Глава 1. Часть 3: Паучиха.

      Девочка в розовом искровавленном платье и с каштановыми, грязными, распущенными волосами подошла к столу, держа в руках плюшевого мишку.

— Худи, а куда вы идёте? — Спросила она тихонько.

      Мужчина в жёлто-оранжевой толстовке вставил запчасть винтовки и, не глядя на малышку, ответил:

— На задание. Что за глупый вопрос, Салли?

— Тоби сказал, что у нас, возможно, будет пополнение и я-...

— Нет.

      Парень уже знал, чего хочет этот ребёнок, но он также знал, что будет с ними тремя, если они возьмут её с собой. И если Тоби даже не чувствует боли, то нельзя такого сказать про остальных двоих. Они с Тимом не железные.

— Почему? — Продолжала настаивать на своём Салли.

— Как минимум потому, что это опасно. Как максимум: Сленди нам троим головы оторвёт.

      Эти слова немного расстроили маленькую девочку, но настаивать дальше она не стала, спокойно оставив парня со своими мыслями. Если хозяин дома будет против, то зачем выводить его из себя, когда люди для него лишь пища. Как бы то ни было, но раз задание, по словам Худи, опасное, то и идти не стоит.

 

 

      Лилит разбудил грохот. Он шёл с первого этажа, откуда доносился и пятиэтажный мат молодого паренька. Подскочив с наволочки и приняв сидячее положение, она прислушалась.

— Чёрт. Аргх, как же больно... Убежал называется... Надеюсь здесь никого нет, а то босс прибьёт меня, если я приведу хвост.

      Похоже это был наёмник или кто-то в этом роде. На верхний этаж ему не пробраться, если, конечно, он не умеет летать. Ведь ни лестницы ни других вспомогательных выступов здесь нет, всё давно обрушилось. А значит можно его и не беспокоить, волноваться не о чём. Лилит перестала обращать на него внимание, но всё ещё держала ухо в остро, на случай, если ей всё же придётся воспользоваться радикальными методами успокоения бунтарства.

День подходил к концу, а это значило, что пора бы подготовиться к ночной прогулке. И похоже ей придётся встретиться с этим странником, ведь хороших камней для заточки мачет на этажах нет и придётся искать их внизу. Поэтому она направилась к площадке, где раньше была лестница, расправила крылья и слабо махнула ими, ринувшись вниз. У земли она спикировала углом и мягко приземлилась на ноги, сложив крылья обратно. Маску она успела натянуть ещё тогда, когда шла по коридору до лестничной площадки, поэтому сейчас никого не пришлось превращать в ошмётки мяса. Вот только не успела она и шагу сделать, как у её горла остановился кухонный нож. Лилит даже усмехнулась, но не стала сопротивляться.

— Ты что ещё за пташка?

      Голос раздался слева. И, судя по всему, это был подросток, может, чуть старше девушки. Она чуть расправила крылья и одним оттолкнула пацана подальше, выбив из его рук нож. Не став даже удостаивать его взором, «ангел» прошла вперёд, оглядывая пол на наличие камней, подходящих для заточки. Если бы не её хороший слух, то она бы не услышала, как к ней бегут со спины с огромным замахом.

— Иди поспи, сучка! — Услышана она.

      Но у Лилит не было желания говорить. Она не стала разворачиваться. Надо было подобрать момент, коим оказалось расстояние между ними в пять шагов. Парень даже не успел понять, что произошло, как оказался откинут звуковой волной. Тело ударилось о стену, а после спустилось на землю и после этого из него исходили только стоны.

      Знаете способность одного персонажа из игры «Mortal Combat», где одна дамочка может создавать розовую звуковую волну с помощью крика? Так вот у Лилит оказалась примерна та же способность, которую она сейчас и использовала. Правда крик был не сильный, чтобы случайно не убить молодца.

      Камень нашёлся достаточно быстро, поэтому уже через пять минут она сидела на простыни, затачивая один из мачет. Как она услышала, парень пришёл в себя и занимался своими делами. Через какое-то время ушёл и он. Лилит снова осталась одна.

