Часть 1

«Меня зовут Эва Моррис. Я являюсь представителем эрудиции, достигшей возраста шестнадцати лет месяц назад. Сегодня передо мной стоит задача, которая может оказаться одной из наиболее значимых в моей жизни. Мне предстоит пройти процедуру определения принадлежности к одной из фракций. Теоретически, следуя результатам тестирования, я могла бы успешно завершить этот процесс. Однако в силу ряда объективных обстоятельств, данный сценарий оказывается невозможным. Ведь я - дивергент». - Ты чудесно выглядишь.. Семья является одной из ключевых ценностей в моей жизни. Меня можно охарактеризовать как дочь, вызывающую радость у матери и гордость у отца. С раннего возраста я получала всестороннюю поддержку от родителей, что позволило мне сформировать крепкие семейные узы. До вчерашнего вечера мы не имели секретов друг от друга. Моя старшая сестра Меган, к слову которой 24 года, является моим личным экспертом в области психологии и межличностных отношениях. Она также принадлежит к фракции эрудитов, как и наша мать Хлоэ Вьерра. Замечу, что выросла я в полной семье. Мой отец, Шейн Эдвард Моррис, занимает значимую позицию во фракции «Бесстрашие». Моя мать, Хлоэ Вьера, также является влиятельной фигурой в своей фракции. Иногда к нам на ужин приходит Джанин Мэттьюс. Получается, я являюсь дочерью родителей с высоким социальным статусом, что делает выбор фракции для меня особенно важным и ответственным решением.  В ответ на комплимент я спросила: — Благодарю, мама. Как ты считаешь, я достаточно уместно выгляжу? Осмотрев свое белое атласное платье, которое облегало фигуру, расстегнутый синий жакет, придающий утонченности моему образу, я сделала несколько оборотов вокруг себя, чтобы продемонстрировать его внешний вид. Мама поправила прядь моих длинных кудрявых волос за ухо и с мирной улыбкой на лице сказала: — Я уже говорила, что ты выглядишь великолепно. Мы с отцом примем любой твой выбор, даже если ты решишь вступить в организацию «Отричение». На этом радостном завершении главные сборы в моей жизни были успешно окончены. Покинув квартиру, мы направились к улице, где напротив входа в наше элитное жилое здание стоял белый лимузин, отполированный до блеска. Дорога заняла минимальное количество времени. Это было обусловлено не только моими размышлениями, но и незначительным расстоянием, которое можно было преодолеть пешком за пятнадцать минут. Однако, обладая статусом и финансовыми возможностями, использование автомобиля предоставляет дополнительные возможности для демонстрации своего положения в обществе. По прибытии к зданию дверь лимузина открылась до того, как водитель успел выйти. Вспышка яркого солнечного света на мгновение ослепила меня, и по голосу я идентифицировала инициатора открытия двери автомобиля. "Выше нос, чемпион!" — любимая фраза моего отца. Подав ему руку, я вышла из автомобиля и начала приводить себя в порядок. Одной из негативных черт моего характера является склонность к самокритике. Для меня важно положительное восприятие моего образа, я стремление нравиться окружающим. В данный момент события развивались по привычному сценарию: я гордо и неспешно следовала за родителями, ощущая на себе различные взгляды — от восхищения до презрения и зависти. Несмотря на внешнее впечатление, я являюсь преданным и чутким другом. Войдя в зал выбора, мы были встречены представителями всех пяти фракций. -Пожалуйста, займите места в секторе вашей фракции! Мы начинаем! — суетилась секретарь совета. Следуя за отцом, мы с матерью заняли места в центре сектора фракции эрудитов. Из-за волнения я начала анализировать возможные варианты действий. Эти размышления отняли у меня слишком много времени, и голос Маркуса Итона внезапно вывел