Часть 138

Глава 138.

Капитан-главнокомандующий пристально посмотрел на капитана Унохану и в итоге решил довериться ее суждению. Он был уверен в проницательности своей старой подруги. Затем они вчетвером доработали некоторые детали плана, такие как конкретное распределение личного состава. Двумя важнейшими задачами в этом инциденте были стабилизация мира живых и Руконгая. Все остальные дела отходили на второй план. Укитаке и капитан Унохана были главными ответственными за эти два плана. На самом деле, за стабилизацию второй половины Руконгая должен был отвечать Кенпачи, но… Не то чтобы капитан-главнокомандующий его недооценивал. Он, безусловно, был достоин звания обычного капитана, его сила и опыт были достаточны. Проблема была в том, что это был Кенпачи, а предыдущие Кенпачи были слишком выдающимися. К тому же, он был первым, кто открыто нарушил традицию наследования звания Кенпачи, что неизбежно вызывало пренебрежение. (Унохана тайно передала звание второму Кенпачи, поэтому лишь немногие знали, что она была первым Кенпачи.) Тем временем, пока капитаны обсуждали дела, Ичиро, кое-как выбравшись из желудка Миназуки, сидел, подперев подбородок, и пытался переварить полученную информацию. За те несколько лет, что он отсутствовал в Обществе душ, самым значительным событием стало нападение на Руконгай пустого уровня Васто Лорде, которого в итоге победил Куруяшики Кенпачи. На самом деле, это его не слишком удивило. Увидев раны на теле Заэльапорро, он уже догадывался о чем-то подобном. Но то, что произошло дальше, превзошло все его ожидания. После битвы Азаширо Соя бросил вызов Куруяшики Кенпачи и с помощью хитрости одержал победу, поскольку Куруяшики не мог использовать свой банкай в Обществе душ. Его банкай, высвободившись, атаковал бы без разбора и мог бы одним махом поглотить весь Сейрейтей. В общем, Куруяшики Кенпачи проиграл Азаширо Сое и, получив в бою тяжелые раны, скончался. Азаширо Соя, сменив имя на Азаширо Кенпачи, официально стал капитаном Одиннадцатого отряда. А затем последовало еще более драматичное событие. Этот Азаширо, вместо того чтобы спокойно исполнять обязанности капитана, попытался подчинить себе жителей Руконгая для похода на Уэко Мундо. Но, не успев начать свой план, он по какой-то причине сам сдался Совету 46 и был заключен в самый нижний уровень подземной тюрьмы, «Муген». (На самом деле, он почувствовал, что Король Душ не одобряет его действий, но как это было выражено, не уточняется.) Таким образом, он пробыл капитаном всего год с небольшим, после чего его место занял бывший лейтенант, а ныне Кенпачи, Муроку. Он был единственным капитаном Одиннадцатого отряда, получившим этот пост не через поединок, за что его многие презирали. Ходили даже слухи, что капитан-главнокомандующий и другие, говоря о нем, называли его просто «Кенпачи», а не как предыдущих капитанов — «Куруяшики Кенпачи» или «Азаширо Кенпачи». Поистине трагическая судьба… С трудом переварив информацию, Ичиро все еще не мог с этим смириться. Он отсутствовал всего несколько лет, а все так быстро изменилось. Если бы он уехал на несколько десятков лет, то, наверное, сменилась бы большая часть капитанов. И когда это Азаширо стал таким сильным? Это же был Куруяшики Кенпачи! Примерно сто с лишним лет назад он в одиночку зарубил одного Васто Лорде, а год назад с помощью шикая отбил атаку другого Васто Лорде, Заэльапорро. И такого крутого мужика победил Азаширо? Он что, стероидов наелся? На самом деле, это было заблуждение Ичиро. Когда Азаширо тренировался с ним, было четко оговорено, что они практикуют только владение мечом, а это не было сильной стороной Азаширо. К тому же, в фехтовании он ни разу не победил Азаширо. Хотя в обычном бою Азаширо не был ему противником, но кто во всем Обществе душ мог выдержать такое количество кидо? Это была просто проблема совместимости способностей, а не слабости Азаширо. Но с Азаширо… ему нужно было как-то встретиться. Вспоминая прошлое в Уэко Мундо в поисках способа противостоять Кьёка Суйгецу, он припомнил, что когда-то в социальной сети под названием «Расскажи свою только что выдуманную историю» видел анализ одного умника. Тот утверждал, что способность занпакто Азаширо делает его невосприимчивым к Кьёка Суйгецу. Он хотел было по возвращении обсудить это с ним, но кто бы мог подумать, что тот окажется в тюрьме! Действительно… Черт! Поразмыслив некоторое время о том, как подобраться к Азаширо