Глава 4: Новые проблемы

Вот тебе и «доброе утро». *** Далее старлей Петров не помнил, как они со Смирновой, побросав все свои дела, уже через минут 10 были на месте. Помнил он лишь то, как они пулями вылетели из УАЗика и подбежали к своему напарнику. — Тох, мне жаль. — старлей Пятифанов похлопал друга по плечу, куря очередную сигу. Катька же молча стояла рядом. Даже протокол не составляла, как она обычно это делает. — Где Константин Владимирович, Ромка?! ГДЕ ОН?! — последнее предложение чуть ли не криком вырвалось из уст блондина. Брюнет лишь смотрел на лучшего друга с огорчением и болью. Антону даже показалось, что Рома сейчас заплачет. — Мне очень жаль… — тихо ответил кареглазый парень, выпуская дым. Мир будто перевернулся с ног на голову. В услышанное не хотелось верить от слова совсем. Ведь это его кумир! — Он не мог… Нет… — слëзы скатились по румяным от мороза щекам серебристыми дорожками. — Тоха… Я сам не поверил сначала… Установили факт поджога. Придëтся заводить дело. В голове начали появляться догадки. Звери… Эти твари вполне могли приложить к этому свои грязные ручонки. Вместе с этим маленьким ублюдком… Но сказать этого вслух он не мог. Да и дело это только лишний геморрой. Подобных случаев по типу «Дядя Федя поджог дом дяди Пети, но доказательств ноль» нынче на каждом углу. — И как же они его установили? Всë до тла аж сгорело. — возразил старший лейтенант Петров, чувствуя, как со лба стекает холодный пот, а лицо становится бледным, как у покойника. — Тихонова успели вынести пожарные из дома. Вот он им и сказал, что видел человека какого-то за окном с канистрой бензина и коробком спичек в руках. А вот кто это был… Сказать он не успел. Отрубился. Вызвали скорую, а уже было поздно. Дыму много вдохнул… Жаль Тихонова… Он хоть и бывший мусор, но мужик был хороший… — сказать это всë, не запинаясь, старшему лейтенанту Пятифанову не удалось. Даже сигарета курилась с трудом. Тошик мало чем отличался от лучшего друга в тот момент. Человек, который был жив буквально вчера и с которым они распивали чай с домашним пирогом, сидя за одним столом и попутно выпросив какую-то важную информацию, умер… А ведь знали его столько лет… Это не рандомный алкаш Валера. *** — «Шесть да шесть, дыбом волчья шерсть!» *** — Ромыч, Тоха, на! Парни не ожидали увидеть их шепелявого друга здесь. Что он тут делает? — Бяшка, какого ты тут делаешь? — поинтересовался Петров, потирая виски. — Я это… Видел кое-что… Короче, какой-то мужик высокий у дома Тихонова отирался. А я от нехуй делать гулял и сигареты прокуривал. Как увидел этого мужика, так я сразу хуяк! Спрятался за забор, на! Разглядываю его рожу, но далось мне это с трудом. На улицах хоть фонари горят, на, а у леса темно, как в жопе. Уж больно фигура знакомая, на. Пригляделся сильнее. Ба! И тут чуть не заорал на всю планету! Глебов батька это был, на! Но он по сторонам не смотрел. Пьян наверное был, учитывая то, как он шатался, на! В руках уже пустая канистра из-под бензина и спичку зажечь пытался! Зачем, думать не хотелось, на… Потом я в обморок, как баба, на! Просыпаюсь, а тут дом Тихоновский горит, на! И люди обосравшиеся стоят, а пожарные Тихонова выносят, на! А дом-то до тла сгорел, ничё не осталось. А Бокова Мишки и след простыл, на! Бля буду, он Тихонова грохнул, на! — рассказал Игорь со своей шепелявостью и добавлением «на!». Лицо у него было бледное. Казалось, что его чëлка сейчас выпадет, а он облысеет или поседеет, как тогда. — Каков уëбок! — прошипел Ромка, скрипя зубами. — Спасибо, Бяша! Уважуха! Хоть знаем, кого арестовывать! — Не за что! Брат за брата, на! — И зачем ему это