Часть 2. Изуна Учиха

Сука! Ублюдская техника! А он, идиот, даже не подумал о том, что здесь есть какой-то подвох! Что, хотел себе Клан Учиха? Хотел старшего брата? Хотел иной жизни? Так получай и наслаждайся, мать твою! Быть теперь тебе четырехлетним Учихой Изуной, сыном Главы во времена Клановых Войн, и братом самого Мадары! Извращенное, абсурдное отражение его желаний… Да, боги славно пошутили, он это оценил! Биджев риннеган, что открыл проход сюда… Это ведь именно этот Глаз Бога сумел как-то подслушать его мечты, и реализовал их в такой издевательской форме! Дав в родственники того, кто желал уничтожить его мир и едва не убил его там! Сделав его ребенком… И теперь он вынужден притворяться, что является Изуной, если не хочет быстро, но болезненно умереть от руки своего нового отца. Благо, он – Учиха, всегда им был и остается до сих пор, так что никто не заподозрит в нем кого-то из другого Клана. А вот если бы он очнулся в одном из Сенджу… Скорее всего, его быстро бы раскрыли, уж слишком различаются их внутренние порядки. Ну и, безусловно, помогло то, что обрывки памяти прежнего владельца тела у него остались. Не четкие воспоминания, нет, но, к примеру, в том мужчине, которого увидел сразу после того, как пришёл в себя, он сумел опознать отца Изуны, Таджиму Учиху. В большом доме, стоящем в центре кланового поселения, без труда узнался дом Главы, и он быстро понял, что угловая комната на втором этаже – его. Эти робкие девушки – служанки, и он периодически подшучивает над ними… Так, стоп. Не он, а Изуна. А ему уже давно не четыре года, не будет же он заниматься таким ребячеством! Нет, он – взрослый шиноби, пусть не телом, но душой, и его задача – вернуть себе свои силы, стать тем, кем он был – одним из двух сильнейших ниндзя мира. Учитывая, что его новоявленный братец – безумец, который хочет погрузить мир в вечное гендзюцу, ему стоит приложить все усилия для этого… И ничего страшного, что характер «Изуны» поменяется. Ирьенины, после осмотра, диагностировали у него сильное сотрясение, и предупреждали о том, что это может привести к последствиям вроде легкой амнезии, забывчивости и необычного поведения. А если вспомнить еще и о том, что у него как бы пробудился шаринган… Нет ничего удивительного в том, что мальчик изменился, и теперь стал замкнутым, уделяющим тренировкам все свое время. Да и вообще, что может быть лучшей мотивацией, чем то, что тебя в спарринге едва не прибил твой старший брат, уделав одним метким ударом в голову…? – Изуна, теперь, после того, как ты пробудил наше родовое додзюцу, тебе необходимо его освоить. Каждый день ты будешь заниматься с Макото-саном, и я буду очень недоволен, если узнаю, что ты не уделяешь этим урокам должного внимания, ясно? – Да, отец, – Саске… нет, теперь уже Изуна, почтительно поклонился. М-да, похоже, часть своего времени ему придется тратить на эти бесполезные занятия… Но не говорить же Таджиме, что он давно владеет шаринганом, и даже его высшей формой? Просто тело еще не готово к Мангекё, а так, то, что он пережил, никуда не делось… Он уже получил эти проклятые глаза один раз, и они останутся с ним навсегда. – И, я думаю, что тебе стоит и дальше продолжать свои спарринги с Мадарой, раз уж их последствия оказались столь удачны. Что, ты этим недоволен? – Я…, – его передернуло, – Я хотел бы вновь сразиться с братом тогда, когда почувствую, что смогу победить его…, – чтобы стереть ублюдка