Глава 20. Безмолвие молвит.

             Спускаться по длинной каменной лестнице, которая по спирали огибала озерцо под собой, оказалось занятием отнюдь нескучным – времени как раз хватало, чтобы в полной мере разглядеть каждый фигурный выступ, насладиться бархатным орнаментом стен, сосчитать все платформы, подвешенные за массивные цепи под потолком, на которые через расщелину падала вода. Тихие звуки падающих капель создавали особую мелодию, далекую для людского понимания, но такую близкую здешним призракам.       Вблизи зеркальное плато, изредка волнующееся от ссыпающихся с платформ кристаллов, которые невероятным образом произрастали с их обратной стороны, уже не казалось обычным пещерным озером. Слишком идеальные берега, которые ими вовсе не были, а скорее являлись неким подобием улицы, проложенной вокруг гигантского фонтана. Возможно, раньше – сотни или даже тысячи лет назад – эта чаша была пуста. Но сколько же песчинок в часах понадобилось, чтобы наполнить чашу до краев, пока в нее неизбежно падали капли воды, тощие струйки, в итоге превратившиеся в стройные водопады, которые способны создавать мелодии, а не шум.       Гладкие каменные плиты, потерявшие былой блеск, сопровождали путников, куда бы они ни пошли. И было среди всей этой таинственной красоты нечто невообразимо странное и в то же время притягательное. Мертвые с виду деревья, покрытые тонким кристальным слоем, замерли в немом ожидании.       — Наверное, искусственные. Только взгляните, как поблескивают в свете рыбок. – Рэя с сомнением разглядывала неживые скульптуры, пытавшиеся походить на своих братьев с поверхности.       — Скорее всего так и есть. – без особого интереса сказал Нэгато, но его голос разнесся легким эхом. Сейчас его больше интересовало озеро и то, что скрывала его глубина. Могла ли вода найти из него выход? – И да, Рэя, так как мы не знаем, с чем имеем дело, то не трогай здесь ничего.       К сожалению, Нэгато оказался в этот раз не слишком быстрым и вместе с его словами раздался тихий хруст, который в ту секунду показался необычайно громким. Все взгляды путешественников вмиг устремились на единственного человека, способного пойти напролом еще до предупреждения.       — Какая хрупкая вещица. – возмущенно высказалась Рэя, с неодобрением глазея на сломанную в ее руках веточку. – Здешние мастера совсем не знали толк в высекании скульптур. Пытались замаскировать эту дешевку… Ох ты ж, хренота! – вмиг переменилась девушка, уже круглыми глазами всматриваясь в сердцевину отломанной веточки. – Это ж настоящее дерево!       — Ну-ка дай глянуть! – подскочил Ацер, не пытаясь выхватить ценный экземпляр, но примостившись уж больно близко. – Невероятно! Словно разноцветный хрустальный бокал из Мо-Сэмпита, в котором по дивной случайности оказалось лучшее вино Патеры прямиком из винодельни «Курьез». К слову, дамы и господа, если вы вдруг не знали, то ви́на Мо-Сэмпита, прямо скажем, далеки от нашей курьезной изюминки. Сколько же лет этим деревьям, раз драгоценная оболочка смогла сохранить их в целости и сохранности до наших дней?       — Достаточно, чтобы превратиться в труху. – Рэя потрясла веточкой над рукой и из ее отломанной части посыпалась пыль. Ацер не нашел подходящих слов, из-за чего невозможно было догадаться: огорчен он или просто разочарован.       