Непреложный обет

      Впервые Азалия Поттер испытывала благодарность своим сумасшедшим родственникам за их отношение к магии. Паранойя Дурслей выручила в такой нестандартной ситуации, как временное размещение Гриндевальда. Убежище магглов, теперь использовалось магом. Ази ценила в жизни иронию и жалела лишь о том, что рассказать «любимой» тетушке, как используется их собственность, не представлялось возможным.       Англия негостеприимно встретила странников с Альп проливным дождем. Оставалось радоваться, что Кикимер перенес магов прямиком в маленький домик, который вчера Ази, Гермиона и эльф сделали пригодным для жизни.       Старая, обветшавшая мебель смотрелась роскошно после грязного половика в камере Нурменгарда. Наличие горящего камина, что прогревал всё помещение, обрадовало Гриндевальда даже больше заполненного холодильника.       Маг, коротко спросив где тут ванная, отправился приводить себя в относительный порядок. От консультации ведьмы мужчина лишь отмахнулся. Зря, конечно, прогресс пятьдесят лет на месте не стоял.       Мудро решив не спорить, Азалия устроилась в кресле и вытянула ноги поближе к огню. Закинув руки за голову, она аккуратно потрогала собранные в жгут волосы, борясь с невыносимым желанием их распустить и расслабиться. От напряжения кожа головы ныла. Поттер еще раз про себя помянула чёрта и Мерлина, и с раздражением вытащила невидимые шпильки из скромной прически.       Наслаждение накрыло в равной степени с облегчением, когда черные пряди водопадом заструились вниз. Тихий вздох разнесся по комнате. Тонкие пальцы девушки зарылись в мягкую копну волос и с силой начали массировать голову. — Настоящая красавица, — послышалось у двери.       Азалия дернулась, не ожидавшая скорого возвращения мужчины. Её рука рефлекторно потянулась к палочке. Сдержав порыв, девушка чуть повернула голову и кинула взгляд за спину. — Как это возможно?! — восклицание сорвалось с губ Поттер, а сама она молниеносно подорвалась с нагретого кресла.       Найдя газету сороковых годов, которую Азалия намеренно оставила в убежище вместе с целой кипой более свежих выпусков, девушка стремительно приблизилась к Гриндевальду. Сравнение фотографии и мужчины рядом вогнало ведьму в еще большее недоумение. — Как ты не постарел за полвека в тюрьме? Философский камень перед «отсидкой» съел? — переход на «ты» и неуместный для юной мисс жаргон никого из этих двоих не смутил.       Мисс Поттер обладала ужасающей многих манерой «тыкая пальцем в небо» попадать в цель. — Одну из наработок Фламеля, — прозвучавший ответ удивил обоих. Её — информацией, а его — самим наличием.       «Вот ведьма! Сначала магическая клятва, теперь личная информация, а скоро и непреложный обет. Такая талантливая, что даже теряюсь — злиться или начать восхищаться?» — Раз мы перешли к новой стадии знакомства, может и своё имя скажешь? — несмотря на насмешливые слова, недовольство Гриндевальда выдавали сложенные на груди руки. — Азалия Поттер, — вымолвила девушка, разглядывая посвежевшего мужчину.       Седые волосы совершенно не портили импозантную внешность бывшего Темного лорда. Да и лицо, несмотря на худобу и измученность, старым не выглядело. Лишь пару чуть заметных морщин у хищно прищуренных глаз. Гриндевальд, надо признать, имел особый шарм и привлекательность. Даже безоружный он вызывал колющие чувство опасности. Исчезнувшая борода открыла несколько мелких шрамов, но по своей значимости они не шли ни в какое сравнение со знаком молнии на лбу самой Азалии.       Только сейчас девушка заметила, что была на пол головы ниже своего нового знакомого, а за довольно широкими плечами она вполне могла бы спрятаться. — Значит, всё-таки Цветочек, — тонкие губы разъехались в усмешке, — Можешь звать меня Геллертом. У моей, пусть и корыстной, но спасительницы должны быть привилегии.       