Часть 1

— Господи, Хэнк, думаешь, я не понимаю? Работы завались, скоро кровать переносить сюда придётся! Этот город и так катится к чертям, а тут ещё андроиды со своими требованиями! — Фаулер, раздражённый настолько, что сейчас пар из ушей повалит, схватил какую-то папку и стукнул ей по столу, из-за чего с него упала пара листов. — Ну не могу я дать тебе напарника-андроида! Нет ещё закона такого! — На иной ответ, Джеффри, я и не рассчитывал, — хмыкнул Андерсон, давая понять, что знает реакции капитана практически наизусть. — Ладно, работа ждёт. — С этими словами он махнул рукой и направился к выходу из кабинета начальника. — Ты забыл добавить, что тебя завтра выходной ждёт, — проворчал Фаулер, поднимая документы. — Везёт же некоторым…       Хэнк лишь вздохнул на это, пусть и справедливое, замечание: он вовсе не считал себя счастливчиком. Наоборот, в его жизни было немало печальных моментов: семейная трагедия и последовавшая за ней тревога и потеря смысла во всём, даже когда-то любимая работа превратилась в однообразную и нервную. Из этого состояния он ненадолго вынырнул благодаря знакомству с Коннором. Сам того не осознавая, лейтенант воспринял умную машину, напичканную микросхемами, сначала как напарника, а потом как друга, однако революция внесла в их общение свои коррективы. Жизнь пока не пришла в норму, поэтому дел было много, из-за чего андроид и человек больше не встретились после того ясного зимнего утра и лишь обменивались короткими сообщениями или звонками. — Что, Андерсон, жестянку не дали? — прокомментировал Рид визит Хэнка к начальнику. — Правильно, они все на помойке ржавеют! — зло засмеялся детектив, однако его «остроумную» шутку не оценили.       Но лейтенант не удостоил коллегу даже взглядом, а просто прошёл мимо, сел за стол и уставился в терминал. Ещё один беспокойный унылый день вступил в свои права. По закону подлости Хэнк проснулся ранним утром. Немного подремав, он нехотя встал, думая, как провести выходной. Если всё-таки захочется пропустить стаканчик — делать это лучше вечером, когда в городских барах будет людно и тишину сменят обсуждения чьих-то удач и провалов, а воздух станет вязким от табачного дыма. Андерсон сварил кофе, разогрел купленную вчера пиццу и посмотрел в окно: хотя сегодня обещали снегопад, на улице было ясно и солнечно, и даже заядлому домоседу наверняка захотелось бы хоть ненадолго покинуть своё жилище. Закончив завтракать, лейтенант неторопливо оделся. — Ну что, Сумо, погуляем немного? — предложил он псу, и тот поднялся с лежанки, вильнул хвостом и выжидающе посмотрел на хозяина.       Однако конечную точку маршрута человек пока не выбрал. Переминаясь с ноги на ногу, Хэнк стоял на крыльце и рассеянно смотрел вдаль. Неожиданно ему вспомнилось, как он то ли где-то слышал, то ли прочёл, что нахождение в дороге – неплохой способ психологически перезагрузиться и развеяться. Хэнк сел в машину, а Сумо разлёгся на заднем сиденье, положив голову на лапы.       Шоссе лежало перед ними, просторное и пустынное, — Хэнк проезжал метр за метром, и ни одной живой души ему так и не встретилось. Неожиданно он увидел большой баннер, припорошенный снегом, и решил почему-то рассмотреть его, к тому же, интуиция подсказывала лейтенанту, что именно здесь нужно остановиться. Андерсон вышел из автомобиля, сделал несколько шагов и легко различил почти выцветшую надпись: «Семейный парк развлечений "Пиратская бухта"». В сердце неприятно кольнуло: по возможности, в редкие свободные дни, они выбирались сюда с Коулом. Хэнку было радостно видеть, как сын с перепачканными сахарной ватой щеками выбирает очередной аттракцион, уговаривая его тоже прокатиться. Он старался сохранить эти счастливые моменты в памяти, ведь детство, время искренней и непосредственной радости так быстро проходит. Судьба поступила иронично и очень жестоко: Коулу навсегда осталось шесть.       