Том 6 Глава 7

— Как я понимаю, раз тот хрен в красном пиджаке больше не появился, и никто больше не предложил нам «помощь», то уже всё, все связанные с ним варианты отменяются? — спросила Эш. Девушки закончили завтрак, но не спешили покидать кафе. Белла кивнула. — Твои предложения, как разобраться с долгом? Мы вчера эту тему особо не трогали, — сказала Эш. — Сразу скажу, что самостоятельно этот вопрос не решается. Разве что ты выиграешь в лотерею, или найдёшь в моём мире что-то, чего не знаю я, и сможешь каким-то образом достичь ранга Защитницы меньше чем за два месяца. Но первое даже я считаю слишком маловероятным, а второе невозможно. Так что нам придётся кому-то продавать жопы. Либо магам из Закулисья, чтобы они помогли нам разобраться с проблемой, в обмен на будущие преференции. Либо корпорации. У них для нас найдётся «работа», если так можно назвать бытие бесправными подопытными кроликами. Если согласимся, они не потащат нас в суд. Ну а потом наберёмся силы, повысим ранги, и либо выплатим им всё «по закону», либо станем Защитницами и подёргаем за кое-какие ниточки, которые у нас появятся. Ну, там, знаешь, как бывает — важный человек поскользнулся на ступеньках и сломал шею, документы потерялись, база данных накрылась, что-то нашей лабораторией правительство заинтересовалось, тут какой-то резонанс в медиа, подопытные сбежали, да и хрен с ними… — Любопытные возможности у Стражниц всего лишь пятого ранга ты мне рисуешь, — хмыкнула Эш. — Она преувеличивает, — сказала Ноэль, — будучи Защитницами, мы просто сможем объяснить своим старшим ситуацию, и уже они вмешаются. А до этого ранга мы и среди Стражниц никто, и звать нас никак. — Вариант с мафией уже не сработает, — продолжила Белла, — по крайней мере, в этой ситуации. Остаётся только сесть в тюрьму, но оттуда выбраться сложнее, и условия там похуже. Вариант корпорации тоже не сахар. Но там нам придётся потерпеть несколько месяцев, и вопрос будет закрыт раз и навсегда. А вот вариант с Закулисьем… Он куда комфортнее. Но там последствия далеко идущие. Мы либо несколько лет будем пытаться соскочить, либо увязнем по шею в теневом магическом мире. Решать тебе. — Для начала, я пойду куплю лотерейный билет, — сказала Эш, поднимаясь со стула. Белла лишь хмыкнула. *** — Ты издеваешься?! — кричала Ноэль, тряся Эш за плечи. Эш лишь блаженно лыбилась в ответ. Белла истерично хохотала, запрокинув голову. Люди вокруг смотрели с недоумением, недоверием, и завистью… Всё-таки, не каждый день кто-то выигрывает в быстрой лотерее джекпот в миллион дин. Более того, это происходит не каждый месяц. И даже не каждый год. Причём, будь это какая-нибудь другая лотерея, казино, викторина, реалити-шоу, что угодно ещё, выигрыш миллиона мало бы что изменил для Эш. Ведь миллион ещё надо было получить, продравшись через дебри юридических махинаций. А в большинстве случаев с выигрыша ещё надо заплатить налоги. Иногда слишком большие… Но Эш участвовала в быстрой ежечасной лотерее брэнда «Мисс Фортуна». Компания, владевшая этим предприятием, была знаменита двумя вещами. Тем, что сразу же перечисляла любой выигрыш победителю, без проволочек и налогов, беря на себя любые комиссии, платя ровно ту сумму, которую выиграл человек. И тем, что была максимально прозрачна и кристально чиста, проходила все возможные и невозможные проверки правительственных органов и общественных организаций, никто из которых так и не мог найти, где же «Мисс Фортуна» обманывает людей с выигрышами. Потому что обмана не было. Небольшую сумму в быстрых лотереях можно было выиграть куда чаще, чем у конкурентов, подставных победителей с джекпотами не