19. Горькая правда

Как только самолет из Москвы прилетел в аэропорт Казани, они неспешно вышли и поплелись к выходу. Чемоданы, суматоха. Свежий воздух на улице показался ему отдушиной. Майское, ясное утро. Щебечут птицы. Жизнь прекрасна. — Кащей! — крикнул Лом и подошел к нему вместе с Пауком. Они пожали ему руку и посмотрели на спутницу. — Здравствуй, Алин. — Ага, — фыркнула она, закатывая глаза и отворачиваясь. Для неё эти два амбала были наподобие прислуги. Здороваться с ними не было смысла. Пусть даже с одним из них она и провстречалась несколько недель. — Возьмите эту сумку и положите ко мне в мерседес. Жена любимая, Вы же хотели первым делом отправиться к папочке с гостинцами. Милости прошу проследовать с Павлом к моей машине, — театрально улыбнулся и, поклонившись, махнул в сторону автомобиля. Не обращая на него внимания, Морозова развернулась и ушла к мерседесу. Младшая Невский взял небольшую сумку и выдвинулся за ней, громко вздыхая. В это время Вершинин открыл дверь чёрного москвича и аккуратно сложил остальной багаж. Пока открывал чемодан со своими вещами, сбоку послышался голос друга: — И как медовый месяц? Смотрю: не убили друг друга. Трахались хоть? Или нет? — Насчёт неё – не знаю. А я – да, — не отрываясь от занятия, проговорил босс. — Чё? — брови телохранителя взлетели вверх. Глаза округлились. Такого он не ожидал услышать. — А как же твой обет верности Вике? — Так я с ней. Снежка сбежала в Париж. Мы нечаянно встретились. Она добыла компромат на эту суку, — достал диктофон и незаметно сунул в карман брюк. Разогнулся и посмотрел на Сашу. — Алину нагнули в Ленинграде. Там и залетела. Это не мой ребёнок. А вот Вика во Франции беременна нашим малышом. Вот так, — обогнув друга, пошёл к своей машине, но вдруг остановился и развернулся. — Адидаса мне достань. И привези на наше место. Должна случиться месть. Он стрелял в Снежку. — Ахуеть... Хорошо, сделаем, — кивнул Лом. Бандит снова продолжил путь к своему автомобилю. Около двери взял ключи у Паука и нагнулся, прошептав: — Помоги брату. Расскажет всё. Только без шумихи. Устроившись за рулём мерседеса, провернул зажигание. Двигатель рыкнул, и машина понеслась по Казанским улицам к дому, в котором должны были расставить все точки над «И». Через полчаса охранники пропустили внутрь особняка чёрный автомобиль. Костя заглушил мотор и, перешагнув через себя, помог выйти беременной жене. Взял сумку и пошёл за ней в дом. Дверь скрипнула и открылась. Внутри пахло пирогами и печёными яблоками. Как иначе? Лиса же любит пирожки, а надо порадовать дочурку. На звук вышла хозяйка и тут же расплылась в счастливой улыбке. — Алечка, доченька! Как съездили? Понравилось? — подошла она ближе и обняла её. — Здравствуй, Костик. — Доброе утро, Жанна Ивановна. Я отнесу сумку в комнату к Алине. Там гостинцы. Скажите, Владимир Иванович у себя? — разулся Вершинин. — Да. В кабинете. Солнышко, пошли наверх, как раз посмотрим что Вы привезли? — отстранившись, пролепетала мать. Дочь же, ни говоря не слова, вместе с ней и мужем прошла на второй этаж и тут же начала доставать из сумки, поставленной на стул у туалетного столика, подарки. Бандит же не стал терять зря время. Проскользнув в Викину комнату, взял из комода второй диктофон и, почти бегом, спустился вниз. Пройдя через первый этаж к кабинету, постучал. Услышав по ту сторону властное: «Войдите!», нажал на ручку и шагнул внутрь. — Здравствуйте, Владимир Иванович! — проговорил он и, прикрыв дверь, прошел к столу, протягивая ладонь. — Ну