нужно было? — задала вполне уместный вопрос Катя, составляя протокол. — Не знаю… Но явно он не из добрых намерений это сделал. — верно подметил Антон, вспоминая тот самый момент с этим рыжим мальчишкой в окне. Может он хотел таким образом сказать, что Константин Владимирович скоро умрëт? Может и бред собачий, но в этой ситуации можно и в мистику поверить. Петров внезапно вспомнил свои кошмары в первые ночи, когда они с Пятифановым после окончания школы милиции только вернулись в это проклятое место. В них была банда зверей… Зайчик тоже там был… Но стоило ему начинать снимать маску, сон резко обрывался, будто предлагая молодому старлею разгадать эту загадку самому. И Алиса там тоже есть… Но она смотрела на Антона с неким… Сочувствием? Её глаза также выражали явную жалость. Её янтарные глаза… Они до сих пор были под её маской… Вдруг эта плутовка ещё сможет помочь? Неужели она всë ещё на стороне уже повзрослевшего Петрова? А вот на нового обладателя маски зайца она смотрела с ледяным презрением, будто говоря «Лучше бы тебя сожрали!». *** Спустя несколько часов Антон, Ромка и Катька уже стояли у входной двери в дом Боковых. У всех троих наготове были пистолеты. Петров громко постучал по деревянной двери, из-за которой вскоре послышалось недовольное бурчание. — Откройте, милиция! — Пошли нахуй! Русоволосая хотела было уничтожить ублюдка психологически, а блондин прихуел с такой наглости и хотел было что-то ответить про штраф за оскорбление при исполнении, но брюнет взял всë в свои руки. — Быстро открыл, Гандон Батькович! Иначе я тебя сейчас одной левой положу, блять! — пробасил Пятифанов, убрав револьвер в карман и сжав кулаки до пронзительного хруста в костях, от чего Петров невольно поморщился. — Чë ты там вякнул?! — Ах, не понимаешь, еблан?! Не хочешь по нормальному, будет по херовому! — Рома одним ударом ноги выломал дверь и ворвался внутрь вместе с коллегами. *** С кухни вышел немного пьяный конопатый мужчина с опухшим лицом. Пятифан сразу же долбанул ему в челюсть, повалив на пол и продолжив колотить мужика, превращая его лицо в кровавое месиво. Хозяин дома уже был без сознания. Петров и Смирнова оттащили своего импульсивного друга. — Пятифан, ты ëбнулся?! — начала Катя. — С этим уëбищем… — Рома, применение физической силы по отношению к подозреваемому — недопустимо! — поддержал Антон «напарницу». Брюнет лишь фыркнул. — О, верëвка! — Смирнова сняла предмет с крючка. — Тащи его в кухню, Пятифан! Допросим! И только попробуй попытаться прибить его! Нужно действовать по протоколу, а не с помощью хамства и кулаков! А ты, Петров, дом осмотри! Антон, держа пистолет наготове, прошëл в комнату напротив. *** В центре на холодном полу сидел испуганный Глеб. Весь в синяках. Старлей опустил ствол. — Боже… Не бойся, Глеб… — блондин начал осторожно подходить к рыжему мальчишке. — Чего вам надо?! — рявкнул Боков, сжимаясь. — Я хочу поговорить. Без насилия. — спокойно ответил старлей, присев на диван и поманив мальчика к себе. Взгляд серо-голубых глаз был довольно недоверчивым, но ноги будто сами заставили подойти к менту и сесть рядом. — Глеб… Мы забираем твоего отца… Он поджог дом одного местного жителя. Мне жаль… Глаза мальчугана тут же загорелись гневом и обидой. — Спасибо. — неожиданно ответил парень, обнажая в лëгкой улыбке острые зубы. — Я надеюсь, что он умрëт в тюрьме. Последнее предложение произнëс будто не Глеб, а кто-то другой. Тот, кто всë больше и больше берëт над ним контроль. Антон вздрогнул. — Я понимаю, что ты его ненавидишь, но… Я хотел бы поговорить не только об этом… Пожалуйста, не играй с тëмными силами. Хозяин