было, деньги шли куда было заявлено, и никаких хитрых юридических вывертов, оставлявших победителей ни с чем, в документах не наблюдалось. Некоторые ушлые ребята даже умудрялись какое-то время жить с одних только выигрышей лотереях «Мисс Фортуны». От разорения профессиональными игроками же компания защищалась ограничением на участие в лотереях, что было вполне справедливо и законно. Но даже так, «Мисс Фортуна» уходила в минус на выплатах. Это давно было посчитано, доказано, и показано самой компанией. Зарабатывала компания рекламой, используя свою кристальную честность для создания образа и поддержания репутации и популярности. А ещё у них были свои телешоу, интернет-порталы, линия детских игрушек, анимационная студия, онлайн-игры… Последние, впрочем, скорее напоминали онлайн-казино с реальными деньгами, и были куда менее честными и куда более хищническими, чем быстрые уличные лотереи. Они, как и всё остальное, рекламировались честными лотереями, и рекламировали кучу других компаний. В общем, никакого чуда не было, никто не раздавал людям деньги просто так «Мисс Фортуна» была компанией, знавшей где можно потерять, чтобы потом заработать. И свои сомнительные схемы и практики умела скрывать не хуже других, грамотно выставляя на показ один кристально честный аттракцион невиданной щедрости. И вот сегодня, «Мисс Фортуна» потеряла миллион дин на Эш, которая уже получила деньги на свой банковский счёт, в полном объёме. Однако, этой потерей компания собиралась тут же воспользоваться для своего пиара. Съёмки классического для компании телешоу с победительницей уже начали организовывать. Осталось только дождаться, когда она с подругами нарадуется, и убедить девчонку поучаствовать. Что было делом техники. В конце концов, кто откажется от пяти минут славы? Белла продолжала хохотать, в том числе над сотрудниками компании… *** — Наглухо ебанутый денёк, — сказала Эш, развалившись на кровати. — Денёк? Это самая ебанутое начало игры Стражниц, которое я видела, — сказала Ноэль, сидевшая в кресле неподалёку. Белла всё ещё истерично хихикала, валяясь на мохнатом ковре. Теперь у троицы была своя квартира. Ну, вернее, арендованная на месяц. После того, как Эш расплатилась с долгом за всех троих, у неё осталось всего несколько тысяч. Две ушли на аренду прилично отделанной просторной двушки в неплохом жилом комплексе, аккурат между бурлящим жизнью центром мегаполиса, и окраинными спальными районами. — Подумаешь, выиграла в лотерею, — сказала Эш, вызвав у Беллы новый приступ хохота. За окном уже было темно, а администраторша всё никак не могла успокоиться. Как и Ноэль. — Ты выиграла джекпот, выпадающий в среднем раз в пять лет, послала компанию, отказавшись от участия в их пиар-акциях, поставила на место корпоратов, банкиров и полицейских, когда на тебя начали давить при выплате долга, избежала расследования после того как тебя прямо обвинили в мошенничестве, избежала ненужной славы на всю страну, оставила всех с носом, сделала так что к тебе никак больше не придерутся, и уехала в столицу. На второй же грёбанный день после выписки из больницы. Ладно, выигрыш. Но ты выпуталась из всех ловушек и потенциальных проблем, которые за этим выигрышем могли последовать. И всё это давя на то, что ты слабая беззащитная сиротка, при этом мастерски ведя переговоры не как жертва, а как хищное чудовище. Что ты такое, Эш? Насколько мало я видела от твоих возможностей в своей первой жизни? Нет, это всё не что-то из ряда вон выходящее само по себе… Но не в первый же раз в игре Стражниц! Не для игрока, который ещё и двадцатый этаж не прошёл! — А я говорила, — Белла поднялась с ковра, — что