меня из раздумий: «Эва Моррис!» Сжав мою руку, мать прошептала: «Я люблю тебя...». Собравшись с мыслями, я встала и направилась к трибуне с чашами. Взяв нож, я разрезала плоть на ладони, и капля крови устремилась в чашу бесстрашия. Раздались овации, ободрительные возгласы и аплодисменты. Спускаясь с трибуны, я заметила, что для меня было подготовлено место моим лучшим другом из фракции Эрудиции – Уиллом. Это был высокий брюнет в синем классическом костюме с доброжелательной улыбкой. -Не можешь обойтись без меня? – спросил он, постукивая по креслу рядом с собой. -Куда же я без моего сверчка Джимини? – не скрывая довольной улыбки ответила я, взяв его за руку и глядя в глаза. Тихо перешептываясь, мы дождались завершения обряда и вместе направились к выходу. На улице бесстрашные с возгласами и свистками поспешили вперед. Понимая, что в туфлях я не смогу угнаться за ними, я сняла обувь и побежала, держа Уилла за руку. На пути к железнодорожным путям я смеялась и выкрикивала ободряющие фразы. Осознавая, что в Бесстрашии будет Уилл, я почувствовала легкость и свободу, все тревожные мысли покинули меня. Последовала команда «наверх», и неофиты начали взбираться по железным балкам. Оглядев меня, Уилл спросил: «Хочешь, я полезу за тобой?» -Ты думаешь, что за твоей спиной будет невозможно заглянуть мне под платье? – ответила я с улыбкой, приглашая его начать первым. Находясь в отличной физической форме благодаря тренировкам с отцом, я без труда вскарабкалась наверх и вместе с остальными осматривала окрестности в ожидании поезда. Я заметила свою новую знакомую – Беатрис, с которой мы познакомились перед тестом, когда я случайно столкнулась с ней и ее братом Калебом во дворе. Когда я собиралась позвать её, увидела поезд, и мы с Уиллом направились в след за остальными. Бегать босиком по металлу было неприятно, на стопах появились кровавые следы. Когда дверь вагона поравнялась с нами, Уилл запрыгнул внутрь и подал мне руку, затащив меня следом. Адреналин продолжал бить в кровь, и мы смеялись, держась за руки. Осмотрев вагон, я увидела Беатрис, бегущую к открытой двери, и бросилась к ней, протянув руку. -Хватайся! – крикнула я. Неуклюже упав рядом с дверью, мы случайно задели сидевшую рядом девушку, -Прости, – смущенно сказала я, -меня зовут Эва. -Кристина, – с улыбкой ответила она, -а ты? -Я Беатрис, – представилась она. -Ну и занесло же нас, подруги! – тяжело вздохнув, сказала Кристина, - Не представляю, как ты ещё и босая бежала.. -Из двух зол выбираешь меньшее, – осмотрев ноги, ответила я. Немного пообщавшись, я направилась к Уиллу, но высокий темноволосый парень, взбирающийся на железнодорожные пути за мной, преградил мне дорогу. Ехидно оглядывая меня, он сказал так, чтобы слышал весь вагон: «Знаете, я готов пройти тысячу таких испытаний, если мне на регулярной основе будут демонстрировать такие трусики». -Хорошо рассмотрел? – томным голосом спросила я, подходя к нему вплотную. -Очень хорошо, – улыбнувшись как голодный лис, ответил он, бегая глазами по моему лицу. — Постарайся запомнить, какие на мне были трусики, — выдохнула я ему на ухо. — больше ты их не увидишь! — добавила я с легкой иронией, щелкнув зубами у его носа. Оттолкнув нахала, я, всё так же улыбаясь, направилась к Уиллу, который закатывался в смехе, как и все остальные присутствующие. Не каждый день удаётся застать подобные пикантные разговоры, унижающие мужское достоинство.  – Ты, как всегда, проявляешь выдающееся мастерство в формулировке мыслей, – сказал Уилл, обнимая меня. Его слова и жесты придавали мне уверенности и оказывали ободряющее воздействие. Возможно, именно поэтому мы всегда стремились поддерживать тесные дружеские отношения. Мы с ним хорошо дополняли друг друга, как будто две половинки целого. Однако наше взаимодействие не носило романтического характера, а представляло собой исключительно дружеские отношения. Уилл – привлекательный молодой человек, однако мы являемся и останемся исключительно надежными друзьями. Заметив оживление в вагоне, я обратилась к окружающим с вопросом: – Что происходит? Беатрис, находившаяся в другом конце вагона, подошла к открытой двери и с выражением крайнего удивления сообщила, что неофиты из соседних вагонов совершают прыжки на приближающуюся крышу. Вскоре и из нашего вагона начали выпрыгивать люди. Откладывать неизбежное было нецелесообразно, поэтому, подняв свои туфли с пола и крепко взяв Уилла за руку, мы ринулись к открытой двери и выпрыгнули из вагона. Это вызывало у меня чувство волнения, поскольку я впервые в жизни сталкивалась с подобной ситуацией. - Я вообще не могу вспомнить ни одного дня, когда у меня было столько разных эмоций одновременно, — произнесла я, поднявшись с колен. Отбросив волосы назад я принялась поправлять платье с жакетом. — Не стоит преувеличивать, — возразил Уилл. — Внимание, новобранцы! — раздался голос, прервавший его. — Я Эрик, один из ваших лидеров. Хотите в Бесстрашие? Вход там. Если прыгнуть кишка тонка, Вам не место в Бесстрашии!— уверенно заявил он, окинув взглядом присутствующих новобранцев. — А там внизу вода или что? — поинтересовался Уилл. — Сам выяснишь.., — ответил лидер. — Идет? Я внимательно изучала лицо нашего лидера, пытаясь вспомнить, где я могла его видеть ранее. На его теле было достаточно приметных деталей: симметричные татуировки на шее, пирсинг над правой бровью. Закончив раздумья и получив ответ, я попыталась тихо донести это до стоящего рядом Уилла: «Он тоже из перешедших, он эрудит». Однако мои слова оказались недостаточно тихими, и я привлекла внимание Эрика. — Получается, ты здесь самая умная? — спросил он. — Прошу прощения, — ответила я, стараясь сдержать эмоции, — я устала и хочу быстрее покончить с этим. Мои слова прозвучали для него как вызов. Улыбнувшись и оглядев присутствующих, Эрик спросил: — Кто из вас хочет быть первым? Присутствующие начали осматриваться в поисках человека, который осмелится совершить прыжок. Внимание всех было приковано к потенциальному первооткрывателю, который мог бы стать символом безопасности и примером для подражания. Первой, кто вызвался на этот шаг, была Беатрис. Её решительность и целеустремлённость вызвали у меня удивление. Я не ожидала, что в этой скромной и неуверенной девушке может быть столько мужества и отваги. Однако, возможно, это было проявлением безрассудства. Её прыжок стал символом надежды и смелости, и, хотя я не могу говорить за других, для меня страх действительно отступил. Вскоре после неё с крыши в бездну бросился второй участник, который, судя по всему, был готов к такому испытанию с рождения. — Что насчёт тебя, всезнайка? — прервал мои мысли Эрик, — Боишься? — Меня зо... Эрик резко поднял руку, останавливая меня, и шипя произнёс: — Я, кажется, не спрашивал твоего имени. — Когда обращаешься к человеку, особенно к девушке, — заметила я, — следует соблюдать определённые нормы вежливости. В вагоне и без того было достаточно невежественных чурбанов, - продолжала я, попутно пробираясь через толпу, - меня зовут Эва Морриз. И, как я уже говорила ранее, я хочу поскорее покончить с этим. Дорога была слишком тяжёлой, моя одежда не в лучшем состоянии и мне хочется поскорее от нее избавиться... Закончив спор с Эриком, я медленно подошла к краю крыши, поставила туфли на землю и начала снимать свой синий жакет, обнажая лёгкое белое атласное платье, которое подчёркивало мою фигуру. Я не ношу бюстгальтер, так как моя грудь не требует