Пока двое самых непоседливых людей познавали тайны кристаллизованных деревьев, юноши из клана Хиэмз и Эстаз пытались найти то, ради чего была организована опасная вылазка. Они тихо что-то обсуждали, не стремясь оглашать догадки во всеуслышанье. Никто не заметил, как любопытное создание по имени Черныш, все бродил вдоль берега, будто не решаясь испробовать завораживающей древней водицы. Так примечательно, что даже такое существо как форо, коих также часто называют «Предвестниками смерти», с подозрением крутился у прохладного истока и ни разу не окунул в него мордочку. Но его интерес быстро привлек другой объект, не замеченный никем до этого, будучи у всех на виду. Большая позолоченная арка возвышающаяся по ту сторону озерца, должна была привлечь всеобщее внимание еще на первых ступенях лестницы. Наверное, главная проблема заключалась в поблекшем золоте, которое трудно было признать сразу, особенно, когда на него не падал свет. Уже помчавшись навстречу таинствам, которые хранила древняя арка, форо внезапно остановился, заинтригованный неожиданно громким голосом.       — И чего это ты удумал?! Собрался к праотцам, а меня решил не предупреждать? То есть помощь тебе моя не нужна? – понять негодование Рэи Эстаз мало кому было под силу, но брат по обыкновению закатил глаза.       — Можешь нырнуть вместо меня, я не против. – отозвался брат, стоя уже в одних штанах и готовый вот-вот прыгнуть в воду. – Оно мертвое, правда, Тэнер своим орлиным зрением видел в его глубине что-то желеобразное. Не могу ручаться, возможно маленькие медузы, но ты сможешь это выяснить…       — Не-не-не, – замотала головой сестра так активно, как только могла, отступая на пару шагов. – Я туточки подожду. Но может все-таки веревкой обяжешься? Ну так, на всякий случай.       — И где ты ее возьмешь? – хотел было вздохнуть Нэгато, но сдержался.       — Ну… – Рэя обнадеживающе взглянула на единственного представителя клана Вэр, правда ее энтузиазма хватило ненадолго – она все же вспомнила, что Ацер не владеет ядром, а значит и Нитью управлять не сможет. – А, ну да.       — Ох и обидно это сейчас прозвучало. – буркнул юноша, пытаясь стоически вынести этот разочарованный взгляд. – Вроде бы и не специально, но госпожа умеет охладить пыл.       — Ну извини, что задела твою чувственную натуру. – ее слова совсем не были похожи на искреннее извинение.       — Ух ты, маленькой госпоже не чуждо это простенькое слово. Я польщен.       — Ты меня сейчас коротышкой назвал?!       Дальнейшую перепалку Нэгато слушать не собирался и нырнул в озеро, оставив за собой неровные круги и всплески капель, одиноко выброшенных на холодный каменный берег. Вода оказалась не кристально чистой, хотя это прослеживалось еще с поверхности. Сама же чаша вовсе не являлась таковой – лучшее сравнение можно подобрать с кувшином. Чем глубже, тем шире становилось озеро и тем более каменисты были его стены. Однако же дна Нэгато достиг совсем скоро, тут же обнаружилась и первопричина сонной хвори в деревне.       Вынырнув, подняться на берег ему помог Тэнер, уже призвавший огненного зверька, который теперь неустанно крутился вокруг промокшего парня с посиневшими от холода губами. Черныш же не остался в стороне и предпринимал различные попытки дотронуться до Ваку, но попросту проскальзывал через него, словно сквозь дымку.       — Ближе ко дну есть пробоина и она совершенно не похожа на естественную. Разве что случайную. Думаю, отравленная вода из озера через нее вошла в какой-нибудь подземный поток, который в конечном итоге выходит наружу. – тараторил Нэгато, натягивая одежду. От холода у него иногда стучали зубы, что он, по всей видимости, силился это контролировать.       — Обожди-ка, а когда мы пришли к выводу, что озерцо отравлено? – непонимающе округлила глаза Рэя, смотря то на брата, то на Тэнера. Оба этих человека выглядели так, будто уже знали решение сложной загадки.       — Смею предположить, что это случилось, когда мы отвлеклись на лицезрение кристальных деревьев. – уверенно подметил Ацер, ничуть не сожалевший об этом.       — Верно. – наконец-то раздался тихий, но внушающий голос Тэнера Хиэмза. – Вода в озере отравлена уже давно. Все благодаря кристаллам, растущим на платформах. Сами по себе они безвредны, Лунный камень так же ничего не уловил. Но иногда кристаллы откалываются, угождая в воду, с которой вступают в реакцию, выделяя токсичное вещество. Долгие годы его концентрация росла здесь, пока не произошло некое событие, способствующее прорыву яда в подземные воды, а оттуда на поверхность.       — Исходя из этого, первоисточником являются те самые драгоценные камни наверху. – заключил Ацер и указал пальцем на платформы, свисающие на цепях с потолка. – Полагаю, на дне озера нет ни одного экземпляра? – юноша посмотрел на Нэгато и тот только отрицательно помотал головой. – Великолепно!       — Что же в этом великолепного, раз их можно достать только с этих глыбищ? – не унималось в голове девушки чересчур обрадованное поведение представителя ордена Весны, вид которого сделался уж больно важным.       — Это, конечно же, хороший вопрос, моя юная госпожа, но, не смея как-либо задеть Ваши чувства, чего мне бы вовсе не хотелось, ответ на него крайне прост. – неспешно разглагольствовал юноша. – Что ж, мне не в чем Вас обвинить, ведь такие слова вряд ли бы прозвучали из уст человека хоть мало-мальски сведущего в зельях.       — Бедняжка, потратил порядка десяти секунд, чтобы назвать меня глупой. – Рэя наигранно надула губки. – Или господин Вэр хочет завести спор, чтобы уровнять шансы?       Пронзительный взгляд темно-синих глаз многого стоил в этот момент для Ацера Вэра. Обычная с виду девчонка, всюду влезающая в разговор со своими нелепыми высказываниями. Что вообще можно ждать от среднего ребенка семьи Эстаз, про которую все только и твердят, как о легкомысленной шалопайке с ворохом тараканов в голове? Эдакая дурочка, не иначе. Таково было мнение Ацера Вэра ровно до этого момента, пока под солнечной вуалью в него не нацелились бездонные синие глаза, не способные порезать, но готовые утащить на самое дно. Ему едва удалось сдержать нервный ком в горле.       — Ха-ха-ха-ха! – вдруг рассмеялся юноша, чем обескуражил всех. – А Вы довольно проницательны, госпожа Эстаз. – сказал он с особым шармом. – Пожалуй еще через пару лет мне стоит обходить Вас десятой дорогой. Жизнь мне все-таки дорога. Так на чем мы остановились? Ах, да…       — Здесь ты несомненно прав: куда там тебе тягаться с заклинателем. – Рэя небрежно бросила эту фразу, будто бы та сама ненароком выскочила изо рта. Удивился даже Тэнер, который, казалось, был приспособлен в любой ситуации держаться хладнокровно.       Что творилось в голове Ацера мог знать только он сам, но слышать такие слова ему доводилось не впервой. Он был готов к этому и ни один мускул на лице не дрогнул и беспечность все продолжала его олицетворять.       — Ах, юная госпожа, не возьму в толк, чего Вы пытаетесь добиться столь грубыми словами, – это отнюдь не подходит Вашему милому личику. Я всего лишь обычный человек, ведущий зажиточный образ жизни в благонравном ордене. – Ацер явно хвастался своим положением. – Наоборот, мне повезло, что до меня никому нет дела. Вместо изнурительных тренировок, я могу заниматься всем, чего изволит моя душа.       — Всем, говорите? – задумчиво проговорил Нэгато. – Припоминаю. Значит, Человек одного дня – это Вы. Тот самый, который берется за все и на следующий день уже бросает начатое.       — Так вы обо мне наслышаны? Как приятно! – обрадовался Ацер.       