Часть 6. Встречи

Вот уже два года... Два года, как он не Саске, а Изуна Учиха, один из двух оставшихся у Главы Клана сыновей. Не сказать, что они пролетели как один миг, но однообразность дней вгоняла в уныние. Тренировки, миссии, убийства, наказания от Таджимы, приставания Мадары... Тот, кого он вынужден называть отцом, все желает сломать его, заставить быть безжалостным убийцей Сенджу, и думает, что физические наказания и жутковатые иллюзии ему в этом помогут. Глупец... Его гендзюцу – ничто по сравнению с Цукиеми Итачи, где каждая секунда длилась часами и днями, а боль была до ужаса настоящей. Он мог бы с лёгкостью скидывать иллюзии Таджимы, но не делал этого – пускай думает, что силен и грозен! Вскоре его ждёт разочарование... А Мадара все кружится вокруг да около, постоянно норовя проявить заботу о младшем брате. Надоедливый ребенок... И совсем категорично послать его нельзя, они ведь, вроде как, братья. Да и как-то... неправильно, жестоко это будет, он ведь действительно искренне пытается защитить, сблизиться, без какого-то злого умысла, вроде бы... Все же, этот паренёк не знает о том, что его старшая версия возжелает уничтожить мир, будет немного нечестно наказывать его за это. Он пока что не стал тем, кого Изуна собирается убить. Пока что. Сенджу... Война с этим Кланом становится все более ожесточенной, никто не щадит другого, все сражаются насмерть, охваченные ненавистью к чужакам. Недавно прошел слушок, что очередной сын Главы Лесного Клана погиб в битве, и из наследников остались лишь двое сыновей, как и у Учих. Хаширама и Тобирама... Два будущих Хокаге, двое невероятно сильных ниндзя, что станут извечными врагами для него и Мадары. Нужно быть готовым к встрече с ними, глупо будет рассчитывать на то, что они окажутся слабы. И уж тем более глупо будет надеяться на милосердие Тобирамы... Он ведь тоже наверняка понимает, что ему придется сражаться с ним, с Изуной, и уже готовится к этому, зная, что Учиха силен и опасен. Да, по землям шиноби не могла не прокатиться волна слухов о сыне Главы обладателей шарингана, что уже с пяти лет владеет клановым додзюцу и проявляет необычные для ребенка хладнокровность и рассудительность. Слишком многие пали его жертвами, чтобы оставить это без внимания, слишком выделяются его спокойствие и опытность на фоне остальных юных воинов... Эх, если бы все они знали, что он не желает убивать, и лишает жизни только тогда, когда у него нет иного выбора... Но увы, тех, кого он оставляет в живых, добивают его соклановцы, и не остаётся никаких свидетелей его милосердия. И за ним закрепляется слава матёрого убийцы, для которого прикончить кого-нибудь – смысл жизни. Маленький, хладнокровный, жестокий воин Учиха... Бесчувственный демон, идеальная машина смерти – вот как его описывает молва, изо всех сил подогреваемая самим Кланом, которому выгоден такой образ. То же самое они сделали и с Мадарой, которого изображают полубезумный маньяком, что уже сейчас способен расправляться со взрослыми шиноби, хотя на самом деле... Еще рано говорить про него такое. Обычный мальчик, что носится за младшим братом и обижается на его отчужденность. Да, когда дело доходит до сражений, он становится жёстким и хладнокровным, но не жестоким, и пока ещё далеко не таким безумным, как говорят. Даже странно. Но слухи уже не остановить, и в головах Сенджу давно сложился образ двух братьев-наследников Учих. Два ненормальных убийцы, что не знают жалости и сострадания, вот с кем, по их мнению, придется сражаться Тобираме с Хаширамой. И те наверняка готовятся именно к этому, к битве насмерть с теми, кто даже не видит в них людей, для кого отнять жизнь ничего не