так будет. Ноэль, ты же следила за путём Эш в Ахегауме. Не понимаю, чем ты удивлена. Эш сходу научилась манипулировать судьбой, получила уникальный класс, подцепила твою сестру в секретке для высокоуровневых игроков, подцепила одного из лордов чёрной зоны, нашла Якса и вытащила его из уединения на десятом этаже, разрешила конфликт фракций на первом этаже чуть ли не в одиночку, вскрыла махинации клана Альто, чем их в итоге и похоронила, а потом провернула то же самое с альянсом Терпефлопса и Ягоды, заодно вскрыв внешнее вмешательство в Ахегаум. Ах да, ещё она поставила рекорд на моём этаже. С первой попытки, на максимальной сложности. — Я думала, Риннэль, Якс и Тэнтэрия накачивают её ресурсами и используют в качестве приманки… Да я сама им подыгрывала по этой схеме, изображая покровительство, когда просили! — И даже когда ты узнала, кто я, не переосмыслила всё это? — Эш села на кровати, посмотрела на Ноэль, — Я разочарована. Ты в меня оказывается не веришь… — Ну так всё что ты демонстрировала мне в жизни Дорана, способен провернуть любой игрок с сороковых этажей. А это, мягко говоря, не тот уровень, чтобы вертеть альянсами семидесятых-восьмидесятых этажей. Да кто угодно, глядя на тебя подумал бы, что ты просто марионетка кого-то из администраторов, чьими руками неофициально разгребают накопившиеся проблемы. — И именно поэтому Эш трогали куда меньше, чем должны были, — сказала Белла, — и это тоже было частью плана Вендуа. А ты, Ноэль, не права. Никто не накачивал её ресурсами. Всё сама. Яксу и Тэнтэрии оставалось только подыгрывать и вовремя вмешиваться. — Охренеть… И сколько в Ахегауме ещё таких честных гениев, которых мы с тронов своего высокомерия принимаем за чужие марионетки? — спросила Ноэль. — Умная девочка. Но тебе такое знать не положено, — сказала Белла. — Администратор, сходи-ка погулять. Мне надо кое-кого наказать. Любой, значит, игрок с сороковых этажей может… А сколько из них могло уничтожить целый мир со всеми богами, освободив тебя из нутра Агдалона, напомни? — Эш сложила руки на груди и очень строго посмотрела на Ноэль. — Ты же приукрасила историю… — с сомнением сказала Ноэль. Что она на самом деле имела ввиду, так это «ты её выдумала». — Нет, — хором сказали и Эш, и Белла. — Она действительно создала то, чему не было равных во вселенной, и уничтожила Этолосс. И только благодаря ей ты переродилась в Ахегауме, освободившись от Агдалона. Вендуа проверяла. И показала мне, — сказала Белла. Повисла тишина. Ноэль вдруг поняла, что ей страшно. Белла не стала бы врать в таком вопросе… Но этот страх для Ноэль был спасительным. Больше всего, узнав о перерождении Дорана, она боялась не того, что это какая-то схема чтобы промыть ей мозги или обеспечить лояльность. Больше всего Ноэль боялась, что те чувства, которые она испытывала к Дорану, никогда не вернутся. В той, первой жизни, она была вампиром. И далеко не самым слабым и простым. Большинство обычных людей перед ней были никем. Только другие вампиры, демоны, маги, избранники богов, могли считаться ей равной, или превосходить в личной силе. Доран же был… загадкой. Обычный человек, c крохами магической силы, который мечом, кинжалом и умением творил то, на что она сама зачастую была неспособна. Человек, который убил патриарха вампиров, и подарил Амелии свободу, вместе с головой древнего кровососа. Человек, который на её глазах раз семьдесят был на грани смерти, и каждый раз выживал. Человек, который никогда ни с чем не смирялся и не мирился, и делал только то, что сам хотел, что считал нужным и правильным. Кто бы не вставал против, Доран находил свой путь вперёд. Человек, плевавший