Сменив тюремную робу на брюки и рубашку, собеседник мисс Поттер почувствовал себя гораздо лучше. Эта малышка больше не казалась ему Смертью, хотя от своих мыслей он не отказывается — умереть от её руки было бы даже приятно. Только вот вряд ли ей нужна его кончина. Азалия говорила про помощь? Значит, он сделает всё необходимое. В это время никаких глобальных целей Гриндевальд еще не обрел. Ориентир в этом изменившемся мире ему нужен, как воздух.       Сама Поттер, чувствуя приятный запах мыла от тела мужчины, внезапно осознала, что называть Геллерта «стариком» — абсурдно даже в мыслях. «Ему бы еще набрать килограммов десять. Костлявость Гриндевальду не к лицу». — А вам, мисс, неплохо бы усилить ментальные щиты.       Азалия вспыхнула, не ожидавшая таких способностей в легилименции. — Или же не давать к себе прикасаться малознакомым магам, — уже не скрывая ухмылку, мужчина кивнул на свои руки, что невесомо придерживали девушку за талию.       Здесь, конечно, Геллерт не учел одного: даже Дамблдор не всегда способен предугадать реакцию Азалии.       Удар по солнечному сплетению был на удивление отточенным и крайне неожиданным для Гриндевальда. — Заслужил, — хриплым голосом признал согнувшийся мужчина, — но лучше не повторяй этого.       Шум у входной двери заставил Гриндевальда выпрямиться и сделать шаг вперед, прикрывая собой мисс Поттер. — Это должно быть Гермиона, — рука девушки мягко коснулась мужского плеча.       На нелогичность действий Гриндевальда (из них двоих безоружным был Геллерт) Азалия указывать не стала.       Когда миниатюрная шатенка, чьи буйные кудри обрамляли миловидное лицо, вошла в комнату, брови Геллерта взлетели вверх. В его освобождении участвовал такой одуванчик? Новоявленная волшебница выглядела прилежной отличницей. Как только её занесло в такую авантюру — загадка.       Если же возраст Азалии, в связи с жестокой школой жизни и высоким магическим потенциалом, угадывался с трудом, то Гермиона выглядела на свои шестнадцать. Только вот в ореховых глазах плескался интеллект, что у подростков времен молодости Геллерта встречалось редко. — Доброй ночи, мистер Гриндевальд, — рука волшебницы сжимала палочку. Только это выдавало её напряжение перед заключенным Нурменгарда. Маггловская одежда из непонятной грубой ткани синего цвета наталкивала на мысль, что родители этой особы были не магами. — Гермиона Грейнджер. — Приятно познакомиться, мисс, — кивнул в ответ мужчина.       Без лишних слов, Геллерт повернулся к Азалии и протянул ей свою руку ладонью вверх. Для проведения магического обряда требовался тактильный контакт между тем, кто приносит обет, и тем — кому. Третий волшебник проводит ритуал, зачитывая клятвы, и он же является для Магии главным свидетелем.       Мысль о схожести обряда с венчанием абсурдно пролетела в голове у всех присутствующих. Нервы. Это всё они.       Рука мисс Поттер коснулась мужской ладони и медленно, не прерывая касания, заскользила вверх. Тонкие пальцы сжали предплечье Гриндевальда. Мужчина проделал тоже самое. — Начинай, Гермиона, — попросила Азалия, не разрывая зрительного контакта с Геллертом.       Палочка мисс Грейнджер была моментально направлена на двух волшебников, чьи жизни теперь будут скреплены особой печатью.       Тонкая огненная нить сорвалась с кончика волшебной палочки, связывая руки мисс Поттер и Гриндевальда. Когда Гермиона заговорила, Ази выдала свое волнение тем, что чуть крепче вцепилась в руку мага. — Обещаешь ли ты, Геллерт Гриндевальд, помогать, защищать и оберегать Азалию Поттер, пока лорд Волан-де-Морт окончательно не падет? — Обещаю, — звучавший ровно голос совершенно не ввязался с зажженным в разноцветных глазах любопытством. — Обещаешь ли ты учитывать её интересы и действовать ей во благо? — Обещаю. — Обещаешь ли ты защищать меня, Гермиону Грейнджер, по мере своих возможностей? — Обещаю.       Огненная плеть исчезла. Непреложный обет был дан.       Мысли Гриндевальда крутились, обдумывая данные условия. Они были приемлемы, как ни посмотри. Он ожидал чего-то более эгоистичного и невыполнимого. Похоже обе волшебницы вполне осознанно обзавелись не рабом, а покровителем. Особенно мисс Поттер, чья жизнь и благополучие в клятве звучали более приоритетно.       