Глава первая

Гарри Джеймс Поттер, почти восемнадцатилетний волшебник, находился на кладбище в Годриковой Впадине. И если спросить, что он там делал, то прямо сейчас он пытался понять как же ему дальше жить. Вообще-то, последний год выдался для Поттера не самым лёгким. Как, впрочем, и вся его, пока ещё не очень долгая, жизнь. Но последний год был особенно тяжёлым. А началось всё еще до его рождения. Обстановка тогда была напряжённая. К власти усиленно рвался Том Риддл, главный террорист магической Британии. Работа министерства магии была парализована, благодаря тому, что на ключевых постах находились люди Волдеморта. Такой псевдоним этот самый Том Риддл себе придумал. Были, правда, среди волшебного населения маги, которым было совсем не безразлично, кто будет ими управлять. Включая его родителей. Вот они-то против Волдеморта и сражались. И всё бы могло у Риддла получиться, даже несмотря на оказываемое ему сопротивление, если бы не пророчество. В котором говорилось, что через некоторое время родится ребёнок, единственный способный победить Волдеморта. И убить, при этом, друг друга могут только они. Риддл и этот самый ребёнок. Ну, когда подрастёт, разумеется. Услышав часть пророчества Волдеморт переключился на поиски ребёнка, тем самым отсрочив время своего окончательного прихода к власти. А потом и вовсе об этого ребёнка почти самоубился. Правда, к тому времени он успел, как говорится, «наклепать» себе хоркруксов и превратиться в подобие лича, поэтому и потерял тогда только своё физическое тело. Вместилище души. А сама его душа, точнее то что от неё осталось, задержалась на этом свете. И ей понадобилось целых тринадцать лет, чтобы заполучить физическое тело, вновь превратиться в почти полноценную личность и продолжить дело всей своей жизни. По странному стечению обстоятельств, Гарри, как раз, и оказался тем самым ребёнком про которого говорилось в пророчестве. А потом еще и свидетелем возрождения Тома. Вот только не поверили ему тогда властьимущие. И Поттер стал усиленно готовиться к предстоящей схватке, а может быть даже и войне. Прекрасно понимая, при этом, что смысла убегать и прятаться для него не было. Жизнь-то, если её можно так назвать конечно, у лича очень долгая. Поэтому рано или поздно их встреча состоится. Ещё Гарри прекрасно понимал, что шансов остаться в живых, после этой встречи, у него почти нет. Но и покорно подставляться под убойное заклинание от Тома он тоже не собирался. Вот и готовился. Помогала ему в этом его подруга, Гермиона Джин Грэйнджер. Родственная душа и единственная любовь всей его жизни. Кстати, у Поттеров всегда так было. То ли Судьба, то ли Магия сводила их со своими вторыми половинками. Вот только жили они при этом не всегда долго, и умирали не всегда в один день. Как выяснили Гарри и Гермиона, чтобы окончательно победить Волдика нужно было сначала уничтожить его хоркруксы. Части его души прикреплённые к каким-нибудь неодушевлённым предметам или живым существам. Правда, сначала нужно было получить информацию про сами хоркруксы, выяснить какие предметы использовал Волдеморт и определить какими методами и средствами они уничтожались. И, самое главное, найти их. Вот этими-то поисками и уничтожение хоркруксов занялись Гарри и Гермиона. Заодно, прореживая ряды сторонников Волдеморта. Он-то, к тому времени, когда подростки начали свою миссию, успел к власти прийти. И как только это произошло, Поттер и Грэйнджер тут же были объявлены личными врагами Волдеморта. Вот и пришлось им, что называется, на «тёмный» террор ответить «светлым». Благо, что хоть к определённому месту они привязаны не были. Аппарацию-то никто не отменял. Вот они и перемещались по стране, собирая по крохам крупицы информации, помогающие им отыскать хоркруксы. А когда они их находили, то уничтожали и двигались дальше, оставляя за собой «кровавый» след. Иногда, правда, приходилось не след оставлять, а «прорубать просеку» в толпе врагов уходя от погони. А ещё нельзя было дать понять Волдеморту, что его хоркруксы планомерно уничтожаются. Кстати, последним хоркруксом, оказался сам Гарри. И, чтобы перестать им быть, ему пришлось подставиться под Аваду Тома. Ненадолго умереть и вновь