стоит. Скорее всего, они уже заочно ненавидят их, настраивают себя на столкновение с тем, кого нельзя жалеть, даже не задумываясь о том, что они ничем друг от друга не отличаются... Время встречи приближается, он чувствует это. Не зря же Клан покинул свое прошлое поселение и переместился поближе к линии столкновений. Можно сказать, теперь они все живут, словно в военном лагере у самого фронта, где стоит немного отойти от дома, и ты уже будешь на территории, куда регулярно забредают Сенджу. Самый центр Страны Огня, что расколота практически пополам двумя враждующими Кланами... Недалеко отсюда будет основана Коноха. Даже символично: Деревня, что объединит обе стороны, будет заложена там, где они проливали кровь в сражениях друг с другом. Ему даже удалось немного побродить по округе и опознать некоторые характерные места, где он бывал в будущем. Деревенская река, Скала Хокаге, озеро, где он тренировал Огненный Шар, могучее дерево, что росло во дворе Академии... Но пока что здесь нет домов и улиц, лишь лес, носящий на себе следы битв шиноби. Он неторопливо разминался на поляне, приспособленной под полигон. Вот что было хорошо в том, что минуло целых два года, так это то, что он немного подрос и окреп, став выше, быстрее и сильнее. Конечно, до нормального тела ещё далеко, но, по крайней мере, теперь он представляет из себя хоть что-то, а не остаётся мельтешащим под ногами карапузом. Да и с чакрой все стало куда лучше, теперь он может более-менее продолжительное время удерживать шаринган, равно как и использовать техники. Он постепенно становится настоящим шиноби, что владеет полным арсеналом полезных навыков. Даже удивительно, насколько он превосходит себя самого в этом возрасте. Тогда, в своем детстве, он мог лишь применить Огненный Шар, да и то, исполнение оставляло желать лучшего. Сейчас же он по силе примерно равен себе во время выпуска из Академии, когда ему было уже двенадцать полных лет. Чем вызвана такая разница, одними лишь знаниями, которыми он обладает, или же тело Изуны имеет гораздо больший потенциал? Если второе, то даже удивительно, почему не он оказался на месте Мадары в той, прошлой истории... Мадара... Краем глаза он уловил знакомый силуэт, что прошмыгнул в кустах. Этот полигон и так находится на самом краю их лагеря, дальше идёт ничейная территория, куда, по-хорошему, не стоит соваться без необходимости. Так что же понадобилось там братцу, что он втихую выбирается за пределы поселения? Он замер, заколебавшись. Какое ему дело до того, чем занимается Мадара? Он собирался потренироваться, вернуть себе еще толику своих сил, зачем тратить свое время на слежку? Мало ли, что ему понадобилось там, на условно опасной территории? Напорется на врага – сам дурак, нечего бродить где попало! Изуне же проще будет, не придется ломать голову, как предотвратить становление Учихи главным врагом всего Мира Шиноби. Правда, кто тогда будет Главой Клана, он? А ведь ещё придется с братьями Сенджу сражаться... Нет, придурошному братцу пока нельзя умирать, он ещё нужен ему и Клану! Стоит не дать тому вляпаться в серьезные неприятности, а то он горазд на подобное! Кажется, тренировка на сегодня отменяется, нужно присмотреть за одним нерадивым Учихой... Шаринган легко заметил следы, оставленные юным Мадарой. Все же, он ещё слишком неопытен, намётанный глаз Изуны моментально цеплялся за детали, выдающие маршрут брата. Да, тому ещё далековато до того, чтобы скрыться от него... Путь лежал прямиком к местам, где в будущем будет стоять Коноха, и Мадара явно двигался туда с какой-то целью, а не просто гулял или что-то искал. Хм, пока что на этих землях ничего нет, что же в этом месте нашел