привет, зятёк! — встал Мороз из кресла и пожал руку. — Как Париж? Нормально долетели? — Замечательно, — сел напротив него. — У меня есть для Вас кое-что интересное, — достал два записывающих устройства. — Присаживайтесь. Послушаем вместе. Тесть усмехнулся и опустился на своё место. Костя одновременно нажала две кнопки. Кабинет наполнил разговор. — Ну здравствуй, сестричка дорогая. Какими судьбами здесь? Да ещё и в объятиях моего босса. Как же Кащей? Или Вы уже не муж с женой? — прозвучал голос старшей. Глаза Владимира округлились. — Тебя не должна касаться моя личная жизнь, — сказала Алина. — Фу... Как грубо... И некультурно. — Замолчи. Значит, ты съебалась в Париж? Ну не дурно. А не знаешь ли где пропадает Костя целыми днями и ночами, обделяя меня вниманием? — Ну ты же в ту ночь поставила мне ультиматум: исчезнуть без следа и оставить Вас в покое, иначе убьёшь сначала его, а потом меня, раз три попытки не увенчались успехом. Так ты сказала? Да? Французский знаю отменно. Вот выбор и пал на этот город. Костя здесь? Не знала. Что же ты слово то не держишь? М? Говорила, что не будешь ему наркотики вкалывать, а он в ломке неделю лежал. Лицо Мороза почернело. Скулы напряглись. Ладони сжали подлокотник кресла. — Иначе бы он не стал моим. — Ага. Допустим. Знаешь, за полтора месяца здесь я многое поняла. Ну для начала то, кто на меня покушение устроил по твоей указке. Суворов же готов выполнить любое твое желание, да ещё и черняшку привез с Афгана... — Откуда ты узнала? — Любой поймёт это, когда посмотрит на него. И... Что-то живот у тебя далеко не на четвертый месяц. Шестой... седьмой. Это ж ребёнок не Вершинина, а кого-то из тех двух парней, которые тебя в Ленинграде нагнули в конце ноября, кажется... ты ж мне про них говорила. — И чё ты мне сделаешь? Тебе всё равно никто не поверит! — истерично рассмеялась. — Да. Ребёнок не от Кости. Он просто... выгодная партия с деньгами и статусом. И всё. Никогда бы не придал тебя даже под дулом пистолета. Ни в первый раз, когда ты в коме лежала, а я ему подсыпала в вино снотворное, ни второй, тем вечером. На записи послышались шевеление, шаги и грохот. — Эх, Алиночка... повторяешься... Пошла отсюда! Иначе я оформлю это как очередное покушение на мою жизнь и засажу. Если хочешь обратно в Союз вернуться, не смей что-либо выкидывать. Вон! — Ты ещё пожалеешь... — громкий хлопок закрывающейся двери и молчание. — Теперь Вы знаете правду. Надеюсь, ответные меры к ней будут приняты, — запись закончилась этой фразой Снежки. Кащей щёлкнул кнопками. Откинулся на спинку стула и перекрестил руки на груди, устремляя взгляд на авторитета. — Владимир Иванович, — начал он. — Вика во Франции. Беременна. От меня. Так как Вы слышали чистосердечные признания Алины и то, что я был верен той, кого люблю, пожалуйста, примите соответствующие меры. Разведите меня с ней. Я убью Суворова и улечу обратно в Париж. К ним. — Сука маленькая... — процедил сквозь зубы тесть. Прикрыл глаза. Пальцы легли на виски и начали массировать. — Такую аферу провернула... блять. А я, не разобравшись в ситуации, испортил тебе жизнь. — Никогда не поздно взять и всё исправить. Пожалуйста, позвоните в ЗАГС. Я готов заплатить любую сумму, чтобы меня развели с ней в самое ближайшее время, — не унимался Вершинин. — Вика одна в Париже. С моим малышом и Вашим внуком. Моё место там! — Как она? — посмотрел на зятя Мороз. — Хотела аборт делать, но я её отговорил. Сменила стиль, теперь с каре и рыженькая. В очках. Работает в приличной конторе