one.

С Дань Хэном что-то происходило. Что-то достаточно масштабное, чтобы это заметила не только ты, но и остальные члены экипажа Звёздного экспресса. Поначалу ничто не предвещало никаких бед. По окончании событий на Сяньчжоу Лофу Дань Хэн явил всем своё истинное обличие, раскрыл часть своего таинственного прошлого и свою силу. Однако после возвращения на экспресс он вёл себя так же, как и до всего произошедшего. Разве что теперь он казался немного более нервным и взволнованным, словно многие вещи начали слишком сильно влиять на него. Позже он объяснил, что любые ощущения (как телесные, так и ментальные) в его нынешней форме отличаются от тех, к которым он успел привыкнуть. Он забыл, насколько чувствительно его настоящее тело. Дань Хэн стал более привередливым в еде, начал от многого отказываться, что явно указало на изменение его вкусовых и обонятельных рецепторов. Это немного расстроило тебя, потому что его брезгливость коснулась и тех блюд, которые ты готовила для него, но с этим можно смириться. Также Дань Хэн стал гораздо чувствительнее к любым формам физического взаимодействия. Тебе определённо понравилась его новая реакция на твои прикосновения, включающая в себя едва заметное вздрагивание его тела и волну мурашек на коже, но сам Дань Хэн совершенно не был в восторге. Несмотря на свой фанатизм, ты старалась всячески помогать ему не слишком выходить из зоны комфорта. Например, ты начала ограничивать шум вокруг него, делиться с ним мягкими одеялами и подушками и, чёрт возьми, в обязательном порядке изолировала его от кофе Химеко. Он умрёт, если даже понюхает его. Спустя около пяти дней обстановка начала меняться. Дань Хэн начал понемногу проявлять к тебе больше знаков внимания. Старался взять за руку или украдкой поцеловать в щёку, притом игнорируя присутствие посторонних людей. Твой Дань Хэн никогда не осмелился бы на публичные ласки, но, возможно, эта его новая привычка не была такой уж плохой. Он стал приносить тебе любимый напиток или небольшие угощения, хотя ты об этом не просила, начал чаще завязывать диалог, хотя всегда был малословен. И многие прочие вещи. Всё это казалось тебе милым. В конце концов, кто не хотел бы, чтобы его любящий партнёр больше нежничал? Но ситуация достигла апогея через две недели после начала странного поведения. Дань Хэн словно начал испытывать навязчивое желание всегда быть как можно ближе к тебе. Иногда он прижимался к твоему боку так плотно, будто хотел склеиться. Он всюду следовал за тобой, отчего казалось, что у него просто нет своих дел или они ему неинтересны, хотя обычно он был только рад провести время с самим собой, если у тебя не находилось времени на приватные беседы. Более того, Дань Хэн теперь настаивал на том, чтобы спать в одной постели и вместе принимать ванну (твой Дань Хэн в 99,9% случаев отказывался от подобных предложений, опасаясь, что члены экипажа могут заиметь неверное представление о том, чем вы двое занимаетесь наедине). Раньше он впускал тебя в свою комнату на ночь только тогда, когда вы заранее чётко обозначали, что хотите устроить что-то вроде ночёвки. И, пускай приходилось тесниться на небольшом матрасе, это было слишком уютно, чтобы так легко отказаться. Иногда он перемещался в твою комнату, где кровать была значительно больше его собственной, но даже на ней вы оставались физически близки, как минимум держась за руки во сне (Март 7 потом не шантажировала вас двоих фотографиями, вовсе нет). Сейчас же он совершенно не принимал отказа. Для Дань Хэна не имело значения, твоя комната или его, но вы должны спать вместе. Что ж, в какой-то момент ты и правда всерьёз задумалась над шуткой Первопроходца о том, что твоего партнёра подменили. Сейчас, в темноте ночи, ты всматривалась в его умиротворённое лицо, пока он лежал на тебе, уткнувшись щекой в твоё плечо. Один из его рогов упирался тебе в шею, но не доставлял ощутимого дискомфорта. Даже если бы доставлял, ты не стала бы ничего с этим делать. Его рожки были очаровательны, а он сам, будучи отвыкшим от них, забывал о возможных неудобствах. Со стороны Дань Хэна доносилось тихое сопение, подтверждающее его глубокий сон. Ты осторожно подняла свободную руку, чтобы мягко и самозабвенно обвести контуры его лица. Даже самая непроглядная тьма никогда не смогла бы скрыть от твоих глаз аккуратный изгиб его носа, пушистые ресницы, тонкие губы... Нет, это был твой Дань Хэн. Что бы ни творилось с ним сейчас, это всегда был только он. В его внешности произошли некоторые изменения, но его сердце и душа всё те же, такие же нежные, заботливые и влюблённые. Со спокойной улыбкой на губах ты слегка наклонила голову Дань Хэна и поцеловала его в макушку, ненадолго застыв в таком положении. Затем ты откинулась на свою подушку, обняв Дань Хэна той же рукой, на которой он лежал, и окончательно расслабилась, прикрыв глаза и наслаждаясь уютом ваших объятий.

