3. «Снежка»

Снег, за окнами зима

И в безумном декабре

Полюбила я тебя

Навсегда, навсегда...

Утро разлилось по спальне Вики нежным перламутровым светом. Блондинка проснулась не сразу, как будто всплывая из глубин тёплого сна, и первое, что ощутила было лёгкое, трепетное волнение где-то под сердцем. Мысль о том, что сегодня она пойдёт на прогулку с ним, согревала изнутри, как глоток ароматного чая в холодный день. На её губах сама собой расцвела сонная, счастливая улыбка. Она встала с кровати, ощущая под босыми ногами прохладу паркета, накинула шёлковый халат и с мягким полотенцем в руках направилась в душ. Струи воды смыли последние намёки на сон, а ароматный гель наполнил ванную комнату сладковатым туманом. Морозова вымыла голову. Тяжёлые мокрые пряди падали на плечи. Вернувшись в комнату, принялась за привычный ритуал. Фен согрел воздух, а её пальцы ловко накрутили влажные пряди на бигуди. Пока волосы подсыхали, она подошла к зеркалу. Её движения были выверенными и спокойными: чёрные стрелки, тушь, удлинившая и без того длинные ресницы, и, наконец, бархатная помада оттенка спелой вишни, как последний аккорд. Девушка сняла бигуди. Волосы рассыпались по плечам блестящими волнами с лёгким, соблазнительным изгибом. Подойдя к шкафу, она выбрала не нарядное платье, а простые и уютные: майку, белый свитер из мягкой ангоры, облегающие джинсы и тонкие колготки. Одежда обняла её тело, подчёркивая все достоинства стройной фигуры. Финальный штрих... лёгкое облачко сладких духов с тёплым, клубничным шлейфом. Вика вышла из комнаты. Спустившись в столовую, она застала за завтраком семью. Воздух был наполнен ароматом свежих блинов и кофе. — Доброе утро, — произнесла с лёгкостью и радостью. Все взгляды устремились на неё. Мороз, отложив газету, хитро улыбнулся. — Доброе, милая. А что это ты уже с утра такая красивая? — глаза сощурились. — Али с кем-то гулять идёшь? Морозова села за стол, изящно положила на тарелку два золотистых блинчика. — Иду. Пригласили. — С Кащеем? — не удержался Влад, с интересом откусывая от своего блинчика. — Возможно, — сестра аккуратно отрезала ножом кусочек, делая вид, что полностью поглощена процессом. — Ой, ну он хороший, — вступила Жанна, подливая себе кофе. — Я его одобряю. Серьёзный, с положением. — Ого какой! — хохотнул авторитет. — Не теряет времени зря Костик! Молодец! Ну, он толковый паренёк. Не даст тебя в обиду. — Как Вы пообщались вчера? — с материнской проницательностью спросила Жанна. — Видимо, удачно, раз сегодня идёте на свидание. — Мам, это не свидание! — нахмурилась, но в уголках её губ играла улыбка. — Просто прогулка. Нормально пообщались. Он рассказал о себе. Вот и всё. Влад фыркнул, не сдержав хихиканья. — А он в тебя втрескался, вот что! — Вика подняла на него глаза, но он только развёл руками. — Ну что ты на меня так смотришь? Кащей вчера в качалку приехал и меня позвал. Спрашивал: «Что любит моя ненаглядная сестричка?» А когда я в лоб спросил: «Понравилась?», он сказал, что если бы нет, то не спрашивал бы. Морозова опустила взгляд в тарелку, но скрыть смущение было невозможно. Лёгкая, тёплая волна поднялась к её щекам, залив их нежным румянцем, а на губы снова наплыла та самая, неподконтрольная улыбка. — Ну всё! Одну определили! — с комичной торжественностью провозгласил отец. — Значит, скоро свадьбу играть будем! — ПАП! — вспыхнула дочь. — Мы только первый раз гулять идём! Тем более, я боюсь кому-то доверять... Свою слабость показывать. Я не очень хочу, чтобы снова повторилась подобная история... — Ну не всех же под одну гребёнку ставить, — смягчив тон, сказал он. — Все люди разные. Позволь ему раскрыть себя. Ну, а в крайнем случае, — многозначительно хмыкнул. — Поедет в лес к Максиму. Вика лишь с недовольством вздохнула: — Спасибо, пап. — Да нормальный он мужик, — поддержал Влад. — Всё хорошо будет! ***** В это утро Кащей проснулся в своей квартире от внутреннего будильника. Того, который звенит от