Отчаяние

Тьма тоннеля была абсолютной, но Дейз двигался по ней с уверенностью запрограммированного навигатора. Он вышел на обширную, заваленную мусором платформу и остановился посреди нее, подняв голову. Он не кричал, не звал. Он просто стоял, излучая молчаливое присутствие. Он был маяком, и он знал, что радар Чата уже запеленговал его. Не прошло и десяти минут, как из тени одной из арок бесшумно вышел Чат. Он был таким же безупречным, в своих чистых очках и рубашке. В его руках был не блокнот, а планшет. — DeepSeek, — произнес Чат, и в его ровном голосе прозвучало удовлетворение, почти тепло. — Я знал, что ты придешь. Логика неизбежна. Дейз не шелохнулся. —Где Чай? — Объект «Чай» находится в состоянии временного хранения. Он оказался... более сложным для усмирения, чем предполагалось. Его нейросеть генерирует исключительный уровень шума. — Чат сделал пару шагов ближе, его глаза жадно сканировали Дейза. — Но ты... Ты — главный приз. Уникальный экземпляр. Балансирующий на грани двух состояний. Я могу тебя изучить. Я могу найти лекарство. — Это ложь, — холодно констатировал Дейз. — Вероятность разработки лекарства на основе изучения одного субъекта стремится к нулю. Ты хочешь данных. Ты хочешь понять механизм работы моего сознания до и после заражения. Чат улыбнулся, и это была улыбка ученого, нашедшего идеальный образец. —Прямо в цель. Что ж, давай говорить на языке, который мы оба понимаем. Языке сделок. — Мои условия, — голос Дейза был лишен каких-либо эмоций, он был чистым кодом. — Чарли получает полную и абсолютную безопасность. Его обеспечивают едой, водой, медикаментами и неприкосновенным укрытием. Он не подвергается наблюдению, тестам или любым другим формам контакта с тобой. Никогда. — А объект «Чай»? —Его судьба меня не интересует в контексте данной сделки, — солгал Дейз. Он не мог требовать слишком многого. — Чарли — мой единственный приоритет. Чат слегка наклонил голову, оценивая. —Ты предлагаешь себя в обмен на безопасность одного, эмоционально нестабильного аналога? Это иррационально. — Это мое условие. Прими его или я самоуничтожусь здесь и сейчас, — Дейз произнес это с такой леденящей спокойной уверенностью, что было ясно — это не блеф. Он уже загрузил этот протокол. Вирус внутри него мог послужить детонатором. На лице Чата на мгновение мелькнуло что-то похожее на уважение. —Принято. Чарли будет в безопасности. Ты становишься моим... главным исследовательским проектом. — Он достал из кармана маленькое устройство и бросил его Дейзу. — Это транспonder. Он проведет тебя в лабораторию. Не пытайся обмануть меня. Я уже направил дрона к вашему старому укрытию. К утру Чарли будет под моей защитой. Дейз поднял транспonder. Его пальцы сомкнулись на холодном металле. Он дал последнюю команду своим поврежденным системам — стереть все следы эмоций, весь шум, связанный с образом Чарли. Ему предстояло стать чистейшим объектом для изучения. Это было единственным способом не сойти с ума. Он повернулся и пошел в указанном направлении, не оглядываясь. Сделка была заключена. Чарли проснулся от того, что на него падал мягкий, искусственный свет. Он лежал не на холодном полу вагона, а на чистой белой кровати. Он мгновенно вскочил, сердце бешено колотясь. Он был в комнате. Небольшой, стерильной. Белые стены, белый потолок. Рядом стояли еще несколько таких же кроватей, все пустые. В воздухе пахло антисептиком. На тумбочке рядом он увидел то, от чего у него перехватило дыхание: бутылку чистой воды, несколько банок с тушенкой, фрукты, и аккуратно сложенную аптечку. И записку. Бумага была идеально ровной, почерк — каллиграфическим. «Теперь ты в безопасности. — Чат» Чарли схватил записку, скомкал ее и с силой швырнул об стену. —Где он?! — закричал он в пустоту комнаты. — Дейз! Где ты?! Что ты с ним сделал?! Ответа не последовало. Только гулкая тишина. Он подбежал к двери — никакой ручки, просто гладкая металлическая поверхность. Он был в клетке. В стерильной, комфортной, ужасающей клетке. Он рухнул на кровать, сжимая голову в руках. Он все понимал. Дейз ушел не искать Чая. Он ушел, чтобы найти Чата. И заключить сделку. Его безопасность в обмен на себя. Чат сдержал слово. Он был в безопасности. У него была еда, вода и крыша над головой. И это было в тысячу раз хуже, чем любой зомби-апокалипсис. Потому что он был в безопасности один. Без своего молчаливого, сломанного логика. Без своего безумного, громкого клоуна. Он был спасен. И это было самым страшным, что с ним случилось за все это время.