Выживание

      Я слышала обрывок фразы, но этого уже было достаточно, чтобы понять, мне пизда. Прислонившись к каменной стене я замерла с чашкой чая в руках, с чашкой чая которую несла верховному инквизитору. Я не должна была этого делать, носить ему чай. Но сегодня на выезде он сильно замёрз и я… Я не могла поступить иначе. Открыла банку варенья которое он так любит и убедила себя, что это просто забота о начальнике для собственной выгоды, чтобы не приходилось делать его работу пока он болеет.       — Это не может быть она, это же странно. Ну как может быть ведьмой сотрудница инквизиции? Более того, секретарь верховного инквизитора? — доносился из-за закрытой двери шепот Ирвинга, моего начальника.       Ну как доносился? Я бы его не слышала, если бы не была ведьмой. Стоять в коридоре было глупо, замерший с чашкой чая секретарь уже начинал привлекать внимание. Поэтому я постучала в дверь и вошла толкько дождавшись ответа.       Обстановка была напряжённой, но мне не пришлось гадать как долго они собираются играть в кошки мышки.       — Ирвинг, ты же не будешь пить то, что дала тебе ведьма? — перешёл сразу в атаку заместитель верховного инквизитора Джек.       Я громко рассмеялась, будто решила, что это шутка.       — Ведьма? Нет, не буду, но Кэйт не ведьма, правда, Кэт?       Древние… Эти темные глаза сводили меня с ума… Почему он так смотрит на меня? Как мне ему врать после этого?       — Было бы странно, если бы ведьма работала в инквизиции, — я ненавидела врать Ирвингу, поэтому отвечала уклончиво.       — Это не ответ, — вдруг стал необычно холоден он. — Я могу выпить этот чай? — необычайно серьезно спросил он.       — Чай? Да, конечно можете.       — Ты необычайно редко, для секретаря, делаешь мне чай.       — Вы никогда не просили, а я… Не хотела навязываться.       И заботиться тоже не хотела, для ведьмы это слишком опасно, но это говорить вслух я не планировала.       Он улыбнулся мне, так как никогда прежде, от этой улыбки шли мурашки по коже. Ирвинг демонстративно поднес чашку к губам и отпил чай. Они с Джеком были такими серьезными, что мне и правда стало смешно, ну не стала бы я травить Ирвинга если бы догадалась, что меня раскусили, я бы бежала. Быстро бежала.       — Это… Ничего не меняет, — выдохнул Ирвинг. — Кэтрин Герн, вы обвиняетесь в колдовстве.       Охрана не ворвалась в комнату, но от этого мне не стало легче. Ведь арест производил мерзкий Джек. Я не сопротивлялась когда меня вели в подвал, я скорее расстроилась, что Ирвинг не пошел за мной, не хотелось оставаться одной с стражей, от них можно ожидать чего угодно.       Ирвинг пришел только на следующий день. Выглядел хуже меня.       — Кэтти, скажи правду, ты ведьма? — устало опустил свою голову он. Длинные, темные волосы скрыли от меня его лицо.       — Ирвинг, ты всегда так допросы проводишь, даже странно, что ты кого-то ловишь.       Я не знаю почему я сказала это так. Мне всегда нравился Ирвинг, я именно поэтому не хотела с ним сближаться. Шутить над единственным человеком который может помочь было бы глупо, а мне не хотелось, чтобы он считал меня глупой, даже сейчас.       — Мы будем вести допрос иначе, — глухим низким голосом проговорил мой бывший начальник.       А после, он сделал то, чего я от него совсем не ожидала, его рука оказалась под моей юбкой, у меня на бедре. Больше мне шутить не хотелось. Было любопытно и немного страшно. Почему мне стало страшно именно сейчас? Я должна была пошутить снова. Спросить про его обычные методы допроса снова, но дар речи пропал.       — Ирвинг…, — это все, на что хватило меня в эту секунду.       — Да, зови меня по имени, — прошипел он поднимая руку выше, касаясь моего белья.       — А что мне будет за это?       — Хочешь, чтобы я тема отмазал? — его губы заскользили по моей шеи.       По коже пошли мурашки, думать стало сложно, но нужно.       — Да, я буду твоей, но освободи меня, — было сложно скрывать дрожь и в голосе и в коленках и, кажется, я не справилась с обоими задачами.       — Ты бы и так была моей, что мешает мне воспользоваться и уйти? — сдал он мое бедро сильнее.       — Ты не сможешь, мы оба знаем это, — улыбнулась я одним краем губ.       — А если смогу? — он прикусом мое ухо.       — Попробуй, — низко рассмеялась я и подняла его руку выше, туда, где уже было слишком мокро.       Он ругался, я не знаю на каком языке и что именно он сказал, но он точно ругался. Меня это волновало мало, гораздо больше меня отвлекала его рука на моем клиторе. Его движения были нежны и быстры одновременно. Он точно знал, что делал, не надавливая слишком сильно, он облегчал себе движения и они становились быстрее, настойчивее с каждой секундой. Оргазм накрыл меня быстро, слишком быстро. Не успела я отдышаться, как оказалась коленями на лавке, моя юбка задрана, а его член уже касается меня. Он замер на несколько секунд и я, зная Ирвинга, уже было решила, что сейчас он спросит уверена ли я. Но вопроса не последовало. Он резко вошёл в меня и замер.       — Ты девственница?       Я впервые слышала такой испуг в его голосе.       — Была, — сквозь стиснутые зубы прорычала я.       Его член моментально упал.       — Я думал ты ведьма. Тебе больно? Я… Что я могу сделать?       Я пыталась найти логику в его словах примерно минуту. Но замерший Ирвинг сидел на другом краю лавки, массируя себе виски.       Я должна была прикинуться милой овечкой, сказать, что я не ведьма, что просто испугалась и хотелабвыйти любой ценой, я должна была бы, чтобы выжить. Но я не стала.       — Как это связанно одно с другим? Разве ведьмы не бывают девственницами?       — Ведьмы порочны, — прозвучал его голос откуда-то из глубины его сознания.       — И я теперь порочна. Или это не считается, если ты не кончил? — Как можно невиннее спросила я.       — Считается… Что же я сделал? — спрашивал он точно не у меня.       — Тебе напомнить? Ты же был здесь.       — Я помню, но не понимаю, что же теперь?       — Теперь? Ты освободишь меня и будем трахаться периодически, — погладила его по спине я, испытывая дрож в пальцах. Мне так давно хотелось прикоснуться к его спине, что этот жест был интимные чем наш секс пять минут назад.       — Я никогда не планировал тебя отпускать. Спать иногда, кормить обещаниями, но не освобождать.       Он признался так легко, будто в благодарность за эту правду я должна была сказать ему что делать теперь. И в целом, не так как хотел, но он этого добился. Потому что я обратилась в мышь и исчезла в заранее приготовленной дыребв стене.