Четырнадцатая глава:Семейное тепло

Глава 14

Семейное тепло

[Префект] Голос системы прорвался сквозь сон, резкий и безэмоциональный, как удар током. Рико вздрогнул и сел на кровати, сердце бешено колотясь. {Ай, бл… напугал…} — мысленно выругался он, потирая виски. [Простите, префект…] {Что ты там хотел?..} — он был раздражен, сон еще цеплялся за сознание. [Натаниэль... простите, Нил достиг Милпорта. Через год его должны будут забрать в Пальметто.] Тишина. Мозг отказывался обрабатывать информацию. {…ЧТО?! Так быстро?..} [Ну, вообще не очень. Но вам надо будет отправить Кевина в команду «Лисы», чтобы не сломать хронологию событий.] Холодная волна накатила на него, сжимая горло. {Да… надо как-то его… туда.} Мысль была похожа на приговор самому себе. {Я не хочу…не сейчас…} Слезы выступили на глазах сами собой, предательские и горячие. Он шумно, рвано выдохнул, пытаясь сдержать рыдания, и грубо вытер их пальцами. Сидеть в комнате, где спали Кевин и Жан, было невыносимо. Они проснутся, увидят его в таком состоянии, начнут расспрашивать… Он не вынесет этого. Это его добьет. Он выскользнул из комнаты; босые ноги в носках бесшумно скользили по холодному каменному полу в широком коридоре. Остановился он у двери кабинета Тэцудзи. Потом взгляд упал на другую дверь чуть дальше по коридору. Его личная комната. Рико никогда не заходил туда. Он даже не знал, что эта комната вообще существует. Сейчас ему было все равно. Рико не имел какой-то цели, просто шел туда. Зачем? Он сам не знал. Он тихо прокрутил ручку, открывая, и толкнул дверь, замирая на пороге. В комнате пахло его одеколоном и печатной бумагой. В тусклом свете из коридора он увидел большую кровать и спящую в ней фигуру. Он закрыл дверь. Сердце заколотилось еще сильнее. Он сделал шаг, потом другой, ступая по мягкому ковру. Он простоял у кровати где-то две минуты, просто глядя на спящего дядю, слушая его ровное дыхание. Потом, сглотнув ком в горле и выдохнув, словно прыгая с высоты в воду, он приподнял край тяжелого одеяла и быстро юркнул под него, прижавшись спиной к теплой спине Тэцудзи. Тепло… Тот вздрогнул от внезапного столкновения и провала в постели, а затем повернулся, сонно протерев глаза. — Рико?.. — его голос был хриплым от сна. Он включил прикроватный светильник, и мягкий свет озарил комнату, но это не мешало мужчине щуриться. Рико лежал, отвернувшись, поджав губы. Он чувствовал себя глупо и уязвимо. Зачем он вообще пришел?.. — Рико, что случилось?.. — спросил Тэцудзи, садясь и поворачивая его за плечи к себе. Рико отводил взгляд, но предательские слезы снова выступили на глазах, сверкая в свете лампы. — Простите… — прошептал он. Тэцудзи не стал ругать его. Он просто притянул его к себе, обнял и начал медленно, почти неуверенно, гладить его по спине между лопаток. — Расскажи, что случилось?.. И Рико, уткнувшись лицом в его плечо, выложил заранее придуманную историю о том, что можно будет реализовать мысль о переводе игрока из одной команды в другую при желании. Интонация Рико была такой, как будто речь шла о ком-то близком, а ближе Кевина у него, наверное, пока только Тэцудзи. Тэцудзи долго молчал, размышляя, его пальцы не прекращали ритмично двигаться по спине Рико. — Если игрок правда этого захочет… я могу его отправить. В другой университет, к другой команде. Это возможно. Да. Он посмотрел на Рико, и в его глазах мелькнуло понимание и осознание. — Ты из-за этого ревел, что ли?.. Рико надул щеки, чувствуя, как горит лицо от стыда. Слезы были для него признаком слабости, а слабость здесь в прошлой жизни сильно каралась. — А ты имеешь в виду, что если он уйдет и ему там понравится… и он не захочет вернуться? — уточнил Тэцудзи. Рико лишь коротко кивнул, не в силах вымолвить ни слова. А по щекам скользили слезы. Тэцудзи хрипло рассмеялся, но в его смехе не было насмешки. Была какая-то странная, усталая нежность. — Какой же ты все-таки ребенок, Рико… — он потрепал его по волосам. — Как Кенго от тебя так легко отказался? Не пойму. Эти слова повисли в воздухе. Признание. Почти что оправдание. Рико замер, чувствуя, как что-то тяжелое и колючее внутри него начинает понемногу таять. Он прижался к дяде крепче, закрыв глаза. Кошмар системы и неизбежность будущего могли подождать. Прямо сейчас у него был островок безопасности в лице человека, который когда-то был его главным тюремщиком. И это было одновременно и трагично, и бесконечно утешительно.

