Часть 1 Лето. Глава 44. Третья миссия. Первый рейд. Акт 3. Знакомство с родителями

      Магия в полетных мантиях уже начинала спадать, Гарри Поттер чувствовал, как от встречного ветра остывает ткань, и даже садившееся в высокие облака за их спинами солнце уже не согревало. Рядом сосредоточенно, но увереннее, чем утром, летела Гермиона. Метлу она выровняла и даже, поглощенная своими мыслями, несколько раз вырывалась вперед Симуса, следившего, чтобы они ненароком не влетели в зону запрета магии.       «Молния» Гарри, выдавая нервозность юноши, мелко вибрировала. Встреча с родителями Гермионы пугала его куда сильнее, чем пробежавшие десять минут назад под ними оборотни. Чувство полета, свободы уже не так окрыляло, как раньше, и только неумолимо приближало пугающий момент. Отвлечься ни на что не получалось. В отличие от Грейнджер, лётные навыки которой отчасти поддерживались скорой встречей с родителями, Поттеру этот полет казался всё более и более тяжёлым.       Поля под ними, расчерченные белесыми линиями, уже сменились на пригородные дома. Местами были видны следы, где наступала нежить — сгоревшие здания, выжженные земля и леса, разъеденный кислотой асфальт дорог. Гарри успел заприметить несколько мертвых тел.       Гермиона пристально смотрела по сторонам, выискивая знакомые ориентиры. Крыши домиков с высоты полета казались одинаковыми, а линии магических печатей только добавляли однотипности в картину.       «Нам надо левее!» ‑ от её голоса в голове Гарри испуганно дернулся.       Грейнджер между тем сама развернулась и полетела к видневшемуся за рядами крыш шоссе. Гарри выровнял метлу и догнал свою возлюбленную. Предвкушая встречу с родителями, Гермиона улыбалась. А Гарри как мог прятал свой страх. И хоть становилось всё холоднее лететь, а в голову юноше закрадывались мысли отказаться от этой идеи и долететь до площади Гриммо.       «Хороший лидер. Лекксу запретил в одиночку возвращаться, а сам — так легко…» — осадил себя Поттер.       «Сюда!» — Грей, даже не подумав про страховку, резко пошла на посадку.       Шраму пришлось постараться, чтобы нагнать девушку, и только Финн спокойно снижался за его спиной. В этот раз Грейнджер приземлилась успешнее, чем в предыдущий — вместо прочерченного посадочного пути она только сильно нагнулась вперед, гася скорость метлы. Гарри остановился рядом с ней и осмотрелся.       Они стояли в двух сотнях метров от ближайшей дороги и домов за ней, на опушке леса. Зеленая поляна, расчерченная тремя белыми линиями печати запрета и двумя черными полосами, оставленными предположительно драконами-личами, заканчивалась сумерками вечерних зарослей. Гермиона, закинув метлу на плечо, уверенно пошла под сень деревьев. Переглянувшись и обменявшись взглядами, Гарри и Симус молча пошли за ней. Шорохи в лесу напрягали и пугали — любой из них мог издавать оборотень. Когда за их спинами сомкнулись ветки кустов, Поттер зажег на конце своей палочки огонек, подсветивший конечную цель их путешествия — скрытый в лесу холм с большой стальной дверью.       — Мам, пап! — смело постучала Гермиона.       От этого у Поттера екнуло сердце. Сейчас для него произойдет неизбежное. Но то, что дверь сразу не открылась, повергло его в большую панику.       «Нет… Наверное, просто тут сложный замок… долго идут к двери…» — Гарри уже готовился успокаивать Гермиону.       — Стоять! Кто такие? — внезапно раздался голос сверху.       Шрам уже машинально целился палочкой на источник звука — на вершине холма приподнялась скрытая крышка и оттуда на них пристально смотрели два вооруженных человека. Рассмотреть их в полутьме было невозможно.       — Я — Гермиона Джин Грейнджер, — представилась Грей. — Здесь должны быть мои родители.       — Патронуса предъявите, мисс Грейнджер… — потребовал всё тот же голос. — Так правильно, дружок? — шепотом он спросил у своего напарника, но подростки его расслышали.       — Мистер О’Рейли! — радостно захлопала в ладони Гермиона, признав обладателя голоса. — Только вы говорите «дружок»!       — Да, это я, но патронуса ты всё равно вызови, — пробурчал мужчина.       Грей легко призвала серебристую выдру, описавшую несколько кругов и осветившую лес вокруг. Гарри облегченно выдохнул. Значит, здесь есть живые. Здесь безопасно. Он уже спокойно опустил палочку.       — Красивый этот патронус… — Под сиповатый голос Бена О’Рейли верхняя крышка захлопнулась и открылась дверь.       — Принцесса! — Иэн Грейнджер, выбежав навстречу, крепко прижал к себе дочь.       Гарри смотрел на отца Гермионы. Даже в полумраке было видно, что непослушные волосы девушка унаследовала от него. Впрочем, мужчина быстро отпустил Гермиону и пристально посмотрел на юношей.       — Ты, наверное, Гарри Поттер. — Он протянул руку Шраму.       — Да, сэр. — Гарри очень старался, чтобы у него не дрожали ни голос, ни пальцы.       — Иэн, — представился отец Гермионы.       Хватка у него была не сильная, но уверенная, цепкая. Гарри пришлось приложить усилия, чтобы, как он оценивал, пожать руку соответствующе.       — А это Симус Финниган, — представила друга Грей.       Иэн пожал руку и второму гостю и ещё раз пристально посмотрел на Поттера. Под взглядом мужчины Гарри почувствовал себя крайне неуютно, хоть и не видел во взгляде ничего враждебного.       — Ладно. Всё остальное уже внутри. Заходите, — кивнул Грейнджер в сторону холма.       За дверью оказалась небольшая площадка с двумя нишами для стрелков, где сейчас сидели полицейские, и лестницей, уходившей вниз, в темноту. Бен О’Рейли, седой коренастый мужик в старой, вытертой камуфляжной форме, закрыл за ними дверь и кивнул дежурным. Гермиона радостно, порывисто обняла старика.       — Как хорошо, что вы выжили!       — Всё благодаря тебе, девочка. Всё благодаря тебе, — проскрипел Бен. — Если бы не твои предупреждения и присланный маг…       — Это сейчас уже в прошлом, — оборвал друга Иэн. — Пойдем вниз, принцесса, мама будет рада тебя увидеть.       — С ней всё в порядке? — встрепенулась Гермиона.       — Конечно, латает вашего мага. Малкольма Хайтауэра потрепало немного… Тут тоже было непросто… — Мистер Грейнджер первым начал спускаться.       Стальная свежеокрашенная лестница пролет за пролетом уходила вниз, в бетонный колодец. Черную краску, неровно положенную на старый металл, выхватывало из темноты скупое освещение нескольких самодельных, уже слегка потерявших свою силу артефактов, созданных из первого, что попалось под руку магу. Гарри рассмотрел несколько пустых консервных банок, пачки от патронов, свисток… С каждым шагом воздух становился более затхлым и неподвижным.       Аскетичность лестницы и скупость света не давали Поттеру успокоиться. В животе нервы то сильнее затягивались в узел, то давали передохнуть, подчиняясь мыслям, что Иэн Грейнджер сразу его не забраковал как молодого человека своей дочери. Чем ниже спускались люди, тем воздух становился более спёртым.       — Вообще удачно, что вы пришли. Гермиона, нам бы заколдовать дизель-генератор… Со светом тут поуютнее будет, а с вытяжкой вообще санаторий… — сказал Иэн.       — Да я всё сделаю. И ещё мы рацию принесли. Поговорить пока можно… А! — Гермиона провалилась мимо ступеньки и судорожно ухватилась за Гарри.       — И поэтому тоже нужен нормальный свет. Тут ступеньку приварить удалось чуть ниже, — вставил Бен О’Рейли.       «Замерз?» — между тем по медальонной связи спросила Гермиона.       «Угу», — отчасти соврал Поттер, скрывая свое напряжение.       «Ты понравился отцу, успокойся. Я тебя люблю, и это важно, а не то, насколько ты понравишься моим родителям», — раскусила его девушка и чмокнула в щеку.       