Часть 1

Ей было всего двенадцать лет, когда её силы только пробудились и стали сильнее, чем при рождении. И именно в двенадцать лет Элидия отправилась в Хогвартс – в школу Чародейства и Волшебства. Но начало истории не об этом. Все началось с того, как вся семья Арденн перед всеми этими событиями приняли у себя неожиданного гостя. — Люциус? — удивился мистер Арденн, глава большой семьи, когда на пороге его большого особняка появился один из пожирателей смерти. Сам Малфой недолго думая вошел в гостиную и сел на роскошный диван, сняв перчатки со своих запястий. Мистер Арденн скрестил руки на груди, неотрывно глядя на гостя. — Чем обязан такому визиту, Люциус? — Я к тебе по делу, Антуан, — ответил гость, положив ногу на ногу и с наглость выпив чай хозяина. — Дело касательно моего сына и твоей дочери. — Мне было бы крайне интересно узнать, что ты задумал, Люциус… Элидия Лили Арденн, или просто Лидия Арденн. В семье её по-разному называли — кто-то Лиди, в данном случае звала её так мать; “Убогой” ее называли часто все шесть братьев и пять сестёр, потому что Лидия была единственной с рыжими волосами и у неё дар открылся только в тринадцать лет. — Эй, “Убогая”! — кричал Вальтер, сидя на дереве и наблюдая как его младшая сестра читает “Историю Хогвартса”. — Отец говорит, что в Хогвартсе ты и дня не протянешь. —А вот я считаю, — присоединилась Кайла, темноволосая девочка четырнадцати лет, дернув Элидию за её рыжие волосы, что девочка прошипела сквозь зубы, стараясь не плакать от боли и унижения. — Что ты даже на распределении сразу вылетишь. Собралась толпа вокруг них троих, и каждый из них бросался камнями и травой в несчастную. Сколько бы Лидия не просила их остановиться, но это не помогло, а только сделало гораздо хуже. — Ты слабая, — процедил самый старший, Эрик. Высокий молодой человек с длинющими черными волосами и красными глазами стоял пазади толпы, держа руки за спиной. — Если бы не отец, я мог бы пустить тебя в расход. Но наша мама такая великадушная, что пропищала: “Она ваша сестра, а значит часть семьи”. Ты кроме на роль куклы для удовольствия никуда не идёшь. Единственное, что я могла — это терпеть все это и просить Мерлина о смерти. Но как бы я не старалась за себя постоять, они считали это слабостью и били в уязвимые места. Она месяцами залечивала побои и синяки как могла и как позволяли её силы. И все эти долгие годы она жила в страхе, унижении и уничтожении. Пока ей не пришло письмо из Хогвартса, и этим вечером заявился Люциус Малфой. — Ты предлагаешь, чтобы Элидия и Драко стали парой? — спросил Антуан, держа в руках «Еженедельный пророк». — А ты не так глуп, как кажешься, — самодовольно ответил Люциус. — Если твоя дочь будет на Слизарине, а это нам на руку, то сблизиться с Драко не будет проблемой ни для неё, ни для нас. — Позволь напомнить, Люциус, — сказал Арденн-старший, сев напротив собеседника. — Что судьба моей дочери тебя не касается! Люциус поднялся резко с дивана, грозно поглядывая в глаза хозяина. Любой бы просто похолодел от такого напора Малфоя, особенно учитывая факт – не стоит стоять у него на пути. Но это не про Антуана Арденна. По слухам, его даже Северус Снейп не боялся, пусть он и тоже прислуживал Темному лорду и является Пожирателей Смерти. — Не забывайся, Антуан… Этот брак выгоден Темному Лорду… — Это МОЯ дочь и я сам разберусь! А на твоего лорда мне наплевать с астрономической башни самого Хогвартса. Моя дочь старше твоего сына на два с половиной года! — повысил голос хозяин, смерив того взглядом. — Если это всё, что ты хотел мне сказать… Вон, будь добр. — Поезд отправляется! — прокричал кондуктор, Прежде чем поезд “Хогвартс-экспресс” тронулся с места. Лидия сидела в своем купе и держала книгу, прижав её к себе как драгоценное сокровище. Может, оно и к лучшему — поживает там год спокойно, может быть, нормально и легче ей будет. Она так усердно старалась скрыть синяки и порезы от ножа под белой рубашкой, толстым кофтаном и черной мантией. В купе вошёл мальчик с сально-белыми волосами, приглаженные так, как будто кошка облизала или помазали жиром. Он сел напротив Арденн, а поле него по обе стороны сели ещё два мальчика – один мухлый и низкий, а второй тощий и длинный, но рожа прям упитанная как у свиньи. — Я – Малфой, — произнес блондин, показывая свою гордость. — Драко Малфой. Это Грэбб и Гоил. — Я Арденн, Элидия, — скрипящим голосом ответила она, встав со своего места, чтобы взять свои вещи и уйти от этой неприятной компании. Малфой фыркнул, хватая девочку за её рыжие косы. — Я думал, ты старше, а выглядишь как восьмилетняя соплюха! — издевательски заявил он, а его дружки засмеялись над этой ситуацией, но их веселье прервалась, пока Элидия не врезала кулаком Малфою по животу, а тем двоим прилетел жёсткий пинок по ногам. — А я думала, что ты умнее, — огрызнулась Элидия, а затем вышла из купе. По прибытию в Хогвартс, всех первокурсников встретила высокая пожилая женщина в остроконечной шляпе и зелёном