***

Ты не знала, как долго спала, но Дань Хэн разбудил тебя. Точнее, не он сам, а звуки, которые он издавал. Сначала это было громкое и учащённое дыхание, а затем тихие отчаянные всхлипы. Будучи ещё совсем сонной, ты с трудом осознавала их, пока резко не распахнула глаза, испугавшись мысли, что твоего дорогого возлюбленного снова мучают кошмары. Твоя рука рефлекторно потянулась к его спине, чтобы погладить и утешить, но остановилась, когда твой проснувшийся мозг заметил другие вещи и собрал все факторы воедино. Дань Хэн крепко обхватил твоё тело своими руками, его бёдра тесно прижались к твоим. Он продолжал тихо вздыхать, определённо прилагая много усилий, чтобы не стать громче. Его очевидно твёрдый член тёрся о тебя через слои его и твоей ночной одежды. Даже сквозь ткань ты могла чувствовать, каким он был горячим и... влажным? Неужели он уже кончил? Как долго он это делает? Дань Хэн внезапно издал протяжный стон, на несколько тонов громче предыдущего. Ты бы соврала, сказав, что это не возбудило в тебе что-то. Ты резко перевернула его на спину, оказавшись между его теперь раздвинутых ног. Дань Хэн, к твоему удивлению, даже не пискнул, спокойно лёг в положение, в которое ты его устроила. Он посмотрел на тебя ошеломлёнными глазами, но в них отразился шок скорее не от твоего пробуждения, а от потери контакта, прекращения стимуляции. С его губ сорвался жалобный скулёж. Он продолжил хранить словесное молчание, но явно попытался намекнуть тебе на что-то. На мгновение тебе показалось, что он сам не понимает, что происходит, и действует инстинктивно. Не прошло и нескольких секунд, как Дань Хэн слабо толкнулся бёдрами в воздух. Он выглядел по-настоящему отчаянным, но так и не прервал с тобой зрительный контакт. Ты смотрела на него в ответ, долго пытаясь понять, что подталкивает его к таким действиям. Он никогда не проворачивал ничего подобного. Может, ему приснился влажный сон? Даже так, ты уверена, что Дань Хэн прекрасно смог бы позаботиться о себе сам. Он никогда не испытывал необходимости будить тебя посреди ночи или использовать как объект для удовлетворения своих потребностей (что даже звучит как-то нелепо). Конечно, не то чтобы ты отказала ему в любом случае, но такое поведение определённо не было нормальным для него. Ты подняла руку к лицу Дань Хэна и положила ладонь на его лоб. Он горит. Его кожа такая разгорячённая, словно у него лихорадка. Он никак не мог подхватить болезнь в тепличных условиях экспресса, значит, он был настолько перевозбуждён? Пока ты была отвлечена своими мыслями, лежащий под тобой возбуждённый видьядхара шевельнулся только для того, чтобы аккуратно взять твоё запястье своими тонкими пальцами и поднести его ближе к своим носу и губам. Дань Хэн уткнулся в твою кожу так, как это сделал бы котёнок, и ты даже застыла в ожидании, мечтая, когда он замурлычет. Но вместо этого он глубоко вдохнул твой запах. Его дыхание стало более размеренным, не таким бешеным и быстрым, как немногим раньше. То, как он заметно успокоился при твоём внимании, согрело твоё сердце. Внимательно наблюдая за ним, ты обратила внимание на густой, почти болезненный румянец на его щеках и шее. Невольно твой взгляд опустился ещё ниже: его ночная рубашка немного задралась, открывая вид на его напряжённый живот, а штаны, плотно облегаюшие бёдра, совсем не смогли скрыть его эрекцию. Более того, они только выделили её обширным мокрым пятном от спермы. В твоей голове всплыли воспоминания о звуках, которые он издавал всего несколько минут назад, и об этом печальном взгляде, направленном на тебя. Ты медленно разместила своё колено между широко раскрытых ног Дань Хэна. Его реакция, в отличие от твоей, была мгновенной. Он низко застонал, закусив губу, когда его одетый пах прижался к твоей ноге, а нос ещё плотнее уткнулся в