Песнь о разбитом сердце

Первобытный страх окутывал Эву плотным коконом, проникая в самые глубины её сознания. Мрак ночи сгущался, а она ощутила себя ничтожной песчинкой перед лицом необъятной тьмы. Внезапно в этой тьме вспыхнули два зловещих огонька. Они приближались, становясь всё больше и ярче. Она чувствовала, как сердце колотится в груди, готовое вырваться наружу. Первобытный ужас сковывал движения и мысли. Хищный взгляд Реммао прожигал дыру в её груди, хотелось развернуться и бежать в пустыню, прячась в её барханах. — Хорошо провела время? — тихо спросил он. — С первых дней начала его обхаживать, шавка. Ну и каково это? — О чем ты? — грубо отчеканила Эва. — Подстилка охотничья, ты еще голос на меня будешь повышать?! — сорвавшись с места и схватив Эву за волосы, он прижал девушку лицом к полу. — Что думаешь твою голову не размозжит на площади если будешь чаще других к нему захаживать? — Отпусти! — боролась она, но наставник прижал коленом её тело, не давая пошевелиться. —Дура! — подняв голову Эву он уже собирался ударить её об пол, но замер. — Чего ждешь? — смотря прямо ему в глаза, спросила она. В глазах Реммао затаилось смятение, которое она мигом уловила. Судя по всему, этот подонок собирался убрать всех свидетелей и скрыться. Видимо он считал, что вокруг одни идиоты. Но раз он свободно разгуливает по поселению, может действительно идиоты. Почему Амен отпустил эту тварь. Ещё больше вопросов было к Сету. Так бросить свои должницу. Думать, как Рем может разделаться с родным братом Эве не хотелось. Но в эту секунду Эвтида ухватилась за шанс, он осекся и не уверен в правоте? Или же вычисляет, что выгоднее убить её или она пригодиться. — Дерьмовый ты наставник, раз так быстро меня в предатели записал. — сказала Эва, сплюнув ему под ноги. Сильнее натянув её волосы, так что она выгнулась в спине и смотрела в потолок. Рассматривая Эву, он думал, судорожно рассчитывая варианты побега. — Заткнись! — рявкнул наставник. — Да убей ты уже! — рассмеялась Эва. — Тебе ещё Реймсса придушить надо или ты придумал для брата мене изощренный вариант? Швырнув её на пол и сев рядом Рем начал тихо говорить прямо у её уха: — Ты с каких пор такая острая на язык стала? — схватив её за подбородок, наставник смотрел прямо в глаза Эве. — А мы, предатели, очень смелые. — язвила она. — Видишь, как хорошо я захаживала к эпистату, лежу тут на краю пропасти и вот-вот в дуат рухну. — Пытаешься оправдаться? — скалился он. — Смысл? — равнодушно спросила она. — С одного допроса на другой. Ах, простите, охотник же на допрос меня порезвиться звал. Истеричный смех заполнил всё пространство, от чего даже Рему стало не по себе. Отпустив волосы Эвы, он отошел назад и расположился в кресле, наблюдая за истерикой девушки. Захлестывающее ощущение отчаяния и тревоги заставило сердце Эвы биться чаще, а дыхание стало прерывистым и тяжёлым. Нервы были напряжены до предела, и кажется, что ещё немного — и они не выдержат. Безумный смех Эвы вырвался из груди, вызывая загробный ужас у наставника. В густом мраке ночи, когда мир погружен в безмолвие, а луна прячется за облаками, на землю спустилась тьма, пронизанная холодом и страхом. В этой непроглядной мгле безумный смех девушки, смешивал реальность с кошмаром и пробудил в сердце Реммао нечто зловещее. Тёмные тени скользят по стенам, словно призраки из иного мира. Они шепчут тайны, которые лучше не знать, и манят в бездну, откуда нет возврата. В этом царстве ужаса каждый шорох звучит как предзнаменование, каждый скрип - как зловещий знак. — Ты убил Исмана? — резко замолчав, спросила она. Посмотрев на ученицу, он ощутил, как ногу немеют ноги и словно тысячи невидимых пальцев пробежались по спине, вызывая волну мурашек. Забившись в углу на него, смотрели горящие красным глаза Эвы. Недоумевая, он вжался в кресло и с отвращением и страхом смотрела на неё. — Почему он? — встав в полный рост, она возвышалась над ним. — Почему мой Исман? Потеряв дар речи