Часть 16 — «Слово»

      Когда твоё тело поглотит мрак,       Ты неустанно будешь кричать,       Хвататься за жизнь,       Хвататься за память.       Но только когда силы мои уничтожат тебя,       Ты увидишь на мгновение свет,       Что все это время пытался спасти тебя.

***

      Беспокойные размышления еще долго занимали его мысли. Но в конце концов тихая, спокойная обстановка в объятьях Мисы помогла заглушить тревогу, и Риз не заметил, как задремал.       Однако пробуждение его ждало довольно экстравагантное. Почувствовав жесткую, сдавливающую хватку на горле, он открыл глаза, сдернул с себя чужую руку и мигом принял сидячее положение.       — Какого?!       Лежащая на боку Миса засмеялась.       — Не беспокойся, убивать я тебя не собиралась. Просто хотела посмотреть на твою реакцию.       — Очень смешно, — проворчал Риз, ощупывая горло.       — Как по мне, весьма! — задорно бросила она и выскользнула из-под одеяла.       Встав на ноги, Миса легкой походкой направилась в душевую. Она вновь стала собой, однако настроение ее заметно улучшилось. Риз с интересом проследил за ней. Взгляд зацепился за голый участок ее тела ниже спины.       — Посмотри на это с другой стороны, — она повернулась к нему и рукой обхватила себе шею. — Буду не против, если опробуешь на мне подобное в следующий раз.       Хихикнув, Миса включила свет душевой и зашла внутрь. Закрываться она не стала. Послышался шум включенной воды.       — Удалось поспать? — громко спросил он после того, как смущение отступило и вернуло ему дар речи.       — Да! Чувствую себя отлично!       Риз тепло улыбнулся про себя. Он не мог припомнить ни одного случая, когда Миса была бы настолько бодрой и веселой. Уже только по этой причине он готов был простить ей выходку с удушением.       — Нам определенно надо почаще затыкать Ордиса, особенно по вечерам, — крикнула она из душа. — Как думаешь?       — Возможно, — он протер глаза. — Сколько уже времени прошло?       — Чуть больше трех часов, — внезапно раздался голос цефалона в комнате.       — Ага, — сказал Риз. — А с какого момента ты с нами?       — Через установленные два часа вновь подключился к системе внутреннего мониторинга. Увиденное сильно озадачило Ордиса. С другой стороны, глубокие личные отношения укрепляют связь между партнерами и делают их взаимодействие более эффективным. Так же это объясняет некоторые… Моменты, с виду угрожающие здоровью. Не могу сказать, что я их понимаю, но если вы в целом рады, то и я рад за вас, оператор!       — Понятно, — коротко ответил он и зевнул.       Отчасти это дало ответ, почему цефалон не стал реагировать на попытку придушить его оператора.       — Я не стал вас беспокоить, пока вы спали, но Лотос потребовала вас для участия в новой операции, — доложил Ордис. — Говорит, это очень важно.       Тревожные мысли вновь всплыли в памяти. После всех размышлений у Риза появилось желание сказать, куда Лотос могла пойти со своими требованиями, но сдержался. Он напомнил себе, что прежде чем уходить из рядов Тенно и громко хлопать дверью, нужно прощупать почву для этого. Причем аккуратно. Однако до тех пор нужно было сохранять видимость, что он готов был работать и дальше.       — Двадцать минут и буду на мостике, — отозвался Риз, надел под одеялом нижнее белье и встал с кровати.       Миса умылась быстро. Когда она вышла из душа, оболочка в районе паха оказалась на своем месте, будто ничего и не было.       — Дела зовут, — произнесла она и на ходу провела ладонью по его плечу. — Приведи себя в порядок, а я пока на лазерной очистке от влаги избавлюсь. Постельное оставь на меня. Кровать нам еще понадобится.       Натянутая улыбка коснулась губ Риза, но Миса этого не увидела.

***

      Долго умываться он тоже не стал. Риз быстро вытерся полотенцем, надел костюм переноса и принялся изучать присланную информацию вместе с остальной командой. В эфире также присутствовала Лотос. Однако задание, которое они обсуждали, больше походило на личное поручение — спуститься на один из подводных комплексов Гринир на Уране и найти нечто «древнее и опасное». И, что удивило больше всего, главным из всей четверки в этот раз должен был выступать Эдвард.       Риз не был против данного решения. Еще в день своего назначения он заявлял, что совсем не горел желанием становиться главой отряда. Видит Унум, как говорят Острон, именно Эдвард заслуживал эту должность. Он умел использовать свой цепкий ум в горячке боя, да и за десятки, а то и сотни совместных операций им удалось научиться очень многому. Но Риз чувствовал в этой перестановке недобрый знак. Лотос перестала ему доверять совершенно открыто.       — Риз? — окликнула его Дженни. — Ты чего молчишь?       — Просто думаю, — бросил он рядовую фразу. Только сейчас до него дошло, что он был слишком долго погружен в мрачные размышления прямо во время эфира. — Я согласен. Эдвард хорош в дипломатии, но тебе нужны все, включая меня. Значит, где-то на дне нас ждет развилка между резней и переговорами, так?       Таким образом он попробовал ненавязчиво узнать, по какой причине случилась перестановка.       — Мне тоже интересно, — поддержал Эдвард. — Что именно нас там ждет?       — Никаких переговоров не будет, — ответила Лотос. — Я вызвала вас, потому что мне нужные самые опытные.       — Но при этом, чтобы их возглавлял самый послушный, — с издевкой прошептала Миса.       Она стояла, облокотившись о спинку кресла пилота, в котором сидел Риз. Готовые к бою Регуляторы были вновь прикреплены к ее рукам, а пальцы ловко крутили абордажный нож. В голове закрались подозрения, что ее внезапно проснувшаяся любовь к острым предметам тянула свои корни прямиком из прошлой жизни.       — Гринир пытаются вскрыть саркофаг, — продолжила Лотос. — И то, что оттуда может вырваться, несет серьезную угрозу. Все, что вы увидите сегодня, необходимо сохранить в тайне.       — Владеющие разумом, — подключился Кларк. Звучал он особенно сосредоточено, что Риз наблюдал за ним нечасто. — Их дроны-разведчики стали попадаться практически на каждой обитаемой планете. Наибольшее концентрация их сигналов здесь, на Уране.       — Я тоже их видела… — произнесла Дженни тревожным тоном. — Недавно, на станции Корпуса на Юпитере.       — Ребят, а вы почему ничего не рассказывали про это? — спросил Эдвард. — Они же в Старую Войну весь человеческий род едва не истребили.       — Я вот за границами Эйдолона их вообще не видел, — добавил от себя Риз и переглянулся с Мисой. Та помотала головой. — По крайней мере живых. Одни вековые обломки.       — Говорю, это было недавно, — ответила Дженни. — Буквально позавчера. Лотос знает. Она сказала, что это эхо древних времен, как те дикие дроны на Земле. Те, что были на станции, атаковать не стали, сразу улетели. Тогда мне показалось, что они не несут угрозы.       — Они изучают нас, — неожиданно в эфире зазвучал совершенно посторонний голос. — Изучают наших врагов.       — Тешин? — осведомился Риз.       Узнать единственного оставшегося в живых из касты воинов было не сложно. Он был наставником для многих Тенно, в том числе и для Дженни с Эдвардом. Даже Кларк иногда ходил к нему за советом. Только Риз старался контактировать с Тешином как можно реже из-за былой неприязни к ему подобным.       — Ты что здесь забыл, Дакс? — громко бросила Миса, чтобы ее могли все слышать, и оставила нож лежать на столе.       — Простите, ребята, — вздохнула Дженни. — Это я дала ему доступ. Я ему все рассказала.       — Лотос. Слишком долго ты вела Тенно как одомашненный скот, — Тешин говорил так, словно выносил смертный приговор. — Почему ты стремишься похоронить тайну о восстающих ужасах вместо того, чтобы готовить к встречи с ними?       — Тебя это не касается, Тешин, — слова Лотос звучали неожиданно резко. Приказы для ликвидации сотен и тысяч людей она отдавала с гораздо меньшей эмоциональностью. — Ты не участник операции, и не имеешь права вмешиваться.       — Подожди, а о чем он говорит? — задал вопрос Риз. — Почему мы будем должны хранить все в тайне?       — Это не имеет значения, — ответила она. — Сейчас время играет против нас.       — Цветок закрывается, чтобы утаить правду, — произнес Тешин. — Боишься того, что может вскрыться, Лотос?       — Дакса я бы пристрелила за милую душу, но эта тварь мне не нравится все больше, — прокомментировала Миса, крепко сжимая пальцы в кулак.       — Тебя слышно, — с укором оповестила Лотос.       — А я и не пряталась.       — Тешин тоже недоговаривать любит, — встрял Эдвард с очевидной попыткой перенацелить общее внимание, чтобы обстановка обострялась не так стремительно. — Может, у него есть что-то более конкретное?       — Я его отключила, — сказала Лотос и вновь начала раздавать приказы, не оставляя пространства для дискуссии. — Соберитесь в указанном секторе орбиты. Я не могу сейчас открыть всю информации. Все, что вам может помочь, я расскажу на месте. Действовать будем по ситуации. Эдвард, ты за главного.       — Хорошо, мэм, — отозвался новоиспеченный командир. Судя по тону, ему такой подход тоже был не по душе, но устраивать спор он не счел нужным.       — Опять в какую-то мутную херню нас посылают… — проворчал Риз.       — Риз, ты все еще в эфире, — одернула его Лотос.       — Знаю, — ответил он, нажал кнопку остановки вещания и откинулся на спинку кресла.       Повисшую тишину нарушил цефалон.       — Что прикажете делать, оператор?       — Прокладывать курс, что же еще? — гаркнул Риз и посмотрел вверх, чтобы встретиться с непроницаемым взглядом своего варфрейма. — Не нравится мне все это. Одно утешает — пойдем мы туда все вместе, а значит посылать нас на верную смерть Лотос не станет.       — Ты правда веришь в то, что она станет это учитывать? — спросила Миса.       — Никто из ребят с Заримана под ее руководством пока еще не погиб, что уже неплохо, — горько усмехнулся он. — По крайней мере, я об этом не слышал.       — Простите, оператор, тут Дженни хочет снова выйти на связь, — оповестил Ордис. — Мне открыть канал?       — Да, давай.       Через секунду статических помех из передатчика в приборной панели вновь зазвучал голос боевой подруги.       — Привет, это я. Говорю сразу, со мной опять Тешин. Знаю, сам ты не захотел бы с ним говорить. Он попросил, а я считаю важным послушать, что он может сказать.       — Пусть говорит, — сказал Риз. В данных обстоятельствах он ответил бы Даксу и так.       Миса презрительно фыркнула и положила руку ему на плечо. Намек, чтобы он был настороже, читался кристально ясно.       — В тени Лотос таится много тайн, разгадать которые было не под силу даже мне все эти годы, — начал Тешин. — Настало время приоткрыть завесу. Для этого мне нужна ваша помощь. Нужно узнать, почему она пытается похоронить призрак угрозы, которая давно считается мертвой. Все, что смогу понять, я объясню. Я не Лотос, я не буду ничего скрывать от вас.       — Коротко говоря, нам надо держать с тобой связь, чтобы этого не заметила Лотос? — спросил Риз.       — Этого будет достаточно.       — А может лучше сразу скажешь, чего ты так вцепился в это дело? Или так же, как и она, в неведении будешь держать, пока не прибудем на место? Мне надо знать, куда вы оба нас втягиваете.       — У меня есть только догадки, — ответил Тешин. — Одна неопределенней другой. Я знаю, что Лотос была оружием в руках Орокин. Как мы, даксы, или вы, дети из Бездны.       — Вот же сучья… — едва слышно прошипела Миса. — Как знала. Я же говорила, что она была на стороне этих золотых ублюдков.       — Вы были щитом Империи, мы же подвели ее, когда машины атаковали, — продолжил он. — Вы спасли Орокин, а потом стали их палачами и исчезли на многие века. Вы погрузились в стазис, но не я. Я прошел по долгому пути искупления. Тенно проснулись, но они не готовы к возвращению древнего врага. Я пытаюсь это исправить.       — Половину из этого я уже слышал, — сказал Риз. — Но дело действительно попахивает керосином. Только эти дроны… Это авангард нового вторжения или они из гробницы вырвались?       — Я более чем уверен, что и то и другое одновременно, — ответил Дакс. — Владеющие не могут путешествовать через Бездну, это заложенная в них слабость, но их флот рано или поздно должен добраться до нашей системы. Есть вероятность, что сегодня мы узнаем, насколько он близок.       Желваки двигались на лице Риза, пока он обдумывал, как поступить. Не сказать, что он не привык, когда на него возлагают ответственность за множество жизней, но сейчас Тешин поставил на чашу весов чуть ли не всю Систему. Да только Риз выбор уже сделал и совсем не в ту сторону, которая понравилась бы Даксу. Но знать об этом ему было не обязательно. В то же время стоило попытаться сделать небольшое доброе дело, пока формируется план «ухода в отставку».       — Ладно. Мы поможем, — сказал Риз, посмотрел на Мису и жестом показал, что делает он это якобы с неохотой. — Но налаживанием связи займешься ты, Дженни. Канал у тебя уже готов, просто подключишь меня вдобавок.       — Хорошо, поняла, — ответила она.       — Большое упущение, что ты не являешься моим учеником, — продолжил Тешин. — Память Тенно была стерта. Это сделало их податливыми, неустойчивыми к манипуляциям.       — Наставник, это сейчас в мой с Эдвардом огород камень был? — вставила Дженни. Пусть внешне она и казалась безобидной, выкованный жестокой реальностью характер временами давал о себе знать.       — Любому молодому воину нужен проводник, — пояснил Дакс. — Но Лотос ведет вас путем ложного самоуспокоения. Риз, твоя же память сохранилась. Закаленная сталь помнит, как держать удар. Но видишь ли ты бурю, что оставляешь за собой?       Риз выругался под нос. Похоже, то ли Эдвард, то ли сама Дженни проболтались о его воспоминаниях наставнику. Это наглядно показало ему, что доверять личное своей команде точно не стоит.       — Ты про то, как я убил Нэфа Эньо? — спросил он первое, что пришло на ум. Не каждый день в Корпусе одному из членов директората простреливают голову. Вроде как. Еще неизвестно, что у них там в закулисьях происходит.       — Клинок алчет крови, это заложено в его сути, — непоколебимый голос Тешина звучал предупредительно. — Но он может так же отсечь и руку, что его держит, если воин не научится контролю.       Риз готов был поклясться, что своими любимыми метафорами он говорил уже о Мисе. Теперь даже Дакс хотел вбить между ними клин. Да практически все, кого Риз знал, пытались это сделать, и ему это порядком осточертело.       — Тешин, при всем уважении, если бы я не обладал контролем, то при первой нашей встрече я попытался бы тебя убить, — угрожающе произнес он, воздержавшись от прямого ответа по теме. — Ты верно указал, что я все помню. Так что будь добр, не отбивай у меня желание помочь. Конец связи.