твою ладонь. Он снова начал тереться о тебя в беспорядочном ритме, но ты схватила его за мягкое бедро, направляя его движения и помогая установить подходящий темп. Он даже не попытался сопротивляться. Одной рукой ты продолжала поддерживать Дань Хэна, каким-то образом понимая, что без этого он снова собьётся, в то время как другой (которую он всё ещё жадно обнюхивал) мягко гладила его щёку. Затем тебе пришлось отнять у него свою ладонь, чтобы опустить её и подцепить край его рубашки. Ночная сорочка легко задралась ещё выше и открыла тебе вид на пухлую грудь Дань Хэна. Некоторые твои предположения подтвердились: во-первых, даже в темноте было заметно, что его грудина тоже покрыта лёгким румянцем и тонким слоем пота, а во-вторых, его упругие розовые соски стояли торчком и казались более набухшими, чем когда-либо раньше. Невозможно было отрицать то, как привлекательно они выглядели. Твоя рука словно по собственной воле опустилась к горячей коже Дань Хэна, мягко погладила его бок вверх-вниз, пока не остановилась чуть выше рёбер. Отставив большой палец, ты прижала его к твёрдому соску своего любовника, мягко надавила и провела кончиком тупого ногтя по ареоле. В ответ на это действие Дань Хэн запрокинул голову, зарывшись в подушку, и громко, беззастенчиво застонал. Ты начала нежно гладить его сосок круговыми движениями, заставляя тело Дань Хэна извиваться, а бёдра — заикаться в своих точках. Он изящно, эротично выгнул спину, толкая свою ожидающую ласк грудь к твоим пальцам. Ты наклонилась вперёд и прижалась своими губами к его губам, в жадном поцелуе поглощая стон, который он издал, когда ты обхватила его сосок кончиками своих утончённых пальцев и потянула. Дань Хэн пытался что-то промычать в поцелуе, но ты затыкала ему рот, не позволяя говорить. Он становился всё громче по мере того, как ты продолжала дразнить его возбуждённый сосок, и это одновременно и тешило твоё самолюбие, и беспокоило тебя. С одной стороны, ты наслаждалась его вздохами, они открыто говорили о том, как ему хорошо с тобой, как он теряет себя в удовольствии, а с другой — Дань Хэн становился излишне шумным. Как из парня, боящегося быть услышанным кем-то во время занятий любовью, он превратился в стонущее месиво, плачущее так тонко и красиво, что любая женщина позавидовала бы? Никак не предупредив Дань Хэна, ты быстрым движением сначала подняла своё колено, особенно тесно прижав свою ногу к его одетому паху, а затем вовсе отодвинула. Твой любовник изогнулся всем телом и захныкал, не желая лишаться такой необходимой стимуляции. Ты нехотя оторвалась от поцелуя и выпрямила спину, чтобы ещё раз взглянуть на Дань Хэна, но уже рассмотреть всю картину целиком. Он был просто неотразим. Его тёмные локоны разметались по всей подушке и волнами струились ниже, красиво обрамляя смущённое лицо и тонкую шею. Его выражение невозможно было описать простыми словами. Эти полуприкрытые глаза, смотрящие на тебя с животным вожделением, эти сосредоточенно нахмуренные брови, эти влажные губы, покрасневшие и припухшие от поцелуев... Дань Хэн соблазнял тебя, намеренно или нет. Твои ладони легли на его колени и раздвинули их так широко, как только позволяло положение ваших тел, отчего его нескрываемое возбуждение стало ещё очевиднее. Ткань его хлопчатых штанов была влажной спереди, где очертания его твёрдого члена были хорошо заметны для твоих глаз. Либо тебе лишь кажется, либо его пенис действительно стал больше. Это, в некотором смысле, не слишком удивило бы тебя: с изменением внешности у Дань Хэна пришли не только драконьи рога, заострённые уши и длинные волосы, но и удивительно крепкие мышцы. Он и до возвращения на Сяньчжоу был хорошо сложен, но после своего небольшого приключения он приобрёл совершенное, скульптурное тело. Ты часто заглядывалась на его обнажённое