адвокатом, как и мечтала, — улыбнулся. — Она очень надеется на Вас. Мы, правда, любим друг друга. Отец посидел несколько секунд и поднялся с места. Взял один из диктофонов. Медленно прошел к шкафу. Открыл и ввел код на сейфе. Положил устройство туда и достал несколько бумажек и пистолет. Развернувшись к молоденькому бандиту, тихо прошептал, чтобы слышали только они двое: — Едем сначала разводим тебя, а потом к Адидасу этому. Вика – моя дочь. Я обязан присутствовать на его казни. — Спасибо! — выдохнул Кащей, вскакивая. Схватил диктофон, предназначенный для родителей, и двинулся за тестем. Мужчины, не привлекая внимания, вышли из кабинета, а затем и из дома. Устроились в мерседесе и поехали в ЗАГС. Дорога прошла в гробовом молчании. Каждый думал о своём, но общей в их мыслях была Снежка. Мороз быстро управился в дворце бракосочетания. Присутствия Кости даже не потребовалось. Кругленькая сумма решила всё без труда. Придя обратно в машину, он протянул ему паспорт, где красовался штамп о разрыве брака. — Держи. Теперь тебя с ней ничего не связывает. Ещё раз извини меня, — вздохнул и приобнял паренька. — Ничего. Бывает. Благодарю, — не смог сдержать улыбки Кащей, отвечая на объятие. Отстранился. Нажав на педаль газа, автомобиль понесся за несколько километров от Казани, в лес, где уже должны были стоять телохранители с тем, кто посягнул на жизнь их любимой девочки. Теперь он был свободен. Душа ликовала, а сердце уже предвкушало скорую встречу с настоящей невестой. Выехав на трассу, сзади осталась родная Казань. Мимо начали проноситься сначала небольшие, а потом плавно вырастающие и поднимающиеся к небу ёлочки и сосны. Отъехав от города на километров сорок, Вершинин съехал на лесную дорожку и проехал поглубже. На небольшой полянке, среди деревьев, стоял чёрный москвич, а рядом курили Невские. Увидев мерседес, потушили о подошвы туфель окурки и кинули в небольшую баночку в салоне, чтобы не оставить лишних улик. Остановившись, из машины вышли две фигуры. Костя и Владимир Иванович. Телохранители молча подошли и пожали авторитету руки. — Ну что ж, гаврики, доставайте этого смертника. Правосудие вершить будем, — кивнул в сторону их автомобиля, где на заднем сиденье виднелась чья-то голова. Они развернулись и молча достали грузное тело второго Универсамовского старшого. Дотащили до ближайшей сосны и кинули на землю. Суворов сдавленно застонал, приходя в себя. Он медленно открыл глаза и облокотился на дерево. Тут же его взгляд перевёлся на четырёх массивных мужчин, стоящих впереди него. На лице сразу появилась паника. — Что? Что происходит? — выдавил из себя, делая вид, что ничего не понимает. — Ну здорово, братец, — шагнул к нему друг. — Я и не догадывался, что ты – крыса, да ещё и киллером подрабатываешь по праздникам. Нагнулся и, замахнувшись, со всей силы ударил ему в скулу. Голова Вовы откинулась на бок. Второй удар. Кулак врезался в противоположную щёку, а затем и в губу. Суворов застонал и сплюнул кровь, пытаясь прикрыться. — Отойди, — положил руку на плечо парня Морозов. Вершинин разогнулся и отошел от Адидаса. Авторитет же сел перед ним на корточки и ухмыльнулся. — Ну привет. Так вот ты какой. Не думал, что решишь позариться на святое, пойдя на поводу у суки, которую любишь. Я вот не пойму: как у тебя хватило ума стрелять в Викушу? М? Бессмертным себя возомнил? Или в Афгане мозги все отшиб? — Я... я... не... — хватал ртом воздух паренёк. — Чё? Вот мямлишь, как баба. Ей Богу! — усмехнулся. — Знаешь чё с такими на зоне