***

      Близился час высадки. Пока корабль летел к Урану, Риз занимался тем, что разминал суставы в своей каюте. Практика уже научила его, что перед боем лучше бы разогреться. Попутно он обдумывал, какое оружие можно с собой взять на случай, если понадобится разорвать соматическую связь и лично принять участие в схватке.       — Риз, ты как? — прозвучал вопрос Дженни из коммуникатора в ухе. Это говорило о том, что ее корабль находился достаточно близко, чтобы маленькое устройство могло принимать сигнал.       — В норме, — холодно ответил он.       — Понимаю, ты злишься из-за того, что Тешин узнал про твою память, но поверь, это единственное, о чем я ему рассказала.       — Ну, допустим, поверил. Дальше что?       — Ничего, — сказала Дженни. — Просто хотела, чтобы ты знал. Извини.       — Обиды я не держу, — немного слукавил Риз, покрутив плечом. — Но, может, лучше поделишься мыслями насчет странной операции, в которую нас посылают?       Наступило короткое молчание, за которым ощущалось замешательство или волнение. Похоже, Дженни изначально хотела поговорить совсем не об этом.       — Миса сейчас рядом? — спросила она.       На этом моменте Риз замер и сосредоточил все внимание на разговоре.       — Нет. А какая разница?       — Я тут думала над кое-чем…       — Над тем, что перед Лотос ей лучше бы молчать? — предположил он.       — Нет, не об этом, — мягко возразила Дженни. — Возможно… Впрочем… Да? Но это всего лишь малая часть. Я к тому, что у нас все стало слишком напряженно. Скажу честно, мне от этого не по себе. Миса ведет себя с нами, как с врагами. И ты почему-то на ее стороне, хотя раньше… Все было намного лучше.       Теперь размышлять над ответом пришлось уже ему. Заявлять прямо, о чем он думал в последние несколько часов было бы слишком опрометчиво. Ни к кому из команды Риз больше не испытывал доверия. Поэтому он поделился лишь одним фактом.       — Лотос мне четко объяснила, что она плевать хотела на Мису и легко пошлет ее на смерть, если сочтет нужным, — Риз приложил неимоверные усилия, чтобы не продолжить цепочку рассуждений. — Прими и это в расчет.       — Оу… Прямо так?       — Да. Не такими словами, но смысл абсолютно тот же.       — Кажется, теперь я понимаю. Ты переживаешь за нее.       Дженни произнесла это с настолько странной смесью удивления и сожаления, что Риз тоже впал в недоумение.       — Разве это не естественно? — спросил он.       — Да, все… Нормально. Возможно, мне не стоило поднимать эту тему. Прости. Сейчас нам надо думать совсем о другом. Я… Кхм. Перенастрою шифр и подключу Тешина, чтобы это не смогла отследить Лотос. Увидимся на миссии.       Дженни прервала сеанс связи так же неожиданно, как и начала его. Риз тяжко вздохнул и вытер лицо рукой. Сделать определенные выводы из разговора было относительно несложно. Но к тому времени его голова была слишком забита, чтобы впихнуть в ворох мыслей, опасений и планов еще и волнения боевой подруги. Все равно их пути скоро разойдутся, и тогда их связи уже перестанут иметь значения. Будет ли он потом скучать по друзьям? Скорее всего. Но сейчас нужно было сосредоточиться совсем на другом.       — К черту… — прошептал Риз и вышел из каюты.       По пути к мостику он заглянул в арсенал. Когда идешь в бой против Гринир, стоит знать две вещи: в бою будет очень громко, а в воздухе — очень много свинца. На каждый услышанный выстрел враги ответят градом огня. Увернуться будет тяжело. Учитывая это и тот факт, что его способностей Бездны на всех клонов может не хватить, он выбрал проверенный игольчатый пистолет.       После того, как Риз вооружился, он поднялся по аппарели пристыкованного Лисета. Миса сидела в кресле пилота и любовалась видом из панорамного окна. Заметив приближение своего оператора, она убрала ноги с приборной панели и развернулась к нему. Риз улыбнулся ей.       — Похоже, вот-вот вылетаем, — указал он на голубовато-зеленную планету. Ее кольцо астероидов отлично вырисовывалось в лучах Солнца.       — Похоже на то, — Миса оглядела взятое им оружие и начала задумчиво перестукивать пальцами по столешнице. Сейчас она была напряжена так же, как и перед высадкой на пораженный техноцитом корабль.       — Нервничаешь? — понял Риз.       — А ты нет?       — Глупо было бы отрицать, — пожал он плечами.       — Эдвард и Кларк прибыли, — сообщил Ордис. — Дженни тоже с нами. Лотос говорит, чтобы мы отправлялись немедленно. Мне подключить вас?       — Подожди, — потребовала Миса, вставая с кресла. — Риз. Выключи цефалона. Ненадолго.       — М-м… Ладно, — ответил он и скомандовал: — Ордис, оставь нас на пять минут.       — Хорошо, оператор, но, пожалуйста не задерживаетесь. Вас ждут, — на этом цефалон умолк.       Перед тем, как продолжить, Миса выждала несколько секунд, сжимая и разжимая кулак.       — Без него будет легче, — призналась она.       — Это да. Так что ты хотела? — спросил Риз.       Миса подошла ближе.       — Тебе не понравится. Момента лучше не нашлось, чтобы вернуться к этому, так что скажу как есть. Ты остаешься. Да, слова ты не давал, но сейчас у тебя нет выбора.       От услышанного он ощутил покалывающий холод в ладонях, а глубоко внутри боязнь потери вновь начала царапать нечто, что осталось от его души.       Риз покрутил головой:       — И думать забудь. Одну я тебя с ними не отправлю. На тебя им плевать. Только я прикрою тебе спину.       — Я знаю, милый, — ответила Миса примирительным тоном и ладонями нежно обхватила его лицо. Как бы Риз не хотел признавать это в данный момент, но ее прикосновения оказывали эффект мощнее любых слов. — Только ты. Помнишь, что я говорила о твоем страхе? Ты перестал бояться за себя и скорее подставишься сам, чем позволишь меня ранить. И ты умрешь. Я этого не допущу. Ты должен остаться.       — Если ты все это понимаешь, то должна понимать и то, что уговаривать меня бессмысленно, — он попытался взять ее руку в свою, но Миса отпустила его и отступила на шаг.       — Понимаю, — ответила она. — Поэтому я не дам тебе пойти со мной. Ты знаешь, как я могу это сделать.       Риз сразу вспомнил день их первого знакомства. День, когда она пробудилась, и они едва не поубивали друг друга. Миса действительно могла разорвать соматическую связь против его воли. Ощущалось это весьма болезненно, но теперь он готов был попробовать вновь.       — Тогда к черту эту операцию, — отрезал он. — К черту Лотос и всех…       Договорить Миса ему не дала. Риз одернул себя, когда она приставила указательный палец к лицевой оболочке.       — Тс-с-с… — протяжно, словно змея прошипела она и медленно указала сначала налево, потом направо. — У тебя нет выбора.       Интонация, с которой она произнесла последнюю фразу, несла в себе даже не просьбу, как минутой ранее, но печальную констатацию факта. Из этого Риз пришел к отчетливому выводу: Миса с полуслова поняла, что именно он имел ввиду, прочитала его затаенные намерения. Потому что знала, как он мыслит. И точно так же, как и он, подозревала, что об этом не стоило говорить вслух, даже когда цефалона с ними якобы нет.       Буквально все время Миса только и делала, что подпитывала его сомнения насчет Лотос, даже в присутствии Ордиса. А тут внезапно сказала, что «у тебя нет выбора».       — Есть, — шепотом возразил Риз. — Я все организую. Только дай мне время.       Миса в задумчивости повернула голову вбок.       — Надо… Кое-что сделать, — заявила она и взяла со стола нож. — Садись на пол.       — Зачем? — поднял он бровь.       — Тс-с, — Миса выставила перед ним руку, пока ее взгляд бесцельно блуждал по мостику. — Пытаюсь вспомнить… Садись.       Не став долго спорить, Риз отложил игольчатый пистолет и подчинился. Миса опустилась на колени напротив, поднесла клинок к своей ладони и резко замерла. В ее движениях читалась спешка, словно она старалась угнаться за всплывающими фрагментами прошлой жизни и при этом хотела все успеть до возвращения цефалона.       — Нет, — вдруг сказала она и протянула нож рукоятью вперед. — Сначала твоя кровь.       Риз озадаченно посмотрел на свои руки.       — Из ладони? Придется половину костюма снять.       — Не имеет значения, — Миса перехватила обратно нож, аккуратно взяла Риза за подбородок и резанула по щеке. — Главное кровь.       Риз зашипел от боли. Для такого смертельно опасного с виду ножа порез ощущался совсем небольшим, что говорило о точности его нанесения. Мисе пришлось прислонить лезвие обратно к щеке и дождаться, когда кровь попадет на него. Все это походило на ритуал. Риз молчал и с интересом наблюдал.       Когда настал ее черед, себе ладонь Миса проткнула уже безо всякой деликатности. Пальцы ее сжались в момент удара.       — Неважно, насколько сильно меня ранят, — смешав их кровь на лезвии ножа, она начала водить острием по груди Риза. Но делала она это без нажима, так что повреждений на костюме не оставалось. — Неважно, как далеко мы будем друг от друга. Я вернусь к тебе в жизни и буду рядом в смерти. Что бы ни случилось. Даю слово.       Закончив выводить воображаемый узор, Миса отбросила нож, словно тот не имел никакого значения, и прислонила кровоточащую ладонь к месту, где у Риза ускоренно билось сердце.       — Даю слово, — повторила она.