 

 

      Маски вышел до того, как вернулся Джеффри, поэтому он и не узнал, что рассказывали об "объекте" за ужином. Он также и не знал, куда отправиться первым делом, из-за чего решил сначала разведать обстановку в городе. А обстановка была не очень. Везде, чуть ли не на каждом повороте, стояли военные с автоматами, город был полностью оцеплен. Что-то произошло здесь недавно и произошло в воинской части, раз их сейчас такое количество за её пределами. Кто-то навёл здесь большую суету. Это было плохо, так как пробраться в город не представлялось возможным. Если, конечно, никто не подсобит. А никто этого, кроме Слендера, и не сделает. Плохо. Тогда стоит хотя бы понаблюдать со стороны. Хотя вероятность узнать отсюда что-то крайне мала. И всё же придётся возвращаться.

 

 

      Лилит понимала, что рискует, но также она понимала, что ей нечего терять. Они ничего с ней сделать и не успеют, ведь голограмма контролируется и может с лёгкостью их провести. По крайней мере она так думает. Везёт ещё, что у неё тёмное одеяние, в ночи её почти не видно. А ещё крылья быстрые в воздухе.

      Натянув маску и капюшон, она спрыгнула с забора перед зданием, в котором й неё был ночлег, и направилась в сторону маленького городишки. Путь лежал мимо озера, позади которого стоял хвойный лес. Судя по уже восстановленным воспоминаниям, именно в этом лесу они часто гуляли с собакой и именно в нём специально заблудились. Может быть Лилит сходит туда как-нибудь на днях, а пока пройдёт мимоходом. Сейчас у неё есть своя определённая задача, которую стоит выполнить как можно быстрее. В ином случае ей придётся застраиваться самостоятельно где-то в том же лесу, свалив несколько деревьев. Это будет тяжело. Хоть Лилит и имела хорошую силу удара, но сама по себе она была слабой. А крылья тут ничем не помогут, если только она не найдёт где-нибудь верёвку, которая выдержит вес древесины. Хотя могут помочь ещё голограммы, но энергия не вечна. Тратить её на строительство будет не безопасно и не логично. Мало ли когда она может пригодиться.

      Плащ был ещё мокрый и холодный, создавая контраст, соприкасаясь с уже сухим и тёплым местом на легинсах. Её давно уже ничего не напрягает, если так подумать. Эмоции для неё стали чем-то наравне с... Наравне с прокрастинацией. Зачем кому-то показывать свои чувства, если ты знаешь, что они могут этим воспользоваться, надавив на больное? Да и кому? К тому же, маска скрывает её лицо, так что никто ничего и не видит. Ну разве не бессмыслица?

      На самом деле у людей много всего подобного. Лилит многого в них не понимала, но её это не огорчало. По себе людей не судят, а уж тем более их жизнь и устои.

      Стоило Лилит оказаться в городе, как её душа сразу забеспокоилась. Ей стало страшно. Почему? Чего она боится? Что-то не так? Или за ней следят? Придётся воспользоваться голограммой. Правое крыло расправилось и от каркасника отделилось маленькое "пёрышко", которое быстро оказалось в воздухе перед "ангелом", создав вокруг себя изображение мужчины в военной форме. Парень осмотрелся и направился вперёд, в городок, в сторону многоэтажных домов. Иногда лучше перебдеть.

      Осмотревшись по сторонам, приглядывая себе место, чтобы скрыться, она заприметила военный грузовик. Его грузовая часть была закрыта полотнищем, отчего было трудно предугадать, есть ли в нём кто-нибудь. Пришлось рискнуть и заглянуть внутрь. Никого. В кабине тоже. Вот и ладушки. Запрыгнув в него, она села в самом дальнем и тёмном углу, чтобы заметить её было труднее, и принялась отслеживать голограмму.

      Парень исчез через пару минут, оставив на своём месте маленькое "перо", так как был риск раскрыться, а перо же прильнуло к земле, оставив под собой сантиметр и направившись дальше. Оно пролетало мимо зданий, давая Лилит изображение, а иногда пролетало и под машинами. И так бы Лилит и нашла бы себе пристанище, если бы не потеряла видимость. Перед глазами просто образовался белый шум и из-за этого ей пришлось отключиться от кинжала. Но она успела заметить на асфальте тень. Это был человек. Девушка, если быть точнее. И у неё за спиной были длинные отростки. Одним из них она, возможно, и сломала "перо". А может каблуком—кто знает? Факт остаётся фактом: она всё поняла и уже ищет хозяина оружия. А хозяйке этого не надо. Но похоже ей всё же придётся встретиться с недругом, если тот хочет именно этого. Чтож, Лилит даст ей желаемое, кем бы она ни была.

