- - -

Когда мне было шесть или, может быть, не шесть лет - я уже плохо помню - одним словом в детстве, я упал с дерева. Мои родители часто собирались с друзьями в лесу, даже если на дворе стояла зима. Я был тогда уже вроде как "большой", поэтому меня взяли тоже. И вот они побросали вещи, разбили стоянку, разожгли костёр, а я шатаюсь по округе, мёрзну и вдруг вижу - стоит такое отличное дерево под наклоном. Сучья по обе стороны торчат, хвататься одно удовольствие. Лучше любой лазелки. Дальше у меня перед глазами прокручивается только один фрагмент. Я уже на середине, ствол стал тоньше. Я хватаюсь левой рукой за сук - но тот трухлявый и обламывается. Я хватаюсь правой рукой за другой сук - тот тоже обламывается. Я с удивлением гляжу на сухие палки в своих дырявых красных перчатках, а потом мир переворачивается вверх тормашками, и я падаю. Я не помню, чтобы мне было больно. Я вообще ничего не помню. Может, это вообще была не зима. А может, и дерева никакого тоже не было, или упал вовсе не я, а кто-то другой вместо меня и причём очень, очень давно. С того дня, а может быть позже, у меня появилась странная особенность: когда человек меня касался кожей о кожу, то я получал всю его память, все его знания за пару мгновений. Возможно со стороны выглядело так, будто я замирал с остекленевшим взглядом, а потом будто оживал, но уже более задумчивый. Я никогда не видел свою бабушку, потому что она умерла ещё до моего рождения. И в тоже время сумел побывать на свадьбе своей бабушки. Более того, это была и моя свадьба тоже. Потому что дедушка как-то раз решил потрепать меня по голове. Я получил высшее образование до первого класса. И не одно. Я помнил, какого было жить в конце 20-ого века. Я был в СССР. Я был в США. Я был на всех курортах, куда ездили мои одноклассники. Я знал, что такое секс, тогда, когда мои ровесники кривили носы при любом упоминании поцелуев в кино. Потому что они были детьми. А я чем-то непонятным. Когда мне исполнилось восемнадцать, я съехал. Снял квартиру, нашёл работу, поступил в вуз. Мне понравилось, что тот был недалеко от моего нового дома. Рядом ещё находился парк с рощей. Красиво и тихо. Несколько месяцев назад я столкнулся там с девушкой. Она была сектанткой, а в рюкзаке у неё лежала голова её школьной подруги. Позавчера пересеклись с соседом. Он маньяк. Я не знаю, мир довольно странный. Мне нужно вмешиваться? Сектантов и маньяков довольно много. Полно. Мы должны пытаться делать мир лучше, кусочек за кусочком, чтобы он был чуточку менее странным. Но иногда у меня опускаются руки от бессилия и от масштабов того, что должно быть сделано. Возможно, я могу. Но, возможно, это будет просто попыткой откусить больше, чем я в состоянии проглотить. Возможно, это просто лечение симптомов болезни, чей корень на самом деле лежит в самом понятии "человечество". В каком-то смысле, я их понимаю, ну, отморозков. Вернее, я понимаю. Я же знаю, как они думают. Ещё я понимаю почтальонов. И школьников. И собаководов. Единственное, чего я не понимаю, так это что мне необходимо делать со своим пониманием. В тот день я забыл надеть перчатки. В последнее время всегда их ношу, потому что не хочу лишний раз касаться других людей. Летом, когда жарко, перчатки могут натолкнуть их на то, что я болею чем-то кожно-заразным. Так они тоже не захотят ко мне прикасаться. Но сегодня я их забыл. *** - Ваш пакет, - немолодой кассир протягивает мне пластиковый пакет с шарлотткой. Я беру его и нечаянно задеваю мизинцем костяшку его пальца. Вечная красота предстала пред моими глазами. Точка, взрыв, рождение тысяч галактик и самой Вселенной... - Что это? - я моргнул глазами. - А что это? - эхом ответил мне кассир с лукавым прищуром. - Ваши покупки. Я, как в трансе, взял пакет и направился к выходу. Затем остановился. Обернулся. Кассир смотрел мне в глаза. - Почему... - я запнулся. В моей голове бился один старый, долго зреющий вопрос. Я хотел бы его задать, но никогда не думал, что смогу. Всё это было так нереально. Впрочем, моя жизнь была нереальной, достаточно нереальной, чтобы поверить в то, что я сейчас видел. - Вы же можете всё?.. - Конечно, - кассир смотрел мне в душу. - Но это будет неправильно. Вы должны что-то делать сами. Ходить за покупками, например. *** Я сидел на лавочке в парке. Рядом со мной присела девушка. В этот раз её рюзак был пуст. Мне нужно было с кем-то поговорить, и, если честно, я хотел поговорить с ней. Я не думал, что она ответит. Расчитывал, что убежит. Но она осталась и долго разговаривала со мной. В конце мы обнялись. Сегодня я видел её идущей в сторону полицейского участка. Рядом стоял сосед. Мы провожали её взглядом. - Ты знаешь, зачем ей туда? - нервно спросил он. - Без понятия, - ответил я. - А ты? Мы переглянулись. Я знал достаточно, чтобы просто поговорить. И слова излились.