Часть 1. Начало

Лизу мутило не на шутку. Сначала было еще терпимо. Но чем дальше в горы - становилось все труднее сдерживаться. Блин, и чем надо было думать, чтоб подписаться на ЭТО? Чес, какой же ты идиот… Романтики ему захотелось... И нафига Боб тогда вспомнил про этот лагерь... Пионерил, видите ли, там когда-то папа… Экстрима захотелось, понимаешь ли... И что им, этим пацанам, там в горах надо? И на маникюр пришлось запись перенести... И эта «камуфляжная» Аиза еще… Вон, едет на переднем сидении, красотами любуется, неужели ее не мутит... Корила она себя и заодно всю компанию в мыслях, но новый приступ тошноты заставил мысли замолчать. Каждый поворот горной дороги давался девушке с трудом: прямо за краем неширокого дорожного полотна вниз уходила огромная пропасть, на дно которой не было даже намека… Компания была колоритной. Ее по разбитой горной дороге к заветной цели бодро мчал старенький, но довольно ухоженный УАЗ цвета хаки, в народе прозванный крепким словом «буханка». Целью был заброшенный горный лагерь "Подснежник" - Тут еще хоть асфальт есть, а дальше грунтовка пойдет, - перекрикивая шум двигателя, пояснял водитель УАЗа остальным пассажирам. - Ну ничего, батин "луноход" и не такое видел, доедем с ветерком! Водителя звали Бобом, на вид парню было примерно двадцать с «хвостиком». Рядом с ним на сидении пассажира устроилась девушка Аиза , а сзади в салоне подпрыгивала на кочках остальная компания. Всего трое парней и две девушки. Все они были знакомы еще с университета. А еще когда-то это был своеобразный клуб друзей по интересам: всем (разумеется, кроме «глянцевой» Лизы ) нравилось заниматься музыкой и организацией различных туров и концертов . Боб, Чес , Лорди , Аиза и Лиза . Вся компания. Лиза всеобщего увлечения никогда не разделяла. И с удовольствием осталась бы дома, сходила с подружкой на маникюр, в кафешку и в торговый центр на распродажу туфелек, да хоть бы и просто в Instagram’е позависала. Но целых три дня самой, без Чеса , без ее личной Прелести? Чеснок нравился Лизе в первую очередь из-за внешности и характера : Высокий , весёлый , с ним она выгодно смотрелась на всех тусовках: тусовки - это ее атмосфера, там она в своей тарелке. По сути, Чеснок был здоровый амбал, но с наивной душой ребенка и добрым сердцем. И даже у легкомысленной Лизы получалось им вертеть, как хочется. И тут как так, отпустить на все выходные? Нет уж, фигушки! А любимый еще и с честными-пречестными глазами клятвенно заверил: «Ну что ты, Лиз .. Давай с нами, будет реально классно!..» И она отважно приняла курс на поход, как декабристка в Сибирь. Потому что уж слишком читалось в глазах Чеса желание вспомнить старые добрые времена с корешами-музыкантами. Идею про «Подснежник» предложил Боб . Вернее – напомнил всем про нее. Когда-то директором этого лагеря был его покойный ныне дед. Поэтому его батя в школьные годы заезжал на смены в «Подснежник», как к себе домой. Сам же парень там никогда не был, потому как не довелось, не успел. В конце восьмидесятых в лагере случилась трагедия. После которой его закрыли, а потом и вовсе забросили. Но со слов бати историю про это место Боб знал хорошо. Ребятам он ранее тоже вкратце рассказывал про такой перспективный объект. Но все же как обычно: то у кого-то нет времени, то нет возможностей, то нет техники… И лагерь все-таки был довольно далеко от города. Поэтому, поездка на места пионерской славы Бобиного отца откладывалась до лучших времен. Теперь вот планеты выстроились в нужный ряд: у Аизы закончилась студенческая сессия, Чесу удалось выбить неделю отпуска у их продюсера , Лорд всегда был доступен для таких идей, а Боба перестал эксплуатировать на летних хозработах батя. В награду за