***

      Клоны перешли к глухой обороне. Под огненный рев пулемета «Гаргона» и нескольких «Гракат» на металлический пол градом сыпались гильзы. Гринир превратили узкий коридор в полосу смерти для любого, кто осмелился бы атаковать их позицию в лоб. Грубая сила и многочисленность были их преимуществом на поле боя с людьми. Но не в этот раз.       Мощный разряд молнии затрещал по потолку и стенам. Лампы освещения взорвались, погружая все во мрак. Яркая вспышка и последующая темнота сбили клонам прицел всего на секунду, что позволило высунуться. Из конца коридора последовали быстрые, точные выстрелы. Внутренняя подсветка окуляров Гринир сослужили хорошими мишенями, и первая линия солдат пала еще до того, как они успели возобновить яростный огонь.       Не дожидаясь отмашки, Эдвард в мгновение ока преодолел коридор. Его Вольт на бегу перепрыгнул баррикаду и мечом рассек надвое клона, который слишком поздно выскочил на помощь своим.       За Эдвардом следовал Риз. Его тело осталось в камере переноса на Орбитере, поэтому он делал все от него зависящее, сохраняя концентрацию на пределе. С эффективностью боевого механизма он отстреливал все, что подавало хотя бы малейшие признаки жизни.       — Левый туннель продавлен! — отчитался Эдвард, ловко возвращая меч в ножны.       Из шлюза в одну из лабораторий, если судить по интерьеру, выбежал свежий отряд Гринир. Из-за темноты клоны не успели разобраться в обстановке и тут же очутились в огненном мешке между автоматом Эдварда и Регуляторами Мисы.       Сменив опустевшие магазины в пистолетах, Риз сделал еще два выстрела в грудь пулеметчицы, которая только-только начала оседать по стене на пол с опущенными руками.       — За ко-ро-лев… — пробулькала она прежде, чем третий и последний выстрел расколол ее маску.       Сцена казни привлекла внимание Эдварда, но ненадолго.       — Народ, не слышу вас! — произнес он по внутренней связи, сменяя магазин.       — Был занят, — ответил Кларк. Вместе с его голосом в эфир просочился звук, похожий на скрип металла клинка по ферритовым пластинам. — Идем параллельно вам.       — Пока ничего похожего на раскопки не вижу, — сказала Дженни, которая шла в паре с ним. — Только столы со старыми обломками.       — На что они похожи? — спросил Риз.       — На Владеющих.       — То, что нам нужно, находиться ниже по комплексу, — вмешалась Лотос. — Не задерживайтесь, эффект неожиданности все еще на вашей стороне. В эфире Гринир сейчас неразбериха. Вы не единственным, с кем они ведут бой.       — И у них тревога только сейчас? — удивился Риз. — Мне казалось, что Владеющие уже не первый день как проснулись.       — Мы поймем, что происходит, только когда увидим, — отрезала Лотос.       — Что-то заставило их обратить свой взор на вас, — заключил Тешин, которого могли слышать только Риз с Дженни. Отвечать вслух и выдавать его присутствие смысла не было. Пока что.       «А откуда вообще у нее информация, что искать нужно было именно здесь?» — задумался он.       «Действительно. Не похоже, что это место так легко найти», — мысленно согласилась Миса. Пока Риз в большинстве своем фокусировался на убийствах, ее настороженное внимание было обращено к тем, с кем они шли бок о бок и их словам.       За толстыми стенами загрохотали выстрелы.       — Сюда, — Эдвард указал на широкую дверь шлюза в дальнем конце и прижался к стене возле нее. Риз сделал то же самое, но с другой стороны. — Блокировка отсутствует. Дальше по идеи зона разгрузки, она просторней, так что я первый и сразу вправо. На счет три. Два. Три!       Стукнув по кнопке сбоку от шлюза, Эдвард моментально выскочил в образовавшийся проем. Быстрота позволяла ему без особого вреда отвлечь первые очереди на себя, давая Ризу возможность выйти следом и поразить всех, кто выдал себя. Самоубийство для человека, но пустяк для варфрейма.       Однако, даже когда на площадку выскочил Риз, не прозвучало ни одного выстрела. По крайней мере в их сторону. Короткого осмотра пустующих погрузчиков и нагромождения контейнеров хватило для оценки обстановки.       — У лифта чисто, — доложил Эдвард и обратил ствол автомата к соседнему шлюзу, откуда доносились звуки боя.       — Мы рядом! — прозвучал в эфире напряженный голос Дженни. — Уже почти! Со всех щелей набежали!       Не успел Эдвард пройти по дуге, чтобы посмотреть в открытый проем, как из него на всех парах выбежало трое клонов. Первых двух он скосил короткими выверенными очередями из автомата, в то время как Риз точным выстрелом расколол шлем в районе виска третьему. Последний убитый неожиданно пролетел над полом еще несколько метров, обмякнув словно подвешенная кукла.       Из воздуха за его спиной материализовался Локи Кларка и выдернул из сочленений ферритовой брони парные Никаны. Труп с грохотом повалился на пол. Звуки боя стихли.       — Этот был мой, — со злостью бросил Кларк, глядя на Риза.       — Ты их до сих пор считаешь? — Миса фыркнула так, словно речь шла о сборе мусора, и вернула Регуляторы в походное положение.       Вероятно, Кларк сразу вспомнил, с кем ему предстоит общаться, и благоразумно заткнулся.       Из этого же проема появилась Дженни и на ходу сказала:       — Вроде, это все.       В подмышке она держала самозарядную винтовку для средних дистанций. Конечно, такое оружие не назовешь подходящим для узких коридоров и темных ангаров подводного комплекса, но Дженни обращалась с винтовкой настолько умело, что неудобства никак не сказывались на ее эффективности. Тем более она отлично показывала себя при работе в паре. Их команда часто делилась надвое, если возникала необходимость работать сразу в нескольких направлениях.       В данном конкретном случае — зачистить оба подхода, чтобы им не ударили в спину.       — Похоже, мы их застали посреди рабочего дня, — заключил Кларк после осмотра площадки.       Большой лифт, который предстал перед ними, оказался нагруженным практически под завязку контейнерами для вывоза породы. Эдвард встал посреди них и жестом позвал команду за собой.       — Лотос, можешь нас спустить? — спросил он.       — Секунду, — отозвалась она. — Я заранее изолировала их системы управления, но теперь я потеряла к ним доступ. Меня блокируют. Я разберусь с этим, но на это уйдет время.       Из-за непроницаемой внешности варфрейма сложно было сказать, удивился ли Эдвард. Но его мимолетный взгляд в сторону Риза — или же Мисы, — явно указывали на повисшие в воздухе вопросы. Впрочем, озвучивать их он не стал. Это сделала Дженни.       — Владеющие вмешались? — спросила она.       — Не знаю, — ответ Лотос прозвучал коротко и строго. — Вам придется спуститься самим. Кларк, посмотри, получится ли у тебя подключится к управлению напрямую.       — Сейчас попробую, — тот без энтузиазма подошел к кнопочной панели у края платформы.       Из кисти Локи появился скрытый клинок Паразон. Кларк вонзил его в один из разъемов сбоку и начал проворачивать манипуляции с кнопками.       — Готово, — сказал он всего через несколько секунд, когда лифт пришел в движение.       Дженни прислонилась спиной к контейнеру и взялась проверять патроны в магазинах. Обычно в ее движениях читался внутренний музыкальный ритм Октавии, однако сейчас она выглядела так, словно не спала трое суток.       — Видеосигнал ослабевает, оператор, — предупредил Ордис. — Обычная связь еще держится, но я не знаю насколько ее хватит.       — Используй Лисет как ретранслятор, — сказала ему Лотос.       — Уже.       Лифт медленно, со скрипом опускался по диагонали. Риз и Эдвард выглянули за поднятую аппарель с противоположной стороны. Ожидающая их погрузочная площадка выглядела пустой.       — Внизу движений не видно, — констатировал Риз. — Стрельбы не слышно. Их там всех перебили или они оттянули силы?       Ни ответа, ни даже пожимания плечами от ребят не последовало. Разумеется, их команда редко занимала себя посторонними беседами во время выполнения миссий, однако текущее молчание выглядело весьма странно. Риз не придал бы этому особого значения, не будь на кону жизнь Мисы.       — Вы трое знаете что-то, чего не знаю я? — требовательно спросил он.       — Лично я знаю не больше твоего, — на выдохе произнес Эдвард и отошел от края.       Риз хмыкнул, снова посмотрел вниз и обхватил рукояти пистолетов.       Неожиданно в эфире прорезались статические помехи, а вместе с ними и отзвуки чьего-то сердитого голоса.       — Соберитесь в группу, червяки безмозглые! Вас ловят по одному!       — Какого… — едва не выругался Риз.       — Тил Регор? — с усмешкой поинтересовался Эдвард. — Откуда у тебя наши ключи шифрования?       — Кто? — спросил Кларк.       — Кто здесь? — вторил ему упомянутый. — Это защищенный канал!       Эдвард показал пальцем назад, откуда они спустились, и затем покрутил им у виска. Наиболее близкая трактовка жеста: «Чокнутый Гринир». Сам Риз о нем слышал только как об ученном, который работал над решением проблемы деградации гена клонов.       — Наш тоже, — ответил ему Эдвард.       — Аномалия с частотами, — вклинилась Лотос. — Сейчас исправлю, ждите.       — А-а-а… — протянул Тил Регор. Его слова постепенно становились все громче и яростнее. — Доводилось слышать твой голос, Лотос. Значит, твои металлические скорлупки сейчас тоже громят мою лабораторию? Хорошо. Далеко ходить не придется, разделаю их всех на ближайшем столе!       Как будто одного врага им было мало, в эфире раздался и другой голос. Но звучал он совсем, совсем по-другому. Словно вся толща океана, что давила на стены комплекса, заговорила с ними.       — Кем же ты стала, Ната? — казалось, что воздух вибрировал в этот момент. У Риза даже проскочила мысль о надежности механизмов лифта, пока взгляды команды были обращены к своду шахты над их головами. Миса крепче сжала рукояти пистолетов. — Почему ты предала меня? Почему не завершила последовательность? Эти дети напоминают тебе о том, кем ты была когда-то?       На последней фразе и Миса, и Риз — оба они уже готовы были поставить правую руку на то, что знали, к кому были обращены эти слова.       — Я не могу восстановить шифрованную связь, — Лотос проигнорировала вопросы, но по ее напряжению не трудно было догадаться, что она все слышала. — Вам придется исключить радиообмен.       — Лотос, — не будь Риз сейчас в варфрейме, его друзья заметили бы, как он скалил зубы. — У тебя правда было другое имя?       — Мы пересекли разрыв, — вновь завибрировал воздух. — Принесли в жертву чрево. Целые миры горели и все же мы дали им победить. Почему ты остановилась в самый последний момент?       — Это Хунхау, — сказал Тешин. И, судя по тому, как Эдвард и Кларк посмотрели в сторону Дженни, они его тоже услышали. — Он руководил вторжением тысячу лет назад.       Лифт с громким стуком прибыл к самой нижней точке маршрута и опустил рампу. Однако все четверо из команды остались стоять, замерев, как настороженные зверьки.       — Эдвард! — неожиданно резко окликнула его Лотос. Дженни вздрогнула. — Дальше по шахте под породой текут потоки магмы. Запечатайте эту гробницу и как можно быстрее.       Вольт хрустнул шеей и помотал головой, словно приводя мысли в порядок.       — Понял, все сделаем, — ответил Эдвард и отключил трансляцию, чтобы его могли слышать только те, кто рядом. — Все помнят схему? Склады взрывчатки тут рядом. Установим заряды как можно ниже и бегом обратно к лифту. Риз ты берешь левый туннель, Дженни, Кларк — вы пойдете прямо, я направо. Таймеры ставим на тридцать минут.       Эдвард сошел с лифта первым. Остальные уже не так спешили.       — Моя дочь, — произнес Хунхау. С потолка посыпалась пыль. — Последняя из моего рода. Почему ты это делаешь?       — Дочь?! — изумленно выдала Миса. Казалось, только ей хватило смелости выразить удивление вслух. — Так ты даже не человек, а просто железная сука?!       — Нет времени! — одернул ее Эдвард. — Риз, угомони ее и действуй по плану!       — Без тебя знаю, — прошипела Миса. Она сама шла с пистолетом на изготовку в указанную строну.       — Какое волнение, — произнес Тил Регор. — Лотос, у вас с этим стариком… Общая история? Разрушили империю Орокин, освободили нас. Как вы это сделали? Я хочу знать. Столько открытий.       Честное слово, какую бы должность не занимал этот Гринир, сейчас он звучал как офисный работник, который скинул домашние тапочки и прилег на диван, чтобы посмотреть мелодраму по телевизору. Но в отличие от других клонов, его интеллект, судя по всему, находился выше уровня пластиковой табуретки.       — Нет, я вам не позволю уничтожить гробницу, — продолжил Регор. — Уничтожить историю. Вандалы! Отряд один-четырнадцать, вы перекрыли входы? Один-четырнадцать! Хм… Либо фокус со связью отрезал меня от них, либо они мертвы.       Пока Гринир делился умозаключениями прямо в эфире со своими врагами, чем окончательно закрепил за собой звание ненормального, Риз действовал на автомате. Закинув пакет со взрывчаткой на плечо, он показал место хранения Дженни и бегом направился в левый туннель. Чем быстрее они покончат с этой гробницей, тем больше шансов на то, что они уйдут отсюда живыми.       Конечно, в уме у него был и другой вариант. Но, увы, Кларка вряд ли теперь получилось бы выловить и хорошенько избить, чтобы он заставил лифт вновь работать.       «Сучья тварь, — вертелось у Мисы голове, и эту мысль Риз разделял полностью. — Все это время нами командовала машина. Машина, черт возьми!»       — Лотос, — вмешался Тешин. — То, что говорит Хунхау — правда? Ты была частью первого вторжения и теперь пытаешься скрыть признаки второго?       — Потом, Тешин, — ответила она. — Я не могу тебя отключить, однако не смей вмешиваться в ход операции. Не сейчас!       Металлический пол под ногами сменился влажным грунтом. С камней у потолка лились струйки воды. Лампы на стенах заменили прожектора. Не изменилось другое: трупы клонов и кучки гильз.       Неожиданно из-за буровой машины впереди выскочило нечто, что разительно отличалось от биологической формы жизни. Тонкие механические конечности и длинные окровавленные лезвия вместо рук. Оно не бежало, а неслось над землей.       — Контакт! Владеющие! — воскликнул Риз. Вместе с этим он скинул с плеча взрыв-пакет и открыл ураганный огонь из обоих пистолетов.       Строение Владеющего оказалось столь худым — даже в его середине зияла дыра открытого пространства, — что немалая часть бронебойных сердечников прошла мимо. К счастью, остальных хватило, чтобы выбить фонтаны искр и остановить машину. Та повалилась на землю, звеня металлом по гильзам. Риз подбежал и добил ее расстрелом в упор.       С такими боевыми формами разумных машин он еще не сталкивался. Конечно, эта оказалась не столь живучей, как Гиганты Эйдолона, которые бесцельно бродили по равнинам, но перспектива встретить сразу несколько таких единиц совсем не радовала.       И, разумеется, он их встретил.       Они выскочили одновременно из дальнего конца туннеля, маневрировали в идеальной синхронности, не давая фокусировать огонь на ком-то одном. Единичные попадания их не останавливали. В свете прожекторов искрили энергией длинные клинки.       — Они наши враги, Ната, — прогрохотал Хунхау. — Они убили твоего брата Эрру. Ты забыла его? Забыла нашу семью?       — Да заткнись ты! — бросил Риз. Шаг за шагом он отступал и одновременно стрелял с левой руки, в то время как правый Регулятор он перезаряжал на ходу, чтобы в один миг не остаться без патронов совсем. — Ребята, требуется помощь!       — У меня тоже жарко! — доложил Эдвард между ревом очередей. — Дженни, Кларк?       — Заняты! — прокричал последний.       — Один момент! — неожиданно на запрос ответил Тил Регор.       Земля под ногами задрожала. Но то были не слова от полумертвого главы вторжения Старой Войны. Из бокового туннеля выскочила настоящая гора мышц, облаченная в ферритовую броню.       — Время молота! — с диким ревом гринировец протаранил щитом строй Владеющих. Двоих он раздробил на части об скалы. От удара с потолка посыпался щебень, грозя похоронить их всех под толщей земли безо всякой взрывчатки.       Высотой Тил Регор оказался почти в два человеческих роста, а огромный механический кулак, которым он орудовал, был размером с промышленный молот. Владеющие переключили все внимание на него. Одних атакующих гриноровец превратил в летящие обломки взмахом толстого щита, затем развернулся и наотмашь врезал кулаком. В стороны разлетелись металлические куски. Последнего он расплющил ударом сверху.       Закончив с машинами, он посмотрел на застывшего в ожидании Риза. Маска у Регора была похожа на стандартную, как у всех Гринир, но почему-то выглядела перевернутой. Один глазной окуляр светился широко, а второй был едва заметен.       «Такой же тугодум, как и остальные», — подумала Миса.       Воспользовавшись паузой, она навела левый пистолет точно на его голову и нажала на спуск. Регулятор ответил глухим звуком пустого магазина.       — Упс, — поддразнил Регор. — Кто-то не умеет считать па…       Риз тут же поднял второй, заряженный пистолет и открыл огонь. Местный ученый оказался достаточно быстр, чтобы успеть закрыться щитом и броситься в атаку.       Дистанция между ними оказалась слишком мала. Для уклонения Ризу пришлось сложить опустевший пистолет. Смертоносный взмах кулака прошел мимо и с грохотом впечатал рудовоз в стену.       Регор открылся в момент атаки. Не хватило буквально мгновения, чтобы прицелиться и одним выстрелом в голову закончить дуэль. Пришлось нырять под громилу. Миса едва не угодила под удар кромки щита, который расплющил бы кого угодно. В прыжке удалось несколько раз выстрелить по нижним конечностям перекаченного клона, когда тот снова поднял щит, но он словно и не заметил этого.       Они поменялись местами, и теперь «археолог» Гринир очутился на пути к лифту. Риз очень жалел, что не мог появится в своем теле прямо тут и разрезать его Бездной к чертовой матери от головы до пят.       — Иди сюда! — сказал Регор. — Сделаю из тебя маленький кубик.       Однако едва он сделал шаг, как сразу же свалился на колено и упер щит в землю, продолжая упрямо закрывать себя от быстрой кончины.       — Скользкая мокрица! Знаешь, сколько я эти протезы делал?!       — Кто-то не умеет прикрывать ноги, — вернул должок Риз сухим тоном, зарядил наконец второй пистолет, встал в стойку и обрушил на врага шквал огня.       Все выстрелы пришлись ровно в центр щита. Была надежда, что при множественных попаданиях в одну точку прочный материал не выдержит. Как оказалось, выдержал.       Благо, в проеме со стороны лифта показалась Октавия Дженни. Прицелившись из винтовки, она выстрелила.       — Ах ты!.. — бросил Регор и постарался закрыться от пуль механическим кулаком.       Похоже, его голова была наклонена слишком низко, чтобы вынести ему мозги через затылок. В то же самое время Риз углядел возможность. Он обошел раненного гринировца, прыгнул на смятый рудовоз и на бегу произвел еще несколько выстрелов. Тил Регор вновь закрылся щитом и еще вдобавок попытался вмазать кулаком в ответ. Но у него получилось лишь раздробить камень, а сам он поймал телом еще несколько пуль из самозарядной винтовки Дженни.       Удивительно, но даже так он не умер, продолжил барахтаться и ругаться во весь голос. Впрочем, теперь это не имело значения.       Риз спрыгнул на землю, подбежал к Дженни и кротко произнес:       — Спасибо.       — Бездна, ну и здоровый он… — обронила она, вынимая пустой магазин.       — Слушком труслив, чтобы решать вопросы лицом к лицу?! — кричал оставшийся позади Тил Регор. Используя орудия в обеих руках, он в бессильной ярости полз к ним. — Мы еще не закончили!       — Тебе же нравится закопанная тут история? — произнесла Миса и рукоятью пистолета стукнула по кнопке рядом с проемом. — Вот с ней ты и останешься.       Шлюз со свистом закрылся. Для надежности Миса еще и выстрелила в пульт.       Из дальнего туннеля выскочил Эдвард.       — Все бомбы взведены? — спросил он.       — Угу, — ответила Дженни.       — Готово, — сказал Кларк, появившись из воздуха около лифта.       — Риз? — окликнул его Эдвард.       А вот свой заряд ему взвести просто не дали. Он как раз сейчас лежал возле разъяренного клона переростка за запертой дверью. Однако оставаться здесь и продолжать рисковать Мисой Риз не собирался.       — Да, — соврал он. — Сваливаем.