леса тобой манипулирует! Ты всего-то станешь его марионеткой! Ты этого хочешь?! — серьëзно проговорил 25-летний милиционер. — Антон Борисович… Какой же вы наивный! — засмеялся конопатый мальчик. Его глаза начали менять оттенок на белый, заставляя спину Петрова покрыться столбом мурашек. — Представьте, каково это… — Что? — голос опустился до шëпота. — Проигрывать… Когда вы один… А все вокруг вас просто двуличные мрази! Все люди заслужили смерть. Ты даже не представляешь, что грядëт, Антон. — Глеб, из любой ситуации есть выход. Не все заслуживают умереть! Я был на твоëм месте когда-то… Но я выбрал остаться человеком. Ведь рядом со мной есть те, кого я так люблю. У тебя тоже есть эти люди! Лев и Богдан. Вы же друзья. Остановись… Хотя бы ради них… — Не из любой, Антон! Ты был на моëм месте, но тебе просто повезло! Лëва такой же двуличный подонок, как и все люди! А Богдан относится ко мне, как к грëбанному калеке! Даже эти два мудака бросили меня, когда мне было плохо! Хозяин леса единственный, кто хочет и МОЖЕТ помочь мне! Звери — мои истинные друзья! У тебя остались вопросы, Антоша?! — голос мальчика исказился до неузнаваемости. Петров вспомнил, как он говорил таким же звериным басом, защищая сестру от этих ебучих людоедов. Рядом с этим мальчишкой блондин боялся даже думать, ведь был уже не очень-то уверен, что его мысли в безопасности рядом с новым Зайчиком. — Молчишь? Рыжеволосый хотел ещё что-то сказать, но его и его «собеседника» отвлекли неразборчивые крики Михаила и насмешливый тон голоса Екатерины. — Вас легко было сломать, Михаил Александрович. — донеслось с кухни. Далее тон голоса Смирновой стал более серьëзным. — Пятифан, уводим его! — Я вам всем ещё покажу, выблядки! — заорал уголовник. *** Уже вечер. 18:00. Михаил Боков сидел в обезьяннике. Теперь-то персональное место точно не пустовало. Но мужчина был готов сломать эти грëбанные прутья и свалить куда подальше. Из-за голоса в голове. Это был шëпот его сына. «Ты умрëшь. Ты умрëшь! Ты умрëшь! Ты умрëшь!» — Заткнись! — рявкнул конопатый мужчина. Дежурный милиционер Захар Дуров посмотрел на мужика, как на шизика, и удивлëнно вскинул свои чëрные брови. — Чего смотришь, урод?! — Слышь чë, будешь орать, то я тя без ужина оставлю! — отчеканил лысый милиционер с густой чëрной щетиной. Боков заткнулся. Голодным в этом обезьяннике сидеть и ждать, когда за ним утром из города приедут, желания было мало. Захару приспичило и он отошëл, рявкнув на ублюдка за решëткой, чтоб тот сидел тихо. Мишка понял, что это его шанс. *** Оля возвращалась домой из магазина под покровом ночи в замечательном настроении. В руках у неё был пакет с продуктами. Сегодня Дима вновь останется у неё на ночь. Петрова что-то напевала себе под нос, но какой-то шорох впереди заставил вздрогнуть. Впереди была фигура кудрявого мужчины, которая с каждым шагом становилась всë ближе и ближе. В зелëных глазах девушки отражался страх. Пакет с едой выпал из её рук. Подул ледяной ветер. Блондинка сильнее укуталась в тëплую куртку. К холоду Оля была очень чувствительна, как и её старший брат Антон. В свете фонаря Петрова разглядела рыжего мужчину с безумными карими глазами. — Ну, привет. Сука мусорская. — Что вам надо? — Ничего. — Михаил внезапно достал нож из кармана. Оля тут же бросилась в противоположную сторону. Бежала она на всех порах, слыша громкий хруст снега за спиной. Дорога её пролегала через освещëнные улицы. Она бежала назад к магазину. Спасение! Подëргала ручку. Закрыто! Пришлось лететь дальше на всех порах и наматывать круги. А преследователь всë не отставал. Петрова даже услышала его тяжëлое