Часть 1

— Ой, Донья, я не могу так! Я не могу видеть, как он обнимается с этой…       Внезапоо Милагрос начала кашлять. — Что случилось, Мили? — Я…не знаю…       Когда она наконец перестала кашлять, они увидели на руке девушки цветок. Розу, а вокруг капли крови. — Что это, бабушка? — Догадываюсь… Мили, ты любишь моего внука? — Очень… Больше своей жизни… — Плохо… Мили…эта болезнь — ханахаки. — Ханаха… Что? — Ханахаки, Милагрос! Болезнь, при которой человек кашляет цветами…       Тут же Мили снова почувствовала приступ кашля. И снова — с цветком. Уже белоснежный жасмин с теми же каплями крови… — Ложись. Так лучше будет. — Почему это так? Как часто? — Ты готова отдать жизнь за Иво. Он этого не ценит. Как результат — ты отдаешь жизнь за его счастье с этой Пилар. Разлюбить невозможно. Он должен признаться тебе в чувствах. Никак иначе. — Он никогда этого не сделает… — Уверена? — Да. ***       Когда Мили уснула, Анхелика спустилась в гостиную. — Синьора Анхелика, а где Милагрос? — спросил Пабло — У меня. Ей так плохо… — Почему? — Ханахаки. От этого же заболевания погибла, вроде, и мать Милагрос… — Я люблю её… — Она любит Иво. Нужно его признание. — Какое моё признание нужно? — в гостиную, улыбаясь, зашли Иво и Пилар. — В любви. — Ладно, я люблю Пилар. — Нет. Иво, ты любишь Милагрос! Ей необходимо твоё признание. — Ладно. Я ей признаюсь. *** — Мили…       Когда они зашли, они увидели, что Мили не спала, а возле неё целый букет кровавых цветов. — Иво…я люблю тебя. — Я тебя…ненавижу, Карлитос! — Ч-что? — переспросила она. — Что слышала! Я люблю Пилар! *** — Куколка, всё будет хорошо… — Мили, у тебя температура… — Да, знаю…       Милагрос снова закашлялась. — Цветы… Они всё чаще… — Я вместе с цветами откашливаю столько крови… — Хозяин подлец! Знает, что она умрёт! — Знаю, — услышали они. — И пусть. Мне наплевать.       Дверь за Иво захлопнулась. Мили начала плакать. — Тише… ***       К вечеру девушка умерла. Пока всё готовились к похоронам, Иво зашёл в спальню. — Мили… Чолито… Карлитос… Извини. Я не знал, что это действительно так. Думал, ты и бабушка сговорились… Я не люблю Пилар. Я люблю тебя…       Это не вернуло её к жизни. Будь она жива… Это бы исцелило. Но признался он поздно. — Люблю… Люблю…       В её руке была роза, которая стала первым явным признаком ханахаки. По щеке Иво потекла слеза, упавшая на розу. Та расцвела. — Я бы и сам хотел умереть, лишь бы ты жила…