***

      Через установленные полчаса, когда вся команда вернулась на десантные корабли, заложенная взрывчатка сдетонировала. Для надежности Эдвард так же заминировал склад. Так что если магма и не залила пещеры под землей, то воды океана совершенно точно затопили всю лабораторию, когда раздался последний взрыв, гораздо мощнее и заметнее. Выжил ли запертый в крайнем тоннеле Тил Регор, можно было только гадать. Скорее всего, нет. Да и Ризу было на него плевать, как теперь и на Хунхау, если честно.       Так как его ждал очень «увлекательный» разговор.       — Так тебя Ната зовут? — спросил Риз. Он все еще находился в одном теле с Мисой и сидел в кресле пилота, пока Лисет был на обратном пути к Орбитеру. — Ты машина. Это поэтому мы должны держать язык за зубами?       — Мне действительно приходилось многое умалчивать, — созналась Лотос. Упираться она не стала. — У меня была миссия. Я завершила все, кроме последней последовательности.       Тешина с ними не было. Едва связь пришла в норму, все посторонние вылетели из эфира. Без право на восстановление, очевидно.       — В чем она заключалась? — осторожно спросила Дженни.       — Убить нас, — вставил Риз. — Всех нас, детей Заримана. Мы оказались главной помехой для Владеющих в Старой Войне. Это была ее задача, а она ее не выполнила. Хунхау всю дорогу ставил ей это в укор. Можешь поправить меня, Ната, но тут все идеально стыкуется.       — Все верно, — ответила она на удивление смиренно.       — Что помешало? — спросила Миса холодным, словно астероидный лед, тоном.       — Тебя это не касается, — произнесла Лотос, и ее голос звучал скорее устало, нежели сердито.       Чтобы погасить нарастающий конфликт Эдвард вновь вмешался:       — А если этот вопрос зададим мы? Почему ты остановилась?       — Как и любая миссия, все в этой Системе требует жертв, — сказала она. — Я и мне подобные стали бесплодными при пересечении разрыва Бездны. Этот недостаток мне уже никогда не исправить. Я увидела вас, спящих в резервуаре переноса и поняла, что не смогу принести эту жертву. Война уже близилась к концу. Ната была дочерью, она должна была закончить последовательность. Я уничтожила ее. Теперь я Лотос. Ваша мать и защитница.       — Ох, Лотос… — вздох Дженни, казалось, был полон сочувствия.       «Моя настоящая мать погибла на Заримане, железка ты бездушная», — подумал Риз, сжимая пальцы в кулак.       Его гнев подхватила Миса и помогла обратить в наводящие вопросы.       — Как ты добралась до нас? — мысль была ее, однако высказал ее Риз. — Тебя никто не подпустил бы к нам. Ты какая-то особая боевая форма?       — Может, мимик? — предположил Кларк.       — Я этого не помню, — ответ Лотос прозвучал не вполне уверенно. — Часть воспоминаний были стертой вместе с той, кем я больше не являюсь.       — Получается, мы все были обязаны тебе жизнью еще до того, как очнулись, — проговорил Эдвард.       — Пожертвовала частью себя ради нас, — поддержала Дженни. — Это… Очень самоотверженно. Почему ты скрывала это от нас?       — Не все могут принять правду, — сказала Лотос. — Для большинства будет лучше, если они останутся в неведении.       — Еще бы, — сардонически протянула Миса, однако дальнейшие каверзные соображения оставила при себе.       В отличие от остальной команды, ни на нее, ни на Риза душещипательная история не подействовала. Открывшаяся правда лишь внесла еще больше сомнений, что Лотос вообще способна понять человеческие чувства. Конечно, эмоции прокрадывались в ее слова, однако все это могло быть не более, чем имитацией. Самой обыкновенной, безжизненной имитацией заботы с целью удержать подопечных в узде. Да и поверить в то, что Орокин просто взяли и приняли ее «помощь», было сложно. В этой картине явно не хватало пары деталей.       Но был у Риза и другой, давно терзающий его вопрос. Чтобы его задать, ему пришлось глубоко вдохнуть и отогнать злобу на задний план.       — Ты же видела нас, да? — начал он. — Мы сражались с твоими родственниками, пусть ничего из этого и не помним. Скажи мне, только честно на этот раз: я был среди тех, кто сражался? И почему я помню о Заримане все, в то время как другие не помнят?       — Не знаю, Риз. У меня не было информации о всех детях на тот момент. Вас погрузили в сон, и что происходило с вами до этого, я не могу сказать.       — А падении империи Орокин? — вклинился Эдвард. — Все почему-то указывают, что это мы ее разрушили. А Лотос ты стала еще до того, как это случилось. Разве ты не принимала в этом участие?       Повисло неловкое молчание.       — Нет, — коротко и все так же неуверенно произнесла она.       Другого Риз и не ждал. Ни внятного ответа, ни подсказки. На этом период откровений лично он решил закончить. Еще примерно полчаса в эфире обсуждалось, как не позволить Гринир вернуться к раскопкам и как быть с разведчиками Владеющих, которые сейчас появлялись на разных планетах Системы. Когда все пришли к выводу, что для решения этих задач необходимо подключить и других Тенно, Риз уличил момент, чтобы покинуть эфир.       Лисет как раз пристыковался к главному кораблю. Риз отключил соматическую связь и пробудился в своем теле. В глаза ударил свет, когда створки камеры переноса раскрылись.       После нескольких часов в положении полулежа без единого движения все тело ощущалось немного ватным. Риз встал, оперся о край камеры и поочередно покрутил конечностями, чтобы разогнать кровь. От количества эмоций и мыслей голова начинала гудеть.       — Ордис, — окликнул он цефалона. — Ты знал, что она не человек?       — Нет, оператор. Для меня это такое же удивительное открытие, как и для вас!       — Хм… Поверю на слово, — пробурчал Риз под нос и обернулся на звук открытия гермодвери.       Миса зашла к нему и осмотрела помещение.       — Довольно много неиспользованного пространства для столь небольшого корабля, — прокомментировала она.       — Есть такое.       В отсеке действительно не было ничего, кроме капсулы пероноса, за которой вглубь корабля тянулись светящиеся белой энергией корни. Даже сложно было предположить, по какому принципу они работали.       Но слова, что вертелись на языке, были вовсе не про корабль. Очевидно, Миса могла сказать очень многое, но самым важным, что не предназначалось для чужих ушей, они уже обменялись во время соматической связи. Многое еще предстояло уложить в голове, но в присутствии Ордиса им разговаривать, по сути, было не о чем.       Риз уселся на полу, прислонился спиной к камере и жестом подозвал:       — Сядь.       Хмыкнув, Миса не спешно приблизилась к нему. Вместо того, чтобы сесть, она опустилась и легла около него. Голову она положила ему на бедро, устремив взгляд в потолок и скрестив пальцы на животе. Довольный смешок вырвался из ее груди, когда Риз стал чесать ей затылок.       — Будем делать, как ты собирался, — шепотом произнесла она.       — Да, — ответил он. — Будем.       Несколькими минутами ранее, в общении переплетенных сознаний они договорились, что будут притворяться, обманывать, не будут доверять никому. Только друг другу. Они собирались сделать все, чтобы их предстоящий побег увенчался успехом и при этом не оставил следов. Но на это требовалось время.       В задумчивости Риз невольно зацепился взглядом за кровавую отметину на груди после проведенного Мисой ритуала.       — Знаешь… — вдруг начал он.       — М-м? — расслаблено протянула она.       — Я тут вспомнил. До превращения у тебя была другая жизнь. И другое имя. Настоящее. Можешь его вспомнить?       Миса слегка отвернула голову, уставившись в одной ей известную точку.       — Возможно, потом вспомню, — ответила она после недолгой паузы.       «Потом, — мысленно повторил за ней Риз. — В другой день. Когда мы будем наконец одни».       За последние несколько часов он в очередной раз убедился в том, что лучшего выхода для них не существовало. И спустя годы Риз будет горько сожалеть только об одном моменте, который он еще не осознавал, когда принимал решение.       Что Лотос, судя по всему, приняла свое.

