Часть 13

Вечер, как ни странно, пролетел быстро. Мать Хуна оказалась не такой уж и стревой, а весьма интересной женщиной, у которой человеческий фактор просто стоит на первом месте. Сам же парень нервничал не меньше девушки, стараясь быть максимально заботливым и внимательным бойфрендом для неё. Иногда госпожа задавала каверзные вопросы, но, в основном, Сохи находила, как выкрутиться и спасала и себя, и Хуна. —А когда у Сохи День Рождения? — как бы между прочим спросила женщина, переводя взгляд на сына и попивая чай. —Через неделю, — не задумываясь, отчеканил он, убирая грязную посуду со стола. Сохи немного приоткрыла рот от того, насколько неожиданным для неё оказались познания парня насчёт неё. —Тогда мне нужно будет сделать ей подарок... — протянула женщина, ухмыляясь. — Где моя комната? — Уже более весело спросила она, поднимаясь из-за стола. *** —Она легла спать? — шёпотом спросил Хун, закрывая дверь в спальню, где девушка уже накидывала халат на пижаму. —Да, я сейчас... —Я уже убрал всё, и посуду тоже помыл. — он упал на кровать, подминая под себя подушку и скидывая тапочки с ног. —Мне с тобой спать или... —Падай. — парень похлопал рукой рядом с собой, после чего девушка стянула с себя халат и послушно залезла под одеяло. —Я у тебя раньше не видел эту пижаму. Для меня покупала? — улыбаясь во все тридцать два, лениво спросил парень, обхватывая девушку и прижимая к себе. —Это подарок от того магазина, в котором мы тогда были. Ты их просто озолотил. ---- сообщила ему Сохи. Он хотел было усмехнуться, но всё его веселье испарилось, стоило Сохи лишь немного прижаться к нему. От ощущения её кожи и каждого соблазнительного изгиба её тела, прижатого почти вплотную к его собственному, ему мгновенно снесло крышу и просто невыносимо захотелось заполучить её, и плевать, что его мама спала в соседней комнате. Рвано выдохнув, он притянул её ближе к себе, чувствуя, как стремительно твердеет в штанах его член, требуя разрядки, хоть он и трахался с горячей цыпочкой в клубе совсем недавно, но сейчас он с удивлением понял, что даже не может вспомнить её лица, и стоит у него колом только на Сохи. Парень начал непроизвольно тереться о ягодицы девушки каменным стояком, сдавленно постанывая и чуть ли не кончая от её смущённых тяжёлых вздохов. ---- Хун, что ты... Делаешь?.. - сдавленно прошептала Сохи, пытаясь отстраниться, но он не отпустил, наоборот прижимаясь ещё ближе. —Сохи... Черт, я... я просто больше не могу, я устал каждый день на тебя дрочить... - хрипло выдохнул он, неожиданно прижимаясь горячими губами к её открытой беззащитной шее. — Хун, пожалуйста, я же ещё не... - начала Сохи, но он не дал ей договорить. —Тшш, тише, малышка ... — мягко прошептал парень, уверенно стягивая с ее хрупких плеч лямки недавно купленной соблазнительной пижамки. Сохи замерла, а он зарылся носом в волосы у неё на затылке, постепенно спускаясь всё ниже, целуя ее плечи и лопатки и переворачивая её на спину. — Хун, пожалуйста, не надо... — испуганно произнесла девушка, сжимая в кулачках подушку. Но он навис над ней, коленом раздвигая её ноги, и горячо шепнул в самые губы, прежде, чем накрыть их своими: — Расслабься, сладкая... Больно не будет, если не начнёшь дёргаться. А затем его горячие губы прижались к её губам, скрадывая протестующий стон, что вскоре сменился на узнаваемо сладкий, по мере того, как парень целовал её все жарче, все настойчивее, языком раздвигая её губы и заставляя отвечать ему. Жарко целуя её в шею, он поцелуями стал спускаться все ниже, жадно сминая ладонями упругую грудь стонущей под ним девушки и без труда ломая её слабое сопротивление. Но она все ещё пыталась остановить его. — Хун, я не хочу, чтобы это было так... Пожалуйста, давай остановимся... - прошептала она едва слышно и почти задыхаясь под его напором и настойчивыми ласками. Но сейчас даже от голоса Сохи по телу парня бежали мурашки, его трясло от ощущения её рядом, под собой. Беспомощная, хрупкая, нежная куколка. И сейчас она пренадлежит только ему, сейчас не может быть даже мысли о том, что кто-то другой может так же касаться этого юного совершенного тела, которое сводит его с ума. —Тшшш, куколка... — шепнул он, уверенно задирая её тонкую майку и обнажая полную упругую грудь с торчащими розовыми сосками, от одного вида которой его член встал колом, натягивая тонкую ткань пижамных штанов, а рот непроизвольно наполнился слюной. Сохи попыталась прикрыться, но он поймал её руки и прижал к кровати, опуская голову