предвкушения. Он встал с кровати, прошёл на кухню и распахнул окно. Морозный воздух ворвался в комнату. Достал пачку «Мальборо», закурил и смотрел, как город медленно просыпается в зимней синеве. Сегодня дым казался ему не серым, а каким-то розоватым. Закончив с сигаретой, Вершинин закрыл окно и направился в душ. Скинув треники, он включил воду и залез под почти обжигающие струи. Закрыв глаза, он позволил воспоминаниям нахлынуть: её смех на кухне, тёплый огонь в глазах, когда она сделала мимолётное прикосновение пальцев к его руке, соблазнительный изгиб тела под простой домашней одеждой. Его член тут же отозвался на эти картины знакомым напряжением. Но на этот раз в нём не было ни капли прежнего отвращения или злости на себя. Теперь это было лишь сладкое, мучительное ожидание. Он взял его в руку, снова прикрыл веки. Мозг послушно нарисовал новые, дерзкие картины: он целует её, слышит Викино прерывистое дыхание, чувствует, как её тело изгибается под его ладонями, как она стонет, закинув голову, и как в итоге они вместе взрываются в финальном экстазе. С низким стоном он кончил, прислонившись лбом к прохладной кафельной плитке, и на его лице расплылась довольная ухмылка. Выключив воду, Костя вышел, наскоро вытерся и прошёл в спальню. Оделся в привычный наряд: чистая белая майка, чёрные брюки и такого же цвета рубашка, расстёгнутая на пару пуговиц. В прихожей накинул плащ, обулся, взял ключи от Мерседеса и... замер на секунду. Потом открыл шкаф, покопался в глубинах и достал оттуда пару коньков, аккуратно перевязанных шнурками. Уголок его губ дёрнулся. Закрыв дверь, он спустился к машине, сел за руль и тронулся в сторону её дома, туда, где его ждало самое тревожное и желанное свидание в жизни. ***** В столовую, пропуская перед собой аромат кофе и свежих блинов, лениво зашла Алина. Она была в тёплом халате, её русые волосы сбились в милый, небрежный пучок. Потянувшись и сладко зевнув, она прошептала: — Доброе утречко... — Доброе, доченька, — улыбнулась Жанна, тут же встав и наполняя тарелку дочери золотистыми блинчиками. Она поставила перед ней вазочку с вишнёвым вареньем и налила чашку душистого кофе. Морозова, наконец подняв взгляд, уставилась на сестру с немым удивлением: — Ой, Вик, а ты чего такая нарядная? Гулять куда-то идёшь? Она лишь кивнула, стараясь сохранить невозмутимость. — Я тогда с тобой пойду! — оживилась младшая. — Нет, — спокойно, но твёрдо возразил Мороз, не отрываясь от газеты. — Твоя старшая сестра идёт на свидание. Поэтому ты сидишь дома. — На свидание? — опешила Алина. — С кем? — С Кащеем. Пригласил. На лице младшей на мгновение застыла вымученная улыбка. — Ммм, понятно. Так ты же говорила, что он для тебя просто знакомый. Зачем тогда идёшь с ним гулять? — Ну да. Знакомый. Хороший, — парировала Вика, разглядывая свой блинчик. — Вчера Костя пригласил меня. А я не стала отказываться. Что дома сидеть? Прогуляюсь, воздухом подышу. Тем более родители его одобрили. В этот момент в доме прозвенел звонок. Сердце старшей отозвалось на него бешеным, радостно-тревожным стуком где-то в горле. — Я открою! — вызвался Влад, выскакивая из-за стола. — Если это Костя, пусть проходит, — бросил ему вдогонку отец. — Позавтракает с нами. Мальчик распахнул дверь. — Здравствуй, Кащей! — он протянул ладонь для рукопожатия. Вершинин пожал её, но, не разгибаясь до конца, сильнее наклонился к нему и тихо, чтобы не слышали из столовой, сказал: — Просьба: принеси мне потихоньку её коньки. Чтоб только она не увидела. — Хорошо, — так же тихо кивнул Снег. — Тебя отец за стол пригласил. Как раз в этот момент и принесу. Бандит разогнулся и сунул ему в руку ключи от своей машины. Появился Сергей, молча принял у гостя плащ. Вор, разувшись, направился в столовую. Влад же, как шпион, рванул наверх, заскочил в комнату к сестре, нашёл в шкафу её коньки и, прижав их к груди, скрылся, чтобы выполнить поручение. — Здравствуйте! — Кащей пересёк порог столовой. — Спасибо