Парк выглядел неприветливо и заброшенно: повсюду следы запустения, какие-то обломки, а часть построек и вовсе завалена снегом. Андерсон шёл, протаптывая тропку в плотной снежной массе, и оглядывал невесёлый пейзаж, думая, что он чем-то похож на его неустроенную жизнь. Сумо же длинная прогулка оживила: сенбернар то обгонял хозяина, то послушно трусил рядом. Дойдя до здания, где когда-то располагалось кафе, лейтенант грустно усмехнулся: раньше здесь веселились люди, а теперь ветер просачивался внутрь сквозь выбитые стёкла и поднимал щепочки, бумажки и прочий мусор. Он не заметил, как солнце скрылось за угрюмыми серыми облаками. Появились первые снежинки, сперва Андерсон не обращал на них внимания, однако потом всё же накинул на голову капюшон куртки. Хэнк ещё немного исследовал то, что осталось от парка. Снегопад усиливался, ветер норовил забраться под одежду.       «Всё, надо выбираться отсюда», — решил лейтенант и пошёл, как ему казалось, в обратном направлении, однако минут через десять-пятнадцать понял, что держит путь явно не туда. Позвал Сумо — в ответ донеслись лишь завывания метели. Он стоял почти посреди сплошной снежной пелены, однако присутствия духа пока не терял. Оставаться на месте и замёрзнуть явно не входило в его планы, поэтому мужчина направился в сторону, где снежинки вроде бы падали не так интенсивно и можно было хотя бы осмотреться. Прошло всего несколько минут, но человек думал, что уже потерял счёт времени. Достигнув нужной точки, порядком уставший Хэнк остановился и изумлённо вздохнул. Что это? Замёрзший сад?       Здесь вряд ли мог кто-то быть, однако Маркус всё равно попросил Коннора проверить. Они продолжали искать уцелевших андроидов по всему городу, приглашая на «Новый Иерихон», где они могли бы жить в окружении себе подобных, не опасаясь конфликтов с людьми. RK800 только начал разбираться в чувствах, но в данном случае мог точно сказать, что руины «Пиратской бухты» произвели на него удручающее впечатление. Несколько раз он натыкался на следы тириума и поломанные детали андроидов. Жуткие находки заставили его предположить, что парк посещали какие-то люди, возможно, бродяги, маргиналы или преступники и делали с оставшимися в нём роботами явно нехорошие вещи, возможно, даже охотились на них. «Ничего, кроме разрухи и мусора. Да ещё и погода портится, — нахмурился бывший напарник Хэнка, качая головой. — Пора идти».       Он сделал несколько шагов по тропинке, и вдруг ему навстречу, забрызгивая ноги снегом, выбежал знакомый и любимый пёс. Обычно флегматичный сенбернар внимательно смотрел на робота и поскуливал, явно чем-то встревоженный. — Сумо? — удивился Коннор. — Что ты тут делаешь? В ответ собака лишь коротко гавкнула и затрусила по дорожке, и андроиду ничего не оставалось, как отправиться следом.       Голова кружилась от холода и усталости, сквозь метель мало что было видно, но Хэнк мог поклясться, что различал за снежной завесой замёрзшую озёрную гладь, похороненные под снегом увядшие цветы и выделяющийся из общей белизны тёмный каменный постамент. Ему стало не по себе, ведь он точно помнил, что ничего подобного в парке раньше не было. Впору убраться подальше, но из странного места до мужчины донёсся знакомый голос, в котором отчётливо слышалась мольба: «Хэнк! Я здесь, помоги мне!» Все страшные мистические истории стали для Андерсона правдой, желание разобраться в происходящем побудило сделать несколько шагов в мираж, но порыв ветра едва не сбил мужчину с ног. Он заметил чью-то протянутую руку и ухватился за неё. — Хэнк! Я здесь, я тебя нашёл! — перед ним был Коннор, но не просящий о помощи, а радостный и взволнованный. Сумо вертелся у его ног и был явно доволен собой: как-никак спас хозяина. Андроид тем временем стряхивал с одежды человека налипший снег. — Где… тот сад? — тихо спросил лейтенант. Появление друга было неожиданно, и он пока не мог до конца поверить, что морок развеялся. — Какой? — недоумённо спросил робот и с тревогой оглядел человека. — Так, температуры пока нет, но ты явно продрог. Пошли. — А выберемся? Ах да, у тебя же навигатор.       