или связаться с ним, Ичиро вдруг вскочил, словно что-то вспомнив, и поспешил к выходу. Чуть не забыл! По возвращении нужно было решить еще одно важное дело! Подстричься! Сейчас волосы Ичиро были собраны в небольшой хвост на затылке. Поначалу, прибыв в Общество душ, он стригся под «ежик», но потом понял, что ходить стричься каждые месяц-два слишком хлопотно. Немного подумав, он решил отрастить волосы и собирать их в хвост. Так было удобнее: просто сгреб волосы рукой, завязал резинкой — и готово. И стричься часто не нужно. Но за долгое время в Уэко Мундо его прическа немного растрепалась, что слегка портило его привлекательность. Его внешность, которая должна была быть на девяносто девять баллов, теперь тянула лишь на девяносто восемь. Как такое можно было терпеть?! Однако его грандиозный план по преображению был прерван на корню, едва он вышел за ворота Четвертого отряда. Он столкнулся лицом к лицу с капитаном, которая, не глядя на него, бросила: — Пойдем со мной. И направилась вглубь Четвертого отряда. Что оставалось делать Ичиро? Идти следом. Он не хотел снова оказаться в желудке Миназуки. Но ему было любопытно, что за дело заставило капитана так торопиться. Ведь он только что вернулся и еще не успел отдохнуть! Они прошли в кабинет капитана. Ичиро уже думал, что ему дадут какое-то поручение, но капитан велела ему стоять в стороне и начала без остановки раздавать задания Киёносукэ, в основном касающиеся распределения персонала. Так прошло больше часа. Капитан и Киёносукэ были заняты, а Ичиро стоял рядом и наблюдал. Наконец, капитан с облегчением вздохнула, встала и с удивлением произнесла слова, разбившие сердце Ичиро: — Что ты здесь делаешь? «Что я здесь делаю…» «Здесь делаю…» «…» «Делаю…» «…» Ичиро с грустью прижал руку к груди и с болью в голосе сказал: — Разве не вы, капитан, велели мне ждать? — Ах, да, чуть не забыла. Пойдем, сходим в одно место, — сказала она и направилась к тренировочной площадке, где находился Миназуки. — Куда? — В Руконгай. Ичиро на мгновение замер, его глаза забегали. Он осторожно спросил: — Искать его? — Да. Скоро начнется хаос, а нынешний Кенпачи слишком слаб и не достоин этого имени. Поэтому я надеюсь, что он согласится стать новым Кенпачи. — А он согласится? Капитан бросила взгляд на стоявшего позади Ичиро, и уголки ее губ слегка изогнулись: — Тебе лучше надеяться, что согласится. — Почему? — спросил Ичиро, недоуменно следуя за капитаном на спину Миназуки и одновременно пиная разочарованного Миназуки. «Презренный простолюдин… нет, презренная рыба… нет, презренный меч! Вечно норовит меня сожрать!» — Потому что если он не согласится, завтра же ты пойдешь и бросишь вызов Кенпачи, чтобы вернуть это звание. — ??? — на лице Ичиро застыл немой вопрос. — Я? Стану Кенпачи? Капитаном Одиннадцатого отряда? — Да. — Не надо! Я хочу навсегда остаться в Четвертом отряде! Я хочу быть всего лишь третьим офицером! — Потом можно будет тайно поменяться обратно, как я в свое время. Если уж совсем не хочешь, то помоги мне его уговорить. — …Я обязательно уговорю его попасться… то есть, стать капитаном Одиннадцатого отряда! Капитан улыбнулась, ничего не сказав, и велела Миназуки лететь в сторону Руконгая. Однако по мере того, как они летели, Ичиро начал испытывать смутное беспокойство. Эта дорога казалась ему все более и более знакомой. — Хм? Капитан, это направление… — Верно, мы летим в сторону твоего дома. — Э-э, почему? Мы же собирались искать его. — Да. Но сначала нам нужно узнать, где он. У нас не так много информации о Руконгае. Ты ведь прожил здесь несколько десятков лет? Думаю, твои каналы помогут нам его найти. — …Хорошо. … Через некоторое время Миназуки, несший Унохану и Ичиро, приземлился у второго района Руконгая. После приземления капитан слегка приподняла ножны и сказала: — Возвращайся, Миназуки. — Йаа! В мгновение ока огромный Миназуки, словно туман, влетел в ножны. Окружающие души, увидев это, инстинктивно отступили на несколько шагов. Это был их врожденный страх перед шинигами. Однако по мере того, как Ичиро и капитан углублялись внутрь, ситуация начала меняться. Во-первых, они не узнавали капитанское хаори. Во-вторых, многие еще помнили Ичиро. У него были довольно хорошие отношения с соседями, иначе он не смог бы организовать фестиваль фейерверков. — Это же Ичиро! Несколько лет не виделись, даже на фестиваль не приходил. — Ничего не поделаешь, дядя Каэдэ, был очень занят. — Это