и принимаясь жадно ласкать её соблазнительную полную грудь губами, посасывая и рисуя языком узоры на нежной коже. Сохи потрясённо ахнула и застонала, невольно расслабляясь и подставляясь под его горячие губы, блуждающие по её обнажённой груди, чувствуя, как внизу живота сладко тянет от его развязных ласк, а парень, чувствуя, что она расслабилась, лишь усилил натиск, прихватывая зубами набухшие соски и теребя их языком, и сам возбуждаясь все больше от того, что делал с ней. Сохи дышала часто и не глубоко, а он все продолжал жадно, почти грубо мять её полную грудь, обхватывая губами соски и жадно втягивая их в горячий влажный рот, дыша тяжело и рвано и возбуждаясь все больше. Сохи застонала, впиваясь ему в плечи, когда он ощутимо прикусил набухший сосок, и выгнулась, с трудом подавив стон. Выпустив изо рта её влажную от его слюны грудь, парень навис над ней и жадно поцеловал, прижимаясь к ней всем телом, лишая всякой воли к сопротивлению и всех приличных мыслей заодно. Сохи ощутила, как его вставший твёрдый член упирается ей в живот, и задышала чаще, чувствуя, как между ног становится влажно. У неё не осталось сомнений в том, что Хун собирался заняться с ней сексом прямо здесь и сейчас и его не останавливал даже тот факт, что в соседней комнате спала его мать. Щеки девушки горели от смущения оттого, что с ней делал брюнет, совершенно не стесняясь своих желаний, но неведомое ранее возбуждение уже начало постепенно растекаться глубоко внутри её тела. Хун лёг на неё сверху, опираясь на сильные руки и удобно расположившись между её широко раздвинутых ног, и стал жарко целовать, все сильнее вжимаясь в неё крепким членом, который она отчётливо ощущала сквозь тонкую ткань намокших трусиков. Она сжала его руки и застонала, приоткрывая губы, и он тут же углубил поцелуи, проникая языком ей в рот жадно, властно, доминирующе. Его руки снова легли на её обнажённую грудь, сжимая и теребя твёрдые соски, а сам он спустился влажными торопливыми поцелуями вниз по её телу и подцепил край коротких пижамных шортиков, нетерпеливо стягивая их вниз по её ногам вместе с кружевными трусиками, и, не дав ей опомниться и начать протестовать, широко развёл её ноги и устроился между ними, оставляя лёгкие поцелуи на внутренней стороне её бёдер. ---- Хун, что ты... - задыхаясь от смущения, шепнула Сохи, но он лишь усмехнулся, шепнув : ---- Расслабься, куколка. Тебе понравится, вот увидишь... потом ты сама будешь просить меня об этом... Только постарайся быть потише. И Сохи поняла, почему он попросил её об этом, как только он опустил голову, и его губы коснулись её пульсирующего клитора, начиная мягко сосать. Она сжала его руки, крепко сжимавшие её бедра, и выгнулась навстречу его губам, ласкавшим её так откровенно, как никто и никогда до него. Язык парня лениво скользил по её промежности широкими мазками, собирая сладкие соки и проникая внутрь девственного лона, и Сохи едва сдерживала стоны, с трудом вспоминая о том, что в квартире они были не одни. Но когда Хун усилил натиск, жадно посасывая её набухший клитор и тяжело, часто дыша, она не выдержала, выгибаясь дугой, и издала глухой сладкий стон, чувствуя, как внутри все сжимается, а все тело пробивает сладостная дрожь. Парень приподнялся на руках, довольно усмехаясь, и одним движением перевернул все ещё приходящую в себя после первого оргазма девушку, заставив её встать на четвереньки и прогнуться в спине. От вида её упругих округлых ягодиц и сочной набухшей промежности, блестевшей от природной влаги, его член встал колом, болезненно пульсируя, а лихорадочное возбуждение жидким огнём разлилось в крови, гуляя по венам, и он с глухим облегчённым вздохом приспустил штаны вместе с бельем, доставая налитый возбуждением крепкий член, и, взяв его в руку, пару раз провел головкой по влажной промежности девушки, мягко надавливая на половые губы и слегка погружая её внутрь. Сохи невольно напряглась, но он крепко обхватил её за бедра, хрипло шепнув: - Расслабься, сладкая... - и толкнулся внутрь, раздвигая узкие стенки влагалища своим внушительным размером и сразу выходя. Парень подхватил девушку под живот и ещё немного приподнял её попку, проводя головкой члена там, где были его губы и пальцы всего пару секунд назад. Он снова медленно толкнулся внутрь, проникая совсем немного, но Сохи зажмурилась и замычала в подушку, сжимаясь, отчего парню пришлось вытащить болезненно стоящий член. --- Ну же, малыш, расслабься... - хрипло шепнул он, наклоняясь и