Часть 1

Холодный ветер рванул навстречу, едва рыжеволосая девушка спустилась с подножки вагона на перрон. Тёплый выдох превратился в клубок пара и был мгновенно унесён быстрым ветром. Со спины доносились обрывки знакомой татарской речи - звуки, от которых сжималось что-то внутри. Прижимая к боку кожаный чемодан, она другой рукой пыталась нащупать в кармане новой норковой шубки пачку сигарет "Космос". С этой маркой её "познакомил" Фил после того первого ночного дела, когда у неё тряслись руки. Он молча сунул ей в пальцы белоснежную пачку и сказал: "Закури. Всё, что не убивает, должно закуриваться с правильным вкусом". Движение её было особенным и экономным, без суеты. "Ну где же он?" - мысленно ругала она брата, обещавшего встретить. Из-за него ей приходилось мёрзнуть здесь одной, поздней ночью. В голове промелькнула мысль, как бы она поступила с такими ненадёжным партнёром в Москве, но она тут же отогнала её прочь, почувствовав укол стыда. Девушка отступила в сторону, подальше от шумной толпы, спиной к стене, чтобы держать в поле зрения весь перрон. Пальцы привычным, почти не глядя, движением достали сигарету и чиркнули массивной, блестящей зажигалкой "Zippo". Оранжевый огонёк дрогнул на ветру. Первая затяжка обожгла лёгкие горько-ореховым вкусом. Этот вкус был как привет из другой жизни, московской, быстрой и опасной. Она закинула голову, вглядываясь в ночное небо, будто поглотившее все звёзды разом. И в тот миг, когда она выдохнула дым, сквозь шум ветра и отдалённые голоса до неё донёсся до боли знакомый голос брата. Мышцы на спине непроизвольно напряглись - старая привычка. Правая рука сама потянулась к тяжести в кармане шубки, но тут же опустилась. Она опустила голову, пытаясь найти в толпе знакомую кудрявую макушку. Сердце ёкнуло и забилось в бешеном ритме. Спустя долгое время разлуки - их взгляды встретились. Молодой парень, заметив её тут же перешёл с быстрого шага на бег, лавируя между людьми. – Лейла! - Его голос перекрывал шум вокзал. Парень всё ближе приближался к девушке. На её лице тут же расплылась улыбка, и она сделала шаг навстречу. Заметила, что позади Валеры неспешно шёл его лучший друг - Вахит. Лейла с детства помнила Зималетдинова. Тот всегда был спокойнее её брата, не таким вспыльчивым, предпочитал наблюдать со стороны. Пока Валера обнимал её, кружа в воздухе и что-то радостно тараторя, Зима наблюдал за этим с лёгкой, чуть отстранённой улыбкой на лице, словно оценивая обстановку вокруг. – Ну всё, всё! Валик, отпусти уже! – заливаясь смехом, произнесла рыжеволосая. Турбо отпустил её и приобняв за плечи, повернулся к другу: – Зима, знакомься, Лейла. Лейла, это Зима. – Придурок, я с ним, как и ты, с детства знакома. – Лейла с лёгкостью вырвалась из-под его руки и подошла к старому знакомому. – Пливет. – Голос Зимы был низким, он картавил, растягивая слово. Медленно приблизившись, она легко обняла его, вдыхая запах табака и зимнего казанского ветра от его куртки. На эти несколько мгновений она позволила себе расслабиться, ненадолго забыв про Москву и ту жизнь. Но уже через секунду её тело вновь обрело привычную собранность, и она отстранилась, переведя взгляд на брата. – Ну ты и выглядишь, москвичка чертова. Давайте, хватит воздух пить, поехали, мамаша опять истерить будет. Девушка сморщилась от его слов. В памяти всплыли образы старой квартиры: промозглый холод, особенно обострявшийся перед её отъездом, пьяные крики отца, вечно пропадающий брат, вечно впутанный в какие-то разборки, синяки на лице и запястьях мамы... Ей пришлось повзрослеть слишком рано. И сейчас, глядя на Валеру, она с горечью осознала, что мало что изменилось. Она совсем забыла сказать, что не будет жить с ними. Не смогла бы. Да и ребята из бригады, зная о её семье, настояли на своей, отдельной квартире. "Для твоей же безопасности, сестрёнка", - говорил Космос, и она в глубине души была с ним согласна. – Что? - Громко процедил Валера. Его брови комично приподнялись кверху, что было нехарактерно для её брата. – А куда ты собралась? У тебя тут кто-то есть? – Начал засыпать свой сестру вопросами. – Эй, ты чего включил ревнивого тирана? – Лейла надеялась, что он спокойно отреагирует на то, что она будет жить не с ними. Но надежда таяла на глазах. – Ты с вопросов не слезай. Отвечай давай! – Взгляд брата мгновенно поменялся и стал холодным и жёстким. Тело Лейлы напряглось. Она почувствовала, как Зима пристально смотрит на неё. – Турбо, угомонись. – Вахит подошёл ближе к нему и положил ему руку на плечо. – Да чо угомонись то! Мысли девушки метались в разные стороны. Мозг придумывал множество вариантов лжи, но ни одна ложь не казалась достаточно убедительной для её брата. – А что, по-твоему, я в Москве на паперти стояла? - её голос стал тише и опаснее. Она видела, как её брат ещё больше напрягся. – Работала я там. Не впустую я жила в Москве! – Резко выпалила она, нашупывая в кармане зажигалку как якорь спокойствия. – Юристам была в одной фирме. Деньги платили в валюте. Квартиру смогла купить, а теперь сдаю. А здесь себе сниму. Хватит с меня этого гадюшника! – Громко сказала Лейла, сама от себя не ожидая. Обычно она более хладнокровна. Повисла тишина. Валера смотрел на неё, пытаясь найти подвох в её словах. Первым нарушил тишину Зима. – Ну я же говолил, что она у нас палевная, – медленно проговорила он, и его картавость вдруг показалась Лейле невыносимо язвительной. – Молодец, Лейла. Не паслись. Тело девушки мгновенно напряглось ещё сильнее, и руку сама потянулась в карман шубы, нащупывая рукоять складного ножа. Его слова прозвучали как приговор. Он не поверил не единому слову. "Блять, ну что за день!" - мысленно выругалась девушка. Теперь у неё появилась ещё одна проблема в лице лучшего друга брата, который наверняка начнёт капать. И с этим придётся что-то делать. Возможно, даже жёстко. Или... радикально. Она встретилась взглядом с Зимой. В его тёмных глазах не читалось ни угрозы, ни злости - лишь холодная, хищная уверенность хищника, учуявшего слабину. Это вызывало мурашки по телу.