Спящие в гробах

Сюэ Ян: Ты — слепой, я — мудак. Какие нахрен дети?! Сяо Синчень: Мааааленькие. . Первого потеряшку-побродяжку лет пяти Сяо Синчень подбирает в городе И на рыночной площади. Сюэ Ян пытается пристроить его дня три, потому что, ну, куда им ещё ребенок? Потом потеряшка обворовывает его. — Ты, — говорит Сюэ Ян, — сначала ты показываешь мне, как ты это сделал. Потом идёшь выбирать себе гроб. Мальчишка не пугается. Мальчишка уже видел, в чем Слепышка спит, а гробов этих в сарае на заднем дворе достаточно. . Второго ребенка приносит сам Сюэ Ян. Это девочка четырех лет. Она умеет материться круче Сюэ Яна. — Я просто не мог бросить ее на дороге, — ворчит Сюэ Ян. — Я найду, кому ее пристроить. В это не верит никто. Он тоже не верит. . Слепышка разбивает огород. Возится она в огороде почти как зрячая. Сюэ Ян хочет проверить ее как-то… но у него слепой даос на руках и двое мелких детёнышей, которые в огороде возятся охотно. . Ещё одну девчонку, но уже лет десяти притаскивает Сяо Синчень с ночной охоты. — Вы чередуетесь, что ли? — не выдерживает Слепышка. — А-Мин знает о лечебных травах, ее бабушка была травницей, — мягко говорит Сяо Синчень. А-Мин начинает трясти от этих слов. Даочжан слепой. Слепышка слепая. Мелкие, которых Сюэ Ян зовёт про себя Потеряшкой и Крикуньей, спят уже. Единственный, кто видит, что девочку трясет, это Сюэ Ян. Он почему-то уводит ее в дом и наливает ей чай. Сяо Синчень улыбается ему солнечно. Это того стоит. Наверное. . Огород под руководством А-Мин разрастается и начинает приносить плоды и доход — мази и настойки на ее травках у даочжана выходят такими, что из соседних городов приезжают. С одной стороны, плохо, потому что гуй знает, кого ещё принесет, а с другой… — Дорогой друг, — улыбается солнечно Сяо Синчень, — вот и мои навыки начали приносить нам доход. Теперь дети смогут питаться лучше. Сюэ Ян с ним не спорит — с блаженными спорить бесполезно. Вместо этого он говорит с детьми. Дети соглашаются, что даочжан слишком худой и его надо откормить. Сюэ Ян даже радуется, что не оставил мелких гнить в канаве. Вслух. Паршивцы смеются. . Как в доме появляются двойняшки Лунь и Лань, Сюэ Ян не знает — он уезжает на месяц, чтобы послушать слухи и понять, насколько он мертв для мира. Так что двойняшки появляются без него. Но он смотрит на ещё один гроб в комнате и говорит: — Все наши дети спят в гробах, даочжан. Нечисть их не тронет, потому что за своих примет. Сяо Синчень тихо смеётся, а потом спрашивает: — Чье это дыхание? — Лин-Лин, ей полгода, — обречённо объясняет причину своей задержки Сюэ Ян. — Молочные козы пока во дворе. Надо с ними что-то сделать. Сяо Синчень не особо его слушает — вручает Лин-Лин Слепышке, выгоняет детей и заставляет Сюэ Яна раздеться, чтобы нормально обработать и перебинтовать его раны. — Доачжан, мы с тобой безнадёжные глупцы, — смеётся горько Сюэ Ян. — Безнадёжные. Сяо Синчень с ним не спорит. Кажется, он тоже считает, что с блаженными спорить бесполезно. . К третьему году в городе И детей становится семь. — Что же, — говорит Сяо Синчень, — пора бы подумать о вашем обучении. — А Злой Господин нас уже учит! — радостно сообщает Лань. — Он меня научил мальчикам по яйцам давать!.. И куда мужиков бить, если зажмут. Сюэ Ян молчит и смотрит на растерянного Сяо Синченя. — Что же, — справляется с собой даочжан. — У вас есть основы самообороны. А сейчас я говорю о полноценном обучении и ремеслу по вашей душе. Дети переглядываются и пофыркивают. С даочжаном не спорят — им давно Сюэ Ян объяснил, что