Азалия первая отняла свою руку и бесцельно сделала пару шагов по комнате. Ей предстояло многое поведать Геллерту этой ночью, чтобы после вернуться на Гриммо. Первого августа, по инициативе Молли Уизли, которой надоело пытаться хозяйничать в чужом доме, все должны перебраться в Нору. Значит, до конца лета у Азалии едва ли будет возможность выбраться оттуда, ведь даже комнату придется делить не только с Гермионой, но и с Джинни. Не то чтобы для мисс Поттер это было тяжким испытанием, всё-таки в детстве её территорией был тот самый чулан под лестницей. Но такое скопление людей и тотальный контроль лишали необходимого простора для действий.       Мисс Грейнджер, несмотря на клятву, опасалась оставлять подругу с темным магом, но договор — есть договор. Ей нужно прикрыть отсутствие Азалии на Гриммо. Сегодня девушки нарушили законы двух государств. По предварительной оценке мисс Грейнджер, только в магической Британии их должны были исключить из Хогвартса и лишить палочек — за использование заклинаний вне школы, а если добавить незарегистрированные волшебные палочки и сокрытие опасного темного мага… Лучше не думать об этом.       Авантюра для мисс Поттер так вообще могла обернуться реальным сроком в Азкабане. Всё-таки она незаконно переместилась в другое государство, пробралась в охраняемый объект, усыпила тюремщиков и способствовала побегу самого Гриндевальда. Сириус может быть и аплодировал ей стоя, но все остальные — вряд ли.       Писк электрических часов, уведомляющих о наступлении полуночи, вывел из раздумий всех троих. — У нас мало времени. Возвращайся и отдохни, дорогая, — Поттер смотрела на подругу с особым расположением.       Гриндевальд, который к дружбе относился с долей скептицизма, видел глубочайшую связь двоих ведьм. Такое духовное родство порой родные братья не имели. Создавалось впечатление, что в этом мире Поттер и Грейнджер могли доверять только друг другу. И обе готовы на немыслимое, ради защиты близких людей. — Будь осторожна, — попросила мисс Грейнджер, — и с Днем рождения, Ази! — девушка кивком попрощалась с Гриндевальдом и направилась к выходу, где её поджидал Кикимер.              Тридцать первое июля Геллерт обведет красным в календаре. День его освобождения. Начало новой жизни. «А Цветочек молодец! Приурочить к своему Дню рождения такую авантюру!»       Гриндевальд с еще большим удивлением смотрел, как девушка разогревает для него суп, как ставит кипятиться воду и заваривает чай. — Зачем ты отпустила эльфа? — едва ли кто-то так заботился о нем лично, своими руками.       Азалия недоуменно оглянулась. К чему был вопрос ведьма осознала не сразу. — У Кикимера сейчас задача посложней. Приготовить, а уж тем более разогреть еду я могу и сама. А ты сам умеешь готовить?       Посмеиваясь, мисс Поттер разложила всё по тарелкам и без магии расставила все на стол. — Умел, — пожав плечами, мужчина принялся за еду.       Представить Гриндевальда за плитой? На этом моменте фантазия Поттер давала сбой. Видимо, пока лично не увидит, представить не сможет. — В холодильнике заготовки. Кикимер будет приходить по твоему зову, но готовит он отвратительно. Проще завести еще одного эльфа или питаться где-нибудь, — девушка неопределенно повела плечами. — Но суп вкусный, — недоуменно возразил мужчина. — Его варила я. Проблема в том, что я под колпаком у двух могущественных волшебников и передвигаться свободно не могу. Даже в банк без сопровождения попасть не выйдет, не то чтобы появляться здесь. — Не беспокойся. Я разберусь. Ты лучше приступай к рассказу. Подробнее про этого лорда и почему тебе нужна от него защита?       Азалия тяжело вздохнула и откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди — её любимая закрытая поза при неприятных разговорах. — Про восхождение Волан-де-Морта и деятельность Пожирателей Смерти, ты узнаешь из газет. А что про меня… Для всего волшебного мира я — Девочка-Которая-Выжила. Шрам на лбу, — Поттер откинула волосы назад, открывая «молнию», — это последствия известного всем убивающего заклинания.       