юный Учиха...? Голоса… Почти неразличимые за бурлением воды в реке, но это явно голоса. Неожиданно… С кем это тут можно встретиться, чтобы не получить кунай под ребра? Разве что с другим соклановцем, но стал бы Мадара тайком выбираться из лагеря ради разговора с родственником? Только если он что-то затевает, а если так… То он должен об этом узнать! Чем лучше ты знаешь врага, тем проще будет его одолеть... Навыки скрытности никуда не делись, вряд ли юный братец сумеет его заметить, разве что это сумеет сделать его собеседник. Хм, нужно быть вдвойне осторожным… Он аккуратно продвигался сквозь прибрежные заросли, постепенно приближаясь к пляжу, на котором и происходила тайная встреча. Он уже может различить говорящих по голосу, одним из них был, разумеется, Мадара, а вот вторым… Какой-то ребенок? – Хей, ты можешь вести себя нормально, а не как придурок? – в голосе братца сквозило раздражение, – Ох, ну вот опять… – Т-ты считаешь меня придурком…, – тон собеседника выдавал его неподдельную печаль, граничащую со скорбью. – Да не считаю я тебя придурком, только не ной опять, Хаширама…! Хаширама! Наметанный глаз тут же разглядел знакомые черты во внешности брюнета с дурацкой стрижкой. Да, это определенно был старший из наследников Сенджу, только пока еще не тот Первый Хокаге, которого знал он, а всего лишь беспокойный шалопай с резкими перепадами в настроении. Вот и сейчас мгновения грусти сменились задорным смехом, который так напоминал смех одного надоедливого блондина… – А спорим, Мадара, что ты опять мне проиграешь сегодня? – Пф, вот уж нет! – Учиха вздернул нос, – Да и вообще, это было всего один раз, так что не считается. Я тебя уделаю! – Ага-ага, как скажешь! Кто последний до скалы, тот вонючка! – и Хаширама рванул по берегу, оставив замешкавшегося товарища глотать пыль. – Ах ты…! – Мадара припустил следом, явно не желая удостаиваться позорного титула. М-да… И вот это – Боги Шиноби? И почему ему хочется разбить лицо рукой при виде этого… ребячества? Наверняка сам старший Учиха тоже испытывает смешанные чувства насчет этого, ведь не пристало наследнику вести себя подобным образом. Наверняка его захотят убить, если Мадара узнает, что Изуна был свидетелем подобной сцены… Хотя было бы забавно посмотреть на сгорающего от стыда братца, когда тот осознает, что он все видел, ха! Надо же, великий Учиха участвует в глупых детских забавах! И ради них тайком сбегает из лагеря, ради дружбы с легкомысленным наследником Клана-врага… Дружба с Сенджу… И как она не уберегла Мадару от падения во тьму? Хаширама ведь не должен был этого допустить, но почему-то позволил другу сойти с ума. М-да, похоже, хреновый из Первого товарищ, раз все, на что его хватило – убить Учиху, когда тот окончательно обезумел, и то не до конца… Да, он – не Наруто, который бы вернул друга, несмотря ни на что. Но в их дружбе нет ничего плохого, скорее наоборот. Именно благодаря ней будет основана Коноха, прекратится вражда между Кланами, воцарится долгожданный мир. И Мадара ничего не задумал, в его вылазках за пределы поселения нет ничего такого, ничего, что заставило бы Изуну попытаться их пресечь. Пускай встречается с Хаширамой, пускай общается со своим другом, он пока что ничего не задумал, не замыслил, и ему ни к чему вмешиваться. А все же интересно, когда Учиха начал свой путь во мрак? Что можно считать началом его безумия? Когда этот обыкновенный, в общем-то, мальчишка, так легко общающийся с врагом, превратился в того безжалостного деспота, что желает погрузить мир в иллюзию? В какой момент ему необходимо вмешаться, чтобы направить историю по другому руслу, туда, где не будет Четвертой Мировой, где не будет