ожить. Ну, и завершить их противостояние в поединке. Случилось это во время битвы за Хогвартс, школу чародейства и волшебства, в которой учились Гарри и Гермиона, но так и не успели её закончить. Почему именно там? Да потому что Хогвартс стал центром противостояния волдемортовскому режиму. Собрались здесь все те, кто не желал жить под его властью. А Волди собрал своих сторонников и двинул их на школу. Вот там-то всё и закончилось окончательной смертью Волдеморта и сокрушительным разгромом его сторонников. Помогло еще Гарри то, что он считался Хозяином Смерти. Была в их мире сказка про трёх братьев, которых Смерть наделила своими Дарами за их заслуги. Но, как потом выяснилось, сказка эта оказалась совсем не сказкой, а былью. А Дары реально существующими. Первым из них была особая волшебная палочка, дарующую непобедимость своему владельцу. Вторым — Воскрешающий камень, помогающий призвать в наш мир души умерших. Третьим — была мантия-невидимка. А чтобы стать Хозяином Смерти нужно было собрать дары вместе. Вот только, почти никто не знал, что полноценно работать Дары могли только в руках потомка одного из трёх братьев. А так как Гарри таковым оказался, то и смог он, сам того не ожидая, этим самым Хозяином стать. Что и помогло ему «завалить» Тома в конце концов. Вот только счастья это ему не принесло. Слишком уж высокой ценой победа ему досталась. Погибла его родственная душа, любовь всей его жизни и самый близкий человек в этом мире. Его Гермиона. Убита она была подло, в спину. А убил её их бывший друг Рон Уизли. Ленивая, завистливая и ревнивая тварь. Потому как, он и сам в своё время имел виды на Гермиону. Но получив отказ на свои притязания, видимо, так этого самого отказа и не простил отказа, и затаил зло. А узнал об этом Гарри использовав Воскрешающий камень. Душа Гермионы, которую он призвал ненадолго, рассказала ему про Рона. Видела она как тот злорадно улыбался глядя на её мертвое тело. Гарри отпустил душу любимой, а сам призвал Рона. — Акцио Рон Уизли! — проорал тогда Гарри использую палочку Смерти. И через несколько секунд к нему под ноги свалился скулящий Рональд. — Гарри, я случайно, — оправдывался Рон, — я не хотел, я не подумал. — А тебе больше и не нужно будет думать, Рон, — ответил Гарри и «приложил» его «фирменным» поттеровским проклятием. Поттеры были родом старинным и теми ещё… пацифистами. Вот и успели понапридумывать всяких заковыристых проклятий, одним из которых Гарри «приложил» Рончика. Умирал Рон недолго. Всего-то минут пять. Но, очень и очень мучительно. Настолько, что под конец от него осталась всего лишь горстка праха, да и ту развеяло налетевшим порывом ветра. Правда, сам Гарри этого уже не увидел. Он подхватил тело Гермионы на руки и аппарировал. В Годрикову Впадину, на кладбище. Туда, где были похоронены его родители. Вот, там-то, рядом с их могилами он и похоронил еёу. А потом задумался о том, что же теперь делать. Как жить дальше? Так как знал он, что его жизнь без Гермионы будет серой, тусклой, унылой и беспросветной. И, как ему быть дальше он совершенно не представлял. — Что же мне теперь делать-то? Подскажите кто-нибудь. Магия, Судьба, Жизнь, Смерь, кто угодно, — проговорил вслух Гарри. — Ладно, — раздался вдруг чей-то голос у него за спиной. — Я тебе подскажу. Гарри резко обернулся и увидел… существо, наверное. Высокое, больше двух метров ростом, закутанное в бесформенный балахон скрывающий очертания фигуры и глубоким капюшоном надвинутым на голову. Так что лица его видно не было. Кстати, голос у существа тоже был… средним. Не мужским, и не женским. — Здрасьте, а вы кто? — спросил Гарри. — Смерть? — Ну, вот еще. Делать ей больше нечего как лично с каждым смертным общаться. Я всего лишь её аватар. — А что вы тут делаете? — А совета кто спрашивал? — Э-э-э… ну… я, вообще-то, — протянул Гарри. — Вот именно, — аватар поднял вверх палец. — Для этого я здесь. Чтобы дать тебе совет и оказать помощь. — Просто так? — уточнил Гарри. Аватар посмеялся и ответил. — Нет, конечно. Я что по твоему, на благотворителя похож? — хмыкнул он в ответ. — Ты вернёшь мне мои Дары и потратишь почти всю свою магию. — А магию то на что? — не понял Гарри. — Потому что я