Глава 15. Практический урок аналитики

      Изуку сидел перед экраном ноутбука и смотрел на письмо, которое пришло на его почтовый адрес. В его голове роились эмоции, одной из ведущих среди которых был страх. Даже мысль о том, что это лишь имитация, не сильно успокаивала его, поскольку содержимое письма было не тем, к чему он привык.       «Добрый день!       По имеющейся у меня информации Вы ранее работали с одним из моих коллег, Сотриголовой, предоставляя ему анализ причуд по видео. Он рекомендовал Вас, как хорошего специалиста своего дела. В связи с этим, я бы хотел обратиться к Вам с рабочим запросом.       Мое агентство сейчас ведет дело. Для идентификации и задержания преступника нам необходим аналитический портрет его причуды. С сожалением вынужден признать, что данных у нас мало – суммарно около пяти минут видео с камеры наблюдения на противоположном доме (среднее расстояние примерно 30 метров).       Оплата будет произведена с полным учетом высокой срочности, а также объективной сложности работы. Я готов заплатить даже за примерный перечень возможностей преступника и, в случае его задержания по Вашим данным, выплатить дополнительную премию в размере 100 тысяч йен сверх основной оплаты Ваших услуг.       В приложении к письму Вы сможете найти 10-секундную вырезку из имеющихся у нас материалов, чтобы иметь возможность оценить качество записи и возможности для Вас эффективно работать с данным материалом.       По результатам ознакомления, прошу Вас выслать Ваше решение относительно данного запроса, а также сумму, в которую Вы оцениваете требующийся для его выполнения труд в случае Вашего согласия, в ответ на это письмо.       С уважением,       Ингениум, агентство «ИМ&Ко», Хосу»       Изуку прочитал письмо несколько раз, пытаясь убедить себя в том, что ошибся при прошлом прочтении. Это… Это выглядело слишком серьезно. Совсем не похоже на подшучивающие комментарии-вызовы, которыми Ластик обычно сопровождал свои видеоролики, которые присылал ему.       Теперь же, сидя перед этим письмом, Изуку не представлял, что и как на него отвечать. Да и как он мог? Как он мог, пусть и понарошку, требовать оплаты за свои любительские анализы? Тем более такой оплаты? Его даже сумма в 100 тысяч йен смущала, а ведь из контекста письма следовало, что это лишь бонус, премия, а не основная часть.       Не зная, что предпринять, Изуку отодвинул от себя ноутбук. Письмо пугало его своей официальностью и серьезностью. Нет, сэр Ночноглаз, конечно, предупреждал, что познакомит его с профессиональным миром аналитики, но это выглядело слишком страшно, чтобы идти дальше одному. Поэтому… Он просто подождет героя, прежде чем решиться на следующий шаг.

***

      Мирай сумел немного разгрести накопившиеся за утро дела и посмотрел на часы. Было около четырех – подходящее время для позднего обеда. Да и мальчишку стоило растормошить, если тот еще не встал. И поесть ему надо, и, если он проваляется весь день, не сможет спать ночью.       Как оказалось, Мидория уже встал и теперь с растерянным видом сидел возле стола, периодически поглядывая на экран ноутбука. А, кажется, он тоже уже заметил письмо Ингениума. Интересно, какое впечатление на него произвел первый контакт с потенциальным клиентом?       - Ты уже обедал? – спросил Мирай, глядя на мальчика, который покачал головой – Тогда пошли. Не стоит тебе сидеть голодным. Тебе нужна еда, чтобы нормально расти и развиваться физически. Да и мозг требует много сил, чтобы функционировать, особенно с повышенной нагрузкой.       Мидория медленно кивнул и поднялся из-за стола. Они спустились в столовую и через несколько минут заняли столик с порциями еды. Мальчик сперва активно накинулся на еду, явно проголодавшись, но затем, утолив первый позыв, стал в большей степени в задумчивости гонять еду палочками, чем есть ее.       - Что-то случилось? – спросил Мирай, хотя догадывался об ответе.       Ребенок нахмурил брови, выглядя растерянным.       - Ластик прислал мне письмо на почту, но оно… Оно странное, – пробормотал он. – Я… Я могу понять, почему тот написал его как будто от лица другого героя. Все же наше с ним общение постепенно стало достаточно неформальным. Но остальное…       Мирай приподнял бровь, услышав о Сотриголове. Письмо определенно было от Ингениума, он знал его служебный контакт, корпоративную геройскую почту, которая была закрытой информацией для большинства гражданских. Но, по-видимому, ребенок не допускал самой мысли о том, что о его анализе действительно узнал кто-то еще, кроме него и подпольного героя.       - Что тебя смутило? – спросил Мирай, отпивая глоток крепкого чая.       Ребенок около минуты молча кусал губы, покручивая палочки в худых пальцах. Создавалось впечатление, что что-то смущало его настолько сильно, что он даже опасался произносить это вслух. Но, наконец, он вздохнул.       - Деньги, – пробормотал мальчик едва слышно. – Я… Ластик спросил о том, сколько денег я возьму за свой анализ. Но я… Он не стоит…       Мирай мысленно кивнул себе. Да, он ожидал, что этот момент вызовет затруднения. Стерев с губ остатки соуса, он опустил салфетку на стол и посмотрел на ребенка.       - Мидория, послушай меня, – произнес он. – Ты привык смотреть на свой анализ, как на хобби, которым ты занимаешься на досуге. Я понимаю, что для тебя кажется естественным просто показать то, что получилось, кому-то другому, однако то, с чем я тебя знакомлю, это профессиональная аналитика. Проведение анализа – это труд, который считается сложным, и выполнение его на высоком уровне не доступно каждому человеку по щелчку пальцев. По этой причине у, так сказать, полевых исполнителей, и возникает потребность обратиться за поддержкой к тем, кто сделал именно этот навык основным для себя и кто способен сделать качественный и разносторонний анализ сейчас, а не через пару лет тренировок. И поскольку проведение анализа – это трудная и важная работа, за нее принято платить, как за любую другую услугу.       Мальчик чуть нахмурил брови, но Мирай видел, что тот все еще не до конца убежден и, возможно, не до конца понимает его объяснения. Он решил зайти с другой стороны.       - Ладно, давай оставим на минуту вопрос анализа и предположим, что кто-то неплох, как, ну, например, парикмахер. Для него вполне естественно стричь себя, свою семью и друзей просто так, потому что ему это нравится, и он делает это хорошо. Однако допустим, что к нему обратится совсем чужой для него человек с просьбой постричь и его, потому что ему понравилось, как кто-то постриг вашего общего знакомого. Здесь уже взять плату вполне естественно, хотя бы затем, чтобы компенсировать потраченные материалы вроде шампуней, лосьонов, лака и прочего. Потому что он покупает их за свои деньги и у него должно быть их достаточно, чтобы он мог позже постричь своего лучшего друга или маму. И чем больше становится таких посторонних клиентов, тем разумнее брать плату за свои услуги, за потраченные материалы, время и прочее. Понимаешь?       Мальчик неуверенно кивнул.       - Но мой анализ не настолько хорош, – пробормотал он.       - Это значит лишь то, что тебе не следует назначать за потенциальный заказ высокую цену, а не то, что ты должен работать на чистом энтузиазме, – заметил Мирай. – Это правда, что у тебя нет официальной лицензии и крепкой репутации, однако это те вещи, которые меняются со временем. Особенно то, что касается репутации. И поверь моему опыту, в геройской среде слухи распространяются быстро, и это особо касается тех, кто может оказать поддержку – техническую или аналитическую. Кроме того, это те категории, в которых оценку качества дает не исполнитель, то есть ты, а заказчик.       Мальчик неуверенно закусил губу.       - Но мне все равно не нравится идея просить Ластика платить мне.       Мирай посмотрел на ребенка.       - Я понимаю. И в его случае это нормально, – произнес он. – Сотриголова – твой близкий знакомый, это естественно для тебя сделать ему тот или иной анализ, так сказать, по дружбе. Но мы сейчас рассматриваем не его, поскольку он – исключение, мы говорим в целом о политике индустрии аналитики.       Мальчик озадаченно нахмурил брови.       - Но разве у героев нет тех аналитиков, с которыми они работают в своем агентстве постоянно? – спросил он – Зачем кому-то из них обращаться ко мне?       Мирай кивнул. Ребенок определенно не был глуп, однако в силу своего возраста и неопытности понимал далеко не все детали.       - Конечно, в агентствах есть аналитики. Так называемые штабные. Они получают зарплату и работают с героями на постоянной основе согласно своему контракту. Однако бывают случаи, когда они не справляются с поставленной задачей или просто возникает необходимость в альтернативной точке зрения. Не говоря уже о том, что есть герои, вроде того же Сотриголовы, которые не работают на конкретное агентство на постоянной основе, а значит и не имеют стабильного аналитика рядом. По этой причине активно практикуется также вольная аналитика. Это люди, которые работают с конкретными заказами, поступающими от героев или полиции в частном порядке. Информация о них и их работе передается на уровне слухов и рекомендаций, а репутация для них означает возможность прокормить себя, поскольку отсутствие заказов для них означает отсутствие денег. И на данном этапе это именно то, кем можешь стать в профессиональной аналитике ты.       Мальчик несколько минут молчал, обдумывая его слова и параллельно доедая свой уже почти остывший обед. Мирай не торопил его. Ему было нужно, чтобы ребенок в полной мере осознал и усвоил существующую систему аналитической поддержки.       - Я… Я понимаю, почему Ластик написал про деньги. Ведь он написал не от своего лица. Наверное, он тоже хотел дать мне понять то, с чем я могу столкнуться, если стану заниматься подобным, – пробормотал он. – Но как я пойму, как оценить свою работу, если я ничего не знаю об этом? Если я даже не могу оценить себя, свой анализ, как вы сказали ранее.       Мирай кивнул. Вот они и подошли к самому сложному и во многом важному этапу карьеры любого вольного аналитика. Особенно начинающего. Какую выставить цену за свой труд?       - Ну, что ж… На этот вопрос так легко не ответишь, – заметил Мирай, подперев руками подбородок. – Единственное, что я могу сказать точно, это то, что цена в первую очередь зависит от сложности и срочности заказа, а также твоей репутации. С последним пока проще всего – у тебя ее еще практически нет, и не стоит считать, что она появилась, раньше, чем тебе доведется поработать минимум с десятком заказчиков. Что касается срочности, то за нее принято доплачивать порядка 50 тысяч йен, если срок стоит 2-3 дня, и 100 тысяч, если еще меньше, – глаза мальчика расширились от удивления и Мирай пояснил: – Это просто те цены, к которым пришли годами, то, что не вызовет вопросов у заказчика. Ты можешь на первые разы поставить 30 и 80 тысяч соответственно. Сделать скидку на отсутствие лицензии и репутации. Это хороший жест.       Мальчик задумчиво кивнул, записывая советы в тетрадь, которую вытащил из своего инвентаря, когда речь зашла о назначении цены. Ребенок был неопытным, но отнюдь не глупым.       - Что же касается сложности, то тут все очень субъективно и тонко, но все же есть некоторые критерии оценки, на которых все более или менее сходятся. Первые из них касаются того материала, который готов предоставить заказчик, его качества и количества. Потому что объективно работать по видео проще, чем по фотографии, а наличие в распоряжении нескольких минут не сравнится с несколькими секундами. То же касается дальности или четкости изображения. Другим критерием является уже человеческий фактор и проследить его почти невозможно, если сам заказчик не признает этот факт. А именно то, обращался ли он с подобным запросом к кому-то еще. Естественно предположить, что задача, перед которой кто-то уже спасовал, сложная.       Мальчик кивнул в понимании и посмотрел на свою тетрадь.       - Ластик написал мне, что есть видео. Около пяти минут издалека. И что штабные аналитики не справились. Я посмотрел демонстрационный отрывок. Там правда видно не очень хорошо, – пробормотал он. – И еще он написал, что заказ высокой срочности. Как мне тогда его лучше оценить? Я… Я не хочу просить слишком много, даже если предположить, что мне заплатят, чего, конечно, не будет.       Мирай чуть наклонил голову набок. С одной стороны, тот факт, что ребенок убедил себя в том, что Сотриголова просто шифруется, чтобы сымитировать все более правдоподобно, облегчал объяснения. С другой, шок мальчика будет сильным, когда он узнает правду.       Что же до денег, то ему еще нужно было сходить с ним в банк и открыть ему счет на правах опекуна. Все же Ингениум не поймет их, если не получит данных для перевода запрошенных денег за свой заказ или увидит на их месте те, которые принадлежат Ночноглазу. Он же не знает, что имеет дело с восьмилеткой, для которого все это в какой-то мере игра.