Пролог

Давай убежим, твое платье не нужно Из сотен вершин ты одна мне не чужда Ты больше, чем дурь и ты больше, чем секс Ты больше, чем все, что я чувствовал прежде (Строчки из песни «На твоем теле» Pharaoh)

***

Уроки закончились, и все начали расходиться по домам. Рита застыла у ступеней школы, глазами провожая Мела и Анжелу, которые, казалось, светились от счастья, о чем-то оживленно беседуя. Тоска накатила на девушку волной: почему не ей суждено было быть той, кто проводит время рядом с Егором? Внезапное ощущение чужого присутствия за спиной заставило ее обернуться. Она увидела Кису, который тоже наблюдал за удаляющейся парочкой. — Он никогда не выберет тебя, — сказал Кислов будничным тоном, доставая из кармана помятую пачку сигарет. — Спасибо, это то, что я хотела услышать, придурок. Парень слегка улыбнулся, после чего зажег сигарету и, словно предлагая некое перемирие, протянул ее Рите. Она сделала затяжку, почувствовав, как горечь табака обжигает горло, а затем, вместо того чтобы вернуть сигарету обратно, выбросила ее на грязный асфальт. — Блять, Рит, это последняя была. — Знаю, — сказала она развернувшись и не говоря больше ни слова зашагала прочь. Киса стоял на месте около минуты, что-то обдумывая, затем пошел следом и нагнал одноклассницу. — Я не договорил, — хрипло произнес Кислов. — Он никогда тебя не выберет. Но так даже лучше. — Почему? — коротко спросила она, не оборачиваясь. — Потому что он тебя не заслуживает. Тогда Рита остановилась и, наконец, посмотрела ему в глаза. — А кто заслуживает? Киса пожал плечами, подошел ближе, поправив ее шарф. — Время покажет, — в этот момент его голос на удивление прозвучал очень искренне. На щеках девушки проступил едва заметный румянец. — Тебе в другую сторону, Кислов. — А я сегодня хочу именно этим путем пойти, — упрямо ответил он. — Словно магнитом тянет. Ничего не могу с собой поделать. — Ну, тогда пусть тянет быстрее, — буркнула Рита, стараясь скрыть улыбку. — Холодно. Он победно ухмыльнулся и прибавил шагу. В итоге Ваня, несмотря на все протесты своей одноклассницы, проводил ее до самого дома. По дороге они, как всегда, спорили о какой-то ерунде, но в этот раз в их перепалке чувствовалось что-то особенное.