хорошо. Занятость — это хорошо. Значит, есть перспективы. По пути, за исключением новоприбывших, все, от мала до велика, приветствовали Ичиро. Некоторые были с ним в хороших отношениях, другие просто хотели поговорить с ним, видя, что он стал шинигами. — У тебя неплохие отношения с людьми. Не ожидала. — Э-э, капитан, это уже слишком. Что значит «не ожидала»? У меня всегда были хорошие отношения с людьми! — Общаться с психом… должно быть, им нелегко. Бедняги. — Что значит «псих»… — А разве не псих пойдет в одиночку против Короля Уэко Мундо? Нокаут… Ичиро тут же сник. Ладно, пора было признать реальность. Он прожил уже три жизни, и когда он хоть раз выигрывал в споре со старшими? Поэтому Ичиро замолчал и молча повел капитана с улыбкой на губах в сторону небольшого переулка. Через некоторое время они остановились перед грязным домом. Ичиро сказал капитану: — Капитан, вы здесь не двигайтесь, я пойду разузнаю кое-что! Тук! Не успел он договорить, как капитан, сложив пальцы в форме меча, стукнула его по голове: — Я знаю, что означает эта твоя фраза. Быстро иди! Ичиро хихикнул и нырнул в грязный дом. — Никакого уважения к старшим, — улыбнувшись, капитан покачала головой и, повернувшись, начала осматривать окрестности. Она слегка нахмурилась. Она не ожидала, что даже во втором районе Руконгая, который находился так близко, будут такие места. Она думала, что такое бывает только в районах с большими номерами. Похоже, Ичиро был прав. Руконгай действительно нуждался в управлении. Сотни лет без изменений — это серьезная проблема. Ведь даже Готей 13 постоянно менялся. А Руконгай, который поставлял им столько талантов, оставался неизменным. Это было неправильно… Тем временем Ичиро ногой вышиб ветхую дверь и, глядя на старуху, молча разбирающую информацию, сказал: — Слушай, старая воровка, ты не можешь поставить дверь поновее? Каждый раз с одного удара ломается. — Хм? Это ты? Редкий гость, — услышав знакомый голос, старая воровка подняла голову, с удивлением посмотрела на Ичиро и недовольно сказала: — А ты думаешь, почему у меня такая ветхая дверь? Что ты, шинигами, здесь делаешь? С твоими способностями ты не должен был так опуститься. — Ну что вы такое говорите? Разве я не могу просто зайти проведать вас? Старая воровка смерила Ичиро бесстрастным взглядом и, продолжая разбирать информацию, начала перечислять: — Двадцать лет назад ты приходил ко мне в среднем 72 раза в год. 36 раз — за информацией, 31 раз — за материалами. И сломал мне 71 дверь. — Видите, один раз я все-таки пришел вас проведать! — Ты пришел проведать? Ты пришел чинить дверь! — Кхм, это все дела давно минувших дней, не будем об этом. Я пришел на этот раз, чтобы узнать информацию об одном человеке. — Я так и знала, что от тебя не будет ничего хорошего. Говори, кого ищешь? — Зараки. Старуха нахмурилась и сказала: — Зачем он тебе? Он опасный человек. Ты можешь умереть! — Не беспокойтесь обо мне. Со мной мой капитан. — Капитан? — старуха сначала недоверчиво прищурилась, а потом с изумлением посмотрела на Ичиро. — Ты говоришь о капитане Готей 13? Ичиро с улыбкой кивнул, не став говорить ей, что сила Зараки превосходит силу большинства капитанов. Так было лучше. — Похоже, у тебя все хорошо. Это радует. Раз с тобой такая важная персона, то за тебя можно не беспокоиться. Держи, это информация о его местонахождении на три дня и о нескольких местах, куда он собирается пойти. — Спасибо. Сколько с меня? Старуха махнула рукой: — Дарю. Ты только поменьше мои двери вышибай. Ичиро улыбнулся и, вместо ответа, сказал: — Может, ты, старая воровка, переедешь со мной в Сейрейтей? Я сейчас неплохо устроился. — Оставь. Я, старуха, привыкла жить во тьме. Бери информацию и убирайся отсюда! У меня еще дела есть! — Хорошо, тогда до свидания, — Ичиро пожал плечами и, согнувшись, вышел. После ухода Ичиро старуха достала из-под документов рисунок и на ее лице появилась нежная улыбка, совершенно не похожая на то холодное выражение, что было мгновение назад. На рисунке были изображены Ичиро и двое стариков, сидящие за столом и весело обедающие. Атмосфера была необычайно теплой. Одной из них была сама старая воровка, а другим — ее покойный муж. К сожалению, у него не было рейрёку, и он уже умер. Он так и не смог выпить с Ичиро, что было его главным сожалением в жизни и, в то же время, величайшим утешением перед смертью… В их деле некоторые вещи обречены оставаться лишь в мечтах…