Часть 62

Глава 62.

— Уважаемые господа, я надеюсь, что вы сохраните в тайне то, что сегодня произойдёт. Пусть это останется между нами, и впредь не просите меня без веской причины использовать эту способность. Сегодня лишь особый случай… Капитан-главнокомандующий приоткрыл глаза, окинув всех взглядом, и произнёс: — Я даю тебе слово, что сегодняшние события не выйдут за эти стены. И в будущем они не станут беспокоить тебя по пустякам. Использовать эту способность или нет — решать только тебе. Если кто-то осмелится принуждать тебя к этому, старик лично сожжёт его дотла! Услышав это, Ичиро улыбнулся: — Тогда я спокоен. Мой занпакто — исцеляющего типа. Он способен стирать любые раны с тела, и это, разумеется, включает в себя… смерть! !!! — х 5 Все пятеро были ошеломлены и не могли поверить своим ушам. Что за способность занпакто он только что описал? Воскрешение из мёртвых? Это же сильнее, чем у капитана Уноханы! Но… — Ты уверен, что можешь воскрешать мёртвых? — серьёзно посмотрел на него Капитан-главнокомандующий. — Уверен. Смерть — это тоже своего рода рана, просто более тяжёлая. При достаточно детальном понимании строения человеческого тела даже занпакто капитана Уноханы способен совершить воскрешение. «Правда, только на физическом уровне…» Эту последнюю фразу Ичиро произнёс про себя. Согласно его теории, человек состоит из трёх частей: физического тела, духовного тела и духа. Последние два в совокупности и есть то, что принято называть душой. В Обществе душ нет физических тел, их заменяют духовные, так что шинигами состоят из двух частей: духовного тела и духа. Признак смерти — разрушение духовного тела и отделение духа, который, сохранив лишь обрывки воспоминаний, перерождается в одном из двух миров. А воскрешение бывает двух видов. Первый — неполное воскрешение, то есть восстановление только духовного тела. Жизненные показатели возвращаются, и если мозг не повреждён, память в основном сохраняется. Со временем в этом духовном теле зародится новый дух. С этой точки зрения, это уже будет совершенно другой человек. Но с точки зрения памяти и характера он будет таким же, как и прежде. Для тех, кто не знаком с теорией Ичиро, это и есть воскрешение. Теоретически, на такое способен и занпакто капитана Уноханы, и даже достаточно сильное кайдо. А вот второй вид воскрешения, насколько было известно Ичиро, подвластен пока лишь ему и Истинному Монаху из Дворца Короля Душ. Это — двойное воскрешение, духовного тела и духа! С духовным телом всё понятно: Ичиро исцеляет, а Истинный Монах воссоздаёт. Тут сложно сказать, чей метод лучше. А вот с духом всё иначе. Метод Истинного Монаха был сильнее. Он мог, воззвав к истинному имени, вернуть отделившийся дух и, используя техники, затрагивающие силу времени, восстановить тело вместе с памятью. Ичиро же, с помощью способности своего занпакто, Сэкай, проникал в сознании в разлом между тремя мирами, чтобы отыскать тот самый дух, готовый к перерождению, и вернуть его, тем самым совершая воскрешение. По сравнению с методом Истинного Монаха, его способ был куда грубее, но имел и свои преимущества: не нужно было знать имя. Истинный Монах без имени был бессилен. Кроме того, его метод не позволял мгновенно восстановить полную силу — грубо говоря, терялся «опыт». Но зато эту способность можно было применять и на себе, что было просто читерством. Стоявшая рядом капитан Унохана прищурилась. Она вспомнила слова Ичиро: «Смерть — это не конец…» Раньше она думала, что Ичиро говорил это, зная о способностях Ичибея, но теперь поняла, что это не так. Не стоит забывать, что занпакто Ичиро уже обрёл человеческую форму и отличался от обычных мечей. Занпакто обычного шинигами, как правило, перестаёт действовать после смерти владельца, но на Сэкай это не распространялось. Более того, многие способности, сдерживающие занпакто, были против неё бессильны, потому что по своей сути она уже была шинигами — шинигами с особыми способностями. В этот момент размышлявшая Унохана почувствовала на себе испытующий взгляд Капитана-главнокомандующего и лишь покачала головой. Она даже не знала об этой концепции, как