От этого заявления Гарри стало легче дышать, несмотря на отсутствие вентиляции. Он сбился со счета ступеней и сам чуть не упал, промахнувшись мимо ещё одной криво приваренной подножки. Внизу их ждал ход из серого бетона с такими же нишами для стрелков. Иэн привычным быстрым шагом вёл их вперед. За поворотом коридор расширился, а в стенах через равные промежутки появились двери. Быстро проходя мимо них, Гарри смог различить несколько табличек: «Склад», «Оружейная», «Грейнджер», «Комендант»…       Отец Гермионы открыл дверь с красным крестом. В лазарете света было больше, к удивлению магов, светили даже несколько фонарей. Джин Грейнджер ловко бинтовала грудь высокого мужчины. Чародей выглядел уставшим, но не более того.       — Мама! — Гермиона опередила отца, собиравшегося обрадовать жену появлением дочери.       Джин радостно дернулась, так что натянулись бинты и Хайтауэр поморщился. Она бросила быстрый взгляд на дочку и улыбнулась, но тут же вернулась к делу.       — Привет, Гермиона! Ты цела?       — Да, мы в порядке, — покивала девушка.       Джин Грейнджер тем временем закончила с раненым и крепко прижала к себе Гермиону. Гарри, отгоняя страхи и чувство дискомфорта, признал эту характерную особенность — доделать дело и только потом обниматься. Иэн присоединился к семейным объятиям.       Джин Грейнджер была ниже мужа, примерно одного роста с дочерью. Поттер успевал заметить, как Гермиона собрала в себе черты родителей — непослушные волосы отца, овал лица матери, вздорный носик точь-в-точь как у Иэна… Интуиция подсказывала ему, что волшебный светло-карий, ореховый цвет глаз, в котором он тонул, забывая любые страхи, Гермионе достался от Джин, но света не хватало, чтобы это проверить.       — Малкольм Хайтауэр, — подошел и протянул ему руку для знакомства чародей.       Рукопожатие мракоборца было сильным. Крепко сбитый ирландец, могучий, с окладистой рыжей бородой, сейчас растрепанной и оборванной с правого бока, тепло улыбаясь, смотрел на Грейнджеров.       — Гарри Поттер. — Шрам знал, что, чтобы можно было посылать патронуса друг другу, нужно провести этот нехитрый ритуал личного знакомства.       Хайтауэр долго смотрел на Симуса, обмениваясь и с ним рукопожатием.       — Мама, ты подстриглась!       — Да, с короткими волосами сейчас проще, — кивнула Джин и растрепала непослушные волосы дочери.       — А этот юноша — Гарри Поттер, — перевел внимание жены на Гарри Иэн, голосом подсказывая, что именно этот юноша — избранник Гермионы.       — Миссис Грейнджер, — чуть поклонился Поттер, скрывая неловкость от знакомства.       — Джин Грейнджер. Можно без миссис, — приятно улыбнулась женщина, но даже это не могло полностью успокоить Поттера.       — Ну вот давайте тогда перекусим. Что мы за хозяева, если не сможем накормить гостей. — Иэн быстро повел всех в столовую.       — Мы тоже не с пустыми руками прилетели, — рассказывала Гермиона, пока Гарри перебарывал в себе скованность от встречи, — привезли вам немного патронов и рацию.       — Не думаю, что она сможет ловить из-под земли… — заметил Бен, семеня позади них.       — Главное, чтоб она вообще работала, — парировал Иэн.       — Работает, мы проверяли её в форте Уинфилд.       Иэн рывком открыл тонкую железную дверь, за которой была импровизированная столовая — большое помещение, скудно освещенное парой больших фонарей, с двумя рядами столов с раскладными стульями вдоль них. В углу было сделано какое-то подобие кухни: на тумбах стояло несколько плит, как газовых, так и электрических, холодильник, сейчас не работающий, раковина, столик и коробки с провизией.       — Мы пока греем на газовых горелках. Но очень рассчитываем на помощь. Газа не очень много в запасе. — Чиркнув зажигалкой, Иэн поставил на плиту сковородку и вывалил на неё две банки консервов.       — Я всё сделаю, пап. Даже не беспокойся! Сейчас перекусим, и я сразу же займусь, — бойко ответила воодушевленная Гермиона.       — А я помогу, — подтвердил Гарри.       — Вот и хорошо.       — Мистер О’Рейли, — Грей повернулась к Бену, — вот карта, на ней отмечен форт Уинфилд.       — Да я и так знаю, где он находится. Но всё ж спасибо, — кивнул старый капрал.       — Во-первых, тут есть ориентиры, как до него добраться. В современном мире это будет не так легко. А во-вторых, я заколдую её так, чтобы на ней отражались и другие места, где есть выжившие.       — И у них будут такие карты? — с легким подозрением спросил Бен.       Шрам задумался. Гарантий, что в других местах будут выжившие, настроенные так же радушно, как и в этом убежище, нет. И скепсис отставного капрала более чем обоснован. За примерами далеко ходить не требовалось — только вчера утром Добби рассказывал про мародеров в Лондоне. И что-то подсказывало Поттеру, что эти мародеры из дробовиков могут стрелять не только по зомби. С другой стороны, Поттер вспомнил, как год назад искал шпионов в Хогвартсе и тогда чуть не заподозрил своих друзей.       — Да, сэр, — ответил он вместо Гермионы. — С одной стороны, я понимаю вашу озабоченность, но с другой — без взаимодействия и взаимовыручки выпутаться мы не сможем. Так что придется рискнуть. Обещаю, что, если будут какие-то подозрения, карту давать мы не будем.       Бен О’Рейли задумался, взвешивая слова юноши. Своим видом он показывал, что не до конца согласен с таким ответом, но спорить не стал и несколько раз чуть неопределенно кивнул.       Иэн в это время быстро разложил прогретые бобы с беконом на тарелки. Простые консервы оказались после долгого полета необычайно вкусными, а главное, горячими. Пока ужинали, Гермиона быстро рассказывала, что видела за сегодняшние полеты. Гарри поддерживал разговор, но чувствовал, что не может перебороть ощущение скованности. Капрал задал несколько наводящих вопросов, стараясь сравнить описание черной магии с магловским оружием. Результаты собственной оценки его не обрадовали.       — Если всё так, как ты описываешь, Гермиона, то это внушительная сила, эти твои драконы-личи.       — Стены должны выдержать, — успокаивающе произнес Иэн.       — Кстати, а какая здесь глубина? — уточнила Грей.       — Тридцать три фута, ‑ ответил О’Рейли.       — Меня гораздо больше беспокоят вампиры, — честно призналась Грей. — Они могут навести морок, обмануть… И от них не спасут никакие стены…       — Ну не смогут же они навести морок на всех сразу? — спросил Иэн.       — Не знаю, — расстроилась Гермиона. — Вертолеты тогда они все подчинили.       — Что будет, то будет, — задумался Бен.       Джин Грейнджер, уже закончив ужинать, завозилась у плиты, громыхнув чайником. Когда до остальных долетели знакомые запахи кофе, Гермиона счастливо улыбнулась, а Иэн кивнул:       — Мы не сомневались, что ты нас найдешь. А уж порадовать тебя, принцесса, это дело всегда приятное.       — Люблю вас! — Девушка улыбалась, пряча за улыбкой страх. Гарри чувствовал, как Гермиона скрывает панику за родителей. Они понимали, что убежище, стоит на него напасть кому-нибудь посильнее тупых зомби и инферналов, не выдержит. В лучшем случае в бункер не смогут пробиться оборотни. Хотя опять же нет гарантий — вервульф может обратиться обратно в человека и с помощью магии взорвать входные ворота.       «Вариантов много… Вампиры могут добраться до психики… Высшие зомби просто пробить ворота да хоть тем же клинком из магии… Маги… Драконы-личи… Да ещё куча всякой нежити, про которую мы ещё и не догадываемся…» — мысленно перечислял он, следя, чтобы мысли не дошли по медальонной связи до возлюбленной.       Давая своей девушке поддержку, Гарри на глазах её родителей приобнял Гермиону. И Иэн, и Джин на это отреагировали спокойно, даже с некоторым одобрением, что вселило в Поттера уверенность и стало развеивать неловкость. Выпив кофе, Грей тут же настроилась на дело.       — Пап, покажи, что надо заколдовать?       — Пойдем, принцесса, — согласился Иэн и, пружинисто встав, повел их в технические помещения.       — Мне будет полезно узнать такие заклинания. — Хайтауэр пошел вместе с ними.       