Часть 25

      Уткнувшись в окно, Мила прокручивала в голове разговор в кабинете психиатра.       — Как известно, полностью вылечить шизофрению невозможно, поэтому сейчас наша главная задача добиться стойкой ремиссии, чтобы негативные признаки проявились как можно позже, — проговорил пожилой мужчина в маленьких круглых очках.       Он напоминал девушке врача-психопата из фильмом ужасов, который проводил страшные опыты на своих пациентах.       — Для начала психотерапия и медикаментозное лечение? — задумчиво переспросил отец.       Врач кивнул головой.       — На данный момент нет потребности в стационарном лечении.       Он принялся выписывать препараты, которые должны были купировать первые симптомы недуга — галлюцинации, нарушения сна и апатию.       — В любом случае рано или поздно меня прийдется поместить в лечебницу для душевнобольных, например, когда я летом надену шубу и стану искать сокровища, — хмыкнула девушка, которая до этого молча сидела в углу.       — Мила, не вмешивайся, когда взрослые разговаривают, — цыкнул Сергей.       — Вы разговариваете обо мне и я имею право брать участие в диалоге! — воскликнула рыжеволосая, резко поднявшись на ноги.       Забыв сумку на кресле, она поспешно покинула кабинет.       — Простите, что сорвалась, сегодня был трудный день, — девушка вернулась через минуту, виновато опустив глаза.       — Мы все понимаем,— добродушно улыбнулся психиатор.       — Ей сейчас больше всего нужна поддержка со стороны родных и друзей, — прошептал он на ухо Сергею.

***

      — Как Лариса? Известно уже, кто у вас будет? — с натянутой вежливостью поинтересовалась рыжеволосая.       — Мальчик, — невесело проговорил отец, поглядывая на дорогу.       — Па, веселее, у тебя есть шанс вырастить нормального наследника, — улыбнулась Мила, закусив нижнюю губу.       — Я буду завтракать, обедать и ужинать таблетками, и исправно посещать сеансы, только, пожалуйста, сделай так, чтобы ни одна живая душа не узнала о моём настоящем диагнозе, — собрав последние силы в кулак, попросила она.       — Я знаю, что ты можешь, у тебя есть связи, — рыжеволосая оборвала отца на полуслове.       — Останови, пожалуйста, здесь, — девушка указала рукой на автобусную остановку.       — А когда придет время, я добровольно лягу в клинику. И передавай Ларисе привет,— перекинув через плечо сумку, она вышла из машины.       Мила приняла решение скрывать свой диагноз насколько это возможно, опасаясь потерять друзей и возлюбленного.

***

      — Ген, как насчет карбонары на ужин? — спросила рыжеволосая, поставив тяжелые пакеты с продуктами на стол.       — А на десерт что? — зайдя на кухню, брюнет в предвкушении потер ладони.       — Авокадо? Овсянка? Рисовые хлопья? — он изобразил брезгливую гримасу, разбирая пакет с продуктами.       — Где чипсы, кетчуп, печенье? — он перевел вопросительный взгляд на Милу.       — Там же где и твой пресс, — девушка весело подмигнула Зуеву.       — Киса не появлялся? — осторожно поинтересовалась она.        Парень покачал головой        — Кису разве не знаешь? Перебесится и вернется, — он по-дружески обнял рыжеволосую.       — Надеюсь, — чувствуя потребность в поддержке, Мила прижалась всем своим хрупким телом к другу.       — Милок, ты мне как сестра, не больше, — Гена торопливо отстранился от девушки.       — Вот блин, а я хотела тебя соблазнить, поэтому надела эту сексуальную растянутую футболку, спортивные штаны и тапочки-собачки, — девушка печально хлопнула в ладони.       — Киса, чертяка, сорвал крупный джекпот, — рассмеялся Зуев, похлопав подругу по плечу.       — Как будет готов ужин, я тебя позову, — отбросив посторонние мысли о Кислове, Мила отвернулась к плите.       —  Тогда мы с мешком блох пока на прогулку, — Гена накинул курточку и пристегнул поводок к ошейнику собаки.        — С каких пор ты стал собачником? — рыжеволосая недоверчиво выгнула бровь.       — С тех самых, как каждая цыпочка хочет погладить миленького песика, и не против познакомиться с его хозяином, — поправив прическу перед зеркалом, брюнет вышел из квартиры.       Расплывшись в улыбке, Мила неодобрительно покачала головой.

***

      Накрыв на стол, рыжеволосая взяла в руки смартфон и хотела написать возлюбленному, но удалила все сообщения.       Мила Я люблю тебя, ты нужен мне, особенно сейчас.       Мила Я хотела, как лучше, прости, если мои слова обидели тебя.       — Илья? Что тебе еще нужно? Ты своего добился, меня и парень бросил и, избили на глазах у всей школы, — услышав звонок в дверь, рыжеволосая решила, что это Гена, который в очередной раз забыл ключ, но на пороге стоял Кудинов.       — Мой отец — гей, —  горько заплакал русоволосый.       — А ну-ка заходи, — увидев кровь на руках одноклассника, Мила с лихорадочной поспешностью завела его в квартиру.       — С чего ты это взял? Илья, тебе свойственно делать поспешные выводы, — она усадила парня на табурет в кухне, и взяв аптечку, присела напротив него на корточках.       — У него отношения с Игорем, барменом, я видел их переписку, — невнятно проговорил Кудинов, захлебываясь слезами.       — Вот это дела, — тяжело вздохнув, Мила принялась перебинтовывать окровавленную ладонь парня.       — Все имеют право на любовь, — неуверенно начала рыжеволосая.       — А как же наша семья? Я, мама, Рауль? — воскликнул Илья.       — А у меня до сегодняшнего утра тоже был парень, тебя ведь это не остановило, — девушка улыбнулась уголками губ.       — Если ты действительно любишь своего отца, ты должен принять тот факт, что он другой. Не больной, не извращенец, а просто другой,— Мила ласково погладила русоволосого по руке, поглядывая в его заплаканные глаза.       — Не путай дружескую симпатию с любовью.       Парень нелепо впился в губы рыжеволосой, но та не ответила на поцелуй.       — Я люблю Кису, не смотря ни на что, —  ровным голосом пояснила Мила.       — Мне все равно, что он сейчас непонятно где, и игнорирует мои звонки и сообщения весь день. Когда он вернется, я буду самой счастливой, потому что не могу без него, — отвернувшись к окну, добавила она.       — И я, — Кислов развернул рыжеволосую к себе.        — Вань, — радостно воскликнула девушка, и обняла брюнета за шею.       — Не оставляй меня так надолго больше, — попросила она, уткнувшись в грудь Кисы.       — Тебя даже на час опасно оставлять, — парень аккуратно коснулся разбитой брови любимой.       — Вот теперь и карбонару можно захавать, — Гена удовлетворенно смотрел на влюбленных подростков, которые слились в жадном поцелуе.