Глава 1

Красное свечение ударило в глаза, как раз в тот момент, когда Субару собирался начать гневную тираду. — Ч-что? — Субару? — сбоку раздался обеспокоенный голос. Его руки поднялись в защитном жесте сами собой, привлекая к себе внимание окружающих рыцарей. — Райнхард… Это был его голос. Голос Нацуки Субару. Но он не произносил этих слов. — Ты! В зале, где проводилась церемония начала Королевского Отбора, установилась небольшая тишина, после громкого окрика черноволосого мальчика. Он с возмущенным лицом указывал на один из углов, но, приглядевшись, никто так и не смог разглядеть что-либо в том месте. Там было пусто. И лишь Субару мог увидеть, что там, куда он устремил свое внимание, находилась его точный двойник. Те же черты лица: пугающие глаза, небрежные черные кудри, беззаботное выражение с неповторимой легкой улыбкой. Он выглядел более… зрело? В темных штанах с светлой рубашкой и темно-зеленым камзолом, а также с оранжевым шарфом эта версия Нацуки Субару выглядела совершенно естественно и в то же время вызывала ощущение неправильности происходящего. — Субару? — настойчиво прозвучало над ухом, заставив пробежать стаю мурашек по телу. — Э-э, да, — он обернулся и увидел рыжеволосого рыцаря, вопросительно смотрящего на него, — неужели вы не видите? Удивление от появления клона заставило его позабыть испытываемую секунду ранее ярость, отчего мальчик и вовсе забыл, что именно хотел сказать. Анализ реакции окружающих дал прозрачный намек, что он единственный, кто мог наблюдать столь странное зрелище. — Я схожу с ума? Тихое бормотание не осталось незамеченным, усилив подозрительность Райнхарда и привлекая взор самозванца. — Я плохой собеседник, знаешь ли! — виновато ухмыльнулся Субару номер два, как про себя отметил того оригинал. — Чувствуешь, что выставил себя дураком? Не волнуйся, так как ты это я, то таких в этой комнате двое. А, значит, ты не одинок! На лбу мальчика вспучилась вена, но он заставил себя успокоиться. — Прошу прощения, мне показалось, что я раздвоился! — он поднял руки вверх. — Продолжай, Эмилия-тан! Слова, вырвавшиеся из его уст, отчего-то вызвали грустную улыбку двойника. — Хочешь ли ты продолжать находиться в этом месте?.. Вокруг снова начал расти невыносимый шум и то и дело звучать провокации в адрес полуэльфийки, успевшей воспользоваться паузой, чтобы привести мысли в порядок и удержать невозмутимость. — Тихо! — остановил балаган член Совета Мудрецов. Хоть он и был бы готов присоединиться к голосящим, нужно было сохранять какой-то порядок. По крайней мере, чтобы не вызывать недовольство других королевских кандидатов, успевших заскучать и спешащих по делам. Присцилла, с небольшим интересом наблюдавшая за действиями черноволосого мальчика, разочарованно взмахнула веером, указывая на дворян. — Мне нет дела до псов, которые разевают пасти и бессильно брызжат слюной во все стороны, однако они осмеливаются тратить своим скулежем мое драгоценное время. Неужели вы столь глупы, что мне нужно вторить словам простолюдинок? Эти слова тут же вызвали бурю эмоций, прокатившуюся по комнате. Фельт весело захихикала, наблюдая за сморщивщимися лицами людей, получая удовольствие от их унижения. Анастасия одобрительно хмыкнула. Круш многозначительно промолчала, сосредоточив свое внимание на странной ситуации, про которую все тут же забыли, переключив свое внимание на другие вещи. Этот странный юноша… Было ли это намеренным отвлечением, чтобы Эмилия смогла собраться с духом? Но ветер, подувший на его словах о раздвоении, говорил о другом, чем сильно зантриговал герцогиню. Что он имел в виду? Находившийся же рядом с помощником Присциллы и в окружении рыцарей Субару чувствовал себя очень неуютно. Из него вырвался облегченный вздох, когда никто не стал заострять на нем свое внимание. На фоне того, что сделал Ал, было уже совсем не в новинку такое эксцентричное поведение. Тем более он не произнес и не сделал ничего особо критичного, чтобы кто-либо стал задаваться вопросом, кто же этот очередной крикун. — Здесь есть кто-то похожий на тебя? — как и Круш Райнхард прекрасно уловил оговорку в словах Субару, решив на всякий случай уточнить причину его внезапного возбуждения. — А, — нервно улыбнулся мальчик, — все в порядке, Райнхард, я, наверное, встал сегодня не с той ноги. Мерещится же всякое. Но, знаешь, меня намного больше беспокоит, что