с лица земли, – … Сейчас он сильнее меня, и я хочу его превзойти. – Похвальное стремление, – довольно кивнул Таджима, – Что ж, хорошо, тренируйся, и, я надеюсь, вскоре ты достигнешь уровня своего брата. Именно на ваших плечах лежит будущее нашего Клана! Будущее Клана… Какие странные и непривычные слова. Для него всегда существовало лишь прошлое, будущее же было уничтожено его братом. Кровь Учих пропитала землю, перестав течь в жилах шиноби, и лишь он один оставался носителем благородной фамилии. А сейчас, род жив-здоров, и его судьба зависит от него, от… от Изуны. Он – сын Главы, пускай и не наследник, он станет одним из сильнейших представителей Клана, именно на его плечах лежит ответственность за процветание его новой семьи. Именно ему придется делать все, чтобы кровь Учиха жила, чтобы члены его рода не погибли от руки соклановца, считавшего, что нет иного пути. Ему… и Мадаре. Снова его брат – тот, кто поставит Клан на грань уничтожения. Но теперь у него есть шанс все исправить, остановить безумца, идеи которого не принесут блага ни роду, ни миру шиноби. Он видит для Учих иной путь, и знает, что Мадара слеп, а значит, именно он должен повести Клан за собой, не дать новоявленному брату разрушить все, остановить его. И он сделает это! Ради чего, в конце концов, риннеган отправил его сюда, в это тело? Но для этого надо стать сильным. Сильнее, чем сам Мадара. Это получилось у него в том мире, но лишь благодаря силе Мудреца Шести Путей. Здесь, у него нет этой мощи, но и сам будущий Бог Шиноби еще ребенок, а не безжалостная и неостановимая машина смерти. У него нет риннегана, нет генов Первого Хокаге, нет биджу под рукой, даже нет Мангекё! Разве он не справится с ним, при желании? Стоит лишь подготовить это тело к силе высшей формы шарингана, и Мадара не устоит перед его силой! А до той поры, нужно тренироваться и развиваться. И не погибнуть где-нибудь случайно, во времена Клановых Войн это проще простого. Насколько он помнил, по рассказу Хаширамы из прошлого-будущего, в это время бои шли не на жизнь, а на смерть, не щадили никого, даже детей, которых швыряли в сражения, едва те осваивали базовые умения. И ему, Изуне, предстоит поучаствовать во многих битвах с вражескими Кланами, в том числе и с Сенджу, извечными противниками Учих. И его собственным, личным врагом, с которым он сойдется не раз и не два, будет сам Тобирама… Это был страшный по силе шиноби, он помнил это по Четвертой Мировой. Его жажда крови была способна заставить трещать стены и проминаться пол, его скорость поражала, а главное, он был совершенно безжалостен к своим врагам, коими он всегда считал Учих. Да, конечно, сейчас он лишь ребенок, как и сам Изуна, и ему еще далеко до того Второго Хокаге, каким он его знал… Но и он сам сейчас не тот Саске Учиха, что владел Вечным Мангекё и риннеганом! Это не делает его менее опасным противником, против которого можно расслабиться. Могучий Сенджу тоже будет доводить себя до предела тренировками, и вряд ли будет хоть сколько-нибудь уступать ему в силе, без учета имеющегося Мангекё, разумеется… Ему нужно пережить столкновения с ним, если он хочет спасти Клан! Впереди – упорные тренировки и годы самосовершенствования, бесконечные битвы и множество смертей. Но разве это не его судьба? Вот та жизнь, для которой он годится! Это то, к чему он привык, на что он способен, как он живет. И он справится со всем, что бы ни выпало на его долю!