 

 

      Варесса узнала перо. Эта чертовка снова что-то замышляет. Но без пёрышка она никуда не уйдёт, а значит Варесса может наконец избавиться от неё. Однако профессор не будет рад, если узнает, что военным помогла "паучиха". И как же быть? Привести к нему "тринадцатую"? Он снова забудет про свою любимицу и будет уделять время пернатой. Но так он восстановит контракт и будет рад. А как же сама Варесса? Нет. Она уничтожит эту деревенщину и будет счастливо жить с тем, кто изменил её к лучшему. Она заставит Элеонор пожалеть, что та вообще осталась жива после экспериментов.

      Лапки раскрылись и встали на землю, подняв над ней девушку. Её кимоно чуть тряхнуло, а ноги согнулись в коленях. Чуть опустившись, "паук" резко подпрыгнул.

 

 

      Как ни странно, но к грузовику так никто и не подошёл. Это было хорошо и подозрительно одновременно. Хотя Лилит невозможно убить ножом или выстрелом, но все её ранения заживают только во время сна. Ощущение боли она тоже имеет и оно не приятно. Так что не хотелось бы получить нож в спину.

      Огляделась—никого. Выпрыгнула, осмотрелась, прислушалась—ничего. Подумав, она решила не подниматься на крыши, чтобы видеть лучше, что есть внизу. А внизу почти у каждого поворота стояли военные. Это было плохо. Но что поделать? придётся оглушать и вырубать ребят. Хотя у Лилит нет на это сил и придётся делать это рукоятью мачеты, которую она прихватила на всякий случай. Достав её из-под плаща, девушка направилась в сторону, где в последний раз засекла клинок.

      Нашла она его быстро. Как и ожидалось, кто-то проткнул ему крепление, в котором находилось множество микросхем. Под ним даже осталась вмятина на асфальте. Но Лилит не знает никого с такой силой. Подняв "перо", она осмотрела его и хотела положить в карман, но услышала свист. Не успев отреагировать на звук, она оказалась прибитой к бетонке. Её руки были проткнуты насквозь острыми, похожими на толстый коготь, наконечниками клишней, которые шли вверх и прятались концом за спину той, кого "ангел", к сожалению, не знала. Крылья оказались также прибиты к земле другой парой паучьих железных лапок, но их не проткнуло, как руки. Сломанное "перо" оказалось где-то в стороне, в то время как паучиха медленно опускала тело, вставая наземь ногами.

      Сейчас Лилит была очень рада, что у неё есть сила воли, не дававшая ей закричать, и маска, которая скрывала её гримасы. Пташка не знала, как ей удавалось, корчась, не закричать от дикой боли. Но один стон всё же вырвался из её уст.

      Варесса смотрела на неё с призрением. Если бы Лилит видела этот взгляд, то, возможно, удивилась бы количеству ненависти в глазах у "паукообразной".

— А он говорил, что ты опытнее меня. Но что я вижу? Жалкую, ноющую, слабую... Неужели он переоценил тебя?

      Варесса говорила неспеша, словно задавливала не только физически, но и морально. И как жаль, что этот способ не действует на пернатую. Собравшись с силами, она взяла контроль над перьями и от корпусу отделились свободные от клишней клинки. Контролировать их было трудно, но у Лилит получалось. Их она сразу направила на незнакомку, пытаясь отвлечь. И у неё это тоже получилось. По крайней мере, "паук" отпрыгнула на стену, пытаясь отбиться, а Лилит смогла встать и вернуть себе "перья". Но Варесса отреагировала быстро, снова прыгнув на противника, желая проколоть девушке и голову, но её клишни столкнулись с крестом из мачет, которые Лилит еле успела достать. Тогда паучиха попробовала ударить сбоку, но и там ей перекрыли доступ крылья. Она попробовала с ноги и..! Лезвие балетки прошло на сантиметр мимо от живота пернатой. Лилит увернулась вовремя.