после этого собрания меня ждет небольшая взбучка… — Субару-кюн сделал что-то плохое, ня? — Я, конечно, виноват, но вся ответственность лежит на том клоуне, — чуть тише произнес Субару, дабы вновь не привлечь к себе нежелательное внимание, и кивнул головой в сторону Розваля. Розваль же выглядел глубоко задумчивым. Что-то изменилось, но он никак не мог понять, что же именно. — Следи за тем, что говоришь, — обвел ладонью собственное лицо двойник, наблюдавший до этого с нечитаемым выражением за разворачивающейся сценой. — Росчи не так уж и прост, как кажется на первый взгляд. Хоть по нему и не скажешь, но он весьма крут в магии! — Знаю, — злобно проговорил Субару, скривившись. На этот раз он отвечал невидимому собеседнику почти что шепотом, так как не хотел показаться сумасшедшим. — Он «сильнейший» маг в Лугунике, так почему он стоит в стороне, когда эти напыщенные индюки злословят Эмилию-тан?! — Росчи большая проблема, — с умным видом покивал двойник, доказав, что он прекрасно слышит Субару на любом расстоянии. — И тебе предстоит ее решить. В конце концов ты же Нацуки Субару, не так ли? Субару фыркнул: — Будто бы это хоть что-либо значило. Если ты знаешь что-то, выкладывай, а не прибавляй загадок. — Включи голову, юный я! Перед тем, как стать рыцарем Эмилии-тан нужно хорошенько потрудиться. Пока что Росчи не самая большая твоя проблема. Эти слова только еще сильнее разозлили его. — Что же самая большая проблема? И откуда ты это знаешь? И почему это ты старше, чем я?! Двойник загадочно улыбнулся. Субару заметил, что в комнате стало довольно душно. Он и не понял, как его шепот превратился в крик, но это вновь сосредоточило на нем внимание окружающих. — Субару-кюн, разговаривать с самим собой совсем немножко странно, но точно ли с тобой все в порядке? Галлюцинации довольно тревожный знак, ня… — Нет, я уж точно в порядке! Это вы все странные, что не видите… Внезапно Субару закашлялся, проглотив собственные слова, которые хотел сказать. Вытерев рот рукавом, он с растущим ужасом посмотрел на оставшееся кровавое пятно на нем. Время замедлилось, и его глаза метнулись к Эмилии. С лица седоволосой эльфийки исчезло отсутствующее выражение, вместо этого ее брови стремительно поднялись вверх. Раздался отчетливый стук ботинков о пол. —… — его двойник медленно подошел к нему, чуть пригнувшись, чтобы быть на одном уровне с оригиналом. — Знаешь, может быть, я никому уже об этом и не признаюсь, но мне доставило удовольствие сказать им всем то, что я думал о них. И все же это не принесет никому облегчение: ни тебе, ни Эмилии-тан. Потому я здесь — исправить наши ошибки. — Оглянись вокруг, я никогда не был одинок. Как бы плохо мне не было, рядом всегда были мои друзья. Субару действительно последовал совету двойника, и посмотрел на лица окружающих кроме Эмилии. Первым его взгляд зацепил Райнхард. — Райнхард всегда был нашим другом. Еще с того момента, когда мы назвали его так в том переулке. Думаешь, он не запомнил это? Ты еще не представляешь, насколько сильнее он ценит нас, чем мы его. Помнишь, как произошла наша встреча? С просьбой о помощи он явился первым, а после пришел и без нее. Потому что ты его друг, и он беспокоится о тебе. — Даже сейчас, Райнхард беспокоится больше о тебе, нежели о ком-либо другом. Да, он все время следит краем глаза за Фельт, но смотри — ты расстраиваешь его собственной слабостью. Улыбнись, придурок! — Может быть, ты и прав, — обратился Субару к Феррису. — Перед глазами плывет… Тем не менее, Субару нашел в себе силы улыбнуться, взглянув на красноволосого рыцаря. — И не только он. Эмилия-тан тоже, как ты уже успел заметить, волнуется. Но о ее чувствах я расскажу, только когда ты проснешься. — Я… проснусь? Улыбка двойника стала ему ответом, когда свет в глазах окончательно померк. — Ты чувствуешь слабость из-за того, что… — отдаленное эхо сопровождало его в неизвестность. — Субару! — Братан?.. — Субару, очнись!.. *** Он стоял нигде. — Я ужасный человек. Никчемный воин. Никудышный помощник. Жалкий неудачник, неспособный всех защитить. Простой и совершенно незрелый почти во всех вещах парень, которому сильно повезло встретить самых замечательных людей. Настоящий дурак и слабовольный тюфяк. Вот кто я. Вот кто такой Нацуки Субару. И все же кто-то говорил с ним. — Но… Снова тот же смутно знакомый голос. — Я также герой одного