Часть 10

Ника мерила шагами коридор в больнице. Звонила Соён, их самолёт приземлился 2 часа назад в Москве. Как она сообщила, Юнги с менеджером сначала заселяться в квартиру, которую сняло их агентство, а потом сразу сюда. Ника нервничала. Столько лет прошло. Её чувства к Юнги так и не изменились. Сколько она себя заставляла вычеркнуть его из сердца, но так и не смогла. Если честно, Ника думала, что он свяжется с ней за эту неделю, но он не связался. Юми на очередных процедурах, а Ника мечется из стороны в сторону. Она так ушла в свои мысли, что не заметила, как к ней подошли сзади. Ника развернулась и наткнулась на двух мужчин в тёмной одежде и масках. Но глаза.. Глаза Юнги она узнала сразу. Сглотнула. — Здравствуй! Юнги стоял молча рассматривая женщину. Она вроде и осталась прежней, но стала более женственной. Прическа изменилась,волосы отросли до талии. — Здравствуй, Ника! - отмер Юнги. — Здравствуйте! - поздоровался второй мужчина, — я менеджер Ли Мингю. — Здравствуйте! — Ника, привет, - к ней подошла Соён и обняла, — где Юми? На имени Юнги вздрогнул. — Соён, привет. Давай говорить на корейском. Юми на процедурах, сейчас её уже привезут. - по большей части она это сказала Юнги. — Ника, нам надо поговорить. Давай отойдем? - Юнги махнул рукой в сторону. Ника не хотела говорить, хоть и понимала, что придётся. Они отошли в сторону. — Я не знаю с чего начать, - Юнги усмехнулся. — в первую очередь я рад видеть тебя. Во вторых, я рад что ты сохранила ребёнка и я узнал о ней, хоть и при таких обстоятельствах. Ника, почему ты бросила меня? Почему не сообщила о дочери? Ника больше всего боялась этих вопросов. Говорить правду Ника не хотела, ему ещё работать с парнями. — Я испугалась тех чувств, что меня накрыли. Я побоялась раствориться в тебе и потерять себя. По той же причине и не сообщила о Юми. Побоялась, что ты захочешь принимать участие в её жизни и мне придётся сталкиваться с тобой. — Могла бы просто взять перерыв! Но ты бросила меня, не подумала о моих чувствах, но почему о дочери не подумала? Соён сказала, что ты и ей обо мне не рассказала. — Я и сейчас не расскажу! — Что? Что значит не расскажешь? — То и значит. Зачем ей знать? Ты уедешь скоро, а она будет спрашивать о тебе. — Интересно. А мне что ты предлагаешь? - Юнги начинает злиться. — предлагаешь забыть, что где-то ходит и дышит моя дочь? — Юнги, прошу тебя, у меня не было другого выбора, поэтому я обратилась за помощью, но.. Я хочу оставить все как есть. Как ты себе представляешь, как мы ей скажем кто её папа? Она же захочет похвастаться что у неё есть папа, да ещё и кто! — Мне плевать на это. Я тебя любил. Я хочу видеть свою дочь. Хочу, чтобы она знала, кто её папа. — Не сейчас! Пожалуйста, давай для начала вытащи из ада Юми, а потом будем думать что и как? — Я не отступлюсь. — Юнги, - к ним подошёл менеджер, — там пришёл доктор, который нам нужен и привезли девочку с процедур. — Я пойду с вами к Вячеславу Эдуардовичу и буду переводить, если только английского кто-нибудь не знает. - Ника первая пошла к кабинету врача. На душе поганое. Умом она понимала, что Юнги прав. Но сердце протестовала. Вот если бы у неё чувств не было, то все нормально. Это эгоистично. Она думает только о себе, а как же Юми? Черт! В кабинете у доктора выяснилось, что все знают английский и переводить не надо. Подписку о неразглашении подпишут непосредственно все те, кто будет работать напрямую с Юнги и Юнми. Анализы все возьмут завтра с утра. — Я сейчас к Юми. Вячеслав Эдуардович можно Юнги со мной пойдёт? Врач внимательно посмотрел на них. — Можно, только будьте в масках. — Ника, Юми знает корейский? И почему ты дала такое имя? — Знает. Если ты заметил, я знаю корейский, моя мачеха и бабушка Юми кореянка. Просто хотели чтобы она знала