Что же это за человек такой? Рэе трудно было определиться, что именно в нем ее настораживало. Или даже не так. Быстрее беспокоило. За столько лет, проведенных с сестренкой, Рэя потихоньку научилась более-менее правильно читать ее эмоции, которые так редко проскальзывали в ней. Ацер Вэр же осознанно скрывался, по крайне мере, Рэе так казалось. Признаться, она хотела растормошить его, вывести на чистую воду, но первая же попытка разозлить с треском провалилась. Так ей показалось.       Ацер Вэр подошел ближе к Рэе Эстаз. Его ветреная аура все продолжала кружить вокруг, но карие глаза будто заволокла ледяная пелена, обращаясь безразличием.       — И все же я вынужден напомнить, – он перешел на громкий шепот. – Что судьба ваших глубокоуважаемых родственников зависит исключительно от меня. В ближайшие десятки километров не сыщется зельевара, разборчивее меня.       Рэя молчала. Кусочки паззла все вертелись в голове, неминуемо сталкиваясь, расходясь и изредка соединяясь. Ей было не страшно, не любопытно, не радостно. Досада постучалась к ней в дверь. Стоит ли ее открыть? И прежде чем девушка смогла что-либо предпринять, восхищение озарило окна, заполняя все кругом.       — Вот незадача! – Рэя решила сменить тактику, отступая и при этом возвращаясь в свое обычное непринужденно-ветреное состояние. Она ярко улыбнулась, будто напряжения вовсе не было до этого. – Мое любопытство опять взяло надо мной верх. Не обессудьте, грубость у меня в крови, но я стараюсь держать ее крепко в уздах.       — Вас настолько сильно что-то во мне интересует? Мне это право льстит. – казалось, Ацер готов был вот-вот замурлыкать. Он наклонился к Рэе – так их глаза оказались почти на одном уровне. – За владение Вашей благородной золотой лентой, подобной северному сиянию, – он занес руку ей за голову и скользнул по ленте в ее волосах. – Я расскажу Вам все, о чем только пожелаете.       Последней каплей терпения Тэнера стало прикосновение к ленте, ведь клановые ленточки, являлись не только своеобразным пропуском в родные ордены, но и обетом вечной любви. Тэнер зрил холодно, вонзал в плоть острые иглы и замораживал кровь в жилах – такими стали серебряные глаза. Он в один шаг преодолел расстояние и почти вцепился Ацеру в плечо, дабы отстранить его подальше. Рука прошла сквозь воздух – Ацер Вэр успел отпрянуть еще до прикосновения.       — Шутка! Всего лишь шутка! – невинно заулыбался Ацер, стараясь убавить накал устремленных в него испепеляющих взглядов, которые исходили от двух парней. – Ох, про хладнокровие ордена Зимы видать наврали. Не горячитесь так. Нам еще вместе кристаллы доставать, без них уж точно никак противоядие не сварить.       Тэнер моментально успокоился, но бдительность только усилил. Нэгато же тихонько уволок сестру в сторонку, пока двое парней настороженно наблюдали друг за другом.       — Это дрянь в нем? – прошептал он несколько раздраженно.       — Нет. Точно нет. Глаза не сияли. – уверенно ответила Рэя, но голос ее прозвучал задумчиво. Нэгато просто списал это на ошеломивший сестру инцидент.       — Вот и славно. Дольше проживет.       Следующие несколько минут прошли в полном молчании. Каждый пытался сообразить как бы достать желанный кристалл. Рэе подумалось об одном уже проверенном способе, благодаря которому она смогла почти выбраться из того колодца, куда угодила по воле старика Гелида в ордене Зимы. Одного взгляда на Нэгато, в поисках его одобрения, оказалось достаточно, чтобы понять все его неодобрение по поводу этой затеи. И как он только умудрялся догадываться о задумках сестры?       Как ни странно, первым отозвался Ацер. Хитрая улыбочка не сходила с его губ, а сам он выглядел чрезвычайно довольным собой.       — Есть у меня одна идейка и она вполне сработает при слаженной работе. Надеюсь, господа сносно владеют созвездием Орла?       Первым все понял Тэнер, но не успел сказать и слова, как вмешался недоверчивый голос Нэгато.       — Предлагаешь заслать кого-то на платформу, используя сильный порыв ветра?       — Не кого-то, а вполне конкретного. – уточнил Ацер, глядя на девушку, по спине которой уже прошлись мурашки предвкушения не самой безопасной затеи.       — И почему мне кажется, что ты мне мстишь?       — Отнюдь. – и этим неоднозначным словом все было сказано.       Рэя очень быстро согласилась, несмотря на довольно упорные уговоры со стороны брата и как ни странно Тэнера. Она была самой легкой среди трех парней, что было правдой скорее всего из-за роста.       Созвездие Орла из пяти звезд удалось воссоздать синхронно только с третьей или четвертой попытки. Одна такая неудача чуть не стоила Рэе сломанных костей, когда та без предупреждения решила сигануть в пропасть с лестницы раньше положенного времени. Место было выбрано в максимальной близости от висящей на цепях платформы. В общем, даже если бы потоки ветра ее не подхватили, девушка должна была бы попросту упасть в воду.       — Короче, надоели вы мне! Либо сейчас, либо никогда!       Бросив вызов не только ошарашенным таким заявлением заклинателям, но и самой себе, Рэя Эстаз с разгона прыгнула со ступеней. Наивысшая точка прыжка уже была достигнута. Девушка неминуемо начала падать, чувствуя как все тело на мгновение застыло в нерешительности. Вот он тот момент, когда стоит использовать Темную энергию, рвущуюся наружу. Тот самый миг неизбежности. Пусть даже ей ничего серьезного и не грозит, если она упадет. Она вытянула ногу, будто пытаясь оттолкнуться от невидимой опоры. В следующее мгновенье ярый поток ветра взметнул тело кверху. Это ощущалось так странно и так захватывающе. Было страшно всего секунду, а после осталось лишь ощущение полета. Но и оно продлилось недолго – внезапный порыв ветра исчез, не оставив и следа, а девушка испуганно вцепилась в единственную вещь, оказавшуюся у нее на пути. Рэя крепко обхватила железную цепь, проросшую ржавым налетом, руками и ногами, не думая расставаться со столь крепким предметом.       — Рэя, ты как? – крикнул Нэгато. Он все еще пытался перевести дыхание. Как же сильно его перехватило, когда сестра ни с того, ни с сего разогналась к обрыву. И сейчас он всячески старался делать вид, будто ничего не произошло.       — Да все пучком! – радостно отозвалась Рэя и даже оторвала руку, показывая большой палец, что далось ей с большим трудом. И было не понятно, что больше беспокоило ее: вероятность падения или риск быть замеченной в попытке использования Темной энергии.       Кристалл был успешно добыт и передан Ацеру на оценивание.       — Там еще несколько солнечных камней валялось. Теперь понятно для чего нужны эти платформы. – Рэя вертела и подкидывала в руке один такой экземпляр.       Необычайно полезное ископаемое, используемое жителями Патеры, пусть и не на повсеместной основе. Эти камни способны впитывать солнечный свет днем и отдавать его ночью. Поэтому их используют в уличных фонарях. И теперь становилось абсолютно очевидно, что люди уже давненько о них знали и не ленились отправляться в дальний путь за их добычей. К сожалению, местонахождение солнечных камней было всего одно – в Янтарных горах Западного континента.       — Хм, добротный кусок. Его вполне хватит. – закивал он, отвлекаясь на малыша форо, неустанно тянущего подол куртки. – Наш малыш хочет взглянуть поближе? Ну как можно отказать таким большим глазкам, в которых уместились бы все звезды мира.       — Если что, я еще мелочовку подхватила. – Рэя потрясла мешочком, до отвала заполненным кристаллами поменьше.       — Стой, Черныш! Куда!.. – внезапно эхом раздался голос Ацера. От шока он не смог более ничего произнести.       — Ты сейчас проср… Ай! – не успела договорить Рэя, так как на ее ногу наступил Нэгато. – Прозевал ценный ингредиент?       — Вместо спора, лучше заняться делом. – спокойно сказал Тэнер и быстро зашагал в ту сторону, куда побежал форо.       Все были согласны с ним и поспешили следом. Они спустились по лестнице, к озеру, обогнули его и вошли в большую позолоченную арку, окутанную пустотой и темнотой. Лучистые рыбки по обыкновению сопровождали путников, то плывя впереди, то озаряя им спины. Широкий коридор быстро закончился. Стены расступились, потолок устремился ввысь, тьма сильнее окутывала и давила. Лучистые рыбки встревоженно кружили вокруг.       — Что ты делаешь? – тихо зашипел на Рэю брат, заметив как она отозвала созвездие и рыбка исчезла.       — Они здесь ни к чему. – всегда громкий голос девушки вдруг шептал.       Немного помедлив, Тэнер первым рассеял созвездие. Вслед за ним, пусть и нехотя, поступил так же Нэгато. Непроглядная темнота окутала их, но страха не было. Пусть глаза ничего не видели, но тело ощущало здесь некое подрагивающее тепло, будто бы это не тьма накрыла с головой, а плотное теплое одеяло, защищающее зимними мрачными ночами от холода и таящихся монстров.       Не успели глаза привыкнуть к сумеркам, как зал начал озаряться солнечным светом, исходившим из четырех огромных колец, подвешенных под потолком. Два из них висели пониже и были намного больше других. Внутренняя и наружная сторона потертых от времени золотых колец излучали желтый свет, который просачивался через то ли трещины, то ли символы. Этого потока оказалось вполне достаточно, чтобы полностью осветить просторный зал, но оставить затемненные углы с таящимися там секретами.       — Да будет имя Его благословенно вечно и во веки веков. – благоговейно прошептал Ацер, буквально преклоняясь одним только взглядом карих глаз.        У самой дальней стены стояла статуя. На ее изгибах играли свет и тень, из-за чего она казалась величественно грозной и в то же время суетно милосердной. Человек ли это? Но точно можно сказать, что существо высшее, недосягаемое. Он стоял, облаченный в длинные одежды. За высоким воротником скрывалась длинная шея. Голову венчала корона с тремя зубцами, полностью скрывающая глаза. Или это голова была такой причудливой формы?       Имя Ему было Кэонтас – Бог Света, король Диатура, один из Трибожия. Кэонтас и Тэнэбра вместе олицетворяли единого Бога Материи – Маннестха, основателя мира как такового.       И Он стоял перед ними. Взирал, не имея глаз. Говорил, не имея голоса.       — Да будет имя Его благословенно вечно и во веки веков. – почти синхронно выдохнули Нэгато и Тэнер.       Рэя открыла рот, но не вымолвила ни слова. Они застряли где-то в груди, давя изнутри. Голову же заполонило иное эхо, сродни пожирающей все и вся чуме.       «Разве твой Бог отвечал тебе? Мой же глас ты слышишь. Так приди же к Вечному Сиянию!»       На смену мимолетному наваждению пришел заглушающий звон. Рэя вдохнула прохладный и сырой воздух храма, избавляясь от засевшего в легких спертого воздуха. Веки сморгнули пелену с глаз, возвращая им былую ясность. Губами она почти неслышно произнесла:       — Да будет имя Его благословенно вечно и во веки веков.       Это место было похоже на обычные храмы, рассеянные по всему королевству: те же колонны и те же длинные белые полотна от потолка до пола. Рэя редко бывала в храмах, но даже так в глаза бросались несоответствия в изображениях. Их было восемь – на одно больше, чем в храмах Патеры. И рисунки на некоторых описывали несколько иные события. Видимо, жители Каванэста, жившие еще во времена Сэнамда’аха знали иную историю мира. Кто бы теперь знал на сколько она правдива? И ответы могли найтись только в Священном писании, строки в котором, по слухам, писал сам Бог Материи, все же более известный в Патере как король Диатура Кэонтас. Как жаль, что ни слуху ни духу о книге не было уже много лет.       