Покажи всего себя

      Лето, солнце, пора отпусков, коротких светлых ночей и просто время для приятного отдыха. И, конечно же, какое лето без похода на пляж? Поэтому Пятый просто ждал, когда Ингрид позволит себе взять недельный перерыв и предложит сходить компанией — Диего, его девушка и по совместительству лучшая подруга Гри Лайла, Клаус и его партнёр Дэйв, — отдохнуть под лучами солнца и в уже тёплой воде. В наличии две отличные вместительные машины, так что никаких трудностей не должно появиться. Однако мысли были за пляж Венис или Санта-Моники, а в итоге предложили совсем какой-то незнакомый вариант.       — Чёрный пляж? Это где?       — Он… далековато, но у нас же есть машина, так что три часа потерпим! — Ингрид буквально светилась от радости. — Это отличный пляж около Сан-Диего.       — Три часа в пути… Ладно. Но почему этот пляж?       Она очень странно, с какой-то хитринкой улыбнулась. А когда это происходило и появлялось ощущение, что перед ним лисица, то сигналы тревоги в голове верещали на всю громкость. Ингрид что-то задумала. И это «что-то» явно обещало свести с ума от смущения, а сказанные слова эту мысль подтвердили.       — Потому что там можно показать себя! — Пятый тут же полез за телефоном. — Не смей гуглить!       Он послушался. Частично, правда — на следующий день обратился к Клаусу. Он же не Гугл! У него можно спросить и узнать, что же такого было в том пляже, раз так туда рвались.       — Сколько мы общаемся, каждый год по раза два или три ездили туда. Ох, это прекрасное место для отдыха! — с тёплой улыбкой признался Клаус, сидя с друзьями дома. — Там такие виды!       — Что с этим пляжем не так?! — в один голос спросили Пятый и Диего, тут же переглянувшись.       — А вы?.. — Клаус заметно замялся, осознавая, что кого-то хотят заманить в крайне неловкую и смущающую ловушку. И ладно Диего, он никогда ничего не стеснялся, если дело касалось его персоны. А вот за ранимого и довольного восприимчивого к темам тела Пятого было боязно. Но в то же время это был отличный шанс раскрыться и принять себя… — С этим пляжем всё отлично. Просто помните… Что естественно, то не безобразно.       После этих слов друзья напряглись ещё сильнее. Хотя немного отпустило от вида стандартного пляжного набора: крема различной степени защиты от солнца, всевозможные масла для тела, зонты, большие полотенца, шляпки и кепки, очень много еды и воды. Правда, уже в процессе поездки, и Пятого, смотревшего на дорогу одним глазом, а другим на торчащие соски под просвечивающим топом, и Диего, нагло глядевшего на прозрачную рубашку Лайлы, смутило отсутствие купальников.       Всё встало на свои места, когда компания подъехала к месту назначения и увидела въездной знак, на котором большими буквами было указано то, о чём следовало бы рассказать. Ведь тогда ещё имелся шанс избежать недовольных криков.       — Вы с ума сошли?! — заорал Пятый.       — Да ладно тебе, — рассмеялась Ингрид, забирая из багажника сумку с полотенцами и корзинку с закусками.       — Детка, — нервно почесывая затылок, Диего принял из рук Лайлы переносной небольшой холодильник, — о таком стоило предупредить…       — Угомонись, всем плевать, насколько ты косматый. Ты все равно красавчик.       Парочка тут же зашепталась, неумело потираясь друг о друга. Но если Диего отпустило быстро, а Клаус и Дэйв вообще не первый раз на пляже, то вот Пятый даже шагу не хотел делать. Он только недавно свыкся с тем, что его девушка в вопросах секса и тела очень открытая, — а ещё отбитая, в хорошем и любовном смысле, и вроде как стеснявшаяся своего тела, но второе, видимо, не распространялось на незнакомцев! — а он стал чуть-чуть таким же, ведь повелся с ней. Но и представить себе не мог, что её раскрепощенности столь много, что она спокойно может пойти на нудистский пляж.       — Я тут посижу, а вы отдыхайте. — Шумно выдохнув, Пятый тут же сел обратно в машину.       — Так ведут себя истери… — недовольно прошипела Лайла, но тут же завопила во весь голос из-за пятки, резко наступившей на пальцы.       — Ляпни хоть одно неверное слово… — Ингрид было опасно противостоять, потому Лайла быстро прикрыла рот. — Идите, мы вас догоним.       Помахав друзьям и убедившись, что осталась наедине с Пятым, нырнула в машину. И ничего не истеричка. Не плакал, как иногда на нервах бывало у Клауса, не пыхтел и не злился, как Диего по словам Лайлы. Он просто сидел. В тишине, без телефона в руках, опустив взгляд. Ни злости, ни обиды. Если только совсем немного тоски.       — Пять… — тихонько начала Ингрид, аккуратно беря в ладони колючее лицо. — Это же просто пляж.       — Нудистский.       — Прости, всё же надо было тебе сказать… Ты не хочешь ходить голым? — Он отрицательно мотнул головой. — Но ты же у меня такой красавец!       Беззлобно рассмеялась, заметив на лице быстро проступивший румянец. Почти уже год, как встречаются, столько уже времени прошло с сотни разговоров о теле, любви и вообще об отношениях, прошли многое, а его всё еще можно было так легко смутить. И вместе с тем так просто задеть. Сколько бы тысяч раз Ингрид не говорила, что Пятый самый красивый, и вообще идеальный парень в её жизни, — а ей самой хватило пары раз услышать, что красавица, — он ещё не до конца принял главную особенность своего телосложения. Да и дело это совсем личное. С ней он это принял, с ней он ходил, пусть и редко, голышом по дому. А тут предложили выйти на люди — точнее, поставили перед фактом.       — А как же наши разговоры о теле?       — Это немного другое… И я знаю, что я красавец…       — Не хочешь, чтобы на тебя смотрели незнакомцы и друзья? — Кивнул, поджав губы. — А на меня другим можно смотреть, если что? За Клауса с Дэйвом можешь не переживать.       — Если я скажу, что запрещаю, ты послушаешься? — Он бы этого не сделал, но спросить всё равно хотелось. Она лишь улыбнулась.       — Знаешь, в чём прелесть Чёрного пляжа? Там не обязательно ходить голым. Ты можешь сидеть в своих прикольных гавайских плавках и просто отдыхать. И если ты скажешь, что только ты имеешь право смотреть на меня голую, то я не буду снимать шорты и топ. Ну или же переоденусь в купальник.       — Да у тебя от купальников одно название, — с откровенным скептицизмом, вскинув бровь, высказался Пятый.       — Я взяла приличный! Тот, с лимонами, который тебе понравился. — Он тихонько хмыкнул, вспоминая забавный поход за новым комплектом. — Так вот! Я переоденусь и буду сидеть с тобой.       — Но тогда это не тот отдых, который ты хотела…       Ингрид вздохнула, потому что, увы, это правда. У неё имелись свои планы, да и поездка на нудистский пляж стала своеобразной традицией. Ей хотелось отдохнуть именно так, на природе и без одежды, в компании таких же открытых друзей и отдыхающих. Но планы могут рушиться и меняться, особенно, когда появляются новые люди, потому и не расстраивалась так уж сильно. А чтобы в это поверил и "любимая стеснительная усатая моська", Ингрид, отпустив лицо, перебралась со своего места на колени Пятого и, обняв за шею вместе с подголовником, поцеловала в нос. Жаль, что без помады, а то остался бы очаровательный след.       — И всё же это будет охеренный отдых. Потому что со мной будешь ты.       — И голые друзья.       — И они. Но знай, что как нам будет плевать на множество голых писек и сисек, так и им будет плевать на одетых нас.       Действительно успокоила, раз Пятый улыбнулся и крепко обнял в ответ, утыкаясь носом в плечо и вызывая так приглушенный смех. Его лицо ещё горело.       — Спасибо… Я люблю тебя, — прошептал, целуя в мочку и заставляя серёжку в виде сердечка дрогнуть.       — А я люблю тебя. И не важно, ходишь ли ты при мне в своей любимой майке или же светишь своим шикарным членом. — Шею обдало теплом. Похоже, покраснел сильнее. — Ну что, пойдем?       — Минут через двадцать… — тихо промурлыкал Пятый, забираясь ладонью в девичьи шорты к мягким ягодицам и вынуждая Ингрид засмеяться чуть неловко от упирающейся ей меж ног ширинки.

