в этот момент мир поплыл перед его глазами. Последнее, что он услышал, когда мир вокруг почернел, был голос Тео, зовущий его: "Драко!"