Под техническую оснастку был отведен отдельный этаж бункера. Подсвечивая дорогу парой люмосов и фонариком, они добрались до необходимого оборудования. Гарри, Бен и Иэн быстро снимали кожухи с механизмов. Гермиона под пристальным вниманием Малкольма начинала колдовство. Мракоборец быстро перехватывал знания девушки и в скором времени мог уже сам заколдовывать нехитрые приборы.       — А ты неплохо справляешься с техникой, Гарри, — похвалил мистер Грейнджер, смотря, как Поттер крутит винты отверткой.       — После смерти родителей я жил у своих родственников. Они — не волшебники. Так что пришлось овладеть многими навыками, — юноша осторожно подбирал выражения.       На лице Иэна проступило искреннее сочувствие. Он даже осторожно, легко, с поддержкой положил руку на плечо Гарри.       — Гермиона рассказывала, — кивнул он и вернулся к крепежу кожуха мотора вытяжки принудительной вентиляции.       Дело у магов спорилось — стоило только Хайтауэру закончить с вентилятором, как тот загудел, перекрывая голоса людей. Воздушный поток трепал волосы, разгоняя затхлость.       — Да, дружок! — Бен О’Рейли, перекрикивая гул, радостно хлопнул по плечу мракоборца.       Гарри по губам прочитал, что отец Гермионы предлагает подняться на жилой этаж. Закрыв за собой дверь в технические помещения, Иэн приобнял дочку.       — Ну вот, теперь тут можно нормально жить, — он шумно вдохнул.       Вернувшись на этаж выше, они увидели действие магии во всём размахе. Люди радовались и дуновениям ветра из решеток вентиляции, и помаргивающему свету, в котором стены бункера стали менее серыми и мрачными. С кухни раздавалось монотонное гудение нескольких холодильников. Жители убежища улыбались магам. Бен посмотрел на часы — старый поцарапанный хронометр.       — Через полчаса отбой. Ну а мне в ночную смену наверх идти. Иэн, дружок, поможешь ребятам расположиться?       — Конечно, — кивнул Грейнджер, — у нас есть пара пустых комнат. Там есть спальные мешки.       — Спасибо, сэр, — поблагодарил Гарри.       В это время перед ним возник патронус Леккса Дизлеспи.       — Старшой, мы в Мерлиновой лощине. Меня Меч расквартировал. — Даже сейчас в голосе Леккса звучало недовольство. — Завтра попробую перехватить Хогвартс-экспресс, вечером буду в Лондоне.       «Тоже вариант. Не стал он там задерживаться… Упрямец…» — принял решение Барса Шрам.       Поттер под восторженными взглядами маглов вызвал своего патронуса и отправил ответную весточку другу. Дела, запланированные на этот длинный день, подходили к концу. Симус широко зевал, но перед сном решил выпить ещё чашку чая. Его поддержал Малкольм Хайтауэр. Гермиона хотела ещё побыть с родителями, и Гарри дал ей эту возможность и пошел спать первым.       Выделенное им помещение располагалось как раз над техническим залом, и сквозь пол Поттер чувствовал вибрации механизмов. От ткани спального мешка тянуло затхлым запахом, а вместо полноценной кровати стояли ящики.       Стоило ему выключить свет, как в голове закрутились мысли, разгоняя сон. Первое время Шрам анализировал сегодняшний день. Успехов было много. Начиная с того, что Гермиона начала справляться с метлой, и заканчивая удачными переговорами и в форте, и в бункере. Оживленная техника, переданный опыт Хайтауэру — всё это окрыляло лидера. Он достаточно долго взвешивал все результаты, планировал дальнейшие действия, вернулся к вопросу составов команд для последующих вылетов и прикидывал, что может сделать нежить дальше.       Перебивая мысли Шрама, в помещение завалился Финн. Симус на ходу скинул мантию и забрался в спальный мешок.       — Прикинь, мы с Малкольмом соседи, оказывается, — поделился Финн. — Он сказал, что, когда последний раз был дома, моего отца видел.       — Здорово, — согласился Гарри.       — Да, хоть какое-то успокоение… Не всё ж Гермионе за своих переживать… Ладно. Всё. Спать. — Даже не дав Поттеру ответить, Финниган перевернулся на бок и почти сразу мерно засопел.       