***

      — Что-то вы долго. — Лайла приспустила голубые очки-облачка на кончик носа, оценивая прибывших и купальники на них. А ещё парочку покраснений на шеях, раскрасневшиеся губы, растрепанные косы подруги, ещё пока горящий след ладони на бедре подруги и в целом запыхавшийся вид, но ладно, это уже личное. — А как же "день без тряпок"?       — Один раз можно и нарушить, — рассмеялась Ингрид, усаживаясь на постеленное полотенце, что уже успело нагреться на солнце. Рядом же устроился и Пятый, нервно одергивающий свободные плавки.       — Портите всю малину, — фыркнула Лайла, замечая неловкость на лице полностью голого Диего, которому явно хотелось прикрыться. — Я рассчитывала, что ты украдешь у него трусы и ключи от машины. Ты так со мной в первый раз поступила.       — Ну, я хотела, — за бедро ущипнули, — ай! Но передумала!       И на этом обсуждение просто закончили, что приятно удивило Пятого, как и то, что на пляже действительно можно было заметить тех, кто так же сидел в купальниках или плавках и мирно себе отдыхал, а рядом располагались нудисты, которые, как и все, наслаждались тёплым песком и шумом прибоя. Друзья не смотрели, как на прокаженного, хотя и было минуты три неловко с того, что они все полностью голые. Спасибо Клаусу, что поменялся очками с темными стёклами, пусть и в виде крыльев бабочки — мог спокойно всех рассмотреть и привыкнуть.       Кто-то худой, кто-то полный. Ещё совсем молодые, а рядом с ними пенсионеры. Одни волосатые где только можно и сомнительно, другие же гладко выбритые. У кого-то, как у Ингрид, шрамы на теле, ожоги, у кого-то синяки, у других родимые пятна или множество татуировок. Все разные по форме и длине — правда, так и не увидел никого, кто мог бы переплюнуть его самого. У кого-то грудь больше, у кого-то поменьше и асимметричная. Столько разных людей, но при этом одинаково прекрасных в своей свободе и открытости при отсутствии даже грамма пошлости. Никто не гнался за стандартами красоты или какого-то общего соответствия. Все были собой, отдыхали, развлекались, плавали. Наслаждались жизнью… что аж стало немного завидно.       Диего и Лайла, несмотря на и так чуть смугловатую кожу, лежали и впитывали телами, предварительно смазанными маслами, солнечные лучи. Дэйв увлеченно читал какой-то детектив под большим зонтом, пока Клаус, скрываясь за широкими полями шляпы, разыскивал в холодильнике бутылку с домашним лимонадом и обсуждал с Ингрид поставку новых анальных лубрикантов. И весь разговор она держала Пятого за руку, сплетая свои пальцы с его. Хотелось её поцеловать, — а лучше бы прижать к себе и повторить те безбожно быстрые, но горячие двадцать минут в машине, — но помнил предупреждение о том, что хоть голых тут много, а возбуждение могло легко прийти в самый неподходящий момент, всё же стоило себя сдерживать в порывах проявить близость на людях. Надо было охладиться, причём не только с помощью кофе со льдом.       — Может, искупаемся? — Думал, что предложил тихо, чтоб только Ингрид отреагировала, но каким-то дьявольским чудом услышали все.       — Вода как раз должна была прогреться, так что, почему бы и нет? — поддержал Клаус, заматывая волосы в низкий пучок и меняя шляпу на кепку.       — Кто последний доберётся до!.. — только воскликнула Лайла, а Диего, светя песочной задницей, побежал к воде. — Вот же говнюк!       Следом за Диего и Лайлой, прихватившей спасательный круг, рванул Дэйв, за которым, звонко смеясь, помчался и Клаус. Ингрид же неспешно встала с насиженного места, покрепче замотала резинки на своих косах и сняла серьги, спрятав их в корзинке, после чего протянула руку Пятому.       — Пошли, а то эта гадина явно придумает для тебя что-нибудь унизительное.       Как и предупреждала, Лайла подготовила "последнему" наказание в виде обмывания всех ниже пояса от песка, но быстро пожалела о сказанном, ведь Ингрид, пихнув Пятого в воду, пришла последней к финишу и в довольно угрожающем жесте — уж лучше бы просто средние показала, — сложила пальцы. Кого-то ожидала либо вагинальная кара, либо лишение анальной девственности. Но это потом, а в тот момент все просто развлекались, обливали друг друга, утаскивали под воду или же в волны. Пока не прокричали:       — Куриный бой!       