Гриндевальд отложил столовые приборы и внимательно начал слушать необычную жизнь Азалии Поттер. Все шестнадцать лет для волшебницы наполнены испытаниями и борьбой.       Всё началось с непонятного пророчества, где говорится о ребенке, что сможет победить Темного лорда. «Бред» — подумал Гриндевальд. Но Волан-де-Морт думал иначе и всё-таки направился в дом Поттеров в Хэллоуинскую ночь.       Вечер 31 октября 1981 года Тёмный лорд появился в Годриковой впадине, чтобы убить Азалию. Поттеры, чей дом был защищен Фиделиусом, нападения не ждали. Мистер Поттер пытался защитить семью, но погиб, не успев схватить даже палочку. Когда Волан-де-Морт уже собрался убить девочку, её мать, Лили, закрыла своим телом кроватку малышки.       По словам Дамблдора, великая силы материнской любви и её добровольная жертва создала несокрушимый барьер вокруг дочери. Когда Волан-де-Морт применил убивающее заклятие к ребёнку, оно отразилось от Азалии и попало в самого Волан-де-Морта. Что странно, от темного мага не осталось ничего. Он просто исчез, потеряв свою силу.       Азалия Поттер стала единственной волшебницей, кому удалось испытать на себе заклятье Авада Кедавра и выжить после. О событиях в Годриковой Впадине свидетельствовал только шрам в виде молнии на лбу девушки. — Значит, старина Альбус приложил ко всему руку и здесь, — сделал свои выводы Геллерт, когда Ази рассказала про то, кто её отправил жить к ненавидящим волшебство магглам.       Десять лет у Дурслей сделали мисс Поттер недоверчивой и в чем-то хитрой, но при этом отчаянно нуждающуюся в чувстве защищенности и бескорыстной любви. Ей приходилось быть сильной и находчивой, чтобы давать отпор кузену и его малолетней банде. Азалия в подробности не вдавалась, однако Геллерту хватило одного упоминания детской забавы «Охота на Ази». Это объясняло умение по-маггловки драться. А внимательность и подвижность легли за основу такого прекрасного навыка, как уклонение от заклинаний.       Для родственников мисс Поттер была обузой, раздражающим фактором и лишним ртом. На девочку возложили домашние дела, приучили готовить завтраки и обеды. — Сейчас я даже благодарна Дурслям. Пусть я ни разу не ходила кататься на аттракционах или в кинотеатр с друзьями, но я вполне могу выжить где угодно. С магией или без нее.       Гриндевальд же видел в девушке стержень, который мог гнуться и подстраиваться, но не ломаться. Даже сейчас рассказывая всё это постороннему человеку, мисс Поттер не испытывала неудобство или горечь. Она просто принимала все грани своей жизни. Из-за этого Геллерт проникался всё большим уважением к своей юной спасительнице. — Почему тебе пришлось жить у магоненавистников? — этот вопрос мучил мужчину с начала повествования. — Директор сказал, что моя мама перед смертью наложила непреодолимую защиту собственной крови. И тётя Петунья, которая является родной ее сестрой, приняв сироту в свой дом, поддержала эту защиту. Для Волан-де-Морта и его приспешников я была недоступна все это время. Только эта защита могла действовать либо до наступления совершеннолетия, либо до того момента, когда я откажусь считать дом Дурслей своим домом. — Всё это попахивает бредом. Защита с такими свойствами основана на том, что в вашем государстве относится к темной магии. Твоя мать была магглорожденной, пусть и довольно сильной волшебницей, но откуда ей знать про такие ритуалы?       Мисс Поттер согласно кивнула. — Сириус посчитал также и забрал меня к себе после четвертого курса, — девушка говорила и так нежно улыбалась, что сидячий напротив маг пришел в легкое замешательство. — Что с ним случилось? — едва ли эта красавица полезла бы вытаскивать Геллерта из тюрьмы, если бы этот Сириус был жив. — Крестного убила Беллатриса Лестрейндж. Знакомая фамилия? — ухмыльнулась брюнетка, завидев гримасу Геллерта. Вопрос был теоретическим, поэтому девушка, не дожидаясь ответа, продолжила, — Сириус Блэк упал в Арку Смерти, которая находится в отделе Тайн.       