Правда и выбор.

Вечером Филипп подошел к Алле, которая уже готовилась ко сну и сел рядом на кровать. - Аллусь, - прошептал он, коснувшись ее плеча. Она обернулась и посмотрела на него, - тебе не обязательно ехать ко всяким гадалкам и прочее, чтобы узнать, что было раньше. Я могу сам тебе все рассказать. - Ну я уже настроилась на поездку. Тебе не кажется, мне было бы полезно сменить обстановку? - Это да, это конечно, - замялся Фил. - Что тебя мучает? – спросила Алла, взяв его за руку, - Боишься, что уйду от тебя, как только все вспомню? – пошутила она, засмеявшись. - А вот это ты молодец, - улыбнувшись, ответил Фил, - хотела пошутить, а попала в десятку! – Прима удивилась. Она действительно пошутила, даже не подозревая, насколько близка была к правде, - На самом деле, - продолжил Фил, - у нас все плохо. Дома ты не живешь уже год, мы вечно ссоримся. Вокруг тебя вьются ухажеры, я ревную, дело заканчивается скандалом. Ты еще больше отдаляешься, а я не знаю, что мне делать и совершаю одну ошибку за другой, пытаясь тебя вернуть. Не знаю, может и сейчас совершаю очередную глупость, - от пробудившегося страха его голос задрожал. Он сжал ее руку в своей, словно ища поддержки, но Алла молчала, внимательно его слушая, - но будет лучше, если ты узнаешь правду от меня, а не от какой-то левой тетки. - А зачем ты мне все это рассказываешь? – тихо спросила Алла, опустив голову. - Алл, мы оказались в такой ситуации, в том числе и потому что я тебе врал. Я правда очень хочу вернуть тебя, начать все сначала, но чтобы без вранья. Пугачева лишь улыбнулась. Образ, который он описывал, никак не соответствовал тому, что она видела в последние дни, что жила дома после клиники. Он казался ей добрым, любящим, заботливым, талантливым. А этот поступок лишь добавил еще один плюсик в его копилку: - Очень смело, Филь, - ответила она, прислонив ладонь к его щеке, - ты мог никогда мне не признаться, и я бы даже не вспомнила. А ты рассказал. - Я по-прежнему боюсь тебя потерять. Но ты имеешь право знать правду, имеешь право сделать свой выбор. - А тот паренек, видимо, мой ухажер? – догадалась Алла. - Угу, - тихо ответил Филипп. - Теперь понятно. Спасибо тебе, - она положила ладони на его щеки и посмотрела ему в глаза, - ты замечательный. Ты добрый, честный, порядочный. - Дурак, да? – ухмыльнулся Фил. - Все совершают ошибки. Людям это свойственно. Свои ты осознал и исправился. Но я хочу сказать, что эта поездка нужна не только для того, чтобы освежить мою память. А для того, чтобы мы побыли вдвоем…наедине… на природе. Киркоров улыбнулся. Тот факт, что она сейчас не собрала вещи и не побежала к Галкину обрадовал его, обнадежил. Он посмотрел ей в глаза и увидел там знакомое чувство, которое вовсю уже разгорелось в ее душе. Перевел взгляд на губы. Затем снова – в глаза. Боялся сделать лишнее движение, спугнуть ее. И вдруг Алла сама проявила инициативу – притянув его к себе, сладко и глубоко поцеловала… - Я люблю тебя, - прошептала она, прервав поцелуй, - как хорошо, что ты – мой муж. - Ты – мое счастье, - ответил Фил, подарив ей новый, более продолжительный интимный поцелуй. Но дальше сладкой прелюдии дело не пошло в эту ночь. Филипп все еще боялся любым неловким движением или словом испугать Аллу. И хотя ее реакция обрадовала, воодушевила его, он все равно был предельно осторожен. То, что она отреагировала именно так – уже было подарком, которого в ту ночь ему вполне хватило. Сладко обнявшись, они заснули. И впервые за долгое время спали крепко без каких-либо снов.