Пятый аж растерялся, когда Ингрид запрыгнула ему на плечи, и чуть не рухнул раньше времени, но, благо, устоял и покрепче ухватился за девичьи бледные коленки. Он терпеть не мог эту игру, но самоуверенность на лицах Диего и светившей тёмными сосками Лайлы бесила в крайне степени — хотелось стереть их наглые улыбки. Дэйв и Клаус сдались довольно быстро, робко признав, что упираться в затылок обнаженным хозяйством — сомнительное удовольствие. В их случае было легко понять, потому им передали роли судей.       — Так кто же победит?! — воскликнул Клаус в невидимый микрофон. — Лимонные цыплята или же цыплята с корочкой?!       — Хэй! — В один голос отреагировали Лайла с Диего, что стало почти фатальной для них ошибкой, ведь Ингрид, не церемонясь, тут же схватила подругу и попыталась утянуть в сторону, срывая с чужих широких плеч.       — Размечталась!       Это был довольно долгий бой. Лайла, вереща, махала руками, пока Диего всячески старался сделать подножки. Но это никак не помогало, ведь Пятый будто пустил корни в мягкий песок и почти не двигался, оставив нападение за Ингрид. Но противник поступил бесчестным и по-настоящему детским образом! Пока была возможность, Лайла задрала лиф белого с лимонами купальника, обнажая колыхающие груди соперницы. Правда Ингрид даже не вскрикнула и не прикрылась, — и так все голые, — лишь в едкой усмешке прошипела какое-то прозвище, заставляющее подругу взбрыкнуться и вновь полезть в бой. А вот в тёмную голову Пятого что-то ударило и от вида любимой груди, под которой ещё был заметен след от зубов, а на ореоле соска синела гематома, и от наглости девицы перед ними, и от какой-то слишком оценивающей улыбки Диего.       — Глаза вырву…       Никто не услышал злобного рыка из-за плеска, однако Клаус отчетливо заметил, как Пятый специально ушёл под воду по шею. Хватило бы и лёгкого толчка, но Диего почувствовал, с какой силой его оттолкнули, прижав к груди ладони. Он просто не мог устоять перед обозлившимся за секунду другом, а потому рухнул, уводя за собой и Лайлу. Башня пала. Правда следом почти свалилась и Ингрид, но её вовремя поймали.       — Лимонные цыплята победили! — подавив нервный смешок и прикрыв рот Дэйву, желавшему сказать о нарушении правил, воскликнул Клаус и расплылся в улыбке, наблюдая за парочкой. Точнее за влюбленным взглядом Ингрид, которой очень нравилось ощущать, как её держат крепкие руки.       — Здесь трахаться нельзя, если что! — воскликнула откуда-то Лайла с прилипшими, будто у девочки из ужастиков, волосами на лице, заставая врасплох.       Секунда, и Пятый с Ингрид не устояли, рухнув в воду под задорный смех противников. Подобно школьникам, вновь заигрались, заплескались и в итоге окончательно украли верхнюю часть светлого купальника.       — Легче стало от вида моих сосков? — поинтересовалась Ингрид, позволяя подруге крепко себя обнять, уткнуться носом в грудь и, кружась, увести в сторону.       — Однозначно. Традиции нарушать нельзя! А значит, свободу письке!       Благо, этот вопль слышали лишь компания и поредевшие посетители пляжа — солнце перестало печь, рабочая неделя у кого-то ещё была впереди, поэтому многие уже разошлись, да и элементарно кому-то хотелось есть и пить, но не закупился заранее. Благо и тех, кто остался, не смущали и не нервировали выкрики о свободе гениталий. Кто-то даже поддержал! Ингрид повернулась к Пятому, сидевшему под водой почти по нос, хотя сама она спокойно стояла на своих двоих, пока вода еле-еле прикрывала пупок.       — Только не говори, что ты у него ещё и разрешение будешь просить! — Кольнуло от слов Лайлы. Причем обоих. Но если Ингрид лишь стиснула зубы, то вот Пятый… поступил самым неожиданным для всех образом. Под недовольное бульканье он утащил её за собой и куда-то потащил. — Эй, куда?!       