Эпилог

      Гинсу неспешно парил, спрятав руки в просторные карманы черной толстовки. Его глаза закрыты, но он не слеп. Безостановочно, он вот уже три дня сканирует Землю в надежде нащупать хотя бы один живой импульс. И совершенно безрезультатно. Впрочем, сам он прекрасно понимает, что нет никакого шанса найти хоть кого-то. Гинсу хорошо знал, что живых на этой планете больше нет.       Заброшенные города, по которым гулял только ветер, навевали спокойствие. Гинсу не гордился тем, что совершил — в конце концов, это вышло неосознанно, — но в то же время не находил причин сожалеть. Ведь сколько боли он вытерпел от людей, которые были к нему жестоки, и сколько еще предстояло бы испытать? Сейчас он стал задумываться, что его порыв освободить воспитательницу и сбежать с ней куда подальше все равно не увенчался бы успехом. Злые люди постоянно донимали бы его, потому что их знание о нем, о Гинсу, просто не отпускало.       Гинсу поднял голову, открыл глаза. Небо встретило его чистым голубым покрывалом, за пределами которого существовали иные миры. Мальчик чувствовал это. Он ощущал их дыхание. Сердцебиение миллиардов живых существ, находящихся за пределами этой реальности. Здесь же, напротив, не осталось никого. Удивительно, но Земля была единственной планетой, на которой зародилась жизнь. И теперь он остался один.       Почти.       — Шарина, я рад, что сейчас ты рядом. Я очень, очень скучал по тебе.       Гинсу повернулся, посмотрев на девушку. Перед собой он видел тот же образ, что отпечатался в его памяти. Невредимая, жизнерадостная, немного строгая, но такая добрая воспитательница.       Он не чувствовал запаха гниения, исходящего от ее тела, и не хотел слышать вопль боли и отчаяния, который изрыгал ее погибший, но запертый в клетку плоти мозг. Когда девушка уже должна была умереть, мальчик, не смогший свыкнуться с мыслью о кончине самого дорогого для него человека, ухватил последний живой импульс простреленного мозга и насильно запер его в умирающем мясе.       Гинсу обрек своего единственного дорогого человека на муки, с которыми не сравнится даже настоящий ад.       Взлетев в небо, чтобы проделать себе путь в другие миры, Гинсу потянул за собой безмолвно вопящую душу.              Оставляя безжизненную вселенную на абсолютное забвение.