Десятихвостого и Кагуи? Так легко опоздать, упустить сроки, но и торопиться чревато… – Изуна! – вот ведь… Последнее, чего он сейчас бы желал, это встреча с Таджимой, – Что ты делал за пределами лагеря? – Гулял, – но столь короткий ответ, разумеется, не устроил Главу. – Хочешь сказать, что предпочел тренировке прогулку по лесу, где могут встретиться враги? Не думаю, что мой сын настолько глуп. Что ты делал на самом деле? И все тебе надо знать… Похоже, он в очередной раз вызовет на себя гнев отца, но сдавать Мадару не стоит. Пускай общается с Хаширамой, быть может, без этой дружбы его падение во тьму произойдет гораздо раньше, а ему оно не надо. Ему еще нужно время подготовиться... – Мне стало скучно в лагере, и я решил пройтись по близлежащей территории, – Таджима начал закипать. Ну, что на этот раз, гендзюцу или физическое наказание? Оригинальностью он не отличается… – Ты слишком много себе позволяешь, сын, – в глазах Главы завращался шаринган. Значит, иллюзии…, – Я заставлю тебя слушаться! Внезапно, по голове словно ударили чем-то тяжелым, а перед взором замелькали недавно виденные картины. Нет, нет-нет-нет…. Это не иллюзии, он решил просмотреть его память! Вот ведь ублюдок! Решил докопаться до правды любыми методами! А ведь он может увидеть… Дерьмо! Нет, в его планы не входит то, чтобы кто-либо раскрыл его истинную личность! А перед глазами появлялись и исчезали знакомые образы. Вот Мадара болтает с Хаширамой, вот он тренируется до сбитых в кровь костяшек, вот его последняя миссия… Картины проносились все быстрее, и вот уже он видит свое первое задание в этом мире, его первые тренировки, боящегося подойти и поговорить брата… Нет уж! Он не позволит никому рыться в своей голове! В его собственных глазах зажегся шаринган, три томоэ бешено раскрутились, сливаясь в единый узор, потекли кровавые слезы… Хочешь увидеть, что такое настоящее гендзюцу? Получай! Пускай он и не мастер иллюзий, каким был Итачи, но кое-что умеет и он! Образы сменились, став совершенно другими, чужими. Собрание старейшин Клана, где обсуждаются успехи на полях сражений с Сенджу… Тайные подглядывания за тренировками сыновей, которые не жалеют себя ради того, чтобы возвысить Клан Учиха… Глупые служанки, которые понимают лишь язык боли… Глупый сын, что щадит противников… Мертвый сын, ставший жертвой вражеского Клана… Переборщивший в спарринге Мадара, который нанес слишком сильный удар по голове Изуне… Мертвая жена, не выдержавшая смерти очередного своего ребенка… – Нет! – сокрушительная волна чистой чакры сбила его с ног, заставив прокатиться по пыльной земле. Техника прервалась, перед глазами вновь был реальный мир, а не воспоминания… Таджима стоял на коленях, схватившись за глаза и пошатываясь от истощения. Стоит признать, силы ему не занимать: сбросить гендзюцу Мангекё выбросом чакры – это мощно… Но это все, на что его хватило, теперь он совершенно изможден и беспомощен, пока не восстановится. Главное, чтобы он не понял, что это было… Он не должен был видеть другой узор шарингана. Перед его глазами были воспоминания, а сразу после разрушения техники Изуна выключил Мангекё, сам едва не потеряв сознание от боли и истощения. Нет, он еще не готов к использованию сильнейшего додзюцу… Но сейчас у него не было другого выбора, и все, на что теперь остается надеяться – что он не навредил своему зрению слишком сильно и что Таджима не видел того, чего не должен… – Ты…, – Глава глухо застонал при попытке подняться на ноги, – Ты станешь сильнейшим из Учих, сын. Твоя техника… Я не встречал ничего мощнее. Теперь я уверен, что Клан после меня попадет в надежные руки. Но поговорим позднее, когда вернется Мадара…