делают? Правильно: сначала в жопу ебут, а потом арматурой по хребту. Ну и забивают. — Вы... убьёте меня? — проговорил срывающимся голосом. От бравого Вовчика не осталось и следа. — Пожалуйста... Не надо! — Убью. За свои поступки надо отвечать. Повторюсь: ты посягнул на святое. И за это должна прийти расплата, — поднялся и отошел с остальными на несколько метров. Ловким движением мужчина достал из-за пазухи ствол. Метал блеснул на солнце. На этом пистолете было не мало жизней. Дуло направилось на предателя. В глазах Суворова ненадолго вспыхнули мольба и паника. Щелчок затвора. Палец на курке. Округу заполнил оглушительный хлопок. С деревьев испуганно слетели птицы, закаркали вороны. Голова Вовы беспомощно откинулась на сосну. Во лбу зияла небольшая дырочка, а по лицу потекла ярко-алая струйка крови. Взгляд стал мутным и невидящим. Телохранители со своим старшим даже не шелохнулись, смотря на эту картину. Понимали: он получил по заслугам. Теперь работа за Невскими. Устранить улики и скрыть безжизненное тело. — Вот и всё, — спокойно развернулся и пошёл к машине авторитет, устраиваясь на переднем сиденье. — Молодцы! — похлопал их по плечам босс. — Закапываете и делаете всё по красоте. Я уезжаю к Снежке и своему малышу в Париж. Группировкой руководите умом, а не жопой. Вас уважают другие ОПГ. Проблем не будет. — Удачи. Викуше привет передавай от нас, — пожали руки и пошли выполнять свою работу. Вершинин прошел к мерседесу и сел за руль. Аккуратно сдал назад и поехал обратно в Казань мимо леса, который безмолвно будет хранить ещё одну их тайну. — Кость, передай моей дочери, что я люблю её. И всегда жду Вас здесь. С моим внуком. Алина получит по заслугам. Не сомневайтесь, — смотря в окно, проговорил Владимир. — Скажу, — кивнул Кащей, не отрываясь от дороги. Под тихий аккомпанемент шуршания камешков под колёсами и сигналы клаксонов, они доехали до особняка Морозовых. Тесть пожал руку зятю и вошёл на территорию своего поместья. Прошел мимо невысоких ёлочек по вымощенной плиткой дорожке и зашёл в дом. Из гостиной, сложив руки на груди, вышла недовольная Лиса. Весь её вид говорил о претензиях. Ко всему, что движется. — Где ты был? Где Костя? — нахмурилась и нагнула голову в бок. — Пойдем в кабинет. Поговорим, — это было не вопросом, а утверждением. Отец подошел к ней и, взяв под локоть, пошел в свою уединенную комнатку. Они неспешно зашли внутрь. Дочь прошла к столу, а Мороз подошел к шкафу и открыл. Положил ствол и достал из глуби диктофон. Подошел к ней и нажал на кнопочку. Из динамика полился разговор сестёр. Самодовольный, язвительный голос младшей и спокойный, уверенный – старшей. Мир Лисы рухнул. Он узнал всё о её отвратительном плане. — СУКА! — даже не дослушав закричала она. — ЭТА МРАЗЬ ВСТРЕЧАЛАСЬ С НИМ! ЭТО ВСЁ НЕПРАВДА! ПАПА! ОНА СПЕЦИАЛЬНО ПОДСТРОИЛА ВСЁ! — взгляд девушки скользнул к ножу на столе отца. Она быстро схватила его. — Я УБЬЮ СНАЧАЛА ТЕБЯ! ПОТОМ МАТЬ И КОСТЮ! Я ДОБЕРУСЬ ДО ВИКИ! ОНА УМРЁТ В МУЧЕНИЯХ! Но мужчина был быстрее и сильнее. Тут же выбил холодное оружие из хрупкой руки, а её, обезумевшую и невменяемую, с криками и сопротивлением, забрала скорая через пол часа после представления. Младшую Морозову доставили в психиатрическую лечебницу на Волкова. Её рассудок, и без того шаткий, не выдержал груза разоблачения, краха всех планов и потери контроля. Костя же тем временем приехал домой. Собрал нужные вещи, не забыв о кольце, которое сняла при своём бегстве Снежка. Написал письмо для родителей и поехал к школе