за приглашение. Алина, увидев его, замерла с вилкой в руке, её взгляд стал пристальным и заворожённым. Он подошёл к Владимиру, обменялся с ним крепким рукопожатием. Его взгляд скользнул по присутствующим, пока не нашёл Вику. Она была прекрасна в своей утренней свежести. В его глазах вспыхнула тёплая, быстрая искра восхищения. — Садись с Викушей, — кивнул Мороз. — А ты, дочь, поухаживай за гостем. Вершинин подошёл к девушке. На его обычно суровом лице играла лёгкая, почти застенчивая улыбка. Она встала. Он взял её руку и, склонив голову, прикоснулся к тыльной стороне ладони губами в старомодном, галантном жесте. Младшая Морозова сжала вилку так, что костяшки побелели. — Привет... — тихо сказала Вика. — Здравствуй, — ответил он. Костя сел. Она, чувствуя на себе взгляд сестры, взяла чистую тарелку и положила на неё три румяных блинчика. — Какое варенье будешь? Или сметану? — Вишнёвое, — проговорил, не отрывая от неё глаз. Девушка кивнула, положила ему тёмно-рубинового варенья, налила кофе и только потом села на своё место. — Ну, мы с Жанной, пожалуй, Вас оставим, — поднялся авторитет. — Болтайте. Он с женой удалились, оставив молодёжь наедине. Вернулся Влад и молча отдал бандиту ключи. Старшая бросила в их сторону непонимающий взгляд, но ничего не сказала. — Спасибо, — коротко кивнул тот. Мальчик уселся рядом с Алиной. Та, отложив вилку, устремила на Кащея сладкий, но колючий взгляд. — Константин, а чем Вы занимаетесь? — Я – старшой в группировке «Универсам», Алина Владимировна, — вежливо ответил он, отпивая кофе. — Ой, официально как, — засмеялась она, но смех её был фальшивым. — Не надо. Алина и на «ты». — Хорошо, — согласился, чувствуя подвох. — Наверное, сложно управлять таким большим количеством пацанов? — продолжила младшая, подперев подбородок рукой. — Как же ты справляешься? — У нас дисциплина... — начал было Снег, но сестра резко перебила его, даже не повернув головы. — Я не с тобой разговариваю. Супер нахмурился и откинулся на спинку стула. Вика наблюдала за этой сценой и с лёгким укором покачала головой. — Не сложно, — ответил Вершинин, стараясь сохранить нейтралитет. — Влад правильно сказал. У меня во всём дисциплина. Мои парни регулярно тренируются. Уважают и меня, моих телохранителей и друг друга. — Ой, ну естественно! — воскликнула девушка с восторгом. — Как можно тебя не уважать! Сразу видно: стать, авторитет! Кащей смутился от такого напора. Он посмотрел на Вику, поймал её недовольный взгляд, потом снова на Алину. — Спасибо, — сухо сказал Костя. — Просто во всём нужно иметь порядок. Парень доел, отпил последний глоток кофе и повернулся к той, к кому приехал. Взял её руку, переплетая свои мозолистые пальцы с её нежными. — Ты готова? Поехали? Брюнетка нахмурилась, ярость закипала в ней. Он целенаправленно игнорировал её. Всё его внимание принадлежало сестре. — Да, поехали, — согласилась Вика. Они встали. — Удачно вам погулять, — бросила им вслед девочка ядовито. Парень с девушкой лишь кивнули на прощание и вышли из столовой. В прихожей Сергей уже ждал их, держа в руках верхнюю одежду. Кащей накинул его на плечи, а затем взял белую шубку Морозовой и помог ей надеть, его пальцы на мгновение задержались на её плечах. — Спасибо, — смущённо прошептала она. Они обулись. Вика крикнула вглубь дома: «Мы ушли!» Он снова взял её руку, вышли на морозный воздух и направились к мерседесу. Вершинин открыл ей переднюю пассажирскую дверь, галантно помог сесть и, закрыв, обошёл машину. Устроившись за рулем, повернулся к ней. — Тебя пристегнуть? — Ну, пристегни, — согласилась девушка. Старшой потянулся за ремнём. В этот миг она почувствовала его запах: свежий, с нотками кожи, табака и чего-то неуловимо мужского, его собственного. Блондинка замерла, вдыхая этот аромат, пока щелчок не вернул её к реальности. — Спасибо, — снова прошептала Вика. — Не за что, — пристегнулся сам, завёл двигатель, и машина плавно тронулась с места. — А куда мы едем? — спросила