Больше всего Рэю заинтересовало восьмое полотно. В плавных линиях художника сразу узнавались берега Патеры с ее горами, реками, морями и островами. Но представшая картина ужаса, ведь родная земля была охвачена огнем и обращалась в пепел, утягивая за собой и остальные два королевства.       — Как ты узнала, что это за место? – Нэгато положил ей на плечо руку, чем окончательно вывел из ступора. Рэя отпустила наконец крест, который неосознанно сжала на груди.       — Нутром почуяла. – бодро отозвалась девушка таким тоном, будто по-другому и быть не могло. – Ну и где этот воришка? Что-то я не горю желанием обыскивать здесь каждый угол. Хотя это займет всего лишь час или два, или три, или... О, там еще коридор! Прекрасно! Горизонт все расширяется, а попутного ветра так и нет.       — Форо там и скрылся. – указывал Тэнер на тот же самый коридор, про который только что запевала Рэя.       — С чего ты… – договаривать ей не пришлось, ибо она увидела Лунный камень, через который смотрел заклинатель. – А вот и попутный ветер! Вперед-вперед!       Коридор оказался не таких помпезных размеров, оставаясь верным всеобщему стилю и тусклому освещению. И вновь перед путниками предстало огромное пространство, полностью лишенное человеческой руки. За исключением моста над темной пропастью. Даже Лучистые рыбки не могли осветить его полностью, поэтому, что таилось на той стороне, оставалось загадкой.       — Какая надежная и крайне безопасная конструкция. – с умным видом размышляла Рэя. – Он точно не обрушится, если по нему пройти.       — Твои слова, не мои. – сказал Нэгато и подтолкнул сестру. Этого оказалось достаточно, чтобы девушка ступила несколько шагов по камням.       — Ну и гад же ты!       — Совать свой нос, куда не следует, твоя прерогатива. – пожал плечами Нэгато.       — И это не значит, что я должна быть первопроходцем! – ворчала Рэя, но продолжала аккуратно прощупывать каждый метр, становясь все смелее и смелее.       Не желая подвергать девушку такому риску, Тэнер сделал шаг, но был тут же остановлен чьей-то рукой.       — Не стоит переживать. – это оказался ее брат. – Про таких как она говорят: «родился в рубашке». Сама по себе она более везучая, чем с кем-то.       — Интересно, что стало с жителями? – раздался задумчивый голос Ацера.       — Ушли? Умерли? Вряд ли они смогли пережить тот самый Холодный и Темный год. – сказал Нэгато, а сам наблюдал за продвижениями сестры. Только убедившись в надежности ее действий, он кинул взгляд на юношу, да так и не смог оторвать. – Когда… Как…       Нэгато Эстаз так и не смог подобрать слов, все еще пытаясь вспомнить упущенный момент, когда это существо вернулось к обожаемому хозяину и сейчас как ни в чем не бывало ластилось у него на руках.       — Хороший вопрос. Даже я пропустил этот момент. – понял его Тэнер.       — А, вы про Черныша! Малыш был позади нас, вот я его и подобрал, чтоб больше не убегал.       Ацер все продолжал говорить льстивые словечки своему питомцу, но Нэгато больше не желал это выслушивать, поэтому крикнул сестре:       — Возвращайся! Эта тварь нашлась! – за такие слова Эстаз удостоился весьма недоброжелательных взглядов.       — Серьезно?! Нет уж! Тут два шага осталось. Давай-ка и ты подойди сюда!       — Сама подойди! – крикнул он ей и уже добавил тише: – Боже, только время тратим.       — Нет, ты лучше!       — Ясен пень я лучше, а ты подойди! – ухмыльнулся вдруг Нэгато.       — Стоп. Это были мои слова. – недоумевала Рэя пару секунд. – А-а-а. Начать должен был он! Вот же, такой момент упущен! Зуб даю, стоит там и лыбу давит.       — Ха-ха, что это ты пытаешься сделать, малыш? Осторожнее, не то упадешь. – нянчился Ацер с форо, пока тот пытался залезть ему на голову весьма нещадящим способом.       Рэя повернулась, чтобы уже вернуться назад, но услышала позади стук камешка. Она обернулась. Вглядываться в непроглядную темень казалось занятием бессмысленным, но что-то не давало ей развернуться и уйти. Рыща глазами источник звука, она наконец наткнулась на гальку, единственную освещаемую Лучистой рыбкой. Теперь же полностью очертив ситуацию в голове, она расслабилась. Но тут мозг нарисовал нечто странное позади несчастной гальки, куда свет попросту не дотягивался. Казалось, то был коготь, да не один, а целых пять. Вдруг очертания кисти стали более ясными. Далее руки. Еще выше светящиеся глаза, вперившиеся в нее мертвым кошачьим блеском.       Рэя сразу вспомнила про мэрков – оживших, благодаря темной энергии из Выброса, трупах. Они живучи, агрессивны, но неуклюжи. Рэя встала в более устойчивую позу и приготовилась призвать посох. Но тут во тьме она увидела еще одну пару зеленых глаз, а затем еще и еще. Слишком много. Наверное, это все были жители Каванэста.       Недолго думая, Рэя резким движением направила Лучистую рыбку прямо на тварей, а сама, призвав посох, рванула по мосту обратно.       — Здесь мертвецы! Ох, как же хочется тихохонько ругнуться. Никто ведь и не услышит.       Будучи на середине моста и слыша жуткие вопли и топот за спиной, девушка ударила со всей силы посохом по мосту, от чего тот разошелся трещинами. Расколотые камни начали падать.       — Глупо, она еще слишком далеко. – впервые занервничал Ацер.       Нэгато рванул с места. К его удивлению, Тэнер оказался быстрее.       Оттолкнувшись от уже падающего камня, Рэя прыгнула и схватила Тэнера за руку. Он как раз находился там, где обвал прекратился. Были слышны вопли нескольких мертвецов, угодивших в цепкие лапы бездны. Некоторые из них были невероятно глупы и продолжали пытаться перепрыгнуть пропасть. Так думали заклинатели. Вдруг одна из тварей вцепилась в ногу девушки.       — Клещ переросток! – Рэя безуспешно пыталась сбросить мертвеца.       Тэнер слышал, как позади него расходится трещинами мост и ссыпаются камни. Еще один мертвец сиганул к девушке, протягивая свои когтистые лапы, которым так и не суждено было достигнуть цели. С вонзенной в голову стрелой он угодил прямиком в темноту. Ацер Вэр метко отстреливал всех тварей, норовивших добраться до живых.       Нэгато помог Тэнеру и Рэе и теперь все трое стояли на краю обрыва.       — Надо уходить и как можно быстрее. – переводя дух, сказал Нэгато. Громогласный рев неустанно расходился эхом по пещере, понемногу затихая.       — Главное сопроводить нашего джентльмена. Слышал, господин Вэр, ты повышен до особо важной персоны!       Сразу после этих слов Рэя почувствовала на лодыжке тяжелую хватку. Нечто резко потянуло ногу, и Рэя моментально потеряла равновесие. В следующий миг ее уже неизбежно затягивало в пропасть. Она успела увидеть лишь клацающие гнилые зубы мертвеца, когда оказалась в свободном падении. Еще через секунду Тэнер острым клинком лишил головы этого мертвеца и тут же попытался ухватить Рэю.       «Глупо», – только и подумала девушка, когда их руки почти соприкоснулись. Теплота пальцев исчезла слишком стремительно. Рэя только и успела заметить, как на Тэнера кинулся мертвец, отгоняя прочь. И прежде чем она успела высвободить Темную энергию и ухватиться за нить, по спине прошла тупая боль, а сознание заволокла беспросветная дымка.