Влада. Его они послушают и примут «презент», а вот родного сына – нет. Уроки кончились ровно по расписанию. Из учебного заведения высыпала толпа учеников, среди которых виднелась беловолосая голова его супера. Увидев своего старшого, облокотившегося на крыло машины, мальчик махнул рукой одноклассникам и подлетел к нему, подавая ладонь. — Здравствуй, Кащей! — они пожали руки. — Как поездка? — Всё хорошо. Я в Париже встретил сестру твою старшую. Она там. Беременная. Через несколько месяцев у тебя родится племяшка, — улыбнулся Вершинин. — Чего? — глаза Снега округлились. Рот отвис. — Да. Мы с Алиной теперь не муж и жена. Она залетела от кого-то в Ленинграде. Мороз развел нас. Я улетаю к Снежке и своему ребёнку. Универсамом теперь будут руководить Лом с Пауком. Ты помогай им, — потрепал его по волосам и достал из кармана диктофон с конвертом. — Передай это моим родителям. Меня они, всё равно, не захотят видеть. И пусть сначала прослушают запись. Она здесь одна. А потом письмецо прочтут. — Афигеть... — прошептал Морозов. — Ничего себе... хорошо! Я сделаю всё как надо. Удачи! Обними за меня Викушу. И передай, что люблю её. — Передам. А, ещё, — развернулся и провел рукой по своему мерседесу. — Моя ласточка теперь твоя. Как раз подарок ко Дню рождения, который через месяц, кажется, у тебя. Оформите с отцом всё как надо. Вот ключи. Шокированный мальчик дрожащими руками принял подарки и диктофон с конвертом. О таком он и не мог мечтать. — Спасибо... — резко кинулся на него и завлек в крепкие объятия. Вершинин усмехнулся и похлопал его по спине. Взяв сумки и поймав такси, поехал в аэропорт. Теперь он не был сцеплен кольцом на пальце с младшенькой Морозовой. Впереди его ждала новая, светлая жизнь с двумя самыми дорогими сердцу людьми. Снег же, сев за руль новенькой машины, отправился на Ильюшина 15. Суббота. Выходной. Они должны были быть дома и принять его. Его предположения оказались верны. Поднявшись на четвёртый этаж их пятиэтажки, постучал в дверь. За ней послышались шаги и уже через несколько секунд в проёме появились родители Кащея. — Владик? А ты чего тут делаешь? — смутилась хозяйка. — Проходи. Я, как раз, котлеты сделала. Ты, наверное, голодный. — Здравствуйте, тёть Галь, дядь Серёж! — расплылся он в улыбке. — Не. Спасибо. Я на минуточку. Вот, — впихнул им в руки конверт с диктофоном. — Только Вы сначала запись послушайте, а потом читайте. Я побежал. До свидания. Мальчишка развернулся и полетел вниз. Ошарашенные Вершинины переглянулись и закрыли дверь квартиры. Неспешно прошли на кухню, где до этого обедали, и расположившись поудобнее на стульях, нажали на кнопку проигрыша. — Ну здравствуй, сестричка дорогая. Какими судьбами здесь? Да ещё и в объятиях моего босса. Как же Кащей? Или Вы уже не муж с женой? — прозвучал голос их Викуши. Сергей нахмурился. Жена затаила дыхание. — Тебя не должна касаться моя личная жизнь, — сказала Алина. — Фу... Как грубо... И некультурно. — Замолчи. Значит, ты съебалась в Париж? Ну не дурно. А не знаешь ли где пропадает Костя целыми днями и ночами, обделяя меня вниманием? — Ну ты же в ту ночь поставила мне ультиматум: исчезнуть без следа и оставить Вас в покое, иначе убьёшь сначала его, а потом меня, раз три попытки не увенчались успехом. Так ты сказала? Да? Французский знаю отменно. Вот выбор и пал на этот город. Костя здесь? Не знала. Что же ты слово то не держишь? М? Говорила, что не будешь ему наркотики вкалывать, а он в ломке неделю лежал. Вершинины переглянулись в непонимании — Иначе