Пока откапывали машину, лейтенант успел позавидовать пингвинам и белым медведям, которым такое буйство стихии явно нипочём. Однако злоключения, похоже, закончились. Снег не валил уже так густо, автомобиль легко завёлся, и Коннор, решивший сам отвезти Андерсона домой, уверенно ехал по шоссе, осторожно и при этом достаточно быстро. Хэнк, начавший потихоньку согреваться, откинулся на сиденье, пил кофе и жевал сэндвич, приобретённые андроидом на ближайшей заправке. — Не самый хороший день, — подвёл итог Хэнк, когда они уже добрались до его дома и сидели в гостиной. Плед, тёплая одежда и чашка горячего чая помогали сгладить в памяти произошедшее, но в глубине души лейтенант досадовал на себя: поехал неизвестно куда, заблудился, чуть не замёрз… — Нет, — улыбнулся Коннор. — Это прогноз погоды не самый хороший. Однако положительная сторона всё же есть — мы наконец-то увиделись. Кстати, теперь наши встречи будут чаще. — Почему? — Расчёты программы, лейтенант. И немного интуиции, — пояснил андроид, лукаво подмигнув.       Хотя RK800 пробыл у него недолго, Хэнк чувствовал себя гораздо лучше, чем во время посиделок в баре или перед телевизором, словно эта встреча была предвестником какой-то приятной перемены.       К сожалению, прогулка в снегопад и ветер бесследно для лейтенанта не прошла: он простудился, и Фаулер, видимо, будучи в хорошем настроении, дал ему три дня отлежаться. Болеть неприятно при любом раскладе, и только Коннор, навещавший его, вносил в эти однообразные дни частичку тепла. Единственное, что не устраивало лейтенанта — тестирование различных напитков, которые, как утверждалось, должны помочь быстрее выздороветь. Молоко с мёдом он не хотел больше пить ни под каким предлогом, а имбирь теперь ассоциировался у него со средством для вызова пламени изо рта.       Март всё-таки решил вспомнить, что он первый весенний месяц. День, когда Хэнк вышел на работу, был тёплым и солнечным. Снег на улицах таял, оставляя лужи, но это мало кого беспокоило: все радовались оттепели. Оказавшись на месте, Андерсон отметил, что коллеги как-то странно на него смотрят, словно знают какой-то секрет. Проходивший мимо Фаулер поприветствовал его и пригласил в кабинет. — Ты знаешь, я не особо люблю всякие эксперименты и новшества, — заговорил он, попутно перебирая какие-то документы, — но в одном из них Департамент всё-таки решил поучаствовать. Не благодари. Хэнк ничего не понимал, а настроение постепенно портилось: сговорились они все, что ли? Или готовят дурацкий розыгрыш? С невесёлыми мыслями он сел за стол и собирался привычно открыть терминал, как кто-то дотронулся до его плеча. — Я же говорил, что мы будем видеться чаще, — перед ним стоял Коннор. Андроид был явно доволен эффектом, который произвело его появление, о чём свидетельствовала довольная улыбка. — Только один момент упустил: не только видеться, но и вместе работать. Несколько секунд Андерсон обдумывал происходящее, а потом впервые за долгое время рассмеялся. Что ж, мечты всё-таки сбываются! — Чего радуетесь-то? — ухмыльнулся Рид, наблюдавший за этой сценой с интересом и плохо скрываемой завистью. — Сейчас наверняка убийство расследовать поедете! Всё по законам жанра!