***

— Я… — начал Рико, но Тэцудзи уже кивнул, словно прочитав его немой вопрос о возможности остаться на ночь. Ответ был дан еще до того, как он успел его озвучить. Не говоря ни слова, Тэцудзи подошел к шкафу и достал оттуда еще одно мягкое одеяло. Рико смотрел на него с немым вопросом, но дядя опередил его, бросив короткое, исчерпывающее объяснение: — Ты ворочаешься во сне. Рико покраснел, чувство стыда и вины за свои тревожные сны снова накатило на него. Тэцудзи же лишь слегка усмехнулся — не насмешливо, а скорее с какой-то усталой снисходительностью — и набросил одеяло на него, в которое Рико впоследствии закутался.

***

Утро было… теплым. Даже очень. В прямом и переносном смысле. Рико проснулся, обнаружив себя крепко закутанным в одеяло, словно в кокон, а мощная рука Тэцудзи лежала сверху, прижимая его к себе. Он лежал неподвижно, боясь пошевелиться и разрушить это хрупкое, невозможное спокойствие. Часом позже они поднялись. Рико, все еще сонный, чистил зубы перед раковиной, когда Тэцудзи принимал душ. Зазвонил телефон. Не его, но… Он машинально нашел его, одобрил звонок и поднес его к уху. Голос в трубке был холодным, отточенным и до боли знакомым, даже если он слышал его считанные разы в жизни. Отец. Кенго Морияма. — Вы с Рико должны приехать на банкет в честь свадьбы Ичиро и Тайко, — прозвучало без всяких предисловий, как приказ. Рико сглотнул, его голос прозвучал неуверенно и хрипло: — Хорошо… Звонок оборвался, не оставив места для вопросов. Рико еще с полминуты стоял с телефоном у уха, не в силах пошевелиться, пока Тэцудзи, уже вышедший из душа и вытиравший волосы, не прервал его оцепенение. — Что-то случилось? — Мм… звонил отец,— Рико медленно опустил руку с телефоном. — Сказал… что мы должны быть на мероприятии в честь свадьбы Ичиро и его невесты. Он отложил телефон на тумбочку с преувеличенной аккуратностью, будто это была бомба. Тэцудзи нахмурился, изучая его лицо. — Рико, если ты не хочешь… — Можно взять с собой Жана и Кевина? — вдруг выпалил Рико, перебивая его. Его взгляд был умоляющим. Тэцудзи замер на секунду, затем кивнул и, не задавая лишних вопросов, взял выложенный Рико ранее телефон и набрал номер Ичиро. Разговор был кратким и деловым: — Молодой господин, я собираюсь взять с собой помимо Рико его друзей, это можно реализовать? — Пауза. — Да… хорошо. А ваша невеста может привезти с собой младшую Моро? — Еще одна пауза, кивок. — Хорошо. Рико в это время смотрел в потолок, погруженный в свои мысли. Его выражение лица было отрешенным, почти пространическим. Он был где-то не здесь. [Префект..] {Сгинь, пожалуйста, не до тебя сейчас…} — мысленно, почти машинально отмахнулся он от системы, сделав раздраженный свайп в воздухе. Тэцудзи заметил этот странный жест, его брови слегка поползли вверх, но он не стал комментировать. Странностей у Рико и так было предостаточно. Перед внутренним взором Рико развернулось новое окно: [Сюжетное задание: «Свадебное мероприятие»] [Взяв своих близких друзей, хорошо погуляйте на свадьбе своего брата.] Награды: +20 очков симпатии персонажей Ичиро/Тэцудзи Морияма. +15 очков симпатии персонажей Элоди/Жан/Кевин. +2 очка талантов (автоматически вкладываются в «Удачу»). +1 очко в каждый талант вашего персонажа.[Удачного вечера, префект.] Рико медленно моргнул, возвращаясь в реальность. Свадьба. Ичиро. Некая невеста Ичиро Тайко. Отец. Весь этот цирк главной ветви. Но теперь с ним будут его друзья, дядя… И Элоди. Возможно, это будет не так ужасно. Рико посмотрел на Тэцудзи, который уже заканчивал одеваться. — Значит… едем? — Едем, — подтвердил Тэцудзи, поправляя манжет. — Но сначала — завтрак. И сегодня ты ешь все, что положено. Без возражений. Будешь ковыряться в еде — буду с ложки кормить. — Рико послушно кивнул. В голосе дяди снова звучала привычная твердость, но теперь в ней не было прежней жестокости. Была… настойчивая забота. И это было почти так же странно, как и все остальное, что происходило в последнее время.