язык. Имя... Хотела созвучное с твоим. Они подошли к палате ребёнка. — Юнги, ты просто друг, который проездом в Москве. Мы потом продолжим эту тему, только давай не сейчас. Юми себя плохо чувствует после процедур. — Доченька, солнышко, как ты? - Ника села на рядом стоящий стул. Юнги замер у двери. У него перехватил дыхание и навернулись слезы на глазах. Он увидел дочь. Бледную, маленькую и худенькую. — Тошнит немного и голова кружится. Мама, а кто это с тобой? — Малыш, это мой друг из Южной Кореи. Он русского не знает, поэтому тебе придётся говорить на корейском, - тут же заговорила Ника на корейском. — А почему дедушку и бабушку не пускают, а его пустили? — Солнышко, его Юнги зовут. Егу пустили, потому что он может тебе помочь. У Юнги есть лекарство для тебя. — Привет, принцесса! - Юнги откашлялся. — мама права, я приехал помочь тебе. И познакомиться с тобой. — Меня Юнми зовут. — А меня Юнги. — У нас похожи имена. - девочка улыбнулась. — Да, похожи. — Я спать хочу. Вы ещё придёте? — Обязательно, солнышко. — До свидания, принцесса! Они вышли из палаты. — Я с менеджером сейчас на квартиру, которую мы сняли, а потом не согласишься ли ты со мной поужинать? — Ладно. Только давай я выберу где. Надо выбрать такое место, где можно уединиться. Ты ведь известная личность. — Хорошо, - усмехнулся Юнги. Ника выбрала ресторанчик, где есть кабинки. Заказав еду, они единогласно отказались от алкоголя. — Хочу вернуться к нашему разговору. - Юнги отпил воду. — Не начинай. Юнги, ты уедешь. Приезжать не сможешь. Юми захочет рассказать другим детям, кто её папа и её либо обманщицей начнут считать и потом будут издеваться, либо нас с ней начнут преследовать. И ладно, если жёлтая пресса, а если неадекватные фанатики, которых у вас пруд пруд? Ты об этом подумал? Юнги задумался. Об этом он действительно не подумал. — Ладно, об этом я и правда не подумал. Но, как ты предлагаешь мне быть? Я не смогу забыть и вычеркнуть тот факт, что у меня есть маленькая дочка! — Я не знаю. Правда не знаю. Мне тоже не легко. Вот поэтому я и не хотела, чтобы ты знал. — Знаешь, если бы ты не сбежала тогда, у нас было бы все хорошо. Дочка росла бы с папой и мамой, возможно у нас уже был ещё ребёнок, большой дом и собака. Я думал, что чувства давно угасли, но не тут то было. - Юнги грустно улыбнулся. — Так теперь ещё и дочка. Ника, у нас контракт с агенством заканчивается весной и если ты дашь нам шанс, я не подпишу повторно. Либо только на своих условиях. Я люблю то, чем занимаюсь, но я так же хочу быть рядом с вами. — Юнги, не надо. Мы не сможем быть вместе. Я не смогу не ревновать тебя к фанатам. Я ведь приходила тогда на ваше выступление на фестивале в Москве. И смотрела ваши клипы и шоу, слушала музыку и смотрела интервью. Это действительно твоё! Ты сейчас на своём месте. И я не хочу, чтобы ты отказывался из-за нас от этого. Я обещаю, что, когда Юми подрастёт и у неё будет побольше сознательности, то расскажу ей о тебе. Обещаю, что буду отпускать на все каникулы к тебе, но дай ей подрасти. Юнги смотрел на сидящую перед ним женщину и понимал её. Требовать какие либо права он не мог. По сути он никто ребёнку. И да, работа его не позволит пока быть рядом все время. — Хорошо. Я не буду настаивать на том, что бы рассказать Юми все именно сейчас. Но я хочу видеть как растёт дочка. Видео и фото ты же сможешь мне присылать? — Конечно. На этом их вечер закончился. Анализы показали, что Юнги может быть донором. Процедура была проведена в кратчайшие сроки. И самое обнадеживаещее в этом, это то, что отторжение нет. Все клетки организм принял и ребёнок пошёл на поправку. Юнги улетал из России спустя месяц с тяжёлым сердцем. Он оставлял тут любимую, а как время показало, чувства не остыли, но и дочку, которая о нем ничего не знала.