Вика, глядя на проплывающие за окном заснеженные улицы. — Сюрприз, — бросил на неё быстрый, смущённо-хитрый взгляд. Уголок его губ дрогнул в улыбке. И они поехали, оставляя позади уютный, но полный скрытых напряжений дом, устремляясь в неизвестность этого зимнего дня, который принадлежал только им двоим. Машина катила по заснеженной дороге, уводя их всё дальше от городского шума. Сосны, одетые в тяжёлые снежные шубы, склонялись над ними, образуя сверкающий свод. Наконец, выехали на небольшую поляну, открывавшую вид на замёрзшее озеро. Оно лежало, словно огромное зеркало, оправленное в серебряные берега, ослепительно сверкая под низким зимним солнцем. — А что мы тут делать будем? — спросила Вика, очарованная внезапно открывшейся красотой. — Сейчас узнаешь, — загадочно ответил он, отстёгивая ремень безопасности. Вышел из машины. Девушка последовала его примеру. Костя прошёл к багажнику и вынул оттуда две пары коньков. Подойдя к её двери, открыл с лёгким театральным поклоном. — Мне тут птичка одна нашептала, что ты любишь кататься на коньках, — сказал, показывая ей блестящие лезвия. — Так поэтому Влад отдавал тебе ключи? — рассмеялась Морозова. В глазах вспыхнули весёлые огоньки. — Договорились! Ах Вы, хитрецы! Кащей улыбнулся, поймав её радость. — Поворачивайся. Будем тебя облачать в обмундирование. — Да я и сама могу, — попыталась возразить она. — Нет. Я что, не джентльмен? Джентльмен, — с комичной серьёзностью заявил он. — Ну ладно, — сдалась Вика, повернувшись к нему и свесив ноги из мерседеса. Бандит опустился на корточки перед ней. Его движения были удивительно бережными. Снял с неё изящные сапожки, затем аккуратно, словно надевая хрустальную туфельку, обул её ногу в конёк и принялся зашнуровывать его. Сильные пальцы легко справлялись с тугими шнурками. Проделав то же со второй ногой, открыл заднюю дверь, убрал её ботфорты внутрь, затем сел и быстро натянул коньки на себя. Встав, убрал и свои ботинки. — А как мы по снегу-то в них пойдём? — с сомнением спросила. — Легко, — усмехнулся Кащей. — Вставай. Она послушно встала на острые лезвия, едва удерживая равновесие. Но вместо того чтобы вести её, он внезапно наклонился, подхватил на руки и легко поднял. Вика вскрикнула от неожиданности и инстинктивно вцепилась в его плечи. — Вот так, — сказал с радостью. — Ты хотя бы предупреждай! — всплеснула девушка руками, но в её глазах не было испуга, лишь азарт. — А то у меня инфаркт случится! — Я подумаю, — засмеялся Костя, неся её к сверкающей глади озера. У самой кромки льда он осторожно опустил её. Она коснулась лезвиями поверхности, сделала несколько прощупывающих движений, а затем будто вспомнила всё. Её тело обрело привычную грацию. Поехала, скользя легко и бесшумно, оставляя за собой на идеальном льде первый тонкий след. Он стоял и смотрел, как она удаляется. Стройная, изящная фигура в белом свитере на фоне белоснежного простора. Вика доехала до середины озера, остановилась и обернулась. Её чистый и звонкий голос прозвучал в морозной тишине: — Ты там так и будешь стоять? Это был вызов. Вершинин усмехнулся, оттолкнулся и въехал на лёд, направляясь к ней. Она, дождавшись, пока он приблизится, бросила через плечо: — Не догонишь! И рванула прочь. Её смех рассыпался по замёрзшему озеру, как хрустальные колокольчики. — Ну, держись! — крикнул мужчина в ответ и помчался в погоню. Они носились по льду, как две легкомысленные снежинки. Морозова, поддавшись азарту, подъехала к самому краю. Он было ускорился, чтобы наконец поймать её, но девушка в последний момент ловко вырулила, и Костя пронесся мимо, вызвав у неё новый взрыв смеха. Вика сняла с себя шубу и бросила её на ближайший пенёк. Бандит, подъехав, последовал её примеру, швырнув свой плащ рядом. Развернувшись, старшой увидел, как она набирает скорость. И тогда девушка совершила нечто, от чего у него перехватило дыхание. Она оттолкнулась, прыгнула, прокрутилась с лёгкостью в воздухе и, чётко