бы он не стал моим. — Ага. Допустим. Знаешь, за полтора месяца здесь я многое поняла. Ну для начала то, кто на меня покушение устроил по твоей указке. Суворов же готов выполнить любое твое желание, да ещё и черняшку привез с Афгана... — Откуда ты узнала? — Любой поймёт это, когда посмотрит на него. И... Что-то живот у тебя далеко не на четвертый месяц. Шестой... седьмой. Это ж ребёнок не Вершинина, а кого-то из тех двух парней, которые тебя в Ленинграде нагнули в конце ноября, кажется... ты ж мне про них говорила. — И чё ты мне сделаешь? Тебе всё равно никто не поверит! — истерично рассмеялась. — Да. Ребёнок не от Кости. Он просто... выгодная партия с деньгами и статусом. И всё. Никогда бы не придал тебя даже под дулом пистолета. Ни в первый раз, когда ты в коме лежала, а я ему подсыпала в вино снотворное, ни второй, тем вечером. На записи послышались шевеление, шаги и грохот. — Эх, Алиночка... повторяешься... Пошла отсюда! Иначе я оформлю это как очередное покушение на мою жизнь и засажу. Если хочешь обратно в Союз вернуться, не смей что-либо выкидывать. Вон! — Ты ещё пожалеешь... — громкий хлопок закрывающейся двери и молчание. — Теперь Вы знаете правду. Надеюсь, ответные меры к ней будут приняты, — запись закончилась этой фразой Вики. Повисло гробовое молчание. Сердце бешено билось в груди. Сейчас, на этой кухни, они поняли, что облажались. Их сын был всегда верен своей невесте. Никогда не предавал. — Это получается... — не успела закончить фразу Галина, как была перебита мужем — Мы зря отреклись от него. Не дали высказаться! Что ж мы за родители такие... — схватился за голову мужчина. Жена дрожащими руками открыла конверт и развернула письмо. Бумажка была исчерчена корявым почерком их сына. Начала читать вслух: «Мам, пап, надеюсь, что хотя бы сейчас Вы поняли, что я не предавал Снежку. Она всегда была, есть и будет светом для меня. Мы втроем Вас очень любим. Почему втроем? Она беременна. Полтора месяца. Это мой ребёнок и Ваш внук. Настоящий. Владимир Иванович развел нас с Алиной. И я поехал к Вике в Париж. Не могу оставить их одних. Пока будем там. Если Вам понадобятся деньги, можете взять в сейфе, в моей квартире, в стенке. Код – мамин День рождения. Не болейте. Удачи и успехов.

Ваш Костя.»

По щекам Вершининой потекли слёзы. Слёзы счастья. Теперь её дети будет вместе. У них всё будет хорошо. Родится малыш. Сергей встал со стула и обнял жену. В его глазах тоже стояла влага. ***** Следующим утром в квартирке на втором этаже на одной из французских улочек прозвучала настойчивая трель звонка. Сонная, но уже проснувшаяся Морозова неспешно прошла ко входу и, щелкнув ключом, открыла дверь. Взгляд уперся в такого знакомого парня. Кащей быстро переступил порог и подхватил любимую на руки, начав кружить по небольшой прихожей. — Костя! — взвизгнула Вика, покрепче прижимаясь к нему. — Получилось? Да? Ура! — Да! — дрожащим голосом проговорил Вершинин. Остановился и, нагнувшись, прикоснулся своими губами к её родным, пухлым. — Теперь у нас всё будет хорошо. Я обещаю... И она поверила. Потому что иначе и быть не может. После всего того, что они пережили, судьба наградила их счастьем, доступном друг в друге и том маленьком чуде, рожденном в любви и растущем внутри Снежной Королевы. Переходим в мой Тг: Мир Аконита (там спойлеры, новости и просто общение. Там можете задать мне вопросики. В навигации находится анонка). Ещё есть Тикток: aconitumy Тг наших авторов: авторский цех (с мемами, спойлерами, общением и годными работами).