***

      Несмотря на открывшуюся сущность их «опекунши», друзья согласились на том, что для них по большей части ничего не изменилось. Все продолжили выполнять приказы, в том числе и Риз. Сам он занялся тем, что начал ненавязчиво углубляться в изучение работы систем Орбитера и Лисета. Кое-что он уже знал, другое спрашивал у Ордиса, третье проверял сам, на практике. Существовала вероятность, что когда настанет тот самый день, цефалона ему придется отключить. Риз не мог полностью его контролировать, поэтому считал, что лучше быть готовым обойтись без него.       Пока другие Тенно отлавливали дронов-разведчиков по всей Системе, неожиданное откровение Хунхау сподвигло Эдварда заняться изучением пробелов в их общей истории. Каким-то образом он нашел старые архивы Орокин и позвал остальную команду покопаться в них. Особенно усердно в работу включилась Дженни со своей проницательностью.       Благодаря совместным усилиям, или же благодаря необычной удаче, им удалось найти редкие пластины Витрувиан, что хранили в себе записи без использования источника питания. Поэтому они и дожили до современности под слоями вековой пыли.       Вытащить из них удалось немало интересно. Именно тогда все в команде узнали про Маргулис — архимедиан, которая была ответственна за решение сохранить жизнь детям с обнаруженного после катастрофы Заримана, вместо того, чтобы убить их из-за опасности, которую они представляли. Маргулис изобрела перенос изначально для терапии. Но Орокин хотели использовать его и детей как оружие, чему она противостояла всеми силами. Она хотели их вылечить, и боролась за это, даже когда один из них лишил ее зрения. От этой информации у Риза голове будто прояснилось, и из вязкого омута худших воспоминаний выплыл фрагмент.       Он вспомнил себя в полностью неадекватном от злобы и препаратов состоянии, и как ему удалось ранить женщину, чья одежда явно говорила о высоком месте в иерархии. Тогда Риз действительно хотел убить ее. Тогда он думал, что любая большая шишка Орокин заслуживала сдохнуть за все, что произошло с ним, с его родителями и всеми остальными людьми на корабле-колонизаторе.       Однако теперь, получив полную картину произошедшего, Риз почувствовал себя гадко. В нем заиграла жалость. И ни с Эдвардом, ни с Дженни он не собирался делиться подобным. Больше нет.       Вот кому они на самом деле были обязаны тем, что их не убили. Не машине с мутным прошлым. А женщине, которая боролась за них до последнего, и которую Орокин в конечном счете казнили за сопротивление им.       Как ни странно, про Лотос они тоже нашли кое-какие обрывки данных.       Мало того, что она использовала и продолжает использовать детей с Заримана для войны, чем буквально следовала идее золотомордых, так еще и выяснилось, что инициатива убить в себе Нату и стать Лотос, ей вовсе не принадлежала. Все было намного прозаичней — ее поймали, когда она пыталась проникнуть в резервуар переноса на Луне. После этого, по приказу Орокин, ей насильно изменили конструкт личности.       В команде удивились все, кроме Риза. Стоящая возле него Миса шепотом заявила, что ей очень хотелось бы видеть, с каким выражением лица Эдвард зачитывал вслух расшифровку во время очередного сеанса связи.       — Самоотверженно, да? — прокомментировал Риз.       — Не смешно, — буркнула Дженни.       — И что будем делать с этой информацией? — резонно поинтересовался Кларк. — Ей выдадим или при себе оставим?       — Не знаю, — вдумчиво протянул Эдвард.       — Но это же мало что меняет, верно? — сказала Дженни. — Да, когда-то она была нам врагом, но сейчас она совсем другая. Можно сказать, Лотос такая же, как мы, ведь ее тоже лишили части воспоминаний. Может быть, и нас так же переформатировали?       — Застрелиться и не жить, — едва слышно прошипела Миса.       Из динамиков раздался тяжелый вздох Эдварда:       — Вопрос сложный. Как считаешь, Риз? Другим это обязательно знать?       — А почему ты меня спрашиваешь? — задал он встречный вопрос.       «Почему не других?» — пронеслось у него в голове.       — Меня назначили старшим всего на одну операцию, — ответил Эдвард. — Так что формально командир сейчас опять ты. Тебе и решать.       Риз с подозрением сощурил глаз. На фоне затаенных планов такой вопрос от друга ощущался несколько странным.       — А есть смысл делать из этого тайну? Либо мы об этом расскажем, либо Хунхау. Причем сделает он это так, как будет выгодно ему. Так что перешли эти записи Лотос, пусть сама над ними думает. Заодно, может, в себе разберется.       — Хорошо, — сказал друг. — Тогда попробую сейчас ее подключить.       — Это срочно? — Лотос отозвалась практически мгновенно, чем вызвала у Эдварда тихое «воу».       — Несильно, но тебе, наверное, будет интересно, — Риз приложил усилия, чтобы его слова не звучали слишком злорадно.       — Тогда отложите это, — отрезала она. — Надо решить несколько проблем. Дженни, Эдвард, вам придется отправиться на орбитальную платформу Плутона. Нужно договориться с Корпусом, чтобы они предоставляли данные локаторов дальнего радиуса обнаружения о любых объектах, которые входят в нашу Систему.       — А они пойдут на такое? — поинтересовалась Дженни. — Многие из них еще злы на нас за все, что мы сделали.       — Им придется. Это для общей безопасности. Если договориться не получится, воспользуемся другим методом. Кларк, ты мне понадобишься для другого задания. Объясню в отдельном канале.       — Мне что-то делать надо? — спросил Риз с целью не показаться совсем безучастным.       — Пока нет, — ответила Лотос. — Ожидай.       — Похоже, к нашей теме вернемся позже, — сказал Эдвард. — Ладно, пошел смотреть маршрут.       На этом сеанса эфира прекратился. Риз глянул на Мису и пожал плечами.       — Не успела появится, как всех разогнала, — натянуто усмехнулся он.       — Что-то ее определенно держало в напряжении, — подметила она.       Риз кивнул.       Только много позже, когда будет уже слишком поздно, до него дойдет: Лотос отослала всех на разные планеты, чтобы никто из команды не смог вовремя вмешаться.       Спустя несколько часов она вновь связалась с ним. Обстоятельства, выводы и последовавшие из них приказы казались логичными и понятными. Договориться с Корпусом ожидаемо не получилось, и теперь Лотос собиралась получить необходимый доступ к их сенсорам, не спрашивая согласия. Но сделать это нужно было незаметно, чтобы не спровоцировать их лишний раз на поиск уязвимостей.       Первоначальная задача звучала легко: проникнуть на брошенный узел связи на Венере и поискать там всю возможную информацию о глобальной системе наблюдения Корпуса. Лотос лишь упомянула, что станция находилась в зоне патрулирования местных вооруженных сил, однако никакой серьезной активности рядом, по ее словам, не было. Поэтому Риз никак не возражал против того, что на задание он должен был отправиться один.       Однако первые звоночки интуиции начались еще с изучения схемы. Станция связи проходила сквозь небольшую гору и делилась на две части, которые были связаны между собой длинным тоннелем. Одна выпирала из скалы с обеих сторон, к одной из которых вела старая дорога, а вторая часть станции находилась немного выше и открывалась внешнему миру над крутым склоном. Строение выглядело явно недешевым. На вопросы, почему оно оказалось брошенным, и что там могло остаться после ухода Корпуса, ответов не было. Как и явных причин отказываться от задания.       Риз остался на Орбитере, в камере переноса — иной вариант Миса отказалась рассматривать, как и в прошлый раз. Теперь уговор действовал вне зависимости от того, где проходила операция. Их сознания были вновь переплетены, когда Лисет с ней отстыковался и начал плавный спуск.       По приказу своего оператора Ордис высадил их недалеко от подножья горы. Корабль медленно опустился и провернул ротор десантной капсулы. Держащие Мису замки отключились, и она прыгнула в снег. Ледяные порывы ветра ощущались даже в оболочке варфрейма. По циклу стояла морозная пора, которая раз в стандартные сутки уступала место оттепели благодаря одному из элементов местного терраформинга — кружащему вокруг планеты спутнику с мощными солнечными отражателями.       — На месте, — доложил Риз.       — Постарайся раздобыть как можно больше информации, — прозвучал голос Лотос. — Я оставлю тебя на время, моего внимания требуют другие операции. Свяжись со мной через цефалона, если что-то найдешь.       — Понял тебя, — выдохнул он. — Ордис, держись неподалеку. Скройся за рельефом.       — Хорошо, оператор, — отозвался цефалон и на малой тяге отвел корабль.       «Воюет против себе подобных, словно это ее личный выбор, — подумала Миса. — На деле же выполняет то, что заложили ей в голову золотые уродцы. Интересно, окажись они живыми, Лотос кинется целовать им ноги или сразу свои раздвинет?»       «Это больше не наша проблема. Нужно лишь потянуть время, — ответил ей Риз. — С основным управлением корабля я почти разобрался. Потом останется решить, как оборвать все фоновые передачи данных, даже если цефалон выступит против».       «Он выступит, можешь не сомневаться».       «Посмотрим. Ладно, давай сосредоточимся на том, за чем нас сюда послали».       Риз осмотрелся. Приглушенный свет солнца кое-как пробивался со стороны равнины сквозь плотные облака. В изгибах сугробов узнавалась длинная полоса занесенной снегом дороги. Идти по ней оказалось намного проще.       Периметр станции опоясывали стены. На выступах и на крышах пустующих вышек наблюдения виднелись покрытые изморосью автоматические турели, не подающие признаков активности. Как минимум, они бы послали несколько очередей по Лисету на подлете, если бы работали.       Въезд ничем не был закрыт, но в бетонном ограждении отчетливо проглядывались множественные сколы от пулевых попаданий и разрывов снарядов. Больше всего это походило на последствия рейда Гринир, однако ничего серьезнее, что в действительности могло бы вынудить Корпус оставить станцию, на глаза не попадалось.       В разуме Мисы проскочила мысль, что где-то неподалеку под снегом наверняка лежали трупы клонов.       Риз прошел под аркой внешних ворот. Металл переходных мостиков скрипел и вибрировал на ветру. За стенами укрывались низкие строения технического назначения и пара ангаров для машин. В самом дальнем конце виднелось выступающее из горы строение с широкими воротами, чьи толстые гермодвери были наполовину закрыты. В оставшийся проход с воем влетал падающий снег.       Самым очевидным было бы зайти в эти приоткрытые ворота, либо попытаться как-то просочиться с другой стороны горы через закрытый внутренний ангар, который Риз видел на схеме. Однако чутье подсказывало ему действовать осторожно.       Он остановился и еще раз пробежался внимательным взглядом по округе. Каких либо признаков, что здесь недавно кто-то был, высмотреть не получилось. Ни единого следа на снегу. Двери и стены зданий присыпали нетронутые сугробы.       Риз на секунду обернулся и заметил, как оставленную им дорожку пропаханного снега заметало практически на глазах.       Пальцы обхватили рукояти пистолетов.       — Кларка бы на это подбила, — проворчал Риз под нос. — Он во всяких технических штуках копаться любит.       Судьбу он испытывать перестал и сошел с главной дороги. К горе стоило приближаться под прикрытием второстепенных зданий. Так Риз и поступил, заодно прокрутил изученную схему в голове, чтобы понять, в каком конкретном месте находился не настолько очевидный служебный вход. Таковой действительно нашелся, за сетчатым забором. Выдвижная дверь оказалась закрытой, что, в принципе, ничуть не удивило.       — Ордис, проверь еще раз, есть ли признаки электричества, — Риз сложил пистолеты и попытался подцепить дверь руками. Безуспешно.       — Ничего, оператор. Сканеры достают только до внешней части станции, но я с уверенностью могу сказать, что она полностью обесточена.       — Понял. Значит, действуем более грубо.       Он поднял взгляд. Примерно в трех метрах над ним виднелись окна, больше походившие на бойницы. Недолго думая, Риз вскарабкался по решетчатому забору, в прыжке ухватился за край парапета и подтянулся. Тут ему повезло сразу в двух случаях: узкий парапет покрывал лишь снег, а не скользкий лед, и окна проектировались не для ведения обороны. Хватило всего пары крепких ударов, чтобы разбить синтетическое стекло.       Оказавшись внутри, он опустился на колено и стал вслушиваться в окружающие звуки. Ничего. Только ветер завывал из разбитого окна. Место, в котором они оказались, походило на коридор между жилыми отсеками.       Регуляторы вновь оказались в боевом положении. С этого момента Риз старался больше не шуметь. В основании черепа до сих скреблось тревожное предчувствие.       «Стоит начать с ближайшего терминала связи», — напомнил он себе.       Внутри царила темнота. Можно было бы включить небольшой фонарик, который Риз прихватил с собой, однако пользоваться им без нужды он не собирался — лишний риск дать обнаружить себя. Обостренное зрение варфрейма немного помогало, но чем дальше они заходили, тем сильнее приходилось всматриваться.       Спустившись по лестнице, он зашел в комнату управления воротами и взглянул на них с обратной стороны через стекло. Снаружи просачивались хлопья снега, подсвечивались на свету и исчезали в темноте.       Внутри станции не царил ожидаемый бардак. Все выдвижные ящики и стеллажи были заперты, что странно, ведь магнитные замки на обычных дверях не работали и никак не мешали разграбить тут все каким-нибудь мусорщикам. Да и работающие замки их тоже не остановили бы, раз на то пошло.       «По какой-то причине Корпус оставил же это место, — обдумывал Риз, продвигаясь дальше. — В жизни не поверю, что рейды Гринир могли вынудить их оставить узел связи и при этом не забрать с собой все самое ценное. В теории еще обслуживание могло обходиться в кругленькую сумму и поэтому переехали на место попроще, но опять же: почему здесь должно остаться что-то полезное?»       «Не знаю. Но, чует мое сердце, мы здесь надолго. Как по мне, Лотос послала нас к черту на рога, чтобы мы не мешали ей манипулировать твоими друзьями».       Вывод Мисы звучал немного более логичней, нежели поставленная задача, так что Риз готов был согласиться с ним.       Идти дальше вглубь станции, куда не добивал свет с улицы, пришлось практически на ощупь. Едва заметное для обычного человека эхо собственных шагов в коридоре ощущалось громче, чем хотелось бы. Следующая дверь с магнитным замком тоже оказалась открытой. Спустя еще пару шагов ноги вдруг начали хлюпать по воде.       Риз остановился и включил фонарь. Помещение, в которое он вышел, выглядело просторным и напоминало одновременно как центральный холл, так и площадку для разгрузки оборудования. На последнее указывала пара оставленных контейнеров для переноски.       «Откуда здесь вода? — подумал он, обращая луч фонаря к потолку. — Еще не хватало, чтобы нас тут затопило».       Протечек видно не было, как не было слышно ни единого звука падающих капель или шума пробитой трубы. Глянув по сторонам, Риз пошел дальше по воде к дверям напротив, подсвечивая себе надписи с обозначениями.       «Если не ошибаюсь…»       Его мысль неожиданно прервал зажженный свет множества люминесцентных ламп. Раздалось гудение электрощитков, заработала вентиляция. Вся станция ожила за одно мгновение.       Первой же реакцией Риза оказался вскинутый пистолет и поиск любого видимого движения. Однако главная угроза таилась вовсе не в засаде за укрытием — она расстелилась по всему полу.       Нарастающий треск электричества через считанные мгновения взорвался яркой паутинной молнией. Ослепляющая вспышка агонии затмила мир. Риз закричал, и будто бы осколки стекла впились в горло. Только благодаря этому ощущению, удушливой темноте и ограниченному пространству он стал осознавать, что вернулся в свое тело.       «Миса…»       — Ордис! — окликнул он цефалона, претерпевая одышку, и силой открыл створки камеры переноса. — Что случилось?!       — Соматическая связь разорвана! — доложил он, как будто это не являлось чем-то очевидным. — Видео и аудио сигналы тоже.       Риз свесил ноги. Конечности все еще одолевала покалывающая дрожь, как если бы током ударили именно его. Но в груди он ощущал, как нарастал и прокручивался ледяной осколок страха.       — Живо поднимай Лисет обратно! — скомандовал он. — И зови Лотос и команду на помощь! Скажи им, что мы попали в ловушки. Соври, что я тоже там.       Пережитый сквозь соматическую связь разряд даже пальцам не давал крепко сжаться в кулак, однако Риз все равно шел в арсенал. Можно сказать, что первые минуты он держался на ногах лишь благодаря усилиям воли. Вся мысли крутилась вокруг оставшейся на планете Мисы.       Если она была еще жива, успеть помочь ей мог только он.       — Что со станцией? — Риз оперся о настенную панель, сделал глубокий вдох и ринулся к одному из двух параллельных подъему. — Ты сказал, что там нет долбанного электричества!       — Его действительно не было, оператор! — оправдывался Ордис. — Возможно, его подачу возобновили из генераторной. Я специально смотрел за температурой технических воздуховодов, и до этого момента они не выделяли никакого тепла. А сейчас вся сеть станции начала функционировать, включая автоматическую оборону!       Само собой, цефалон имел ввиду турели на башнях внешнего периметра. Осознавая всю опасность, которую они из себя представляли, Риз вытащил из прикрепленного к полу ящика Тайберон. Крупнокалиберную булл-пап винтовку он использовал лишь несколько раз, потому как большую часть времени хватало и Регуляторов. Однако сейчас ее огневая мощь была нужна ему как никогда, и пользоваться он ею умел.       — Лисет в пути? — спросил Риз. — Скажи приблизительное время!       — Буквально четыре минуты, оператор. Лечу на максимальной тяге.       «Слишком медленно, слишком!» — вертелось у него в голове.       — Соматическая связь? — вновь задал он вопрос.       — Все еще нету! Оператор, вы же не собираетесь всерьез отправиться туда лично?       — Делай свою работу и не спорь! — отрезал Риз, снаряжая магазины бронебойными патронами.       Дрожь в руках ему удалось подавить, стиснув зубы до болезненного скрипа. Мысленно он проклинал себя за то, что не был достаточно осторожен. С каждым ударом сердца ожидание только усугубляло растущую в нем злобу.       Когда десантный корабль наконец состыковался с Орбитером, Риз схватил винтовку и на бегу закинул пояс с магазинами на плечо. От носителя Лисет вновь отстыковался спустя всего несколько секунд и на предельной допустимой для входа в атмосферу скорости устремился обратно к планете.       Корабль трясло от встречных потоков воздуха, в то время как перегрузка вдавливала Риза в кресло. В глазах начало темнеть, но вскоре его отпустило, когда Ордис был вынужден сбавить тягу для плавного торможения.       — Похоже туда на посадку заходит Кондор! — оповестил цефалон, что Риз уже мог видеть сам. Это дало призрачную надежду, что внутри станции еще никого не было, чтобы добраться до Мисы. Вскоре две оборонительные турели открыли плотный заградительный огонь. Несколько попаданий оставили черные отметины на панорамном окне. — Ближе не могу, иначе нас собьют!       — Очевидно, — прошипел он, отстегивая себя от кресла. — Снижайся и открывай аппарель!       Больше возражений Ордис не высказывал. Вместо этого он подчинился и открыл путь леденящим порыва ветрам внутрь корабля.       Спрыгнув налету, Риз с помощью прыжка Бездны погасил большую часть скорости и угодил прямиком в мягкий снег. После болезненного приземления он быстро поднялся на ноги и теми же скачками устремился к станции.       — Я вас прикрою, оператор! — оповестил цефалон. Лисет взревел двигателями и начал маневрировать, не выходя из в зоны поражения турелей.       В этот же момент с ним напрямую связалась Лотос. Вовремя и одновременно нет.       — Твой цефалон сказал, что ты попал в засаду вместе с варфреймом. Однако поток данных говорил, что ты был в этот момент на корабле. Что случилось на самом деле?       «Фоновый поток… — проскочило в голове. — Она знала, что я остался на корабле».       — Ты помощь выслала или нет?! — чтобы смочь отослать ответ Ризу пришлось вернуться в реальность и продолжить бежать по занесенной дороге. Раздирающий холод опалял неприкрытое лицо, обжигал горло при каждом вдохе.       Башня, что вела интенсивный огонь по кружащему вокруг Лисету, переключила внимание на новую цель. Заметив это, Ризу вновь ушел в параллельное пространство. Раздался оглушительный треск ионизированного воздуха. Лучи скорострельных лазеров испарили дорожку снега и подняли облака пара там, где он только что находился.       — Эдвард и Дженни должны прибыть к тебе в течении двух часов, — отозвалась Лотос, в то время как Ризу пришлось объявиться с другого края дороги.       Еще в Бездне он встал на колено, прицелился и нажал на спуск, едва лазурные оттенки спали с заснеженных гор. Громыхнул выстрел. Приклад Тайберона ударил в плечо, затем второй раз, третий и четвертый. Мощь винтовки не предназначалась для использования обычным человек, но Ризу хватило сил, чтобы удержать ее и попасть в цель.       Когда из щелей корпуса турели стали расти острые языки пламени, он вновь прыгнул в Бездну. Слабость прошла и уступила место чистой ярости.       В рабочем состоянии осталась лишь одна крайняя башня, которая продолжала отгонять от станции маневрирующий десантный корабль смертоносными лучами. Остальные не функционировали. Лишь благодаря этому и тому факту, что основными целями турелей являлась пехота, прочный фюзеляж Лисета мог вытерпеть еще несколько расфокусированных попаданий.       Прилетевший Кондор тем временем снижался под прикрытием стен. Сквозь гул его двигателей и грохота стрельбы в коммуникаторе просочился голос Лотос:       — Немедленно вернись на Орбитер, ты подвергаешься себя излишнему риску.       Риз не обратил на нее внимание. Со стороны ворот его уже ждали двое наемников с энергетически винтовками наготове. Но увидеть его в параллельном пространстве они не могли, ровно как и тени живых кошмаров, что сгущались вокруг них подобно стервятникам в ожидании пира.       Риз объявился перед ними и на бегу рассек обоих надвое лучом Бездны. Свет на мгновение померк. Это привлекло внимание тех, кто уже высадился с Кондора и стал занимать укрытия. На их убийство ушло бы слишком много времени, которого наверняка не было у Мисы.       Не долго думая, Риз совершил еще один скачок. Бежавший за ангар наемник успел только обернуться, прежде чем выпущенная в упор пуля из Тайберона пробила его герметичный шлем насквозь и окрасила снег в алый. Шагающий робот открыл огонь туда, где Риза уже не было.       Тело ломило от использования даров Бездны, как и от дикого холода. Бег пришлось продолжить в реальности за стенами ангара, чтобы не попасть под огонь ошалевших солдат.       «Первые двое явно не с корабля. Они ждали», — подумал он и увидел, как со скрипом начали сдвигаться тяжелые двери станции.       Зависший Кондор усилил тягу и отлетел прочь. Вместо него в воздухе показался другой. Все это окончательно закрепило уверенность, что вся проклятая станция была ловушкой.       — Повторяю, вернись на Орбитер, — сказала Лотос. — Весь гарнизон Корпуса Венеры сейчас стоит на ушах.       — Ордис, отключи ее нахрен! — прокричал он и сквозь Бездну ринулся к воротам, пока они не захлопнулись.       Комнату, откуда контролировался въезд, он помнил и поэтому еще во время скачка переключил винтовку на автоматический режим огня. Едва завидев остекление, Риз принял устойчивое положение и с силой надавил на спуск. Брызги крови были заметны даже сквозь вспышки огня и осколки лопнувшего синт-стекла. Еще двое людей отдали души измерению ужасов.       Это должно было временно перекрыть путь тем, кто остался снаружи.       «Держись, милая. Прошу тебя, только будь живой», — подумал Риз, бросая опустевший магазин и заряжая новый.       Со стороны закрывшихся ворот вдруг раздался взрыв. Всю правую сторону тела будто обожгло каленным железом.       Оказавшись спиной на полу, Риз сперва даже не осознал, что произошло. Все пространство вокруг окутал дым, возникший после взрыва. В ушах стоял пронзительный звон, в глазах двоилось, а во рту наливался солоноватый привкус. По крайней мере, одна вещь в голове вырисовалась четко — пока что он был среди живых.       Мысли вновь зашевелились, когда в дыму засверкали выстрелы энергетических винтовок. Проходили они в опаснейшей близости. Пересиливая боль, Риз перенес себя в Бездну, прежде чем один из пущенных вслепую зарядов смог бы добить его, и попытался встать. При опоре на правую руку, та словно бы налилась раскаленным свинцом. Костюм переноса не мог в полной мере защитить его как от холода, так и от осколков. Однако все основные кости, судя по всему, остались цели, и он все еще мог двигаться. Для него это было достаточно.       Зрение сфокусировалось на ярких вспышках. Несколько наемников Корпуса заняли позиции на дальней стороне ангара и вели подавляющий огонь. Разбираться с ними было некогда.       Риз поднял с пола Тайберон здоровый рукой и перенес себя скачком ближе ко входу в коридор, по которому можно было дойти до злосчастного холла. Ведущие непрерывный огонь солдаты оказались с ним на одной линии.       Бездна брала свое и оставаться в чуждом пространстве становилось все тяжелее.       Пока Риз с трудом переставлял ноги, ему навстречу по коридору выбежал наемник, имевший на герметичном костюме красные офицерские цвета. Вслед за ним трусцой следовал МОА. Офицер держал в одной руке пистолет, а в другой — планшет перед собой. То ли он отдавал приказы, то ли отчитывался, Риз так и не разобрал. Но путь он ему определенно преграждал, потому как Бездна готова была вот-вот выплюнуть его обратно в реальность.       «Я здесь», — с вымученным злорадством подумал Риз, тяжко вставая на колено и вскидывая винтовку.       Мир окрасился обратно в нормальные цвета лишь для того, чтобы вспыхнуть в оглушающем реве Тайберона и новой, резкой боли в плече. Первым под выстрелы попал МОА. Офицер Корпуса остановился в удивлении и затем согнулся пополам так, как может согнуться только человек с перебитым позвоночником.       Риз опустил винтовку — ее он больше не мог удерживать. Пальба в ангаре прекратилась и солдаты поспешили проверить, что произошло за их спинами.       «У тебя нет права подыхать. Не сейчас!» — мысль, рожденная первородной злостью и стремлением спасти любимую, помогла отыскать в себе новые силы.       Риз испарил голову выглянувшему наемнику энергией пустоты и заставил себя в последнем, тяжелом скачке очутиться в конце коридора, чтобы скрыться за поворотом. Дальше идти пришлось своим ходом.       Тайберон он машинально поддерживал левой рукой, в то время как большую часть веса на себя брал оружейный ремень. Правая уже немела. Маленькие, казавшиеся совсем неопасными отверстия в костюме сочились кровью. Она была видна на боку, откуда стекала к ноге. Кровь скапливалось и во рту от пробитой щеки. Но Риз все равно шел, периодически сплевывая противные сгустки с фрагментами осколка, как ему тогда казалось. Он цеплялся за помутившуюся память и выстраивал в голове маршрут, по которому провел Мису. В этом ему немного помогало работающее освещение.       Оставшиеся позади наемники наверняка с величайшей осторожностью проверяли сейчас каждый угол, получив наглядный пример обратного подхода. Но про них Риз вовсе забыл, когда увидел за открытой дверью залитый водой пол.       Ожидание худшего заставило замереть бешено колотящиеся сердце. Наплевав на опасность, Риз ступил в воду. На месте, где его застали врасплох, Мисы не оказалась. Холл был пуст так же, как и без малого полчаса назад. Один только упавший фонарик виднелся под водной гладью.       «Ее забрали…»       Чувство беспомощности начало сжимать нутро костлявыми, иссушенными пальцами. Бегая взглядом по сторонам, Риз опустился на стоящий посреди холла ящик. Ноги остались по щиколотку в воде. Голову словно тисками сдавило.       Он подавил рвущийся наружу крик отчаяния. Вместо этого он потянулся к чудом оставшемуся после взрыва коммуникатору в ухе и произнес:       — Ордис. Корабли подлетали к другим выходам станции, чтобы забрать кого-нибудь?       Собственные слова звучали по-странному глухо. Почему-то в этот момент ему померещился скребущийся на границе слуха шепот. И только когда Риз вспомнил про цефалона, до него наконец дошло, что тот уже некоторые время пытался докричаться до своего оператора.       — Вы живы! — воскликнул Ордис. — Я думал, что потерял вас! Данные из вашего коммуникатора почему-то больше…       — Отвечай на вопрос.       Отданный приглушенным голосом приказ неожиданно быстро заставил цефалона работать так, как следует.       — Да, — ответил он. — Ангар с обратной стороны горы, который был ранее заперт, сейчас открыт и Кондор совершил туда посадку. Две минуты назад он вылетел. Но я не видел, забрал он кого-то или высадил.       В памяти мгновенно всплыла схема узла связи, и путь из холла до площадки выстраивался подозрительно короткий. А проверить свою догадку Риз мог только одним способом.       — Подбери меня там же, — сказал он, обращая взгляд в коридор, откуда вышел сам. Наемник Корпуса быстро перебежал за левый угол и, вероятно, занял позицию в ожидании остальных. — И не вздумай выпустить тот корабль из виду.       Риз вытер кровь с губ. Холодный лед мрачной решимости разлился по его венам и погрузил в некое отрешенное от боли состояние. Он встал на ноги и произвел в коридор несколько одиночных выстрелов из Тайберона, чтобы ненадолго припугнуть следовавших по пятам солдат.       После этого он добрался до двери, которая закрывала путь к посадочной площадке. Луч Бездны рассек петли и магнитный замок. Дверь упала с металлическим грохотом, и Риз перешел на бег. Ранений он больше не замечал. Они отошли на задний план вместе с усталостью, головокружением и онемением в посеченной осколками руке. В груди же разгоралось пламя надежды.       Внутренний ангар для летательных аппаратов оказался действительно пуст. Только хлопья снега падали через открытые нараспашку ворота в потолке.       В это же время в небе показался заходящий на посадку Лисет. Благо, работающих турелей с этой стороны не было.       — Осторожно, оператор, снижаюсь!       Десантный корабль едва-едва протиснулся по длине. В ангар ввалились солдаты и буквально на ходу открыли огонь. Очевидно, они не хотели отпускать добычу. Или их работодатели, которые наверняка очень болезненно открутят им головы в случае провала.       Короткая пауза в использовании даров Бездны помогла сделать один скачок к корме Лисета и вторым запрыгнуть на борт через открытую аппарель.       — Оператор, вам стоит перевязать раны, вы истекаете кровью! — произнес цефалон, одновременно выводя корабль из ангара под огнем энергетических винтовок.       — Не смертельно, — Риз взял из аптечки перед аппарелью бинт и принялся наспех заматывать руку поверх костюма. Рана в боку казалась неопасной. — Догоняй тот корабль! Миса наверняка там!       Он опустился в кресло пилота и пристегнулся ремнями безопасности поверх ремня оружейного. Ордис развернулся и включил маршевые двигатели. Риза вжало в кресло.       Лисет мчался между хребтов сквозь усиливающийся буран. Одна только высота полета подсказывала, что Кондор, который они преследовали, определенно хотел уйти незамеченным. Из-за снежной бури Риз не мог отыскать его собственными глазами, однако вскоре в белом полотне показались блики работающих двигателей. Ордис замедлил ход.       — Что теперь, оператор?       — Вынуди его сесть! — скомандовал Риз. — Только осторожно! Не дай ему разбиться!       — Как? — резонно поинтересовался цефалон. — У нас нет ни оружия, ни ловушек.       — Двигателями, Ордис. Подлети и поджарь его.       Насколько идея была удачной, судить было сложно, потому что Кондор определенно был сделан из жароустойчивых материалов. Но лучше что-то, чем ничего. Риз даже прикидывал в уме, возможно ли на такой скорости самому спрыгнуть на крышу, чтобы его не снесло встречными потоками ветра. Хотя бы до момента, пока энергия пустоты не выведет из строя один из двигателей.       — Держитесь крепче! — сказал цефалон и усилил тягу, поднимаясь немного выше.       От стремительно сближения турель на фюзеляже Кондора начала огрызаться и оставила еще несколько жженых следов на панорамном окне в довесок к уже имеющимся.       В последний момент Ордис задрал нос Лисета к небу, снижая обороты до минимума. Риз инстинктивно вдавил затылок в изголовье кресла. Но даже та перегрузка, которую он испытывал при ускоренном спуске на планету, показалась чем-то незначительным, когда грохот форсажных камер заполонил мостик сквозь шумоизоляцию. В спину будто кувалдой врезали. Грудь сдавило, не позволяя дышать. Длилось это всего секунду. Тяга вернулась на прежний уровень, ремни безопасности впились в тело.       — Сработало? — спросил Риз, не успев отдышаться.       Лисет опустил нос и слегка накренился право. Крен, который демонстрировал чадящий черным дымом Кондор, был намного сильнее. Его правая сторона занялась густыми языками пламени. Турель на фюзеляже больше не стреляла.       — Он попытался увернуться, — доложил цефалон, постепенно замедляясь. — Теперь в воздухе ему не удержаться.       Наблюдая, с какой скоростью корабль Корпуса терял высоту, Риз стал опасаться, не перестарался ли он со своей затеей. В первый и единственный раз за всю жизнь он понадеялся на профессионализм вражеского пилота. Тот старался удержать подбитую машину в горизонтальном положении и при этом снизить скорость. Кондор тянуло все правее, прямиком на торчащие скалы.       Однако, к большому облегчению Риза, корабль внезапно поднял целые волны снега. Он пропахал глубокую борозду в сугробах, сорвал исправный двигатель об выступающий торос и наконец остановился.       — Снижайся и открывай аппарель! — скомандовал Риз, отстегивая себя от кресла.       Еще до того, как Лисет коснулся земли, он спрыгнул вниз при помощи скачка и затем устремился к упавшему Кондору. Местами пламя на опаленной части притухло благодаря снегу, однако на месте сорванного двигателя разгорался пожар.       Задняя рампа со скрипом распахнулась. Оттуда вывалился наемник с красными цветами костюма, стянул с себя шлем и оперся о колени. Он щурился и кривил лицо, но его обращенный к Лисету взгляд был полон презрения.       Риз вернулся в реальность и просто рассек его лучом Бездны от живота до макушки. В следующую секунду он направил ствол винтовки внутрь грузового отсека. Кто-то открыл боковую дверь и успел выскочить наружу. Другой, все еще пристегнутый к пассажирскому креслу, попытался выстрелить из пистолета. Тайберон прогремел раньше. Оружие выпало из хватки солдата, и тот обмяк с дырой в шлеме.       Риз опустил винтовку и медленно зашел внутрь. Его взгляд тревожно гулял по отсеку среди красного света аварийных фонарей. Чувство тревоги вновь начало сковывать его сердце. Все остальные сиденья были пусты, а какого либо груза не было и в помине.       «Она не здесь…»       Внимание зацепилось за хруст снега за бортом. Он тут же выскочил наружу и увидел, как третий солдат пытался карабкаться по отвесному сугробу. Риз прыгнул к нему сквозь Бездну. Инерцию он гасить не стал и на полной скорости врезал прикладом винтовки по герметичному шлему. Раздался пластиковый треск.       Солдат упал на спину. Риз лучом энергии отсек ему руку со стороны кобуры с пистолетом и принялся нещадно забивать его прикладом. Кровь лилась из культи, наемник кричал, пытался защищаться оставшейся рукой, но и та вскоре переломилась с противным хрустом.       Избиение не продлилось долго. Доведя несчастного до состояния, при котором лгать было бы опрометчиво, Риз отбросил Тайберон в сторону и ударил ногой по шлему. Он упер колено солдату в грудь, сдвинул защелки и сдернул прочь защиту головы, после чего еще и врезал кулаком по оголенному лицу.       — Где она?! — Риз взял его за ворот костюма и подкрепил вопрос крепким ударом в челюсть. — Где варфрейм, который попал в вашу ловушку?! Отвечай!       Наемнику на вид было не меньше сорока лет. Его морщинистый лоб пересекала татуировка — черная горизонтальная полоса, что оканчивалась на обеих концах короткими вертикальными срезами.       Обессиленный, он откинул голову назад, тяжко вдохнул и произнес:       — Да чтоб я знал…       Риз на секунду обернулся в сторону Кондора. Остекление кабины было вмято от жесткого приземления. Остаться в живых после такого вряд ли представлялось возможным, однако внутри никого не было видно.       — Где пилот? — задал Риз следующий вопрос.       Наемник хрипло усмехнулся.       — Пилот?! Парень. Мы смертники. Издержки нашей смерти должны быть минимальны… Нам даже оружия нормально не выдали. Какой еще в Бездну мать его пилот?       «Тот, который совершил маневр уклонения. Вас вели дистанционно. Это приманка. Всего лишь приманка…»       — Кто вас здесь собрал?! — рявкнул Риз. — Кто организовал ловушку?       — Без понятия… Знал бы, с радостью бы сдал.       — Но хоть что-то ты должен был услышать! Куда должны были отвести варфрейм? Каким кораблем? Мне нужна любая информация! Говори быстро, или будешь подыхать гораздо мучительнее!       Тратить драгоценное время на исполнение угрозы он не собирался, но находящийся при смерти человек вряд ли будет мыслить столь рационально, чтобы догадаться до этого.       — Да ни черта я не знаю! — выпалил наемник, кривясь от боли. Был ли он осужденным, военным преступником, которого отправили унести детали грязных заказов с собой в могилу, или просто списанным элементом, выяснять было некогда. Но столь прагматично-беспощадное обращение с человеческими ресурсами было характерно для всего разрозненного Корпуса. — Ни про варфрейма, ни про то, что какой-то выродок Бездны по типу тебя будет нас убивать! Нам запретили покидать корабль. Пнули под зад как щенков кубрау и вот здрасьте. Я бы назвал тебе взвод, откуда нас выписали, да только его расформировали и никакого отношения к этой проклятой планете он не имел. Пытай, не пытай, я один хрен труп. Так что лучше пристрели сразу. Эй! Слышишь?!       Риз его больше не слушал. Закинув на плечо ремень винтовки, он бежал обратно к десантному кораблю.