на богатство, власть, силу и славу. Просто живший как того желал. Человек, которого не могли остановить те, чьей силы должно было хватить, чтобы раздавить его как букашку. Доран всегда поражал воображение Амелии. Он был то как безобидный домашний пёс, который ластится к хозяйке, выпрашивая сладости а потом оборачивается чудовищем и в одиночку разрывает стаю диких волков. То как тиран, заставляющий свою рабыню страдать, а потом вдруг проявляющий себя с неожиданной стороны и оказывающийся благородным господином, которому самой хочется услужить. То как нежный ветер, приятно охлаждающий в зной, способный в мгновенье обернуться бурей, сметающей целые города. Он был пламенем, которым можно согреться и в котором можно сгореть. Океаном, в котором можно провести жизнь и не найти ни берега, ни дна. Доран не скрывал от неё свои слабости, одновременно творя невозможное. Из-за этого, Амелия никогда не могла до конца понять, кто из них над кем властвует. Это она могущественная вампирша, а он её человеческий питомец, которому просто везёт и которому она позволяет иногда собой помыкать, а на деле может раздавить в любой момент? Всё же, их единственная настоящая схватка проходила в условиях, когда она была вынуждена очень сильно сдерживаться. Или он — бог или демон в образе человека, насмехающийся над ней, и позволяющий себя иногда «смертельно» ранить во время ссоры, чтобы потом она раскаялась, исцеляя его? Все же, в их единственной настоящей схватке, стоило ей лишь подумать о том чтобы перестать сдерживаться, и она как никогда близко ощущала дыхание смерти… Амелия так и не разгадала эту загадку. Но вот Ноэль, пройдя почти все этажи Ахегаума, смотрела на тот прошлый опыт с совсем другой точки зрения. Она поняла, что всегда была во власти Дорана. Что была лишь глупой юной вампиршей, сильно переоценивавшей и свою силу, и свои знания. Ей давно стало ясно, как Доран творил «невозможное». А узнав, что он был реинкарнатором, окончательно во всём убедилась. Обладая необходимыми знаниями, можно было провернуть и не такое. Она сама давно уже переросла этот уровень… И больше всего с момента воссоединения Ноэль пугало то, что с высоты своих нынешних знаний и умений, она уже не сможет любить реинкарнацию Дорана. Она верила, что Эш — это он. Но не верила в историю с Агдалоном. Как и во многие истории Дорана. Но, как и тогда, она не стала давать ему понять, что не верит. Ей нравились красивые истории и невозможные результаты… А как Доран добивался их на самом деле, она никогда знать не хотела. Это было частью их вечной игры друг с другом… Так она думала до сего момента. Получив же подтверждение от Беллы, Ноэль ощутила то забытое чувство, которое так боялась не вернуть. Она смотрела на Эш, и не понимала, кого перед собой видит. Везучего новичка в Ахегауме, или обладающее запредельными знаниями древнее чудовище, которому даже старшая богиня не указ, и которое не разнесло весь их мир на части только потому что не пыталось этого сделать. Случайно ли Эш вписала числа в лотерейный билет, или она увидела ту лазейку, ту закономерность, которую Белла оставила для себя и для очень въедливых игроков? И если второе, то как чёрт возьми Эш догадалась с первого раза? А если нет, то почему она так уверенно решила сыграть в лотерею, и с такой кровожадной улыбкой вписывала цифры? Был ли это случайный эмоциональный порыв и везение, или Эш разглядела в словах Беллы те подсказки, которые до сих пор не могла уловить сама Ноэль? Но ощутив это вновь, Ноэль вдруг поняла, что все её сомнения были беспочвенны. Это было не то же самое чувство. Она ведь знает, КАК Эш могла это сделать… Но ничего