      Стоило отдать паучихе должное—она довольно шустрая и ловкая. Но у Лилит действительно будет побольше опыта. Дёрнув крыльями, она устремилась ровно на противника, отбросив одну из мачет и приложив девушку через грудь о стену. При таком расстоянии только скорость и сила могли повлиять на удар, но ни то и ни другое не сильно помогли пернатой. Тогда она добавила: сначала с колена заехала по животу, а после резанула по нему и мачетой. От паучихи раздался крик и она замахнулась на Лилит когтями, зацепив её за щёку. Клишни тоже начали наносить град хаотичных ударов, врезаясь в крылья.

      Лилит отвлеклась на топот берц. Сюда уже шли и это было плохо. И это отвлечение стало её ошибкой. Паучиха проколола пташку когтями, погрузив их в мясо, а после оттолкнула от себя ослабшее тело шокированной девушки и смылась куда-то вверх, оставив раненную на произвол судьбы.

      Когда солдаты прибежали на место, то кроме побитого асфальта они ничего не обнаружили. А на новую трещину на фасаде дома никто не обратил внимания.

      Лететь было трудно. Лилит старалась оставаться в сознании, чтобы не упасть с такой большой высоты, но глаза так и грозили сомкнуться. Картинка расплывалась, силы уходили в небытие, а боль не думала покидать её. Девушка даже не думала, куда она летит, пересекая границу городка и оказываясь над лесом. В конце-концов она стала снижаться, почувствовав, что силы покидали её. На этот раз посадка была жёсткой: она даже не смогла встать на ноги и отключилась в воздухе, прокатившись по земле ещё несколько метров.

 

      Нина вышла из тумана в припрыжку, а за ней и Зеро со Смайлдогом. Они отпросились у Сплендера, ведь давно не были в городе. Девушка в розовой толстовке остановилась и обернулась на спутников.

— Ну что, куда пойдем сначала?

      Зеро задумалась. Ей, честно говоря, было всё равно, главное, чтобы они не попали в передрягу по пути. Она вообще пошла с Ниной лишь из-за просьбы Сплендера, а так она бы сейчас сидела за интереснейшей книгой и не отрывалась. Но ведь Сплендермэн боится за Нину и одну никуда не отпустит, учитывая её характер и образ жизни. И зачем ей только понадобилось вообще куда-то идти..?

— Кажется это надо было тебе. Лично я никуда не хочу.

      Девушку в розовом такой ответ не удивил.

— Ой, не душни. Тебя никто не заставлял идти за мной.

      Зеро, угукнув, повела глазами и цокнула.

— Ага, конечно. Ещё скажи, что я могу идти обратно.

— Ну да. Мне не нужна нянька.

Нина развернулась на пятках и потопала вперёд. Зеро лишь устало вздохнула и последовала за ней.

— Спленди считает иначе.

— Спленди нянька и нужна, а мне нет.

      Поняв, что эту дамочку не изменить, Зеро ничего не ответила. Только вот спутница не желала успокаиваться.

— Ам... Зеро? Ты видишь, что там?

      Нина указала куда-то в даль, глянув на монохромную, но та ничего не увидела в той стороне.

— Похоже у тебя уже действительно шизофрения. Там ничего нет.

      Но Нина стала вдруг серьёзнее и продолжила стоять на своём.

— Разве ты не видишь? Там что-то блестит! Ты как хочешь, а я сбегаю проверить.

      И она действительно убежала вперёд. Делать нечего, Зеро пришлось пойти за ней. Смайлдог тоже побежал за Ниной, а когда остановился, то залаял на что-то за кустами. Девушка подбежала, остановилась и удивилась.

— Зеро, я была права! Иди быстрее! Абалдеть! Только посмотри на это!

      Через время Зеро начала видеть отблеск чего-то за кустом. Ей не было особо интересно, но сопротивляться она не стала.

      Нина смотрела на девушку накрытую железным крылом. На голове у неё лежала ткань разодранного угловатого капюшона, а на лице была расколотая маска. Девушка была в отключке.

      Зеро всё же не осталась равнодушной, увидев это на земле. Как раз наоборот, она отчего-то забеспокоилась и сразу принялась осматривать холодное тело.

— Смайл, беги к Спленди, он должен это видеть.