А упоминание о девушке, которая будет сегодня ночевать через стенку от них, навело Гарри на совершенно другие мысли. Грейнджеры. Сейчас, в темноте, под мерное жужжание из-под пола, Поттер признавал, что встреча прошла удачно. Ну, по крайней мере, насколько он могу судить. Его собственные страхи не оправдались. Да и страхи Гермионы тоже. Но мир стал слишком шаток. Любое нападение может стать последним. «Да, шанс, что Некромант прознает, что здесь сидят именно родители Гермионы, мизерный. Даже не с этого надо начать, а с вопроса — кто такая Гермиона Грейнджер для Некроманта? Вот… Слишком мелочно. Но никто не отменяет случайностей. Пока в бункере есть живые, на него может напасть нежить. Всё же времена, когда Волдеморт мог напасть на Дурслей, чтобы меня найти, прошли. И это ещё хоть как-то можно объяснить — ему нужен был я лично. Но это не отменяет страхов Гермионы. Иэн и Джин тоже переживают. Хоть и скрывают это куда лучше… А ведь они все втроем правы, их мир — он другой. И в нем куда больше неизвестного. Ни патронуса отослать, ни ответа не получить. Хорошо сейчас хоть с Хайтауэром связь наладили, это плюс, но полумера…»       Гарри не только любил Гермиону и не только старался, как мог, окружить её заботой, но и принимал её страхи. И это подводило его к странным решениям, которые в первый момент казались абсурдными и совершенно взаимоисключающими. Но чем дальше он раскручивал клубок мыслей, тем сильнее приходил к выводу, что хочет хоть как-то уверить родителей возлюбленной в относительной безопасности их дочери. Принимаемые решения повергали его в шок и ужас, но, с другой стороны, становилось ясным, что это единственно возможный путь развития их отношений с Гермионой. Даже не став гадать, как отреагируют родители возлюбленной, Поттер уснул.       Время в бункере текло явно по другим законам, а может, просто сказывалось отсутствие света, но Поттеру было очень тяжело проснуться. Его тряс за плечи Финниган.       — Просыпайся!       — Угу… — сонно пробормотал Шрам и, не открывая глаз, стал искать очки, отложенные в сторону.       Встать он смог не сразу и, к своему позору, опоздал на завтрак. В столовой было куда больше людей, чем вечером, и разговоры сливались в один сплошной гул с монотонной работой техники. Стояли запахи подгоревших макарон, чая и кофе. Впрочем, вытяжка работала куда лучше — пропало вчерашнее ощущение затхлости.       Симус Финниган уже сидел за столом с Малкольмом, уплетал завтрак, успевая при этом говорить с чародеем.       — Гарри! — Из-за спины отца ему помахала Гермиона.       Стоило Поттеру только сесть рядом, как девушка поцеловала его в щеку.       — Доброе утро и приятного аппетита!       — Спасибо… — стушевался Гарри под взглядом родителей девушки, немного удивленных смелостью дочери.       На столе юношу дожидались уже остывшие макароны, Поттер потупил взгляд и стал быстро есть. Руки и челюсти двигались автоматически. Ему было не по себе, хоть и не сделал ничего предосудительного. Вкус нехитрого завтрака был очень неплох, а когда Гермиона произнесла заклинание и подогрела макароны, Гарри даже прочувствовал некоторую разницу между готовкой людей и домовых эльфов, и не в пользу последних. Впрочем, неловкость за столом продолжала висеть вместе с тишиной.       — Как спалось? — спросил Иэн, разрушая эту тишину.       — Укачало от двигателей под полом, — чуть улыбнулся юноша, расправляясь с завтраком.       Гермиона уже пила кофе. Джин и Иэн продолжали смотреть на Гарри. Хоть в их глазах не читалось ничего страшного и даже удивление уже прошло, но Поттеру было все ещё не по себе от такого внимания. Планы, вроде так хорошо продуманные вчера вечером, казались сейчас Гарри несусветным бредом.       «Дорого я сейчас заплатил бы, чтобы узнать, о чем они думают… И как отреагируют… Мистер и миссис Грейнджер, я прошу руки вашей дочери… Клянусь любить и беречь её…» — мучился Поттер, не выдавая страха и спокойно выдерживая взгляд.       — Когда и куда дальше планируете полететь? — спросил Иэн, не оставляя попыток втянуть Гарри в разговор.       — Сейчас Гарри доест и полетим в Лондон, обратно на площадь Гриммо, — быстро ответила Гермиона. — Узнаем, что там произошло за это время.       Гарри быстро влил в себя кофе, восхитившись вкусу. Он стал ощущать, как время начинало затягивать свой ход перед неизбежным расставанием. За соседнем столом Симус увлеченно говорил что-то Хайтауэру. Поттер поставил опустевшую чашку. Он видел, как родители Гермионы смотрят на дочь. Когда тишина за их столом затянулась, Иэн хлопнул руками по коленям.       — Ладно. Пойдем. Проводим вас!       Услышав это, Симус оборвал свой рассказ и серьезно посмотрел на Малкольма.       — Если удастся, отцу моему передадите, что я жив.       — Конечно, передам! — кивнул чародей.       Времени на сборы почти не потребовалось — ребята не доставали из рюкзаков ничего, кроме запасов, которые оставили в бункере.       Поднимаясь по лестнице, Гарри видел, как Гермиона становилась всё печальнее и печальнее. Страх, который обитал там, за дверью бункера, снова пускал свои корни. Благодаря заколдованным генераторам ступени были хорошо освещены. Поттер настраивал себя, что поговорит с Иэном на улице, но не находил в себе смелости.       «Я боролся с нежитью, летал на метле, спасался от дементоров, драконов, оборотней, а теперь боюсь спросить разрешения у родителей Гермионы…» — поражался он.       Дежуривший наверху Бен проверил, чтобы вокруг бункера никого не было, и открыл дверь. Свежий ветер после фильтрованного воздуха подземного укрытия пьянил запахами листвы и влажной почвы.       Они стояли всемером перед входом в бункер. Бен О’Рейли осматривался по сторонам, водя стволом полицейского карабина. Симус Финниган крепко жал руку Хайтауэру. Джин Грейнджер обнимала дочь и украдкой вытирала слезы. Ветер развевал волосы Гермионы, которые раз за разом поправляла её мама, передавая ей всю заботу и ласку, какую могла в этот момент.       — Переговорим минуту? — Иэн кивнул чуть в сторону, приглашая Гарри.       — Конечно, сэр.       Они отошли шагов на пять — буквально на границу леса и той поляны, где высился холм входа в бункер. Гарри чувствовал, что трясется от страха. Не то что слова, мысли в голове и те замирали.       — Гермиона очень тепло о тебе говорит. И я вижу, что она не ошиблась. Ты действительно хороший юноша, — начал мистер Грейнджер.       — Спасибо, сэр… — невнятно пробормотал Поттер.       Похвала, открытость и доброта Иэна не придавали ему уверенности.       — Ты береги её, Гарри. — Иэн протянул ему руку.       — Больше своей жизни, сэр. — Поттер смог только сжать ладонь отца Гермионы.       — Береги, — повторил Иэн и, не давая Поттеру вставить слово, пошел к жене и дочери.       За его спиной Гарри судорожно выдохнул и пошел следом. Мистер Грейнджер обнимал Гермиону, шептал её что-то ободряющее. Симус уже оседлал метлу и ждал остальных. Когда Иэн разжал руки, Гермиона, видимо, чтобы не затягивать прощание и не расплакаться, сразу схватилась за метлу и выжидающе смотрела не Гарри. Он замер на краткий миг, но не смог заставить себя высказать задуманное. Кивнул всем, Шрам сел на «Молнию».       — Удачи вам! — махнул рукой Бен.       — До встречи! — добавил Иэн.       — Присылай патронуса, если что! — кивнул в ответ Хайтауэр.       Подростки взлетели с поляны почти вертикально вверх, сквозь большое пятно без веток. Грей раз за разом оборачивалась, пока могла разглядеть родителей, от этого её метла теряла контроль и кренилась. Девушке было тяжело и управлять метлой, и контролировать эмоции. Гарри пару раз поддерживал её, чтобы она не упала.       «Ладно. В следующий раз, — пообещал он себе. — Лишь бы он был, этот следующий раз…»