***

      Его опасения оправдались. Когда он на полной скорости прилетел обратно на станцию связи, из наемников Корпуса не осталось никого. Только трупы. Но у них не было ничего, что могло бы помочь напасть на след. Планшет офицера, которого Риз пристрелил в коридоре, забрать не забыли. Да и пока он в отчаянии гнался за пустышкой, Ордис не мог отслеживать другие корабли из-за горного рельефа местности. На сенсорах они больше не появлялись. А дальше их можно было искать хоть по всей планете или Системе.       Риз вновь связался с Лотос, которая и послала его сюда, в заготовленную ловушку. Сделала ли это она это умышленно или неосознанно, тогда он мог только гадать, хотя интуиция чуть ли не выла, что все это не могло быть случайностью. Ему пришлось давить рвущиеся сорваться с языка обвинения вместе оскорблениями, чтобы не тратить на них время и попытаться направить возможности Лотос на поиски Мисы.       Несмотря на чудовищную бурю чувств, адреналин в крови начал постепенно спадать, и раны дали о себе знать более настойчиво. Говорить из-за пробитой щеки становилось все сложнее. Правая рука бесполезно свисала и ее приходилось беречь, чтобы не вызвать новой приступ боли. От вкуса крови во рту уже начало тошнить и кружится голова. Но даже в таком состоянии Риз не терял надежду отыскать на станции хоть какую-то зацепку.       Главные ворота после эвакуации солдат Корпуса остались открыты. Уцелевшая турель на внешнем периметре издала угрожающий сигнал и развернулась, когда посторонний показался в зоне ее видимости. Риз находился достаточно близко, поэтому с безразличием вывел ее из строя лучом энергии Бездны.       При взгляде на опаленные останки другой турели, Риз вспомнил, что со второй части станции тоже можно было взлететь. И то, что оба встроенных в гору строения соединял длинный туннель. Далеко не самый очевидный путь при близком расположении посадочной площадки, однако его наличие объясняло, как ублюдкам из Корпуса удалось похитить Мису и сбежать. Их просто забрали с другой стороны.       Так оно и оказалось. Когда Риз подлетел на Лисете до узла связи на обрыве скалы, он увидел распахнутые двери ангара. Пол внутри только-только начал засыпать летящий с улицы снег. Платформа для перевозки людей и грузов внутри горы по туннелю стояла там же.       Эдвард и Дженни прибыли на удивление быстро, и в то же время слишком поздно. Друзья высадились на той же площадке в оболочке своих варфреймов, и застали как Риз ходил кругами по внутренний части ангара и чуть ли не во весь голос кричал в коммуникатор, не в силах больше сдерживать гнев.       — Какие к черту непредвиденные обстоятельства?! Нас тут ждали с самого начала! У них все было готово, даже гребанный план по отвлечению! Они отправили троих на убой в качестве приманки. Они знали, что за Мисой кто-то придет. Знали, когда забирать ее и как. Ты нас сюда послала! Только ты знала, что мы будем здесь! Да плевать, чем они там руководствовались, этих брошенных станций по Системе как блох на кубрау! Не могли они просто так взять и угадать. Если это не ты, то ищи дыру в каналах связи.       Дженни невольно вздрогнула, а Эдвард в удивлении откинул голову назад, когда Риз повернулся в их сторону. Очевидно, изумление вызвал его окровавленный вид.       — Нужна ваша помощь, — начал он. Каждое слово ему давалось с неимоверным трудом. — Мой Орбитер сейчас в стратосфере, сканирует все пролетающие корабли. Один я всю планету охватить не могу, скажите своим цефалонам сделать так же. Пусть рассредоточатся равномерно.       — Боже, Риз… — охнула Дженни. — Тебе к врачу надо! На тебе живого места нет.       — Некогда! — отрезал он. — Выполняйте приказ!       — Слишком опасно подводить корабли-носители так близко, — заметил Эдвард.       — Знаю. Но у них сенсоры мощнее. Одних Лисетов не хватит. По всей Венере у Корпуса сейчас радиомолчание, поэтому ни Ордис, ни эта железная сука нихрена поймать не могут, — левой рукой он указал на коммуникатор в ухе с обратной стороны.       — Риз… — робко вставила Дженни. — Лотос же наверняка не знала.       — А какая разница?! Она нас в эту ловушку загнала! Миса сейчас либо мертва, либо в плену у этих жадных ублюдков. Они все слишком хорошо подготовили! Питание станции, система обороны, корабли, люди, все! Значит они знали обо всем заранее. Мису под удар подставила либо Лотос, либо ее ошибка. Делайте, что говорю или не мешайте!       — Мы поможем, — заверил Эдвард. — Но сейчас тебе лучше заняться своими ранами. Ты бледен как снег и не сможешь помочь Мисе, если умрешь.       В последнем друг бесспорно был прав. Силы покидали Риза с каждой вытекающей каплей крови. Даже здоровую руку одолевал слабый тремор. И сам он дрожал, кажется уже не от холода.       Вспомнив обо всей той боли, что сейчас горела в его теле, Риз поморщился. Сложно было сказать, благодаря чему он до сих пор держался на ногах.       — Где Кларк? — спросил он.       — Пока еще не вернулся с задания, — ответил Эдвард. — На связь с нами он не выходит.       — Бесполезный идиот… Пошлите сигнал еще раз, пусть летит сюда, — с этими словами Риз поковылял к открытой аппарели своего Лисета. Дженни хотела поддержать его под руку, но он отмахнулся: — Лучше иди на свой корабль. Будьте готовы. Без вас Мису мне не спасти. Где бы она не была…