труды папаня Боба даже одарил правом взять во временное использование фамильное автотранспортное средство. Идея была на ладони! Наконец-то, у всех все совпадает и железный конь под седлом. Просто – песня! Экстрим, горы, заброшка со своей жуткой историей - что еще может сильнее манить молодежь? Созвонились, набрали харчей, мяска замариновали, загрузили спальники, рюкзаки, пятилитровки с водой, теплую одежду (в горных районах ведь даже летом холодно по ночам) и погнали. УАЗ - машина жесткая, но надежная: вездеход. Да и вместимость хорошая. Азарт и предвкушение уик-энда в горах охватили всю компанию. Заброшенный пионерский лагерь "Подснежник" находился в 50-ти километрах от города и, как выражался Боб , "располагался в живописном ущелье на высоте 1100 метров над уровнем моря". И теперь для УАЗа шла самая сложная часть маршрута – горная. В пассажирском салоне было только два сидения, которые располагались спиной к водительскому ряду, а между ними небольшой столик (как в купе поезда). Остальные кресла э батя Боба демонтировал, дабы освободить место для перевозки ульев. Рядом с водителем Лиза садиться не стала, не взирая на то, что ей по-джентльменски было предложено. Да Боб был и сам рад этому, то ли дело – Аиза : не капризная, не паникер, целеустремленная, да и просто прикольная девушка, разделявшая их увлечение необычным хобби от души. Более того, он осознавал, что давно чувствует к ней определенную симпатию. Чес с Лизой ехали на двух сиденьях, спиной к ходу движения. А Лорди , для друзей – «Лорд », плюхнулся на спальники, подтянув вместо «подушки» чей-то рюкзак. Он был абсолютно нетребовательным к комфорту. Путешествие и предвкушение неизведанности вдохновляло всех. Всех, кроме Лизы . Она, в отличие от остальной компании, не особо любила всякие вылазки за пределы цивилизации, тем более так далеко в горы. И уже начинала жалеть о том, что согласилась поехать в эту дыру. Это все Чес , он потратил целых два дня на уговоры и пообещал незабываемую романтику на прекрасной природе. А теперь она трясется в каком-то безобразном УАЗе по горной дороге, направляясь в неизвестность, и смотрится в компании друзей Чеса как инородное тело в своих розовых кроссовках… А еще эта «морская болезнь», будь она неладна, с каждой очередной кочкой заставляла девушку то бледнеть, то зеленеть, с трудом позволяя девушке держать достоинство. И этот факт еще сильнее портил ей настроение. Чес как умел пытался развеселить подругу, снимая на камеру мобильника наиболее высокие подскоки Аизы и Лорда , которые обеспечивала довольно жесткая подвеска УАЗа на ухабах, и демонстрируя Лизе результат съемки. Девушка мучительно пыталась казаться веселой и со всеми на одной волне, ей стыдно было быть слабее всех в этой «консервной банке». А Боб, оживленный тем, что скоро сбудется его давняя мечта побывать в необычном месте, да еще и причастном к его семье, ощущал себя проводником и восторженно взахлеб рассказывал историю забвения «Подснежника», периодически на мгновение отрывая взгляд от дороги и через плечо бросая его на компанию в салоне. От этого Лизка пугалась и шла зеленой рябью еще больше. - Его закрыли в конце восьмидесятых. А потом вообще забросили, представляете? Это такая капсула времени... - Ой, да там поди уже все растащили да разграбили, - скептически возразил брутально-суровый Лорди . Он был чуток старше всех, и в отсутствии компании влегкую становился музыкантом -«холостяком». - Отец говорил, что какое-то время после закрытия «Подснежник» охраняли. А потом... Потом государство забросило. В лихие девяностые, возможно, и была угроза мародерства, но он если что - неблизко от города. В общем, про лагерь со временем просто тупо забыли. И я тоже забыл. Пока, вот, при