отправлю тебя в другой мир. Очень похожий на этот. А это не так просто даже для меня. Да, и вот ещё что. Ты, по возможности, тоже соберёшь там мои Дары и уничтожишь их. Адское Пламя как раз поможет в этом. Гарри задумался. — Но, скажите? Всё, наверное, не так просто. Скорее всего у меня будет какая-то задача, помимо сбора ваших Даров. Не за мои же красивые глаза вы мне помогаете. Аватар снова посмеялся. — Конечно, нет. В том мире есть человек, который отчаянно нуждается в твоей помощи. Тамошняя Гермиона Грэйнджер. — А…? — Нет. — Но вы же даже не знаете о чём я хочу спросить. — Не забывай с кем ты разговариваешь, смертный! — повысил голос аватар. — Наоборот Эта Гермиона, совсем не против. Так что, давай, «двигай» потомок Игнотуса. Аватар взмахнул рукой и пред ними появилась арка портального перехода. Только перед этим они ещё немного поговорили, и уже после чего Гарри сложил Дары у его ног, поблагодарил за предоставленную возможность и, шагнул в портал. *** А в это самое время, но, в другом мире, проходил отбор участников Турнира Трёх Волшебников. В кубке, который проводил отбор горел огонь и ещё из него вылетали кусочки пергамента с именами участников. Рядом стоял директор школы чародейства и волшебства Хогвартс Альбус Дамблдор. Именно в этой школе проходил Турнир и Альбусу поручили объявить имена чемпионов. А так же участницами Турнира были школы Шармбатон и Дурмстранг. Когда вылетел первый кусочек пергамента, Дамблдор протянув руку, схватил пергамент и гром­ким, отчетливым голосом прочитал: — Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам. Вторым чемпионом была избрана шармбатонка Флёр де Ла Кур, а третьим — Седрик Диггори из Хогвартса. И вот, когда они были избраны, огонь в кубке вдруг стал кроваво-красным. Пламя взметнулось к потолку и из кубка вылетел еще один кусочек пергамента. Дамблдор поймал его, посмотрел и удивлённо уставился на кубок. — Ну, что там ещё такое, Альбус? — спросил его директор Дурмстранга Каркаров. — Сам не понимаю, Игорь, как такое возможно. Этого человека давно нет в живых. — всё ещё недоумённо глядя на кусочек пергамента ответил Дамблдор. — Да кто же это? — Гарри Поттер. В этот момент невдалеке от постамента с кубком вдруг возникло голубое полупрозрачное свечение овальной формы и размерами примерно метр на два. Сначала оно уплотнилось и стало как зеркало. Вот только отражалось в нем не окружающая обстановка, а что-то вроде длинного коридора или даже тоннеля. Из которого, неожиданно, кто-то вылетел, головой вперёд. Вылетевший приземлился на руки, кувыркнулся, встал на ноги и тут же отскочил в сторону. — Как будто уходит с «линии вероятного огня». — подумал Альбус. — Да и выглядит он… как будто только из боя. А ведь молодой совсем. Лет семнадцать на вид. Ну, может и восемнадцать. Откуда же ты такой взялся парень? Парень, меж тем, быстро осмотрелся, внимательно сканируя окружающее пространство. Одновременно с его взглядом перемещался кончик волшебной палочки неизвестно откуда появившейся в его руке. Прибывший осмотрелся и, очевидно, признав окружающую обстановку невраждебной, крутанул кистью, опять непонятно куда пряча палочку. Затем посмотрел на Альбуса так и застывшего с кусочком пергамента в руке и… упал в обморок. *** Утром следующего дня Гарри очнулся в медицинском крыле и даже в своей «персональной» кровати. Единственное, что отличало эту кровать от той, в оставленном им мире, так это отсутствие таблички с его именем на изголовье. Он «прислушался» к своему самочувствию и понял, что магическое истощение с которым он сюда прибыл почти прошло. В принципе, он был готов покинуть больничное крыло, если только здешняя мадам Помфри не будет похожа на её двойника из того мира. Той-то только в руки попади. Потом не вырвешься. Без боя. — А вот, кстати и она, — увидел Гарри подходящую к кровати медведьму и поздоровался. — Здравствуйте, мадам Помфри. — Здравствуйте молодой человек. Что-то не припоминаю вас в нашей школе. — Вы ведь наверняка сообщили директору о том, что я очнулся и он уже спешит сюда. Вот обоим вам и расскажу, что бы не повторяться. В этот самый момент в помещение вошёл директор с палочкой в руке. И незамедлительно в его сторону