Гриндевальд кивнул, принимая информацию во внимание. Вся еда давно остыла, но чувство голода едва ли мучило его.       Азалия продолжила свой рассказ, а вместе с тем и удивлять единственного слушателя. — То есть Альбус допустил, чтобы в школе преподавал Защиту от Темных Искусств профессор в непонятном тюрбане и с Волан-де-Мортом на затылке?! Да и еще строил испытательный полигон с философским камнем для одиннадцатилетней студентки?! — Да, именно так. А потом я убила его.       Азалия во всех подробностях рассказывает, как по приказу хозяина Квиррелл бросается на нее. В борьбе за камень профессор получает страшные ожоги. Опять всплывает защита, к которой сам Гриндевальд относится крайне недоверчиво. — Твой старый друг и мой директор объяснил и эту ситуацию, — насмешливая улыбка Гриндевальда отнюдь не раздражает, скорее веселит, — Защита Лили Поттер срабатывает потому, что в теле Квиррелла живёт Волан-де-Морт. Приплел туда и страшное проклятье, которое возникло оттого, что наши антигерои пили кровь единорогов и убивали бедных животных. — Знаешь, я животных не люблю, да и сам убивал всяких тварей. Некоторых воскрешал потом, — взлетевшие черные брови Азалии безмолвно потребовали пояснений, — Я немного владею некромантией. Так вот, минус крови единорогов в том, что она действует на магов словно опиум, опьяняя разум. То есть вещь практически бесполезная, да еще и привыкание вызывает. Версию про проклятье придумали для устрашения детей.       Второй курс гриффиндорки вызвал у Гриндевальда навязчивое желание выпить. Мужчина даже начал осматривать кухню на предмет какого-нибудь забытого бурбона. Разумеется, не нашел. — Василиск и часть души молодого Волан-де-Морта?! Мерлин, что творится в этом Хогвартсе?! — обладая вспыльчивой натурой, Геллерт не сдерживал негодование. Вернувшись на свое место после безрезультатных поисков, Гриндевальд начал нервно барабанить пальцами по столу.       К третьему курсу Азалии мужчину было уже сложнее удивить. Сбежавший из Азкабана крестный? Маховик времени? Предатель родителей? Чего-то такого, кроме всё-таки маховика в руках тринадцатилеток, Геллерт ожидал. — Так симпатию к заключенным у тебя, Цветочек, развил не я?       Ази сжала челюсть и вновь сложила руки на груди, исподлобья глядя на собеседника. — Ладно, хватить испепелять меня взглядом. Продолжай, — с барского плеча «дали добро» мисс Поттер на продолжение рассказа.       Удивляясь самой себе, девушка спокойно продолжила. Через какое-то время взаимодействия с Гриндевальдом Азалия заметит, что зачастую приказы и просьбы Геллерта выполняются всеми безукоризненно. — Четвертый курс, — добавив в голос яда, мисс Поттер кокетливо стрельнула глазками на предплечья. Рукава рубашки Геллерт закрутил, открывая жилистые руки. «Сильный», — мелькнула мысль у Азалии, прежде чем она отвела взгляд в сторону.       Через полчаса всё на той же маггловской кухни женский голос был перебит мужским: — Пожиратель Смерти в школе и несовершеннолетний подросток, участвующий в опасном Турнире Трех Волшебников? И ты утверждаешь, что Альбус желает тебе добра, Ази, — Гриндевальд говорил спокойно, но девушке стало не по себе.       В тот год мисс Поттер узнала, что Уизли и Дамблдор грешат некоторыми вещами. Во-первых, Азалией чертовски мастерски манипулировали, играя на недостатке любви и отсутствии близких людей. Только с появлением такого искреннего и надежного Блэка, стала видна разница в отношении.       Шестой Уизли затаил вселенскую обиду, когда Кубок Огня «выплюнул» имя Ази, и устроил настоящую травлю «жадной до известности» Поттер. Именно на четвертом курсе гриффиндорка в пух и в прах разругалась со всеми рыжеволосыми. Просьбы директора «одуматься» и не забывать друзей здорово выводили из себя, но услышаны ею не были.       