плечико, вырез, открывающий подтянутую грудь, и неприкрытый участок кожи на его спине. Ты поражалась каждый раз, когда прикасалась к нему, потому что твой Дань Хэн был худым, но таким мягким, в отличие от нынешнего себя (но никто не говорит, что теперь он выглядит хуже). Подстрекаемая любопытством, ты положила руки на край его штанов и медленно стянула их вниз. Дань Хэн приподнял бёдра, чтобы облегчить тебе задачу, на что ты благодарно кивнула головой. Тебе могло показаться, но ты заметила, как он ответно улыбнулся тому, что ты хвалишь его за такие простые действия. Ты постепенно стянула с него мешающий предмет одежды и сразу же отложила (отбросила) его в сторону, сопротивляясь мгновенному желанию наброситься на Дань Хэна. Он знал, что делает с тобой, и поэтому снова раскрылся, кокетливо двигая бёдрами. Затем он покорно поднял руки над головой, показывая, что не собирается ничего делать самостоятельно. Ты улыбнулась Дань Хэну, вновь устраиваясь в удобное положение, когда склонилась над ним. Одна твоя рука служила опорой для твоего веса, тогда как другую ты протянула к его члену, чтобы крепко обхватить. Ощущения... отличались. Его член был невероятно горячим и влажным и определённо стал больше в обхвате. Больше, чем ты привыкла. Впрочем, он всё ещё очень удобно помещался в твою руку. Ты несколько раз провела сжатым кулаком вверх-вниз по стволу, что вызвало у Дань Хэна такой громкий стон, что он эхом отразился от стен комнаты. От неожиданности ты поперхнулась воздухом и неловко закашляла. — Не нужно быть таким громким, милый. Я знаю, что тебе хорошо, но не стоит рассказывать об этом и остальным, — ты рассмеялась, найдя его реакцию немного забавной. Если подумать, вы давно не занимались любовью. Должно быть, он такой чувствительный из-за длительного перерыва в вашей сексуальной жизни. Ты продолжила смотреть Дань Хэну в глаза, когда взялась за край его рубашки и поднесла ткань к его губам. — Прикуси и будь тихим для меня, хорошо? Дань Хэн нахмурился. Твоя идея явно не понравилась ему, но он не стал отказывать, послушно вбирая ткань в рот. Она сразу же намокла. От этого вида ты невольно улыбнулась и хмыкнула, шепнув ему: — Хороший мальчик. От твоего взгляда не ускользнуло то, как его уши покрылись густым румянцем, а член в твоей руке дёрнулся. В ответ на это ты склонилась ближе к ушку Дань Хэна, мурлыча ему смесь похвал и непристойностей, пока медленно и дразняще наглаживала его эрекцию. Вместо мелодичных стонов видьядхара теперь издавал неожиданно смешные звуки. Твои слова и движения прокатывались по его телу волной горячего удовольствия, что подстёгивало его низко стонать для тебя, но он больше не мог кричать во всё горло. Ткань во рту мешалась. Это привело к тому, что Дань Хэн сначала мычал что-то неразборчивое и радостное, а затем пыхтел от раздражения, что какая-то рубашка не позволяет ему ещё сильнее привлекать тебя к себе. Тебя это позабавило. Он был очарователен таким: плаксивый, нуждающийся и возбуждённый. Тебе хотелось снять его напряжение, позволить ему расслабиться и просто кончить. ...но сначала ты могла бы подразнить его ещё немного, верно? Едва чмокнув Дань Хэна в висок, ты слегка изменила позу, чтобы твоя голова расположилась ниже по его торсу. При этом ты на мгновение прекратила двигать рукой (Дань Хэн отозвался рычанием). Тебе пришлось неудобно склониться над его телом, не имея точки опоры, когда одна твоя рука вернулась к медленным дразнящим поглаживаниям его члена, а другая поднялась к его груди. Твои ловкие пальцы сжали мягкую плоть. Она была недостаточно мясистой, чтобы взять её в руку, как это можно сделать с женской грудью, но была очень упругой. Ты не могла перестать разминать её. Бархат кожи Дань Хэна был по-настоящему гипнотизирующим. И на самом деле тебя привлекало не только