Топкапы: Роман или Ненависть?

-а это что, допрос?! Осман приподнял бровь, но в его глазах промелькнула тень интереса. — Смелая, — тихо сказал он, почти шепотом. — редко кто из девушек осмеливается так говорить со мной. Соломия опустила взгляд, но не из страха , просто не хотела видеть, как он на неё смотрит. — Я не привыкла молчать, когда со мной обращаются как с вещью. ответила она ровно, но голос дрогнул. Шехзаде медленно поднялся с дивана и приблизился. Его шаги были почти беззвучны, но каждая секунда между ними казалась вечностью. — Вещью? — Он остановился прямо перед ней, настолько близко, что Соломия почувствовала аромат его духов, смешанный с запахом ладана. — Ты в гареме, Соломия. Здесь у всех — своя роль. — Моя роль жить, отрубила она. — А не быть чьей-то игрушкой. Его губы дрогнули, будто он хотел усмехнуться, но сдержался. — Ты дерзкая. Не боишься? — А чего мне бояться? Меня уже увезли из дома, лишили свободы… Что вы ещё можете забрать? Осман на миг замолчал. В его взгляде мелькнуло нечто странное — смесь уважения и раздражения. — Ты не похожа на остальных, Соломия Лисовская, — сказал он тихо. — Но запомни… слова могут быть острее сабли. Она прищурилась. — А значит, вы боитесь сабель из слов? Шехзаде хмыкнул, отступая на шаг. — Нет. Но те, кто не умеет держать язык за зубами, редко остаются живыми. — Посмотрим. спокойно ответила она. Осман отвернулся, медленно прошёл к окну и, глядя в темноту за занавесью, произнёс: — Сегодня ты останешься здесь. Не потому что я велю, а потому что мне интересно, кто ты такая. Соломия нахмурилась. — Я не прошу вашей милости, Шехзаде. Он обернулся, в его взгляде сверкнул огонь. — Я и не предлагаю. Это приказ. Соломия вспыхнула, но промолчала. Он направился к двери, но на секунду обернулся: — Ты можешь не верить, но судьба редко ошибается, выбирая, кого привести ко мне. Дверь за ним закрылась. В комнате осталась лишь тишина, аромат ладана и сердце Соломии, бьющееся, как птица в клетке. Оставшись одной в покоях, она села на кровать, которая стояла посередине комнаты.