полетело заклинание. — Эксио, — произнёс Гарри и палочка Альбуса оказалась в его руке. Эксио было заклинание придуманное и часто применяемое на практике Гарри и Гермионой еще в том мире. Представляло оно из себя нечто среднее между Экспелиармусом и Акцио. Чтобы палочка противника наверняка оказалась в руке у колдующего. — Что вы себе позволяете, молодой человек? — возмутился директор. — Ничего особенного, — ухмыльнулся Гарри, — всего лишь претворяю в жизнь принцип Аластора Муди. Постоянная бдительность. К тому же у меня рефлекс. Впрочем, скажите мне своё полное имя. — Альбус Персиваль Брайан Дамблдор. — Э-э-э… А… Вульфрик? — Меня так никогда не называли. — Хорошо. Я Гарри Джеймс Поттер разрешаю Альбусу Персивалю Брайану Дамблдору пользоваться моей волшебной палочкой. При условии непричинения вреда мне и моим друзьям, конечно, — произнёс Гарри и протянул палочку директору. Тот взял обратно палочку и спросил: — Вашей? — Разумеется, Альбус, разумеется, ответил ему Гарри. — Или вы не знаете чьими потомками являются Поттеры? Кстати, вот ещё вопрос. Вы, случайно, не знаете где наша фамильная мантия-невидимка? — В Гринготтсе. — Очень хорошо, — обрадовался Поттер. — Тогда дайте мне клятву о неразглашении и присаживайтесь, пожалуйста. А я расскажу вам кто я и попробую сделать несколько предположений. Надеюсь, вы меня поправите, если я окажусь не прав. После клятвы полученной от Дамблдора, у Помфри была своя клятва медика и она не могла выдать тайну пациента, Гарри начал свой рассказ. — Скажите, — спросил он для начала, — вы слышали что-нибудь о множественности миров? — Краем уха, — директор заинтересованно посмотрел на Гарри. — Но думаю вам лучше обсудить этот вопрос с мисс Грэйнджер. Нашей самой умной студенткой. — Четвёртый курс, Гриффиндор? — уточнил Гарри. — Рэйвенкло, — ответила мадам Помфри. — Вот как? Хм-м. Ну, надеюсь она дружит с Луной и не даёт её никому обижать. — Вы имеете в виду мисс Лавгуд? — вновь ответила Помфри. — Да они действительно дружат и очень часто мне помогают. — Ну, что ж. Это радует. Так вот, — начал он рассказ о себе. — Меня зовут Гарри Джеймс Поттер и, я из параллельного мира. Родился я тридцать первого июля тысяча девятьсот восьмидесятого года. Моими родителями были Джеймс Поттер и Лили Эванс. В девичестве, конечно. Там я был сиротой. Моих родителей, на Хэллоуин восемьдесят первого убил Волдеморт. А меня не смог и развоплотился. В девяносто пятом он снова возродился и вчера я его наконец прикончил. Дальше Гарри помолчал, давая собеседникам время на осмысление. — Да, и вот ещё что, — добавил он. — Скорее всего наш мир опережает ваш по времени на три года. У вас же вчера был Хэллоуин, то есть конец октября? И год у вас девяносто четвёртый? Так? — Ну, да. Так. — ответил на этот раз Альбус. — А у нас вчера было второе мая девяносто восьмого, — сообщил Гарри. — И, теперь я позволю себе сделать несколько предположений, если вы не против. — Нет, нет. Продолжайте, — попросил Альбус. — Хорошо. Во-первых, вчера у вас тут проходил выбор чемпионов Турнира Трёх Волшебников и кубок выбросил четыре имени, включая моё. Во-вторых, так как моё имя было избрано кубком, то мне придётся в Турнире поучаствовать. Ну, и в-третьих, я думаю, что в этом мире отсутствует свой Гарри Поттер. Скорее всего погиб в младенчестве. Был убит Волдемортом или кем-то из его прихвостней. Но, скорее всего им самим. Вот такие у меня имеются предположения, — закончил он говорить. — Вы правы, Гарри, вы же позволите старику обращаться к вам по имени. — подтвердил Дамблдор. — Главное, мальчиком своим не называйте, — ухмыльнулся в ответ Поттер, — а то наш Дамблдор очень любил называть всех мальчиками и девочками. Даже профессоров. Миневру, Помону, Северуса. Разве что, с Филиусом такой номер не проходил. — Да нет у меня такой привычки, — возмутился Дамблдор. — Представляю как это выглядит. И как это воспринималось бы студентами. Особенно магглорождёнными. Н-да. Ну ладно. Тогда, в восемьдесят первом у нас тут погибли все Поттеры. Джеймс, Лили и их сын Гарри. И Волдеморт. Вот только, боюсь, что в свете последних событий, слухи о его смерти несколько преувеличены. — Я тоже пришёл к такому выводу, директор.