ощущение его тёплой кожи под твоими пальцами. Здесь было нечто большее. Жир перекатывался в твоих ладонях, а мышцы, мягкие и податливые, изгибались под твоими ласками. Казалось, что его грудь покачивается с каждым твоим нажатием. Дань Хэн отзывчиво стонал и ёрзал под тобой, было очевидно, что он расслабился от твоих прикосновений. Учитывая, как заметно набухла и покраснела его грудь, раньше ему было дискомфортно и даже больно. Но он не должен бояться. Ты поможешь ему справиться с этим. Ты наклонилась ещё ниже, так, что твои губы почти коснулись розового соска, которому ты ещё не уделила внимание. Ты медленно подняла глаза, чтобы посмотреть на лицо Дань Хэна, и узнала, что всё это время он смотрел на тебя. Его глаза были томно прикрыты, зрачки давно заволокло туманной пеленой то ли похоти, то ли слёз. Дань Хэн одним лишь взглядом умолял тебя съесть его во всех возможных смыслах. Ты с радостью дала бы ему то, чего он так хотел. Твои губы прижались к соску Дань Хэна лёгким поцелуем, медленно приоткрылись и полностью обхватили его. Но, едва наградив его мягким сосанием, ты тут же отстранилась с пошлым хлопком. Затем так же резко прижалась снова, погружая твёрдый комочек в тепло своего рта только для того, чтобы через мгновение вновь отпустить. Руки Дань Хэна, до этого поднятые у него над головой, быстро опустились. Одной он крепко обхватил тебя за спину в подобии объятия, чтобы это могло заземлить его, а другую положил тебе на затылок. Его тонкие пальцы зарылись в твои волосы и сжали их в кулаке, когда он (немного) агрессивно подтолкнул тебя ниже, призывно выпятив грудь. До чего же он был смешным. На этот раз ты плотно втянула в свой рот его возбуждённый сосок, аккуратно задев его зубами. Дань Хэн шумно втянул воздух через нос, запрокинув голову. Твой язык круговыми движениями прошёлся по розовой ареоле, прежде чем щёлкнуть по верхушке твёрдого пика. Твоя ладонь, поддерживающая его грудь снизу и немного сбоку, приподняла пухлую плоть, чтобы ты могла получить лучший доступ. Дань Хэн резво вскинул бёдра, толкаясь в твою руку самостоятельно. Он, очевидно, не нашёл твой медленный темп удовлетворительным. Ты провела большим пальцем по его кончику, собирая изрядное количество скопившегося предэякулята и распределяя его по всей длине. Член Дань Хэна был чрезмерно влажным, казалось, что предсемя ни на секунду не переставало вытекать. Одновременно с особенно сильным посасыванием его груди ты плотнее обхватила его член и начала двигать рукой значительно быстрее. Ему это определённо понравилось. Его дыхание участилось, как и сердцебиение, изо рта начали вырываться более плаксивые звуки. Его кожа покрылась лёгкой испариной от духоты в комнате и от того, как разогрелось его тело от возбуждения. Пот слабо блестел в темноте, но совсем не портил вид. Наоборот, это лишь делало Дань Хэна ещё более манящим. Твой язык всё продолжал разминать его сосок. Комочек ощущался таким мягким и пухлым у тебя во рту. Твои пальцы глубже зарылись в плоть груди Дань Хэна, не причиняя боли, усиленно массируя и расслабляя мышцы. Ты сосала так усердно, что твоя челюсть быстро начала болеть. Ты словно пыталась вытянуть из его груди молоко, используя руку для подходящей стимуляции. Зубами прихватив розовый бугорок, ты потянула его вверх и резко отпустила, наблюдая за тем, как кожа вокруг него стремительно покраснела. Дань Хэн издал низкий и нехарактерно тихий стон, погладив тебя по спине вверх-вниз, чтобы привлечь внимание. Ты немного неохотно оторвала взгляд от его аппетитной груди и посмотрела ему в лицо. Его глаза остекленели, зубы сильно сжимали складки ткани, щёки по-прежнему были румяными, но теперь выглядели заплаканными. Было видно, как он тяжело дышит, как его грудь высоко поднимается при каждом вздохе (будучи вплотную прижатой к