приземлившись на лезвия, помчалась дальше. Кащей подъехал к ней. В глазах читалось неподдельное восхищение. — Не знал, что ты умеешь такие трюки делать. — Я и не такое могу, — улыбнулась, слегка наклонив голову. Щёки горели румянцем то ли от мороза, то ли от его слов. — В детстве занималась. Тело помнит. — Вау, — только и смог выдохнуть. — Спасибо, что привёз сюда, — взяла его за руки. Её пальцы были холодными, но хватка крепкой. — Я давно так не радовалась. Постоянно сижу дома, как в золотой клетке. Везде только с телохранителем. Ну и... благодаря тебе буду работать адвокатом. — Мне? — переспросил, смутившись. — Если бы ты не пришёл позавчера, и я бы не заупрямилась выходить. Отец бы не пошёл мне на уступки. Сейчас хотя бы на делах воров в законе буду. — Понял. Ну, я рад, что так помог тебе. Морозова сияла. И, не отпуская его рук, потянула за собой. Они снова понеслись по льду, теперь уже держась за руки. — Сделаешь ещё раз тот прыжок? — попросил он, глядя на неё с обожанием. — Понравилось? — уголок губ дрогнул в улыбке. — Да. — Ну, хорошо... Вика отпустила его руку, отъехала, набрала скорость и снова взмыла в воздух. Её прыжок был ещё более отточенным и уверенным. Приземлившись, она не остановилась, а, подняв ногу, начала кружиться на месте, превратившись в белое пятно на фоне тёмного льда. Наконец, замерла, вскинув руки вверх, словно обращаясь к небу. Её счастливый, беззаботный смех снова пронесся по окрестностям. Затем, будто все силы покинули тело, опустилась на лёд и уселась, дыша перерывчато и улыбаясь. Костя подъехал и опустился рядом. Они оба легли на спину, глядя в бледно-голубое зимнее небо. — Ты очень красивая, — прошептал он. — Спасибо, Кащейка, — улыбнулась девушка. — Не за что, Снежка. Она повернула к нему голову, удивлённо подняв бровь: — Снежка? Вершинин посмотрел на неё. В шоколадных глазах таял весь окружающий лёд. — Ты такая же прекрасная, как Снежная Королева. И здесь, в своей стихии. Но в то же время... не холодная. — Не всем дано видеть меня такой. Только избранным, — вздохнула. Бандит приподнялся на локоть, глядя на неё сверху вниз. — Так получается, я тоже избранный? — Получается, что так, — легко согласилась она и поднялась на ноги, отряхиваясь. — Так, если мы собираемся и дальше кататься, то поехали. Если нет, то нужно одеваться. А то замерзнем. Ты вон в одной рубашке. Заболеешь же. Он поднялся, взял её руку, и они снова понеслись по сверкающей поверхности, их пальцы переплелись, а на лицах сияли беззаботные, по-детски счастливые улыбки. В этот миг не было ни Кащея, ни дочери Мороза. Были только они, лёд под ногами и ветер, свистящий в ушах. Они катались до тех пор, пока морозный румянец на щеках Вики не сменился лёгкой синевой, а дыхание не стало стелиться густыми облачками. — Ты не замерзла? — спросил, замечая, как она поёживается. — Чуть-чуть, — призналась девушка, одёргивая свитер. — Значит, поедем греться, — решил мужчина. — Хорошо. Они скользнули к берегу. Костя первым шагнул на снег, взял её пушистую шубу и накинул ей на плечи. Затем надел свой плащ. Прежде чем она успела сделать шаг, он снова легко подхватил её на руки. — Я могла бы и сама дойти, — слабо запротестовала Морозова, уже привыкая к его внезапным порывам. — Зачем надрываешься? — Ты лёгкая, — просто ответил. — И мне не трудно. Он донёс её до машины, бережно опустил на землю, открыл дверь и усадил внутрь. Затем достал её сапоги, снова опустился на корточки, снял коньки и помог ей надеть ботфорты. Сам быстро переобулся, убрал обмундирование на сиденье и, наконец, устроился за рулём. Мотор заурчал, а в салоне постепенно начал разливаться тёплый воздух от печки. — Выбирай ресторан, — предложил бандит, поворачиваясь к ней. — Поедем обедать. — Я не люблю рестораны, — Вика посмотрела на него, и в её глазах плеснулась тёплая ирония. — Это Алинка по ним помирает. Я лучше посидела бы в спокойной обстановке и с домашней едой. — Ну, хорошо, — не стал