      Кое-как отодвинув крыло с тела на землю, девочки перевернули тушу на спину. Корсаж Зеро сразу разорвала и откинула в сторону, начав осматривать рану, которая уже начала быстро регенерировать.

— Что ты делаешь?

      Нина не понимала такой реакции, но и мешать не собиралась. Зеро ей не ответила. Осмотрев карманы под плащом, она обнаружила в них ножи-кунай, сюрикены в виде игральных карт, и две мачеты. Глянув на маску, она заметила на ней три трещины, которые были измазаны кровью. Но на месте под ними уже не было и царапины. Похоже эта девушка имела способность к регенерации, иначе она была ба в более худшем состоянии. Но это не значит, что ей нужна помощь. Забрав подсумки и мачеты, она попросила Нину присмотреть за существом, а сама побежала к особняку.

      Нину это не обрадовало. Ей было скучно. Почему, вообще, она должна следить за трупом? Кстати, кто это вообще? Присев рядом, шаловливые руки потянулись к маске. Это была белая маска без лица. У неё были только закрытые тёмными линзами глазницы и чёрные узоры. Носа или рта у неё не было. Нина прикоснулась к краю маски, вздрогнув от неожиданности—полутруп схватил её за руку и крепко держал, не позволяя снять с себя элемент скрытности, несмотря на жгучую боль в, снова, закроваточащей руке.

— Эй! Отпусти, ненормальная! Сдалась ты мне прям!

      Нина отдёрнула ладонь, почувствовав, как легко её отпустила незнакомка. Та же в свою очередь более и не двигалась, дожидаясь своего часа.

      Сплендермэн оказался на месте уже в встревоженном состоянии. Было ясно видно, что он беспокоится за гостью и не намерен её оставлять. Улыбка на его лице перевернулась, изображая беспокойство, а тонкие руки худощавого человека аккуратно подхватили обмякшее тело бедняжки.

— Нина, возьми, пожалуйста, этот корсаж, выстирай и отнеси Трендеру. Пускай он починит его.

      Корсаж? А что это? Нина знает?

— Ты про вот это? — Уточнила девушка, указывая на оборванный элемент одежды на земле. Сплендер кивнул и пошёл в сторону тумана, унося еле дышащее тело девушки с собой.

 

      Варесса не сидела без дела, она пыталась оттереть кровь с когтей и наконечников клишней. Ей это удавалось. Скоро должен был прийти профессор Аристарх Виссарионович. Данный факт волновал красавицу, ведь она не хотела говорить ему о произошедшем. Одежду она тоже сменила, так как старую пришлось выбросить, а живот уже пришёл в нормальное состояние. Теперь ей осталось лишь не сболтнуть лишнего, но с этим не должно быть проблем.

      Смыв кровь с тряпки, она отжала её, повесила на трубу, чтоб тряпка сохла, и вышла из уборной, сложив клишни за спиной и направившись по коридору в темноту. По полу раздавался стук, похожий на клацанье, происходящий от острых носиков её пуант. Но в какой-то момент он прекратился. Девушка остановилась.

— Как интересно. А ведь профессор сказал, что ты мертва.

      Варесса обернулась. Позади, в нескольких метрах, стоял офицер, спрятав руки за спину.

— Полковник? Герман Панкратович? — Уточнила она.

— Так точно. А вы, как я понимаю, прошлый—двенадцатый, объект. Я прав?

— Может быть. Зачем вы пришли сюда?

      Варесса напряглась. Она не ожидала здесь посторонних, а уж тем более военных.

— Хотел задать Аристарху Виссарионовичу пару вопросов. Но, как я вижу, я могу получить ответы раньше. Позвольте задать несколько вопросов вам. Давайте не будем будить профессора. Вы же не хотите, чтобы он прознал о вашей ошибке сегодня?

      Варесса уже поняла, что отделаться ей не получиться. Если только убить этого нахального командира. Но и убивать его нельзя—слишком много последствий будет.

— А чтобы у вас не было умысла, предупреждаю: доклад у меня есть в письменном виде. Если меня не станет, то он попадёт не в те руки.

      Подстраховался старик. Вот гад. Ну ничего, не долго ему осталось.

— Пройдёмте за мной, полковник.