жарко целуя её в шею, мягко сжимая грудь девушки в ладонях, - Ты же не пускаешь меня внутрь... Не зажимайся так сильно... —Мне больно... — всхлипнула девушка, дёргаясь от каждого прикосновения парня. —Ты просто не даёшь мне возможности ничего сделать. Первый раз всегда больно, но потом будет лучше, обещаю... — прошептал он, наклоняясь и покусывая шею девушки, жадно сжимая в ладонях её полную грудь. Он провел горячими ладонями вдоль её хрупкого тела, останавливаясь между ног и начиная мягко массировать клитор, одновременно с этим жарко целуя в шею и пытаясь помочь ей расслабиться, а затем снова толкнулся в узкое лоно, на этот раз глубже, ладонью закрывая ей рот, предчувствуя её реакцию. Девушка вскрикнула и дёрнулась, чувствуя, как его огромный член давит на стенки влагалища, раздвигая их, но оказалась прижата к горячему подтянутому телу парня. Он почувствовал, как она снова напряглась, поэтому начал успокаивающе целовать её спину и плечи. - Тише, Сохи... Потерпи, сейчас станет лучше... - хрипло шептал он, продолжая двигать бёдрами и толкаясь внутрь девственного, невероятно узкого влагалища, крепко держа её за талию одной рукой и сминая грудь другой,хрипло постанывая и едва не кончая от её жаркой узости. — Хун, пожалуйста, остановись... мне очень больно... — сквозь стиснутые зубы и слёзы в ладонь ему проскулила девушка. Но он уже не мог остановиться. Он хрипло застонал, проталкивая член ещё глубже, почти до основания, дрожа от крышесносных ощущений и крепко прижимая к себе свою куколку. — Я не могу остановиться, малыш... Я так тебя хочу... Боже... Ты такая узкая... — парень ощутил, как под его напором тонкая преграда внутри порвалась, и начал двигаться, подминая под себя девушку и прижимая её к себе ещё ближе, не обращая внимания на её слабый стон. Он никогда раньше не спал с девственницами и от ощущения плотных стенок влагалища , туго обхватывавших его напряжённый член , ему было так хорошо, что он едва не кончал при каждом толчке. Она была такой узкой, влажной и горячей, что сперма стремительно приливала к головке, и Хун понимал, что долго не продержится. Девушка застонала, зарываясь лицом в подушку, ей было больно не только от того, что размер парня был для неё просто огромным, а от того, что он поступил с ней так. Но он не мог остановиться, потому что ему было так хорошо, что темнело в глазах, и плевать он хотел, что Сохи вовсе не испытывала такого же наслаждения от близости с ним, ведь он, по сути, принудил её раздвинуть перед ним ноги. Он шептал, что скоро всё пройдёт, что боль сменится удовольствием, но этого не происходило, не было даже намёка на то, что станет лучше. Хун все больше ускорял темп, крепко держа её за бедра и вбиваясь в неё до пошлых влажных шлепков, разносившихся по комнате вместе с его хриплыми стонами, и жадно сминал её грудь, целуя плечи и спину. Но, спустя, казалось, целую вечность, он, наконец, довольно зарычал, и, сделав пару глубоких резких толчков, вытащил член и кончил, бурно изливаясь густой горячей спермой, пачкая смятую простынь и бедра Сохи, а затем перевернул девушку на спину, впиваясь ей в губы, жадно целуя и наваливаясь на неё всем телом, прижимая к кровати. И только тут понял, что что-то не так. Сохи отвернулась от него, но он успел заметить мокрые дорожки на её щеках. —Эй, ты что, плачешь? Совсем приятно не было? — впервые обеспокоенно спросил парень, включая прикроватный светильник, но Сохи ничего ему не ответила. Постельное бельё было перепачкано её кровью и его спермой , а девушка неподвижно лежала на краю кровати и смотрела в стену, и он только сейчас понял, что натворил. Он потянулся, чтобы обнять девушку и успокоить, но она испуганно взрогнула, прикрываясь руками. —Не трогай меня... - слетело с её губ, и он замер, впервые чувствуя себя настолько виноватым,а затем хрипло выдохнул: —Прости... Прости, пожалуйста, я... Я не хотел сделать тебе настолько больно... Сохи... Она всхлипнула и прикрылась одеялом, и он всё же обнял её и начал покрывать её тело нежными аккуратными поцелуями, стараясь отвлечь от саднящей боли между ног из-за того, что он только что сделал с ней. --- Малышка... Почему ты плачешь? - глухо выдохнул он, утыкаясь лбом ей в затылок и нежно поглаживая по вздрагивающему животу. — Я же начала верить тебе... За что ты так со мной? - всхлипнула она, пытаясь отодвинуться от него, но он лишь крепче прижал её к себе, ругая себя последними словами и выдыхая ей в волосы: — Прости меня... Прости меня, куколка...