Глава 23.

«ВАНЕССА»

      Как только моё «да» сорвалось с губ, словно невидимые цепи наконец отпустили его. Я почувствовала, как пространство вокруг нас сжимается, воздух стал густым и тяжелым, почти вязким. Я пропала в этом мгновении.       Он притягивает меня, лежащую на животе, к себе за шею, так, что я вижу его глаза – ореховые, глубокие, с ледяным блеском. Маска скрывает всё остальное, но мне и не нужно — его взгляд уже захватывает меня полностью. Сердце бешено колотится, но дыхание сковывает невидимая хватка. – Ты очень зря это сказала. – шепчет он, и его голос будто разрезает воздух.       Его рука вжимает меня в подушку, держа меня уже за волосы, так что я без понятия, что происходит позади меня. И я солгу, если скажу, что это не заводит.       Он отодвигает ткань моих трусиков, и холод пальца пробирает меня насквозь, смешивая боль и желание. – Такая мокрая для меня, мышонок. Скажи мне, ты готовилась к этому?       И снова его палец проникает в меня, медленно и тщательно, так что я теряю контроль над дыханием. – В этот раз я не хочу, что бы ты молчала. Я хочу услышать твои крики, Ванесса. Будь так любезна, порадуй меня хотя бы этим.       Он движется внутри меня с той ровной, смертельно размеренной скоростью, которая одновременно лишает воздуха и сжигает нервные окончания. Я кричу, извиваюсь, моё тело дрожит в границах боли и наслаждения. – Такая чувствительная.– почти мурлычет он, и его одобрение режет меня, как лезвие.       Но тут наступает пауза. Его взгляд становится темнее, глаза сверкают как угли в темноте: – Это наказание, а не поощрение, Ванесса. Когда ты будешь чувствовать подъем, я буду спускать тебя вниз. Я не дам тебе сегодня кончить. И самой в том числе. А если я узнаю – толчок– а я узнаю– толчок– что ты делала, что-то сама– толчок– я отрежу тебе эти руки– толчок.       Мой разум теряется, тело дрожит от страха и желания, кровь пульсирует в венах как предостережение, как вызов. Господи, я не могу сдерживаться. Я никогда не ощущала таких феерических эмоций. Я никогда не была на грани такого безумия.       Он продолжает очень медленно его в меня вводить, чередуя с ускорением. В этот момент, я хочу его придушить. – Мои отметины исчезли.       Он медленно поднимает часть маски, обнажая губы. И снова его зубы — на коже, острая боль смешивается с невыносимым влечением. – Я хочу купаться в твоей крови, Ванесса. Выпить тебя до капли. Каждый дюйм твоего тела должен принадлежать мне. Ты думаешь, что скрыта? Но я найду всё. – Он снова меня укусил.– Я был очень огорчен, когда увидел то фото. На нем не видно следов, что я тебе оставил. И никто не знает чья ты, ведь ты такая хорошая маленькая мышка, что скрываешь это. Но все не скроешь, Ванесса. – Снова укус. – Я буду делать так каждый гребаный раз, если ты своим куриным мозгом не в состоянии понять мои предупреждения – Он хватает меня за волосы, поднимая меня за шею, вновь сталкивая нас взглядами – И это только начало, поскольку останавливаться, как я вижу, ты не планируешь.       Я не помню даже того, кто я. Я потерялась в этих ласках, похожих на муку. Я охрипла от постоянных криков, а моя киска пульсирует так сильно от желания кончить, что мои конечности начинают болеть. Я дрожу. Мое тело покрыто его следами, и я вся в кровоподтеках и ссадинах. Когда он выходит из меня, я даже не могу открыть глаза от изнеможения.       Он приподнимает меня за шею, сталкивая наши взгляды, и я теряюсь, забывая даже, кто я. Я истерзана, иссушена, но желание ещё пульсирует во мне, неугасимое. – Смотри на меня. – Мне кажется, что у него уже появилась привычка хватать меня за горло. – Не говори, что я тебя не предупреждал, Ванесса. Ты слишком много делаешь необдуманных ходов, так что пока что, эту партию выигрываю я. Я не ощущаю своего тела. Я просто истерзана им. Но прежде, чем он снова уйдет, слова невольно слетают с губ: – Я хочу тебя увидеть. Скажи мне, кто ты.       Я слышу этот извечный смешок и могу увидеть его улыбку. – Ты все поймешь очень скоро, мышонок. Ты ведь умная девочка?       Он поднимается с кровати, развязывая мои руки. – Не иди за мной. В этот раз, послушайся меня, и лежи смирно.       Мое тело всё ещё дрожит, сознание заполняют тёмные, опасные эмоции, и в этот момент я понимаю — я подчиняюсь, но в глубине чувствую тревожное влечение, которое невозможно игнорировать.       И в этот раз я и вправду его послушаю.