разговоре батя случайно не напомнил. Так что есть шанс, что заброшка – не «баян»… - орудуя коробкой передач, парировал Боб. - А почему лагерь закрыли? - решила проявить интерес немногословная Аиза . - Так там оползень произошел. Как раз последняя смена была. И тысячи тонн грязи с камнями накрыли два деревянных коттеджа, летний кинотеатр, лазарет и сторожку. Дело было ночью, как рассказывал батя. Тогда зарядил дождь просто неимоверный: со страшным ветром и грозой. Это была просто буря какая-то. И посреди ночи сошла каменно-грязевая лавина, которая зацепила часть лагеря. По счастливой случайности жертв оказалось немного. За день до этого старший отряд ушел в поход с ночевкой, поэтому их коттеджи пустовали. А в лазарете остался только один парень с температурой, его в поход не взяли. Говорят, что к нему в ту ночь еще и братишка с пятого отряда прибежал тайком, ну типа проведать. А в соседней палате у медсестрички, оказывается, тоже был гость - ее посещал вожатый, там по ходу романтика была. Поэтому она не заметила пробравшегося к брату мальца. Вот всю эту компанию селем-то и накрыло... Да, еще сторож был в сторожке: кому в такую погоду захочется по территории шастать? Он тоже сгинул под толщей горных пород. Их сперва искать пытались, но недолго. Настолько мощный пласт съехал, что ландшафт в ущелье поменялся. Не нашли ни тел, ни даже следов от строений.Шумиху при «советах» поднимать не любили, поэтому до сих пор мало кто знает историю «Подснежника». - Жуть какая... - процедила зеленеющая от тошнотиков Лизка: то ли реагируя на рассказ Боба , то ли от лицезрения проплывающего за окном населенного пункта. Видимо – последний оплот цивилизации на этой дороге. Название «Первомаевка» не висело, как положено по правилам, на двух металлических столбиках, а было прислонено к их основанию. Недалеко от дороги виднелось пять-шесть побитых временем домов. Непонятно было, живут ли сейчас тут люди, или нет. Никаких признаков. Ни белья на веревках... Ни собак... - Так что, свой скелет в шкафу у «Подснежника» имеется, и даже не один, - задумчиво подытожил Боб , закончив рассказ. - Блин, кто-то ежа раздавил, что ли? – он по-простецки прокомментировал что-то, увиденное на обочине. Последнее, что запомнила тогда Лиза – это испуганные и сочувствующие глаза Чеса и его ладони-ковши, собранные лодочкой перед ее лицом. Чеснок хоть и простоват, но на правильную реакцию ума ему хватает. Лизу стошнило после фразы о ежике мгновенно. А благодаря подвигу Чеса – салон не пострадал. Не доезжая километров 15 до лагеря, пришлось делать срочную техническую остановку на то, чтобы дать девушке возможность ощутить под ногами твердую почву и прийти в себя. Все остальные тоже вышли размяться, раз уж такое дело. Тишина и красота просто ошеломляла. Ребята заехали уже достаточно высоко, и с того места, на котором приключилась экстренная остановка, открывался потрясающий вид на белеющие пики соседних гор, на чашу ущелья и на проделанный участок пути, где полотно дороги выглядело просто игрушечным, петляя серой змеей где-то далеко внизу. Пейзаж был просто головокружительным. Добавлял эмоций еще и воздух. Сладкий, чистый, пропитанный запахом высокогорных трав, цветов и свободы. Свободы и спокойствия. Нирвана, одним словом. - Эгээгэээй!!!! Красота-то какая!! Лепотааа!!! – процитировал Боб знаменитого классика. Аиза, как обычно, пошла смотреть маленькие чудеса нового места: пауков-жуков в травах, незнакомые растения, ящериц, да мало ли чего еще можно увидеть за пять минут остановки… Лорд просто пил воду, изучающе смотря на пики вершин, виднеющихся по соседству. Такая красотища впечатляла даже его. Лиза вышла из кустов уже заметно ожившая. Чес, вымыв руки, вытер