очень важного для нас человека… Он свернулся клубком, прикрыв глаза руками, чтобы сдержать готовый излиться поток слез. — Единственный и неповторимый рыцарь для самой красивой в мире женщины… Ему не хотелось слышать все это. — Контрактор, готовый подарить весь этот самый мир самому милому духу из всех… Зациклиться на собственной беспомощности. — Первый настоящий и лучший друг самого неуклюжего торговца Лугуники и сильнейшего мечника… Но образы людей, которые упоминал этот голос, возникали сами по себе. — Старший брат для одного подростка, мечтающего как и я защитить всех, кем мы дорожим… Он не мог утаить чувство одиночества. Было трудно врать, глядя в зеркало. — Любимый самой несчастной женщине в мире, обещание которой я не забыл до сих пор и собираюсь когда-нибудь исполнить… Боль, тщательно скрываемая им, разъедала эту душу, и в то же время затуманивала разум, прививая мысль: «Эта боль делает тебя особенным.» — Мастер самых преданных маг. зверя и земляного дракона… Особенным хотя бы в чем-то. — Такой же обожаемый герой для одной храброй девочки… И он всеми силами пытался игнорировать того, кто указывал ему на шрамы в его душе. — Путеводная звезда для заблудшего мага… Он никогда не был одинок, просто отрицал это. — Босс хвастливого мечника и еще сотни крутых воинов! И все же. Почему ему было так сложно принять эту правду? — И незабываемый друг для бесчисленного количества куда более, чем того мы заслуживаем, достойных людей. Сколько бы у нас не было недостатков, мы уникальны тем единственным, что можем делать — вставать! Мы будем сражаться снова и снова, истекать кровью и душой и телом, но продолжать двигаться, пока нам есть кого защищать! Пока дышит хотя бы один человек, которому мы дороги! И мы поклялись и поклянемся и будем держать клятву, что никогда не сдадимся! Это и есть путь Нацуки Субару! — Замолчи… Замолчи… Замолчи! Замолчи!.. Умолкни! Мир озарился светом, обращая внимание на фигуру, во всех чертах повторяющего его. Он стоял как бастион спокойствия посреди прекрасной зеленой поляны. — Я услышал это от моего удивительного друга, и хочу чтобы его слова дошли до тебя, даже если ты не знаешь его, а он не знает тебя. Перед ним возник странный парень в зеленой одежде с глупым лицом. — Разве я не твой друг? Почему бы не попросить у друзей о помощи? И тут же исчез, сменившись тем же надоедливым человеком, состроившим виноватое лицо. — Или как-то так, хе-хе. Он посерьезнел: — Тебе необязательно идти одному. Я это понял чуть позже. Надеюсь, до тебя эта мысль дойдет раньше. Знаешь, мы расстроили Эмилию-тан своей выходкой. Можешь передать ей от меня, что я люблю ее? —… Почему ты говоришь мне все это? Ты лучше, чем я, так почему бы тебе не сказать это самому? — опустил голову Субару. Этот Субару, полный энергии и жизни, окутанный тайнами и весом опыта, выглядел куда более настоящим, чем он. Может это он был двойником? Фальшивкой? — Дурак! — ударил его по голове другой Субару. — Ты так и ничего не понял? И перед кем я тогда распинался?! Ты это я, ты ничем не хуже меня. Ты можешь стать лучше. Так будь сильным, и перестань выглядеть жалко. Это наша история. — Я совершил немало ошибок в будущем, юный я. И это будущее сильно изменило меня. Шрамы на моей душе никогда не будут излечены, так что не вздумай повторять за мной. Ты же находишься в той точке, когда это не так сильно ударило по нам. Да, ты уже пережил всякое, так что уже можешь увидеть край тех невзгод, которые мы преодолеем. — Но ты, — он тыкнул Субару в грудь. — Ты можешь стать тем, кто действительно исполнит все наши мечты, не сгорев по пути. Просто… оставайся собой. — Я ведь только и делал, что повторял за другими, — пробормотал Субару. — Повторяя за другими, ты и сам вскоре не успеешь заметить, как другие начнут повторять за тобой. Это не плохо. Будь на половину собой, а на половину стремись к тем, кем гордишься и на кого хочешь быть похожим. — Не уверен, что понимаю о чем ты говоришь… — Я уверен, что ты не понимаешь о чем я говорю, — рассмеялся другой Субару. — В этом весь я, не понимать то, о чем нам говорят другие. Но так как я это ты, тебе всего лишь нужно немного подумать. И тут без подвоха никуда — у тебя этого времени нет. Пора просыпаться и встречать удар жестокой реальности! — Ненавижу тебя… — выдохнул Субару. — Я тоже себя ненавижу. Сознание начало к нему возвращаться.