***

Ха, а Мадара-то, похоже, трус! Старательно избегает встреч с братом, которого едва не пришиб! Стоило Изуне где-то встретить его, как тот скоропостижно испарялся, явно не желая говорить с ним. Даже не извинился за свою оплошность… Наверное, это было даже где-то обидно, что братец так упорно не желает с ним видеться, все же, не чужие друг другу люди, так сказать. Хотя… Так меньше соблазна наплевать на все и попробовать вдарить по гаду Аматерасу, чтоб от того даже пепла не осталось! Так что пусть и дальше прячется и не провоцирует Изуну на всякие глупости... Что было для него удивительно, так это то, что Клан… просто жил. На дворе, вроде как, Эпоха Клановых Войн, должны греметь безостановочные конфликты между родами шиноби, а вот так посмотришь со стороны, и как будто и нет ничего. Да, бегают патрули, охраняющие поселение, приходят и уходят отряды, действующие где-то далеко, то ли сражающиеся, то ли просто выполняющие миссии, временами пополняется кладбище… Но он ожидал большего. Ожидал постоянного потока мертвых и раненых, ожидал боев прямо на порогах домов, ожидал крови, что не просыхала бы на кунаях… Но нет, ничего такого. Быть может, сейчас установился шаткий мир? Так или иначе, это было ему на руку, ведь пока нет напряженных боев, его никто не посылает в битву, и он может вернуть хотя бы часть своих сил посредством тренировок. А то его ведь и вправду могли отправить куда-нибудь в патрули, даже несмотря на то, что ему всего четыре – шаринган-то есть! А значит, и сил для того, чтобы постоять за себя, хватит. Многие попадают в свой первый бой, даже не получив додзюцу, Мадара, еще не пробудивший свои глаза, но уже ходящий на миссии и убивающий врагов, яркий тому пример. А он пока что тренируется, уделяя этому все свое свободное время. Уделял бы и больше, вот только есть и иные вещи, которые от него требуют. И ладно бы все ограничивалось занятиями по освоению шарингана с каким-то старым дедком, имя которого Изуна даже не пытался запомнить! Они были еще хоть как-то полезны, в конце концов, в прошлом у него не было учителей, которые рассказали бы ему об управлении додзюцу, за исключением Какаши, который не был Учихой, так что учился он в основном методом проб и ошибок. Но, помимо этих уроков, были еще и вещи, обусловленные возрастом: чтение, правописание, математика, география и т.д. Вот уж к чему он не был готов! Академию он уже давным-давно окончил, ему не четыре года, он все это знает! Вот только остальным об этом неизвестно… Дерьмо! И приходится ему, вместо тренировок, сидеть за партой во второй раз в жизни! Бесполезная трата времени… Да, сын Главы должен быть образован, но ему-то все это зачем слушать по второму разу? Пока он тут сидит, его противники становятся сильнее, вон, Мадара ходит на миссии, тренируется, сражается с реальными противниками и набирается опыта! У него нет времени! Но увы, ничего изменить он не мог, ибо за ним бдел сам Таджима Учиха. Глава Клана внимательно следил за своими сыновьями, и не позволял Изуне даже подумать о том, чтобы уклониться от каких-либо занятий. И любая подобная попытка жёстко пресекалась… – Ты должен быть дисциплинированным! – от мощной затрещины он улетел в стену, а в глазах потемнело. Все же, организм еще не до конца оправился от сотрясения… – Я говорил тебе, что не потерплю новых прогулов? – его схватили за шкирку и швырнули на лавку. В края одежды вонзились сюрикены, надежно пригвоздив его к деревянной поверхности… – Ты должен слушаться своего Главу! – тонкая бамбуковая палка со свистом рассекла воздух и хлестко ударила его по босым ступням, заставив сжать зубы, чтобы не вскрикнуть от боли. – Ты! Должен! Слушаться! – каждый удар оставлял ярко-багровый след на бледной коже. Чакра помогала слегка ослабить боль, но какой контроль над ней у четырехлетки? Таджима прекрасно знал, что даже такие, незначительные для взрослого шиноби удары, прекрасно чувствуются детьми… – В следующий раз ты так легко не отделаешься! – Глава отбросил переломившуюся надвое палку, – Ты понял меня? – Да, отец…, – говорить было тяжело из-за прикушенной от боли губы и подкатывающих слез. Долбанное детское тело… Обладай он прежней силой, стер бы его в порошок! – Вот и славно! Теперь ты дважды подумаешь, прежде чем дурить меня!