она могла бы освоить эту область? На самом деле, она уже пробовала. Но это выходило за пределы возможностей Миназуки в форме шикая. Возможно, банкай Миназуки и был на это способен, но она не проверяла. Вероятно, направление её исследований отличалось от пути Ичиро. Пока они обменивались взглядами, Ичиро уже подошёл к телу того самого смертника уровня капитана-пустышки и медленно извлёк свой занпакто. К счастью, капитан Унохана обезглавила его одним ударом, так что мозг не сильно пострадал и воспоминания сохранились. Иначе возникли бы проблемы. Именно поэтому Ичиро собирался воскресить лишь его духовное тело. Воскрешать ещё и дух было бы слишком хлопотно. — Реконструируй, Сэкай! К изумлению Сэйгана и остальных, первый занпакто на поясе Ичиро превратился в прекрасную девушку. Они лишь слышали о его занпакто, знали, что это биологический меч исцеляющего типа, но чтобы «биологический» до такой степени… это было нечто… Мужчинам оставалось только завидовать! Особенно Кьёраку, который от зависти чуть слюной не захлебнулся… Эх, если бы его занпакто был таким же! А ведь у него целых два духа меча! — Господин Ичиро, вы хотите его воскресить? — с этими словами Сэкай уже приготовилась действовать, в её голосе слышалось нетерпение. — Подожди, Сэкай! — Господин Ичиро? — Я сам, — Ичиро протянул правую руку к Сэкай. Сэкай натянуто улыбнулась и сказала: — Господин Ичиро, с таким делом я и сама справлюсь. Присутствующие задумчиво наблюдали за этой сценой. Возможно, цена воскрешения была не так уж и мала… — Что значит «с таким делом ты справишься»? Я обрёл тебя не для того, чтобы ты занималась подобным. Ты — моя вторая половина, и то, что ненавистно мне, непременно ненавистно и тебе. Поэтому, я сам. А ты просто оставайся собой. — Но, господин Ичиро… — Сэкай, я сказал, я сам! — сурово прервал её Ичиро, не дав договорить. Сэкай вздохнула, отступила на несколько шагов и ответила: — Да, господин Ичиро. Сложив и тут же раскрыв свои белоснежные нефритовые ладони, она материализовала в руках занпакто из духовных частиц. Поколебавшись мгновение, Сэкай протянула его Ичиро. Держа занпакто и глядя на труп у своих ног, Ичиро почувствовал, как дрожит его рука. Он всегда следовал принципу «жизнь бесценна», и это убеждение прочно укоренилось в его душе. Ведь для человека, занимающегося биологическими исследованиями, как он, утрата благоговения перед жизнью могла привести к ужасающим последствиям. Как, например, в тот период после проведения опытов по человеческому преобразованию. В те дни он смотрел на людей, и они казались ему просто движущимися кусками плоти… Поэтому, даже сейчас, когда Врата больше не ограничивали его и он мог бы без зазрения совести проводить эксперименты на людях с помощью своего занпакто, Ичиро этого не делал. Он благоговел перед жизнью и не хотел играть с ней. Если бы он пошёл по этому пути, то с большой вероятностью в конце концов превратился бы в безумца! Поэтому сейчас, совершая поступок, противоречащий его внутренним убеждениям, он испытывал сильное потрясение. И хотя он установил для себя правило «не больше трёх раз», всем известно, что принципы для того и существуют, чтобы их нарушать… Это как с женской одеждой — такое бывает либо ноль раз, либо бесчисленное множество раз. В конце концов, Ичиро всё же решительно опустил занпакто. Сияние духовных частиц окутало тело смертника. Там, где проходил свет, все раны затягивались, и даже отрубленная шея встала на место. Хм, по идее, следы крови тоже должны были исчезнуть, ведь суть его способности заключалась в реконструкции духовных частиц. Но тогда это не соответствовало бы его легенде об «исцеляющем занпакто», поэтому кровь он решил оставить. Завершив исцеление, Ичиро с облегчением выдохнул, кивнул Шихоину Сэйгану и, опираясь на Сэкай, отошёл в сторону. Расход рейацу был невелик, почти ничтожен, основное давление было психологическим. Увидев состояние Ичиро, капитан Унохана сощурилась и посмотрела на Капитана-главнокомандующего. У того дёрнулось веко. Он понял, что имела в виду его старая подруга, и кивнул, давая понять, что не позволит никому беспокоить Ичиро.