Взгляды мисс Поттер были повернуты от «хороших ребят факультет Гриффиндор» к скользким змеям. В конце концов она владеет парселтангом, может общение с кем-то и выгорит. Так Азалия решила присмотреться к детям Салазара и вскоре начала сближаться с Теодором Ноттом. Гриффиндор, за исключением Гермионы, на нее здорово ополчился. Но, после успешно пройденного испытания с драконом, львята стали признавать своего чемпиона. Хуже змей, честное слово.       На рождественский бал Азалия пошла с Ноттом и прекрасно провела время. Добрый крестный, который был вне закона и не мог присутствовать на мероприятиях, озаботился нарядом для своей крестницы. Так что на баллу мисс Поттер чувствовала себя более чем комфортно. Теодор даже высказал мнение о том, что Азалия — настоящая красавица, жаль только слишком твердолобая.       После Рождества отношения не наладились только с Уизли. Джинни была обижена чисто по-женски: у Поттер платье было красивее и кавалер знатней. Рон считал Ази предательницей за то, что она пошла на праздник со слизеринцем. А над близнецами Поттер подшутила также, как они над младшими курсами. Так что все Уизли в школе продолжали дуться и обижаться.       Тем не менее Азалия на втором испытании вытащила Рона, заодно и малышку Делакур, из Черного Озера. После чего с мягкой улыбкой рассказала всем присутствующим Уизли и Дамблдору, где она видит такую дружбу, и куда им всем идти.       С Крамом, который спас Гермиону со дна того проклятого озера, они пожали руки и разошлись приятелями. В тот же день состоялся еще один памятный разговор для Азалии. Флер с мокрыми от слез глазами увела гриффиндорку подальше от воспитательной беседы с директором. На ломаном английском мисс Делакур благодарила за спасение ее сестренки. Под конец мисс Поттер чувствовала себя неудобно, ведь геройства никакого не видела. Она просто не смогла бы оставить ребенка в ледяной воде. Чего тут странного?       Воскрешение Волан-де-Морта Гриндевальд никак комментировать не стал, но выпытал у Азалии все подробности и мелкие детали произошедшего на старом кладбище ритуала.       Поттер была выжата как лимон. Они с Геллертом перебрались в гостиную, поближе к камину. Оставалось рассказать последний год, но для Азалии он был самым болезненным. Ведьма опасалась расклеиться перед Гриндевальдом, оттого давала себе пару минут тишины, чтобы собраться с силами.       Ази, залипшая на танец языков пламени, вздрогнула, когда её тихо позвали по имени.       Гриндевальд, присев около кресла девушки, протянул ей кружку с горячим чаем. Тихие слова благодарности слетели с губ уставшей волшебницы. Её ладони обхватили чашку, случайно задев при этом теплые руки мужчины. Геллерт, заметив смущение Ази, поспешил спрятать улыбку и пересесть в кресло напротив.       Азалия Поттер. За эту полную разговорами ночь у Гриндевальда сложились в голове несколько картинок. Несколько образов этой ведьмы, что сейчас крепко сжимает ладонями чашку и безотрывно смотрит на огонь своими невероятными зелеными глазами.       Азалия Поттер — это длинные темные волосы, любящие свободно струится по плечам своей хозяйки, но порой собранные и скрепленные волшебной палочкой. Азалия — это насмешка над сильнейшими: сильная волшебница, которая бьет по-маггловски. Обладательница дерзкой улыбки, саркастичного чувства юмора и доброго сердца. Мисс Поттер — это невероятная интуиция, интригующий флер загадочности и привитая кем-то уверенность. — Мой пятый курс имел элементы жестокости, — заговорил предмет раздумий Гриндевальда. — Не волнуйся, дорогая, я далеко не слабонервный, — заверил Геллерт.       Только вот на мужских скулах ходили желваки. Губы подозрительно сжимались, когда Азалия рассказывала про наказания у Долорес Амбридж. — Покажи, — приказал Гридевальд, который только сейчас понял, что за бинты выглядывают из-под одежды на левой руке гриффиндорки.       Поттер закатала рукав черной водолазки и сняла повязку, показывая уродливый шрам.