платье. Она стояла на самом верху лестницы у больших дверей в Большой зал. — Первокурсники, — обратилась она к детям. — Вы находитесь в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. За успехи вы будете получать баллы, а за нарушение правил вы будете их терять. Сейчас вас определят на факультеты — Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизарин. Пока она говорила, к мальчику в очках подошел Малфой. — Значит, это правда, что говорили в поезде? — спросил он, словно адресует его именно Гарри, но говорит так, чтобы все слышали и начали шептать я между собой. — «Гарри Поттер приехал в Хогвартс». Я Драко, Драко Малфой, — со стороны донесся сдержанный смех рыжеволосого Рона. — Тебя имя насмешило? Даже не буду спрашивать как тебя зовут. Рыжий, в обносках своих братьев. Ты, наверное, Уизли! К ним подошла Элидия, хмуро глянув на зачинщика. — Насколько я поняла, ты любишь задирать всех, как типичный Малфой, — проворчала она. — Утром в поезде ко мне лез, теперь и до мальчика-который-живил. Но Драко не обратил внимания на её слова и вернулся к Гарри, протягивая руку, сказав ему. — Ты скоро поймёшь, Поттер, что не все семьи волшебников одинаковые. Ты же не заведешь «неправильных» друзей? Я тебе подскажу. Гарри на минуту задумался, посмотрев сначала на руку Драко, а потом его взгляд был обращен Элидии и Рону. — Знаешь, про меня тоже можно сказать «неправильный», — ответил Гарри. МакГонагалл встала за спиной Драко, слегка похлопав свитком пергамент по плечу белобрысого, чтобы тот встал на место. — Все уже ждут вас. Распахнулись огромные медные двери и Минерва повела первокурсников в огромный зал, и когда они остановились у столов преподавателей, Минерва сказала: — Остановитесь здесь пожалуйста. Сейчас прежде чем мы начнём, профессор Дамблдор хотел бы сказать вам несколько слов. Дамблдор поднялся со стула, глядя на студентов. — Я хочу обратить внимание на несколько условий… Первокурсники, ходить в Тёмный лес всем учащимся строго запрещено. И ещё, нас смотрящий мистер Филч, попросил меня напомнить, что третий этаж является запретным для тех, кто не хочет умереть самой страшной смертью. Спасибо, — заключил он и сел обратно, а МакГонагалл вернулась к ученикам и развернула свиток. — Тот, чьё имя я назову, выйдет сюда и я надену на него Распределяющую шляпу, — объявила Профессор, опустив глаза на список. — Гермиона Грейнджер. Девочка с кудрявыми волосами вышла из толпы, бормоча что-то под нос, идя к стулу и сев на него. Надев Шляпу на ее голову Шляпа произнесла. — Так… все ясно. — М-м, ну конечно. ГРИФФИНДОР! — после её слов Гермиона сразу же присоединилась к остальным гриффиндорцам. — Драко Малфой, — голос Минервы стал чуть громче, оторвав взгляд от списка. Малфой сел на стул и тут же шляпа определила его. — Слизарин. Рон и Гарри стали шептаться, и Элидия услышала их разговор. — Все злые колдун и волшебники заканчивают Слизарин, — прошептал Рон, на что Лиди кивнула. — Сьюзен Боунс, — провозгласила Минерва, вызвав пухлую девочку на стул. — Решено. ПУФФЕНДУЙ! — Рональд Уизли. Рон немного занервничал, когда услышал свое имя. Он так надеялся и надеется, что его не запихнуть на Слизарин. По его мнению, лучше на любой, но не на Слизарин. — А-а, — ворчала Шляпа на голове Рона. — Ещё один Уизли. Разумеется, я знаю, что с Вами делать. ГРИФФИНДОР! Для Рона это стало Божьей помощью, и он спустился со стула за стол Гриффиндора. Только он сел за стол, ближе к своим братьям, как Минерва МакГонагалл произнесла. — Элидия Арденн! В этот момент даже преподаватели, в частности Снейп и Дамблдор, наблюдали за рыжеволосой тринадцатилетней девочкой, которая была чуть ли не ростом с одиннадцатилетнего ребенка. Лиди, пряча рукавами мантии синяки и прочие повреждения на её руках и предплечьях, села на стул. Почти не дыша, она молилась об одном — о спокойной учёбе, где её не станут трогать и в любой момент могут поддержать или помочь. МакГонагалл надела шляпу. — Необычно, — заявила Шляпа. — Я вижу много силы воли, острый ум, храбрость. Но за этой одинокой душой много страданий… и большое желание найти себя… ГРИФФИНДОР! Зааплодировав ей, студенты кричали «молодец», а вот некоторые учителя были в недоумении. Снейп посмотрел на Дамблдора, словно уже предсказал грядущим события насчет этой девчонки. — Гарри Поттер, — прочитала она из списка и, немного суетясь и нервничая, выходит Гарри. Когда на него надели Шляпу, та сказала рассуждающее. — Хм… трудно, очень трудно. Я вижу немного отваги, и ещё не плохой ум. И неукротимое желание показать себя. Куда бы определить вас? — Только не Слизарин. Только не Слизарин. — Не Слизарин? А вы уверены? Вы могли бы стать великим, все здесь в вашей голове. А Слизарин поможет тебе дойти до вершины величия… — Пожалуйста… — Ну раз вы так решили… — Определите куда угодно, только не Слизарин… — ГРИФФИНДОР! Когда распределение кончилось и каждый сел туда, куда его определили, Дамблдор поднялся и произнес следующие слова: — Да начнётся пир.