Реммао, беспомощно хлопал глазами, пытаясь понять, что с ней или кто перед ним? За поясом он судорожно искал кинжал. — Пришло его время и хватит жить прошлым, Эвтида. — стараясь сохранить самообладание и кое-как совладав со страхом, проговорил Рем. Ощутившая в себе новую силу Эва, без страха шла к наставнику, переполненная ненавистью к Рему и скорбью по погибшему брату. Но не успела она вновь открыть рот, как услышала тяжелые шаги на улице. Эпистат вихрем ворвался в дом и сразу бросился к Эве, проверяя в порядке ли она и не заметил укрывшегося в тени кресла черномага. Реммао, затаил дыхание, его глаза, как две холодные звезды, наблюдали за каждым движением Амена. Он понял, что настал его час и это последний шанс избавиться от него. С изящной ловкостью, словно тень, он скользнул за спину эпистатв, держа в руке острое лезвие. Каждый мускул его тела был напряжен, словно струна, готовая порваться. А Амен не замечал ничего кроме Эвы. Все случилось слишком быстро и Эвтида не успела помочь. Черномаг стремглав налетел со спины, его дыхание стало прерывистым от волнения. Внезапно, с нечеловеческой силой, он нанес удар. Лезвие оказалось глубоко в шее эпистата, кровь брызнула в лицо Эвтиды. Дикий вопль ужаса и боли пронесся над пустыней. На пороге дома стоял Сет, за спиной которого лежало бездыханное тело Реммао. ____________________________________________________________ В мрачной и зловещей пустыне, где время остановилось, а природа погрузилась в вечный сон, раскинулась река из крови. Её тёмные воды медленно и неумолимо текут, словно напоминая о неизбежности смерти. На берегу зловещей реки сидела Эва. Её глаза, обычно яркие и полные жизни, потускнели и наполнились печалью. Она сидела, обняв колени, и смотрела на гору тел, лежащих рядом. Быстрая, кровавая река несла бездыханные тела в царство теней. Волосы девушки разметались по плечам, а некогда белая одежда, была вся в крови. Она не замечает своего внешнего вида и состояния, лишь держала за руку недвижимое тело Амена. Кровь, разлившаяся вокруг, напоминала о том, что произошло. Эва не чувствовала боли или страха, только пустота. Она не знала, как жить дальше без него, как справиться с очередной потерей. Теплая рука нежно коснулась её волос, стараясь утешить. Но река манила, отпускать его руку она не хотела. — Эва… Останься, милая госпожа… — тихий голос мурчал рядом. Слезы медленно катились по её щекам, оставляя мокрые дорожки. Она пыталась сдержать всхлипы, но они всё равно прорывались сквозь её попытки быть тихой. Её плечи подрагивали, а руки крепко сжимали его ладонь. — Прости… — шептала она. — Я тебя погубила… — Живи! — голос Амена заставил её вздрогнуть. — Они были в каком-то величественном зале. Амен сжимал её руку, но смотрел совсем в другую сторону. В дали на возвышении его ждали. — Нет… — прошептала Эва. — Не уходи… — Мне пора, неферут. — он говорил спокойно, почти отрешенно. Разжав с силой её руку, он зашагал прочь, не в силах стоять Эва упала на колени, но двинуться с места не могла. С каждым его шагом ей становилось хуже, и белая пелена застилала глаза. Сон оборвался так резко, будто Эву кто-то толкнул. Она открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Сердце колотилось как бешеное, а по спине бежал холодный пот, она была вся в слезах. Эвтида попыталась восстановить дыхание и огляделась. Рядом с её постелью у изголовья сидел Ливий. — Моя милая госпожа, тише. — поднявшись он сел рядом, обнимая и утешая Эву, дав возможность ей выплакать своё горе. ___________________________________ Лекарь предложил ей бежать из Египта, от охотников, Сета, хвори и всякой беды. После гибели Амена прошло не мало дней и дела в стране песков становились всё хуже. Хотя Сет не донимал её своими просьбами, но она понимала, что он вернется и потребует уплатить долг, а это лишь временная отсрочка. Бежать, как крысе Эве не хотелось, но и жить в Фивах было невыносимо. Через пару дней они с Ливием отправлялись в столицу.