Часть 20

Глава 20.

БУМ! «Какая ужасающая рейацу! Так вот какова сила тех, кто стоит выше капитанов?!» — с трудом сопротивляясь давлению рейацу Тэнджиро Киринджи, Ичиро ощутил, как в его сердце поднимается волна ужаса. Мысли о важности духовной пищи для увеличения рейацу стали еще настойчивее. Битва шинигами — это битва рейацу. Эта фраза была поистине классической. После перерождения Ичиро придавал этому большое значение, но он впервые лично столкнулся с подобной ситуацией... В то же время в его сердце впервые зародилось желание бросить все силы на самосовершенствование! Будь то сила, уровень знаний или... положение! Он больше не хотел, чтобы его подавляли! Он хотел встать! Нет, не хочешь... Внезапно в глубине души Ичиро раздался звук открывающейся и закрывающейся двери, и донесшиеся оттуда слова охладили его необъяснимо воспрявший дух. Да, он действительно не хотел... В первой жизни, когда его жизнь вот-вот должна была достичь своего апогея, он умер... Во второй жизни, вскоре после того, как он стал Государственным алхимиком, он умер... Сейчас была его третья жизнь. Он еще не достиг успеха, но уже боялся... «Кто, блин, станет капитаном — тот мудак!» Нет, не так! И лейтенантом тоже быть нельзя! Эти мысли Ичиро глубоко запечатлел в своей душе, как только очнулся в Обществе душ. Достижение успеха и славы — можно сказать, в двух предыдущих жизнях он это почти завершил, и повторять этот путь не имело смысла. По сравнению с этим он нашел нечто более интересное... Исследование истины этого мира... Только когда он исследует все истины мира, он сможет считать себя успешным. А истина... бесконечна! Этот баг он, Амакава Ичиро, был намерен использовать! — Мечта... значит... ха... — тело Ичиро качнулось. Он поднял голову и посмотрел на Тэнджиро Киринджи, впервые полностью обнажив эмоции в своих глазах, которые засияли невиданным доселе светом. — Я хочу... сорвать... маску с этого мира... чтобы узреть... его... вечную и неизменную... истину! — !!! — Тэнджиро Киринджи и капитан потрясенно смотрели на Ичиро. Они ожидали услышать множество ответов: богатство, власть, сила, — но только не этот. Судя по обычному поведению Ичиро, он не походил на человека со столь высокими идеалами. Но эмоции, переполнявшие сейчас его взгляд, не были фальшивыми. Прожив несколько сотен лет, они научились разбираться в людях. — ... — Помолчав немного, Тэнджиро Киринджи внезапно убрал всю свою рейацу и, глядя на тяжело дышащего Ичиро, улыбнулся. — Ты... очень неплох. Услышав это, Ичиро тоже улыбнулся. Теперь он постепенно понимал, что его внезапный эмоциональный срыв, скорее всего, был связан с Тэнджиро Киринджи. Наверняка это была какая-то проверка. При этой мысли Ичиро почувствовал холодок страха. Если бы его спросили не о мечте, а о чем-то другом, он, возможно, и попался бы. Хотя он был уверен, что смог бы вернуть доверие Сейрейтея, это неизбежно повлияло бы на его планы развития. А если бы он стал капитаном, то все было бы кончено. У него не было свободного времени на решение рутинных дел. Но, к счастью, он прошел проверку. Хотя за ним и дальше будут наблюдать, но, скорее всего, больше его так проверять не станут. В конце концов, человеческая природа — вещь, которая меньше всего выдерживает испытаний. Как в той знаменитой фразе... «И этим вы собрались искушать кадрового работника?» Смысл был в том, что соблазн слишком мал, чтобы даже возникло желание поддаться. Если же искушение достигнет определенного уровня, устоять не сможет почти никто. В Сейрейтее не могли не понимать, что, доверяя человеку, не стоит его лишний раз проверять. — Ичиро. — Да? — Отличная работа. В ответ на похвалу капитана Ичиро почесал затылок и улыбнулся. — Нам с Тэнджиро нужно еще кое о чем поговорить. Подожди меня снаружи, потом вместе вернемся. Мне нужно дать тебе некоторые указания. — Есть, капитан! ... Когда Ичиро вышел с тренировочной площадки, Тэнджиро Киринджи, зажав в зубах деревянную палочку, ухмыльнулся: — Рецу, у этого парня большое будущее. — Угу. — Ты собираешься растить из него капитана Четвертого отряда? — Угу. — Хм... что ж, это тоже неплохо. Но я думаю, что Четвертому отряду больше подходишь ты. Этому парню место в Отряде Кидо. В конце концов, у него такой выдающийся талант в Кидо. Да и истина мира, ха! Прямо как те старики, ха-ха-ха! — Угу. — Ха-ха... кхм... — смех Киринджи оборвался. Глядя на молчаливую капитана, он почувствовал, как по лбу скатилась капля холодного пота. — Рецу... ты с самого начала молчишь, что... что случилось? Фух... Слова Киринджи словно послужили сигналом. Неведомая аура поднялась от капитана, и коса, собранная на груди, распустилась, взметнувшись к небу! Гульк! Киринджи сглотнул и дрожащим голосом спросил: — Р... Рецу, ты... ты это... — Почему ты только что самовольно использовал рейацу, чтобы давить на Ичиро? Я не припомню, чтобы мы заранее это обсуждали... Бровь Киринджи дернулась, и он с ужасом проговорил: — Я... я... я просто... просто... пошутил. Да-да, я просто пошутил, так эффектнее. Ха-ха... да, точно. Капитан с распущенными волосами улыбнулась, источая еще более густую жажду крови, и сказала: — Тогда и я, пожалуй, тоже пошучу... Дзинь! — А-а-а! ... — Хм? — выйдя из особняка, Ичиро с сомнением оглянулся. Ему только что послышался крик? Он тут же усмехнулся и покачал головой. — Да как такое возможно? Это же квартал знати, да еще и те двое там. У кого хватит смелости? Через некоторое время капитан вышла с довольным видом. Окликнув Ичиро, она повела его к академии. — Ичиро, в последнее время неспокойно. Побудь пока в академии, в отряд временно не ходи. Услышав слова капитана, Ичиро прищурился. Недавние странные события и обрывки информации из оригинальной истории сложились в единую картину. Он кивнул: — Понял, буду осторожен. — Да. Кстати, когда ты собираешься выпускаться? Собираешься доучиться до конца? В нынешней Академии духовных искусств тебя, наверное, уже некому учить. — Да, это так. Но моя боевая система еще не достроена. После выпуска времени, скорее всего, будет не так много. Ведь систем, которые мне нужно изучить, довольно много: Кидо нужно продолжать учить, заклинания для Кайдо — систематизировать, боевую систему — выстраивать. И самое главное — занпакто никак не может достичь Шикая. Я ведь уже слышу ее голос, но постоянно застреваю на самом важном — на имени. Эх... Загибая пальцы, Ичиро вздохнул. Шикай занпакто беспокоил его больше всего. Для всего остального у него были решения, но только здесь — полная неопределенность... — Шикай, говоришь? Не торопись. Раз уж ты слышишь голос, то рано или поздно все получится. К тому же, ты получил занпакто совсем недавно, времени еще много. — Угу, — кивнул Ичиро. Но одного он капитану не сказал... Голос занпакто становился все тише и тише... Дело было не в том, что занпакто молчал. Дело было в том, что он... переставал его слышать...