их какой-то технической тряпкой из салона и отобрал у друга бутылку с водой, тоже попить. - Нехило так… - выдал Лорди , нарушая безмолвие, живущее своей жизнью: сухой стрекот кузнечиков, приглушенные переклички птиц в траве и ее шелест от мягко-нежного ветра. И вдруг все услышали то, чего не ожидали услышать здесь и сейчас. Тихо нарастал звук приближающегося… трактора???? Не разочаровав никого, из-за поворота медленно выехал потрёпанный «Беларус» с прицепом. Увидев на дороге незнакомую и неместную компанию, тракторист заглушил мотор. Компания же медленно подтянулась поближе к своему «мустангу». Мало ли. Места безлюдные. Дверь трактора открылась, водитель спрыгнул с подножки и решительно зашагал к УАЗу. - Здравы буде!! – произнес он, подойдя. - И вам хеллоу, - пискнула Лиза , пребывая еще не совсем в себе и слегка прячась за Чеснока . Мужик был сурового вида. В возрасте, но крепкий, жилистый. Простая клетчатая рубашка, обесцвеченные временем штаны из коллекции «а-ля спецовка», плюс шикарный шрам в пол-лица, пытающийся спрятаться в седеющей щетине на подбородке. - Федор, - протянул он мозолистую руку. – Живу я здесь, - пожав руки парням, он сделал жест большим пальцем правой руки через плечо, – Там моя пасека. У нас тут народ нечасто ездит. Сами кто будете? Взгляд его был испытывающим, колючим, сканирующим. Дипломатическую миссию с аборигеном исполнять пришлось Бобу : - Да мы тут типа на экскурсию, - радостно и дружелюбно выпалил он. – Старый лагерь «Подснежник», знаете? - «Подснежник»... – и так не особо жизнерадостный «тракторист» заметно напрягся. - Да, знаю... А вы тоже за цветметом туда? - прищурился он. - Неее… Мы типа в поход, ну обследовать там... Поснимать. Место интересное, со своей историей, вы там были? – Чес искал подход к аборигену. - Я туда ни за какие коврижки, - глаза «тракториста» Федора будто поставили барьер, стали странно-отчужденными. - И вам не советую. Нечистое место там, бесы шалят, особенно на полную Луну. - Серьезно? – улыбнулся от таких предрассудков Лорд. - Дело, конечно, ваше. Но вот когда Первомаевка еще более-менее населенной была, то в «Подснежник» пару раз местные ребята снаряжались за металлом. Первых вообще потом не нашли. А из второй компании лишь один назад пешком доковылял, весь потрёпанный и словно память ему стерло. Ничего толком пояснить не смог. Бесовщина, говорит, там. А куда товарищи подевались - даже и не помнил. Во как! Мрачно и почти шепотом закончил Федор. Было видно, что на Лизу рассказ подействовал, и она принялась что-то испуганно шептать Чесу на ухо. Но все остальные слышали много подобных «баек про бабаек» и их пронять такой страшилкой было непросто. И такой подарок судьбы, как целый заброшенный лагерь в горах, упускать никто не хотел. Лорди вообще предлагал зависнуть там на сколько влезет, еще и в горах пошататься. Но не у всех было столько свободного времени, сколько у него . - Ладно, дядь Федор, мы люди мирные. Ничего из лагеря тащить не собираемся, цель наша открытая. Вряд ли на нас кто обидится. Тем более - дед мой в свое время директором этого лагеря работал. Думаю, что уж я-то имею право посетить это место, – подытожил Боб , подмигнув Федору. - Ну что ж... – вздохнул фермер. - Я вас предупредил. - По коням! – сценично скомандовал Боб , и друзья запрыгнули в УАЗ, который, громко фыркнув глушителем, покатил в горку к заветной цели. Последние километры до лагеря было сложно назвать дорогой. Годы безхозности оставили на ней глубокие шрамы в виде промоин от горных потоков во время дождей. УАЗу приходилось непросто, да и водителю тоже. Местами Боб вел очень аккуратно и медленно, дабы не перевернуть машину. Но «буханка» оправдывала легенды о своей вездеходности.