дыхание. *** Оля обогнула крайний дом и побежала в сторону леса. Внезапно случилось то, что заставило её в ужасе застыть. Громкий, ужасный, нечеловеческий вопль эхом разнëсся по всему посëлку. Это был голос того мужчины. Его будто режут, разрывают на части. Блондинка так и села на снег, пытаясь осмыслить произошедшее. *** Прошло 3 минуты. Внезапно зоркий взгляд изумрудных глаз Петровой уловил чей-то силуэт неподалëку. Птица. Но почему она размером с человека? Силуэт начал приближаться. Внутри всë сжалось. Оля разглядела её получше. Сова! Хотелось бежать и кричать. Была надежда, что сейчас появится её любимый Дима и прогонит птицу. Прижмëт Олю к себе и нежно поцелует в макушку. Скажет, что ей почудилось и бояться нечего. Но это лишь жалкая надежда. Сова же уже стояла вплотную. А дальше темнота перед глазами. *** Рома пулей вылетел из отделения и побежал в посëлок. Гнев пробирал буквально до костей. Ублюдок Боков сбежал! Ещё и Дуров оправдывается, мол «Извините, товарищ старший лейтенант Пятифанов. Я ж не специально!». Ага! Как же! Когда ослепительная ярость отпустила, брюнет понял, что находится почти у конца посëлка. И впереди кто-то лежит. Подойдя ближе, милиционер застыл на месте от ужаса. На дороге лежал выпотрошенный труп Бокова. — Твою ж мать… Что ж это за херня происходит?! — рявкнул старлей. Его размышления прервал резкий удар по голове. Стало темно. *** — Нет! Я отказываюсь верить в это! Они не могли пропасть! — орал Антон на весь кабинет. Всë тело неистово дрожало. Голос ломался. Лицо краснело. Сердце билось с каждой секундой всë быстрее. Дыхание было таким громким, что слышно было, наверное, за километры. — Нет! Рома и Оля… Только не они, пожалуйста! Нет! — Тош, мне жаль… — Катя нежно погладила плечо блондина. Сейчас она единственная, кто был рядом и слушал его истерику. Девушка могла его поддержать, но никакая поддержка не сделает лучше. Макарову стало хреново и его увезли в больницу. Дима плакал и умолял найти его любимую Олечку. Голова русоволосого просто раскалывалась, а сердце болело. Остальные коллеги поехали прочëсывать лес, но уже с другим кинологом Андрюхой Беловым. Дверь кабинета отворилась. Вошла красивая девушка 25 лет с густыми чëрными волосами и глубокими голубыми глазами. — Кать… Нашли Ромочку? — опасливо и тихо спросила она лучшую подругу и присела рядом. — Нет, Полин… Ещё не нашли… Пятифанова сдержала слëзы. Лишь нервно выдохнула. Она должна держаться… Она себе обещала, что будет сильной. Да и слëз у неё не осталось. А вот Петров сломался. Сначала скатились всего пара слезинок. Потом послышались всхлипы. Антону уже было насрать на всë. Он не сможет больше сдерживать себя. Эмоции, что он так долго копил, взяли и вырвались наружу. Плач парня усилился. Катя крепко сжала его в объятьях. Он плакал, уткнувшись ей в шею. Как же он слаб в этот момент. Как же сильно он чувствует свою собственную слабость, от осознания которой хочется реветь ещё пуще прежнего. Старлей рыдал, словно маленький и обиженный ребëнок. Смирнова нежно поглаживала и перебирала его белокурые волосы, слушая нервные всхлипы и тяжëлое дыхание. Её рубашка сделалась мокрой в области шеи в одночасье. Брюнетка заметно помрачнела, глядя на плачущего друга. Она чувствовала, как же сильно он поломался. Его сломали. Ранили и убили всего в парочку движений… Разбили его сердце на осколки, словно это просто фарфоровая статуэтка… Дверь снова открылась. В проëме показался Бяша в сопровождении 6-классников Льва и Богдана. — Ждите. — лаконично кинула зеленоглазая девушка. Бурят молча кивнул. Дверь закрылась, оставляя Катю, Полину и Антона втроëм.