***

      Первым делом он вколол себе обезболивающие. После этого Риз снял большую часть костюма переноса и по-нормальному перевязал кровоточащую руку. Вытащить осколки сам он не мог — за этим определенно стоило обратится к медикам. Но не сейчас.       Сидя на стуле перед раковиной, Риз разглядывал в зеркале свое израненное лицо. Правый глаз был весь красным от лопнувших капилляров. Рана в щеке начала подсыхать, но сколько бы он не полоскал рот, избавиться от противного привкуса не получалось. Примерно тогда и обнаружилось, что осколок сломал ему зуб, хотя при смыкании челюсти это было мало заметно. Тот, что угодил в бок, казалось, повредил ребро. Наверное, только это и спасло его от внутреннего кровотечения и неизбежной смерти.       Ризу одновременно повезло, и одновременно нет. Горло сдавливало от неимоверного чувства вины. Будь он хоть немного внимательнее, хоть немного настойчивее в уговоре с Мисой, ее похищения можно было бы избежать. Лотос не решилась бы так рисковать. Но даже если засаду подстроила не она… Он мог бы уберечь Мису. Убить всех, кто посмел бы дотронутся до нее. Либо умереть, сражаясь.       В каком-то смысле она спасла его, но обрекла себя. Первые минуты после удара током во время соматической связи Риз вряд ли был достаточно ловок, чтобы выдержать долгий бой до прихода помощи. Как и Бездна не могла долго служить ему оружием. Но лучше так, чем находится в полуживом состоянии, без возможности как-либо помочь той единственной, кем он дорожил.       — Новости? — едва слышно спросил он и наложил пластырь на рану в боку.       — Пока ничего, оператор. Корабли ваших друзей помогают со сканированием. Когда удастся что-то выяснится, я вам сразу сообщу.       «Если не удалось найти сразу, значит ничего и не будет…» — мрачно подумал Риз.       Несмотря на свое плачевное состояние, в нем постепенно зрел план. Любыми правдами и неправдами начать уничтожать военные базы и логистику Корпуса на Венере. Оставлять за собой выжженную землю, пока жадные ублюдки не прикинут убытки и не поймут, что вернуть Мису в их же чертовых финансовых интересах. Не важно, каким образом и какой ценой. Заодно выбить всю возможную информацию из всех лиц на высоких должностях. Риз оставался командиром отряда, требовалось всего лишь найти и взять за шиворот Кларка.       Три Тенно с варфреймами и один разъяренный, едва живой парень со способностями Бездны — довольно мало для исполнения замысла, но сейчас он казался единственно правильным.       — Оператор! — вдруг оживился цефалон. — Камера переноса снова заработала! Соматическая связь… Слабая, но есть.       Едва услышав это, Риз оперся о раковину и подорвался с места:       — Отследи, где она!       — Боюсь, не могу. Ни видео, ни звуковой каналы по-прежнему не работают. Однако энергосистема корабля сейчас испытывает большую нагрузку. Скачки напряжения похожи на тот, что произошел при разрыве связи.       Главное, что эта самая связь была. Значит, он мог вновь соединиться сознанием с Мисой и придумать, как вытащить ее. И, если судить по тому, сколько прошло времени, ее не могли далеко увезти. Всего лишь в пределах целой планеты…       — Оповести команду, скажи, чтобы искали ее сигнал! — Риз устремился к выходу из личной каюты.       Гермодверь распахнулась, однако следующая, что вела к камере переноса, осталась запертой, даже когда он приблизился к ней.       — Открывай!       — Простите, оператор, но я этого не сделаю, — воспротивился цефалон. — Ваша нервная система чудом уцелела после электромагнитного удара. То, что происходит сейчас с вашим варфреймом, для вас смертельно опасно.       — Черт бы тебя побрал, Ордис! Лотос назначила тебя подчиняться мне, — Риз пнул ногой запертый проход. — Так открывай долбаную дверь!       — Еще раз извините, но протокол по защите вашей жизни имеет больший приоритет.       Риз зарычал от злобы и поднялся по одному из двух параллельных подъемов. Затем он преодолел центральную часть Орбитера и взошел на мостик пристыкованного Лисета, где подбежал к экрану и начал поочередно отключать питание систем, через которые цефалон взаимодействовал с остальным кораблем. Метод грубый, знаний об устройстве Орбитера по-прежнему не хватало, однако об аккуратности в тот момент Риз совсем не думал.       — Это твой выбор, не мой, — процедил он и последним нажатием кнопки вывел Ордиса из игры.       По кораблю разнесся затихающий гул. Внутренний свет моргнул, включилось резервное питание. Риз открыл запертую цефалоном дверь с помощью панели управления и в спешке вернулся обратно.       Тянущиеся из глубин корабля белые корни светились так, что оттеняли стандартное освещение. Ордис не врал — дела у Мисы и правда были плохи.       Створки были заблаговременно открыты. Риз залез в камеру переноса, откинул голову и невольно задержал дыхание. Створки автоматически захлопнулись. Всего секунду перед глазами стояла тьма, которая затем рассеялась ослепительно-ярким светом. Боль собственного тела сменилась на более сильную и разом охватила все конечности, которые оказались еще и зафиксированы. Риз шевельнулся, и в спину будто бы впились десятки длинных игл, сбивая дыхание.       «Милый?..» — голос Мисы с толикой надежды нежно коснулся границ его разума.       «Я здесь, — ответил ей Риз. Попытка повернуть голову и осмотреться так же не увенчалась успехом. Только новой вспышкой боли. — Черт… Где тебя держат? Ты успела заметить что-нибудь? Я вытащу тебя, только дай подсказку!»       «Только то, что вижу сейчас…» — постепенно их обоих стал охватывать страх. Ее страх.       Миса боялась. Риз всецело чувствовал ее эмоции — туманная пелена, которой она закрывала свое сознание раньше, больше не существовала. Она была измождена и уже поняла, чем все это закончится.       — Скачок мозговой активности, — раздался чей-то голос из динамиков. Он был настолько исковеркан, что сложно было определить даже пол говорившего. — Подтверждаю. Начинайте процедуру.       Фраза окончилась сдавленным смешком.       Риз лихорадочно водил взглядом, стараясь высмотреть хоть что-то. В ярком свете зашевелились силуэты механических манипуляторов. Невыносимо жгучие лазеры начали рассекать прочную кожу в локтях. В то же время держащие руки крепления пришли в движение, с хрустом дробя кости и выламывая суставы. Затем лазеры переключись на ноги, где нижние крепления начали рвать мышцы и сухожилия. Миса кричала от нестерпимой боли, а вместе с ней и Риз.       Секунды показались бесконечно длинными. Миса цеплялась за его разум, хотела укрыться за ним, как за щитом, чтобы не чувствовать происходящее хотя бы мгновение. Но в то же время ее мучило горькое осознание, что таким образом она лишь тянула его за собой в пропасть.       — Жизненные показатели объекта все еще в допустимых пределах, — вновь зазвучал измененный голос. — Хватит стеснять себя в выборе инструментов. Работайте.       «Отключись… Оставь меня…» — витало на периферии мыслей.       «Нет! Я не брошу тебя!»       Иглы, которые и правда впивались вдоль позвоночника, пришли в движение, а затем стали раскрываться внутри тела и разрывать нервные узлы. Тело рефлекторно выгибалось в попытке вырваться, что лишь усугубляло агонию. Подобный болевой шок, возможно, убил бы любого человека, однако живучесть варфрейма продлевала мучения.       Боль туманила разум, слепящий свет в глазах стал неясным образом размываться, покрываться пятнами, словно одна картина реальности накладывалась на другую. И таким же необъяснимым образом ощущение жгучей влаги на глазах прорезалось сквозь шок. Были ли это слезы Мисы под оболочкой лица? Или его? Пока ее буквально рвали на части, Риз до последнего держался за ее исчезающее сознание.       «Риз…» — последний отголосок ее затихающего голоса был прерван громким электрическим треском.       Наступила тьма. Аварийное отключение заставило створки камеры переноса распахнуться. Ни лампы, ни корни больше не излучали света. Перегрузка энергосистем обесточила практически весь Орбитер. Риз этого не замечал, находясь на опасно тонкой границе жизни и смерти.       В ушах звенел крик Мисы. Теперь только ее.

***

      Из воспоминаний последующих событий сложно было выделить что-то, кроме горя и нескончаемой злобы. Все перемешалось и слилось в единую, незаживающую рану на том, что можно было бы назвать его душой.       Взамен «потерянного» варфрейма Лотос откуда-то прислала Сарину, которая еще не обладала самосознанием. Невзирая на все обвинения в свою сторону, машина-мимик почему-то думала, что Риз продолжит подчиняться ей. Не понятно, был ли это изъян в неживой логике, или же она всерьез предполагала, что произошедшее не повлияет на устоявшийся уклад.       Но такое забыть невозможно. И уж тем более простить.       Риз знал, чувствовал, что Лотос была замешана в смерти Мисы, но перед Дженни и Эдвардом доказать это он никак не мог. Честно говоря, ему уже было все равно, верят ли они его словам или нет. Последний спор с ними в очередной раз доказал, на чьей стороне они были. Да, они нашли его обесточенный корабль и не дали умереть в бессознательном состоянии посреди холодного космоса. Однако цепляться за них Риз больше не видел смысла.       Он хотел лишь найти того ублюдка, чей измененный голос раздавался из динамиков. Из всех зацепок был только гадкий смешок. Голос Алада Ви в живую Риз слышал до того момента всего пару раз. Однако он быстро вспомнил об этом садисте под личиной ученного, с которым «космическая нянька» так же имела дело. Достаточно было прислушаться к его манере речи на одной из записей, чтобы убедиться в своей догадке.       Тогда и начался самый жестокий и кровавый период в жизни Риза. Лотос сама дала ему в руки варфрейм, благодаря которому количество отданных Бездне душ можно было исчислять сотнями. Всю связь с Лотос он разорвал, потом так же поступил и с друзьями. Для работы в одиночку пришлось заново включить Ордиса. На удивление, цефалон перестал ему перечить и теперь исполнял приказы без лишних пререканий.       Шли месяца. Риз упорно искал способ найти Алада, тем более, что после смерти Нэфа Эньо Корпус серьезно усилил меры безопасности. За это время к Сарине вернулись фрагменты личности по такой же неизвестной причине, что и в прошлый раз. После сжатого пересказа событий, которые предшествовали ее появлению, она добровольно присоединилась к его охоте. Первое время за ней сложно было заподозрить вовлеченность, однако в помощи она не отказывала. Ее навыки, хладнокровие и знания психологии людей часто оказывались весьма полезными. Впрочем, многое из того, что они вытворяли, чтобы напасть на след члена директората, Риз предпочел бы не вспоминать.       Но когда он наконец добрался до Алада, когда вытряс из него признание в сговоре с Лотос и отплатил сполна за всю предсмертную боль Мисы, горящая пожаром жажда мести затухла. Ее место заняли усталость, которая долгое время копилась на задворках сознания, и всепоглощающая пустота в груди.       Картину апатии довершили найденные в лаборатории Регуляторы. Один их изрезанный царапинами вид заставил выпасть из фокуса все, что происходило вокруг. В том числе разносящийся грохот выстрелов из Тайберона в руках Сарины, которая отбивалась от штурмующих МОА. Риз взял один из парных пистолетов и, едва касаясь дрожащими пальцами, провел про обломанному креплению и накрыл ладонью, словно пытаясь ощутить прикосновение той, кого он любил.       Так и сейчас, в этот самый момент, под бледными лучами восходящего Солнца и перед ликом величественной башни Унум за панорамным окном, он до боли в пальцах сжал рукоять пистолета. Исправного и готового убивать вновь.       Планшет с информацией о прошлой жизни Мисы, которую передала ему Дженни с неясной целью, остался лежать на столе. Дослав бронебойный сердечник в ствол, Риз убрал пистолет в кобуру. Он застегнул молнию летной куртки, а в правый карман положил инжектор с боевым стимулятором. Время на бесполезный обмен намеками и ложью с бывшей командой подошло к концу.       Нажатием кнопки Риз открыл аппарель Лисета. В голове звучало имя, вычитанное из планшета. Ее настоящее имя.       «Лилиен».