не изменилось. И Ноэль поняла, что всё это время любила человека, а не загадку. И что ни сама загадка, ни ответ на неё, ни на что в общем-то не влияют… В одну реку нельзя войти дважды. Однако Ноэль была готова войти в другую. Ведь теперь, ей не нужно играть в бессмысленные игры. Её сердце и душа окончательно избавились от сомнений. — Развлекайтесь, — сказала Белла, вырвав Ноэль из размышлений. Администраторша встала с пола, и ушла, вскоре покинув квартиру. А Эш, хитро прищурившись, посмотрела Ноэль в глаза, и спросила: — Готова принимать наказание? — Да… — прошептала Ноэль. *** Эш заставляла бледное тельце Ноэль извиваться, раз за разом шлёпая по раскрасневшейся попке. Заставляла, срывая голос кричать, доводя до одного за другим оргазма при помощи одних лишь пальцев. Заставляла задыхаться, сидя на милом раскрасневшемся личике Ноэль. Заставляла тонуть в себе, нежно обнимая и целуя. Затем уже Ноэль заставляла Эш кричать не своим голосом. Язычок Ноэль топил Эш в блаженстве. Пальчики Ноэль одновременно с этим разрабатывали Эш попку. Потом эти же пальчики и язычок заставляли Эш переосмыслить, чего можно добиться, просто играя с грудью и сосками… — Но как ты всё-таки это сделала? — спросила Ноэль. Девушки, истощённые, лежали на кровати. Каждый сантиметр их тел был покрыт либо потом, либо слюной, либо любовным соком. Не было сил даже встать и помыться. — Что именно? — тяжело дыша, ответила Эш. — Выиграла в лотерею. Ты нашла подсказку Беллы, или… — Пусть это останется моим маленьким секретом, — ответила Эш. — Я тебя ненавижу… Эш лишь улыбнулась. Её невысказанный страх того, что она не сможет полюбить Ноэль так же, как Доран любил Амелию тоже ушёл. Тогда он позволял наглой вампирше больше, чем всем своим женщинам во всех своих жизнях вместе взятым. Тогда это было весело. Для опытного реинкарнатора, перед которым даже тысячелетний патриарх вампиров был немногим смышлёнее младенца, Амелия стала невероятным глотком свежего воздуха. Одна из немногих женщин, способных в одиночку перебить армию, при этом оставшаяся женщиной. Единственная за все его жизни, кто увидев тень его возможностей, не испытала ни страха, ни раболепия, ни алчности. Нет, конечно, она и боялась, и подчинялась, и хотела что-то от него получить. Но это было… нормально. Не как обычно. Как между людьми. Как между по-настоящему равными. Обычно, видя возможности реинкарнатора, люди преклонялись перед ним как перед богом, боялись, как дьявола, или пытались использовать в своих целях, считая каким-то очень могущественным, но наивным созданием. К такому он привык. Такого он ожидал от неё. Но… Когда Доран принёс Амелии голову патриарха, которого вампирша считала чуть ли не равным богам по силе, она должна была бежать на другой конец мира в ужасе, или склониться перед Дораном, как перед настоящим божеством. Вместо этого, она на следующий день сломала ему руку за то, что он лапал её на публике. Он мог подарить ей весь тот мир, без преувеличений бросить Этолосс к её ногам. Она же посмотрела на все те невозможные вещи, которые Доран делал, и вместо того, чтобы попросить хоть что-нибудь, начала учиться вязать, чтобы подарить ему шарф. Амелия всегда говорила Дорану, что он отрицает всякий здравый смысл... Он так и не решился сказать, что думает о ней то же самое. Как и Ноэль, Эш больше всего боялась не того, что её возлюбленная окажется подделкой. А что ту любовь уже нельзя будет вернуть. И это было правдой. В одну реку нельзя войти дважды… Но Эш готова была войти в другую. Ведь теперь, ей больше не нужно позволять кому-то быть себе равной. Две души, два сердца, окончательно избавились от сомнений.