нему ты и не замечала этого раньше). Твой взгляд немного смягчился, рука на его члене остановилась. Ты взялась за материал его ночной рубашки и попыталась вынуть её у него изо рта. Поначалу он даже не понял, что должен разжать свои плотно сомкнутые зубы, но затем выпустил ткань и издал облегчённый вздох. Ты потянула рубашку вверх, молча упрашивая его немного приподняться, чтобы ты могла окончательно снять её. Дань Хэн был только рад этому предложению, самостоятельно схватившись за воротник и стянув мешающую одежду. Это было так мило, что тебе не удалось сдержать любящий смешок. Ты изменила своё положение, ложась на бок рядом с Дань Хэном и обнимая его одной рукой, пальцами расчёсывая его длинные волосы. Он с радостью прижался к тебе и позволил направить свою голову туда, куда тебе было нужно, чтобы ты могла подарить ему поцелуй. Он отличался от тех, которые вы уже разделили за эту ночь. На этот раз поцелуй был нежным, неторопливым. Вы оба вложили в него все свои искренние чувства. Для тебя не стало секретом то, что за последние полчаса Дань Хэн устал. Он практически ничего не делал, но что-то мучило его изнутри, отнимало все его силы и энергию. Что ещё ты могла сделать, кроме как позаботиться о нём? Не прерывая поцелуй, ты провела ладонью по его боку. Медленно, ласково, будто гладила большого кота. Достигнув его мягкого бедра, ты нежно шлёпнула по нему, чтобы немного взбодрить Дань Хэна, и опустила руку к его болезненно твёрдому члену. Твой палец легонько провёл по выступающей вене, следуя по ней от основания почти до самого кончика. Дань Хэн тихо выдохнул, ощущая прикосновение. Затем ты в уже привычном жесте сомкнула пальцы в кольцо, сжимая его член. Твои глаза заинтересованно изучали его пенис теперь, когда твоё внимание было сосредоточено на нём. Твоя рука охватывала едва ли половину его длины. Прямо сейчас всё его тело имело высокую температуру, но казалось, что кожа его члена буквально горит. Но в хорошем смысле. Это тепло не было обжигающим, лишь оставляло после себя затяжной след, ощущение того, что когда-то оно находилось в твоих руках. Ты снова клюнула Дань Хэна в губы, молча спрашивая его разрешение. Он ответно поцеловал тебя, и вместе с тем твоя рука начала двигаться. Ваши зубы клацнули друг о друга, и Дань Хэн, кажется, чуть не укусил тебя, но это было лишь случайностью. Ты уже поняла, что, как и многое другое, он сделал это непроизвольно. Его член ощутимо дёрнулся, бёдра начали толкаться вперёд всё быстрее, принимая твои движения. Твой указательный палец снова собрал крупные капли предэякулята и распределил их, отчего влажные звуки в комнате стали только громче. Это так пошло, так неприлично, что неслыханно возбуждает. Особенно с сочетании с этими вздохами и постанываниями прямо под твоим ухом. К твоему удивлению, Дань Хэн начал издавать звуки, которые сходились в какое-то подобие слов, но всё ещё оставались почти неразборчивыми. Он пролепетал что-то о том, как ему приятно, потребовал от тебя двигаться быстрее, предупредил, что скоро кончит (ты лишь интерпретировала его слова именно так, на самом деле ты ничего не поняла). Твоя ладонь начала скользить быстрее, двигаться от самого основания до головки таким образом, что его член почти выскальзывал из твоих пальцев, но тут же снова оказывался обхваченным. Большим пальцем ты несколько раз обвела кончик, поддразнивая уретру и возбуждая Дань Хэна сильнее. Видьядхара плотно поджал губы, но это совсем не помогло скрыть его звуки. Внутри тебя зародилось внезапное непреодолимое желание лично извиниться перед всеми вашими товарищами за то, что они стали невольными слушателями. Но вместе с тем где-то ещё глубже, в самой глубокой точке твоего существа, ты почувствовала некоторую гордость. Ты заявила на него права, и он откровенно признал себя твоим. Ты