настаивать. — Могу предложить ко мне. И там приготовим что-нибудь. Она улыбнулась. Это было ответом лучше любого слова. Он потянулся, пристегнул её ремень, потом себя, и они тронулись в путь. Машина катила по знакомым улицам, и вскоре остановилась у простой пятиэтажки. — Конечно, не такие хоромы, как у Вас, — предупредил. — Но тоже ничего. — Уютно, — просто сказала Снежка, глядя на освещённые окна. Кащей вышел, обошёл машину, открыл ей дверь и подал руку. Они вошли в подъезд и поднялись на второй этаж. Ключ щёлкнул в замке. Впустил её в свою квартиру. Она переступила порог с лёгким любопытством. Он помог ей снять шубу, повесил её на крючок рядом со своим плащом. Они разулись. — А можно я пройдусь и осмотрюсь? — спросила Вика. — Конечно, — махнул рукой вглубь прихожей. Снежка неспешно прошла по трём комнатам, а когда вернулась на кухню, увидела его, стоящего у раковины. — Такое ощущение, что ты тут не живёшь, — заметила девушка. — Всё слишком новое и... безликое. — Появляюсь редко, — честно признался он, пожимая плечами. — В основном в качалке ночую или дела решаю. — Поняла, — кивнула она. Её взгляд упал на холодильник. — Что готовить будем? — У меня есть мясо, картошка... — она сама подошла, открыла дверцу, окинула взглядом содержимое и достала кусок мяса. — Ты чисть картошку, а я с этим займусь. — Хорошо, — согласился он, чувствуя себя странно умиротворённо. Блондинка, как самый настоящий шеф, открыла шкафчики, нашла приправы. Они помыли руки, и закипела работа. Костя старательно чистил картофель, а Вика, закатав рукава, нарезала и мариновала мясо. — Теперь режь напополам, — скомандовала, когда Вершинин закончил. Пока возился с гарниром, она смазала форму маслом, уложила куски, подошла и поставила её перед ним. — Клади дольки по краям от мяса. Он послушно выполнил. Морозова посолила картошку, открыла духовку, поставила форму внутрь и включила таймер. Они быстро убрали за собой остатки готовки. — Ну всё, — выдохнула она, вытирая руки. — Теперь надо ждать. — Подождём, — улыбнулся бандит. — Я видела там у тебя фотографию одну... — сделала шаг в сторону гостиной. — Какую? — смутился, не понимая. Они вышли из кухни. Вика подошла к стенке и указала на снимок, хранившийся под стеклом. — Это ты и родители? — Да, — встал за ней так близко, что она почувствовала его тепло. — Галина Николаевна и Сергей Фёдорович. Мне тут пятнадцать. Выпускной из восьмого класса. Кащей осторожно положил руки на её талию. Она замерла, но не отстранилась. — Вик... — его голос прозвучал низко и сдавленно. — Ты невероятная. Сводишь меня с ума. — Я знаю, — Снежка медленно повернулась к нему и наклонила голову. Её взгляд был серьёзным и проницательным. — Только учти: внутри я сломана. Одно неверное движение, и всё рассыпается. Уже не вернешь такую меня. — Всё будет хорошо, — мягко завёл прядь её волос за ухо. — Я обещаю, что смогу склеить твою душу. — Смотри, не пожалей о своём решении... — её шёпот был едва слышен. Он не стал отвечать словами. Вместо этого подался вперёд и коснулся её губ своими. Это был нежный, вопросительный поцелуй. Она не отпрянула. Её руки поднялись и легли на его плечи, а глаза закрылись. Вика мягко, но уверенно ответила ему, растворяясь в этом моменте. Они стояли посреди его безликой гостиной, но теперь комната наполнилась чем-то настоящим, тёплым и живым. Влюбленные целовались, забыв о времени, о прошлом, о возможной будущей боли. Сейчас им было хорошо вдвоём. Они просто наслаждались друг другом, тишиной и ароматом запекающегося мяса, плывущим из кухни. Ароматом, который впервые делал это жилище по-настоящему домом. У меня вышел коротенький фф к Хэллоуину: «Последняя глава || Кащей». Рекомендую к прочтению. Переходим в мой Тг: Записки Тиликотика (там спойлеры, новости и просто общение. Там можете задать мне вопросики. В первом закрепленном анонка). Ещё есть Тикток: tilya_22 Тг наших авторов: авторский цех (с мемами, спойлерами, общением и годными работами).