Но преследовать Лайла не стала, ведь к ней, мирно покачиваясь на волнах, подплыла нижняя часть лимонного купальника. А потом, подобно русалке, — ну или хтоническому существу из глубин, — резко вынырнула и сама Ингрид. Как не старалась намотать расхлябанные резинки, косы все же распустились, поэтому влажные рыжие пряди липли к лицу и телу, грудь часто вздымалась, ведь катастрофически не хватало воздуха из-за подкатившей паники, бёдра соскальзывали с плеча, руки крепко, почти выдирая, держались за тёмные волосы на макушке. Но не это вызвало улыбку у друзей и самого Пятого, а то, что её, на нудистском пляже, на котором она так хотела отдохнуть, наконец-то раздели.       — Свершилось! — радостно заголосила Лайла, не обращая внимания на то, что в действительности Пятый улыбался не от содеянного, а от смущения из-за соприкосновения прохладных бёдер и курчавого рыжего лобка с его лицом. — Традиции быть!       — Убью вас обоих! — завопила яростно уже Ингрид, убирая прилипшие волосы и явно порываясь отвесить тумаков подруге. То, что она шлепнула своего молодого человека ягодицей… он сам воспринял нормальной и очень даже приятной местью.       В итоге, с плеском соскользнув с плеча и с трудом встав на ноги, Ингрид всё же погналась за подругой, пытаясь отхлестать ту мокрым купальником, и оставила Пятого одного, ведь Дэйв и Клаус уже давно обсохли и уплетали закуски под почти остывший лимонад, а Диего только-только выбрался на берег и, стряхнув основную влагу на парней, сел на полотенце. Он втянулся в "традицию", его ничего не смущало, даже светить хозяйством перед теми, кого иногда побаивался — пытался делать вид, к счастью, выходило вполне правдоподобно. А Пятый почти всё испортил, поставив Ингрид, пусть она и не созналась бы, в неловкое положение перед подругой.       — Дурак… — буркнул он сам себе под нос и ушёл под воду.       Стало чуть-по-чуть смеркаться, но компания планировала вечером перебраться в другую зону и развести костёр, пока ещё окончательно не стемнело. Уже все сидели и высыхали под уходящими лучами солнца, однако быстро заметили пропажу.       — Так, а где Пятый?! — обеспокоенно спросила Ингрид, вынуждая своим вопросом подскочить Клауса и Дэйва.       — Так, он умеет плавать! — успокоил Диего.       — Но… там водятся скаты… — и Лайле неожиданно передалось волнение.       К счастью для всех, стоило только раз выкрикнуть имя, как вдали из воды показалась голова. Облегченно выдохнули все. Но счастье обратилось для одних в восторг, — исключительно для Ингрид, — а для других в откровенный шок. Пятый, позволяя ускользающим лучам и теням с водой играть на худом, но крепком и подтянутом теле, поднялся из океана. Был подобен настоящему прекрасному богу, что подарил свидетелям своего явления благословение и возможность увидеть себя… Абсолютно голым.       — Это мой котик! — во всю глотку крикнула Ингрид, подпрыгнув на месте. — Покажи всего себя!       — Ебать… — растягивая гласные, произнесла Лайла, пристально вглядываясь.       — Его даже холодная вода не берёт… — горько отметил Диего, прикрывая своей девушке глаза.       — Теперь я понимаю, почему ты не захотел приглашать его к нам на групповуху… — прошептал Дэйв, пряча красное лицо в плече Клауса, закрывавшего своё собственное в ладонях. — Но он хорош…       — И он принадлежит мне!       Восторгу Ингрид не было пределов. Она, счастливо смеясь, побежала навстречу Пятому и, как только позволила дистанция, запрыгнула на него, словно коала. Крепко обнимала и целовала мокрое лицо, вынуждая засмеяться следом и обнять в ответ.       — Ты у меня самый лучший! И самый красивый! Ты похож на настоящее божество, не шучу! Что в одежде, что без неё! И да! — заорала ещё громче, смущая уже просто всех, кто смотрел на них. — Я обожаю этот здоровый член по два раза в день! Иногда по три!       — Ингрид! — заголосили и Пятый, и вся их компания.       Что ж, парочку раз в год можно походить полностью голым среди таких же открытых и спокойных, пусть и со своей чудинкой, людей. Да и правду сказали… Пусть и не всегда и не везде уместно, но всё же, что естественно, то не безобразно, особенно, когда есть кому искренне сказать, что ты прекрасен.