с блаженными спорить бесполезно, а паршивцы смотрят на него и соглашаются каждый раз, а. . Когда в город заявляется Сун Лань, Сюэ Ян честно хочет его просто убить. Или убить руками даочжана. Или ещё как. Сун Лань должен сдохнуть. Но на Сюэ Яне висят одновременно четыре мелких паршивца, когда он замечает врага. Детей затолкать за спину быстро не удается, а потом на их вопли даочжан является. Сюэ Ян закрывает глаза и вздыхает. Ну все. Конец. . Сун Лань смотрит на него из другого угла комнаты, но не суется, цедит чай, ждёт, когда даочжан мелкоту утихомирит. Мелкота успокаиваться не собирается, уходить отказывается и кучкуется рядом с Сюэ Яном. Сун Лань не выдерживает: — Дети, вы понимаете, что этот человек вырезал целые кланы? Сюэ Ян терпеливо вздыхает. Сяо Синчень, которому нормально ничего не объяснили ещё, застывает, и начинает осознавать, кажется. А его паршивцы почти хором удивляются: — Правда?! — и оборачиваются на него: — Злой Господин, расскажииии!!! Сюэ Ян закрывает глаза и говорит своим голосом: — Почему ты просто не оставил меня умирать в канаве, даочжан? Сяо Синчень пытается сесть мимо скамьи, но паршивцы бдят и устраивают его нормально, чай приносят и вообще меч подальше оттаскивают. Сюэ Ян вздыхает. . — Четыре года! — кричит Сяо Синчень. — Четыре года ты мне лгал! — Я просто не называл своего имени, — говорит Сюэ Ян. — В чем ещё я тебе солгал, даочжан? В чём ещё? Они стоят друг против друга — без мечей, но они и без оружия сцепиться могут. Сун Лань не суется предусмотрительно. А вот кто-то из девчонок выдает тихо и с придыхание: — Поцелуются? Ей отвечают так же тихо: — Дак они уже, потому даочжан и сердится. — Мы не целовались! — оборачивается к ним Сяо Синчень. — Я не… Я никогда не… Он выбит из колеи, потому и несёт чушь. Сюэ Ян уточняет: — То есть ту новогоднюю ночь ты всё же не помнишь. А кто-то твердил, что с чарки не захмелеет. Сяо Синчень краснеет. А Сюэ Ян не железный. Да и Сун Лань весь напрягается, готов честь товарища защищать. Девчонки нагло орут: — Ура! Губы Сяо Синченя… мягкие. . Сун Лань живёт с ними уже неделю — он не верит, что Сюэ Ян исправился. — Правильно не верит, — ворчит Сюэ Ян. — Я ужасный человек. Даочжан, тебя сейчас на люди показывать нельзя. Я всю шею тебе… Сяо Синчень хлопает его по груди возмущённо и краснеет. А хорошо они драку в близость перевели, а. — Вот чего ты стесняешься? — почти мурчит Сюэ Ян. — У нас с тобой девять детей, а первый поцелуй я от тебя только на днях получил. — А в новогоднюю ночь? — теряется Сяо Синчень. — А новогоднюю ночь я не помню, — ухмыляется Сюэ Ян. — Я думал, что это только мой прекрасный жаркий сон. Сяо Синчень почему-то молчит и гладит его по груди. . Сун Лань остаётся. И он же помогает Сюэ Яну с ремонтом. Ремонт — штука необходимая. Тем более, что с ночной охоты Сун Лань приносит мальчишку. — И ты! — кричит на него возмущено Слепышка. — Теперь и ты будешь детей таскать? А ну дай сюда. Он промок и у него жар! Ребенка она у растерянного Сун Ланя забирает и уносит в дом. — Она зрячая? — уточняет Сун Лань. — Либо это, либо она помнит, в каком виде мы обычно детей притаскиваем, — пожимает плечами Сюэ Ян. — Теперь у нас десять детей и слишком мало гробов, — выглядывает из дома Сяо Синчень. Сюэ Ян смеётся. Все их дети продолжают спать в гробах и странно этому радуются. — Если ваш орден назовут орденом спящих в гробах, я не удивлюсь, — меланхолично сообщает Сун Лань и уходит в дом. — Орден? — нагоняет его Сюэ Ян. — Какой орден? Вот так они основывают орден. Бывает