«Я не должна лгать»

      Пальцы Гриндевальда касались аккуратно, стараясь не причинять лишнюю боль. Разноцветные глаза цепко осматривали рану. Он знал это черное перо, при письме которым чернила не требуются. — Заживает плохо. Сколько ты им писала?       Девушка, прикусив губу, постаралась отделаться полуправдой: — Я вначале года получила месяц отработок, — один — светлый, второй — темный. Когда эти глаза направленно смотрели на кого-то, казалось, все мысли больше не были тайной, — Последнее наказание было почти в конце года. Одна отработка. Восемь часов чистописания.       Гриндевальд спокойно кивнул и отпустил девичью руку. В его голове начинал появляться список первостепенных дел: «Нужно достать мазь из хранилища Фламеля в самое ближайшее время. Передам Ази его через Кикимера. А после всё-таки верну себе Нурменгард и помещу туда эту Амбридж.» — Нужно изучить эту вашу связь с Реддлом. Не нравится мне, что он в твои мысли захаживает как к себе домой. — Уже нет, — слабо отмахнулась девушка. Хоть Геллерт и не расспрашивал подробно о событиях в Министерстве Магии, но Азалия их всё равно будто бы заново прожила.       Ночь прошла незаметно. Мисс Поттер вызвала Кикимера, чтобы эльф перенес ее на Гриммо. — И при следующей встрече поподробнее про этот Орден горелой курицы.       Геллерт подпер дверной косяк плечом, с неким сожалением провожая ведьму. — Вообще-то феникс — это магическое создание. — Не люблю животных, — Гриндевальд настолько показательно поморщился, что девушка рассмеялась. — Я заметила, — улыбка делала её настоящей красавицей. Даже маггловские тяжелые ботинки и мужской фасон нарядов её красили.       Перед выходом Азалия вновь обернулась и как бы между делом обронила фразу: — На комоде для тебя маленький подарок.       Девушка и домашний эльф исчезли с едва различимым хлопком трансгрессии.       В названом месте на деревянной поверхности лежало сквозное зеркало, принадлежавшее Сириусу Блэку, а на нем самое желанное приобретение для всех волшебников — палочка.       Через пару дней, уже будучи в гостях у Уизли, мисс Поттер обнаружила небольшую подарочную коробку на своей кровати. Пользуясь отсутствием в спальне Джинни, Азалия распаковала подарок, догадываясь от кого он.       Записка, что лежала поверх всего остального, была написана каллиграфическим почерком. Такой же элегантный, как и его владелец.

«Позволь немного запоздало поздравить тебя с Днем рождения, Цветочек.

Баночка с мазью поможет убрать все последствия от общения с одной неприятной особой, помешанной на розовом цвете и котиках. Даже не знаю, что омерзительней (о моем отношении к животным ты знаешь).

Знак Даров Смерти носи не снимая. Этот кулон защитит твои мысли от проникновения и влияния. Старайся не показывать его Альбусу. Кулон принадлежал мне.

Твой подарок я всегда держу рядом, чтобы ты имела связь со мной в любой момент.

P.S. Прочитай сегодняшний выпуск Пророка.

Г.Г.»

      После прочтения, записку окутало синее пламя, оставляя лишь горстку пепла. Девушку охватило легкое сожаление по этому поводу. Хотя Азалия прекрасно понимала, лишняя осторожность никогда не помешает.       Покрутив в руках склянку с мазью, Поттер убрала её в сумку, решив следовать инструкции по применению и использовать лекарство перед сном.       Золотому кулону ведьма уделила куда больше внимания. Треугольник имел вписанный в центр круг и линию, что исходила от вершины и делила фигуры пополам. Сам знак чем-то напоминал масонский.       Надев украшение Гриндевальда, Азалия спрятала его под кофту. Мисс Поттер решила озадачить подругу поиском большей информации по поводу этого знака.       Легкая на помине Грейнджер вошла в девчачью спальню, сжимая газету в руках. Судя по нервному блеску в ореховых глазах, Гермиона уже наткнулась на «Ежедневный Пророк» и сделала определенно правильные выводы. — Ази! — утренняя корреспонденция упала Поттер на колени, — Страница пять. Маленькая заметка о пропаже работника министерства. — …Долорес Джейн Амбридж, — прочитала Азалия и подняла не менее шокированные глаза на подругу, — вот это поворот!