никогда не считала себя собственницей, но подобные мысли вызвали странное тепло в области твоего сердца. И, может быть, между твоих ног. Ты почувствовала, как его член снова дёрнулся в твоей ладони. По лёгкому закатыванию глаз Дань Хэна ты поняла, что он был близок. Тебе нужно сделать ещё пару движений, и он сможет расслабиться. Садистская часть тебя подумала о том, чтобы в последний момент остановиться, лишить его удовольствия, но ты всё же решила не мучить Дань Хэна лишний раз. Он толкнулся в твою руку менее активно, уже изрядно уставший, но очевидно довольный. Ты притянула его голову немного ближе, осторожно, чтобы не наткнуться на крепкий рог, и твёрдо прошептала: — Кончи. Дань Хэн, возможно, даже не успел понять, что именно ты сказала, как его тело рефлекторно подчинилось. Он кончил невероятно бурно. Всё его тело затряслось мелкой дрожью, кадык резко подпрыгнул, сперма выстрельнула так высоко, что испачкала его живот, простыни и даже твою кофту. К твоему удивлению, оргазм Дань Хэна не закончился быстро. Его член некоторое время ещё оставался твёрдым, и ты продолжала поглаживать его, пока струйки семени обильно выплёскивались. Дань Хэн кончал долго, и спермы было много. Так много, что это ощущалось неестественным, но разве ты была против? Дань Хэн окончательно расслабился лишь спустя несколько минут, укладывая свою голову на твоё плечо почти в такой же позе, в какой он спал полчаса назад. С его губ сорвался удовлетворённый вздох, когда он потёрся о тебя щекой и прикрыл глаза. Ты не была уверена в том, что должна делать со своей ладонью, испачканной его спермой, но с радостью расположила чистую руку на его талии. Какое-то время вы мирно лежали в тишине, со стороны Дань Хэна доносилось только редкое сопение. Ты извернулась так, чтобы коснуться губами его лба между рожек, и  твоя тревога отступила. Температура спала. Но смотреть на лицо Дань Хэна в таком положении было не очень удобно, поэтому ты не смогла проверить, остался ли нездоровый румянец. — Я дождусь каких-нибудь объяснений? Твой голос прозвучал резко, непривычно и громко в комнате, тишина которой была слишком густой. Дань Хэн промолчал, и ты уже начала думать, что он заснул, но спустя мгновение он медленно открыл глаза. Отстранившись от твоих объятий, он перекатился на спину и раскинул конечности в стороны, как морская звезда. Он что-то хмуро пробормотал себе под нос, ты ничего не расслышала. По крайней мере, он наконец-то пришёл в себя. — Это одновременно и просто, и тяжело объяснить, — Дань Хэн уставился в потолок, что-то разглядывая. Если бы его хвост сейчас был материален, он бы начал размахивать им, как раздражённый кот. — Несмотря на то, что каждая особь видьядхара проходит цикл постоянного перерождения, мы всё ещё относимся к драконорождённым. Это в нашей природе... — он смущённо отвернулся от тебя. — Сезонно размножаться. Это парадоксально. Мы не утратили желание плодиться и, более того, проходим через периоды гона регулярно, — Дань Хэн скрыл от тебя своё лицо, но ты увидела, как покраснел кончик его ушка. — Мне жаль, что я вёл себя так спонтанно. Я долгое время пренебрегал своей истинной природой, это, должно быть, сказалось на организме... — он начал медленно сжиматься в клубок от нахлынувшего смущения, но ты осторожно взяла его за плечо и перевернула обратно на спину, садясь рядом. — Я вовсе не расстроена, — твоя ухмылка немного его успокоила. — Это то, с чем тебе пришлось иметь дело? Бедный мальчик... Так хотел сношаться, что совершенно потерял рассудок... — ты хихикнула. В этом смешке не было ничего угрожающего, только скрытое поддразнивание. — Знаешь, я даже могла бы сказать, — ты прижалась губами к раковине его уха, — что мне это нравится. Тебе не нужно было смотреть вниз, чтобы точно знать, что его член снова затвердел.