дополнительной поддержки. Вместо этого я использую небольшие накладки, которые эффективно скрывают соски. Моя фигура не соответствует идеалу песочных часов, но в определённой степени даже превосходит его. У меня округлые бёдра, упругая грудь чуть больше второго размера и, конечно же, тонкая талия. — А вот здесь вид, конечно же, интереснее, — раздался голос, который сегодня я уже слышала. Он прозвучал прямо у меня за спиной, — оказывается, ты можешь похвастаться не только тем, что сзади. В ответ на происходящее я выразила своё неодобрение, мотнув головой и тяжело вздохнув. С надеждой во взгляде я обратила своё внимание на молодого лидера. В тот момент я не могла точно определить, что руководило моими действиями, однако мне казалось, что именно этот человек обладал потенциалом остановить происходящее. Эрик, заметив мой взгляд, демонстративно закатил глаза, скрестил руки на груди и заявил: «Если вы пришли сюда забавы ради, то вынужден вас разочаровать – это не место для детских игр. Закрыли рты!». Поймав его взгляд, я беззвучно произнесла слова благодарности. Спустя мгновение я взяла свою одежду в руки и, сделав шаг вперёд погрузилась в пропасть. Внизу меня ожидала огромная страховочная сетка. Осторожно перекатившись по ней, я спустилась на холодную землю, не без помощи высокого темноволосого молодого человека. -Благодарю, – произнесла я. Молодой человек, склонив голову, обратился ко мне с просьбой представиться не только ему лично, но и всем присутствующим. Он также посоветовал внимательно продумать свой ответ. Не откладывая, я представилась: «Меня зовут Эва». -Третий прыгун, Эва, – одобрительно похлопав меня по плечу, сказал он, указывая, куда мне следует отойти. Четвёртый, пятый, шестой. На десятом прыгуне я потеряла счёт и просто наблюдала за происходящим. Когда внизу появилась Кристина, она была удивлена моему поведению на крыше. Она громко назвала меня сумасшедшей, но сделала это из благих намерений, не пытаясь оскорбить. "Моя повседневность устроена так, что я постоянно держу «лицо», создавая впечатление сильной и независимой. Однако мне также хочется по-настоящему ощутить себя слабой и нужной. Я скрываю свою ранимую душу на протяжении всей своей жизни. Мой острый ум и отличная физическая форма позволяют мне сохранять эту тайну, как и тот факт, что я остаюсь незаметной в стае волков". После последнего прыгуна молодой человек, которого я ранее уже видела, выстроил всех присутствующих в линию и, перемещаясь по пространству помещения, уверенно произнёс речь: «Бесстрашные по рождению идут с Лорен, остальные остаются со мной, вперед. Основное мое занятие - разведка, но на время подготовки я буду вашим инструктором. Меня зовут Фор».. В результате новобранцы были разделены на две неравные группы. Принадлежность к Бесстрашию по рождению не гарантирует успеха, все участники должны будут доказать свою преданность и стойкость, проливая кровь, пот и слёзы за возможность остаться здесь. Речь инструктора была прервана тихим появлением Эрика, который вышел из-за угла.  -Покажи им всё здесь, а ты, – кивнув в мою сторону, сказал Эрик, – пойдёшь со мной. На взволнованные взгляды своих товарищей я ответила спокойной улыбкой, сказав: «Я скоро вернусь», и последовала за удаляющейся фигурой Эрика. В полной тишине мы прошли пролет за пролетом, коридор за коридором. Следуя за Эриком, я внимательно рассматривала его величественный силуэт: широкие плечи, мощные руки и ноги. Очевидно, что этот мужчина уделял много времени работе над своей физической формой. Когда Эрик остановился у одной из дверей, я поравнялась с ним и, смущённо взглянув на него снизу вверх, заметила разницу в росте. Эрик был ростом 185 см, в то время как моя макушка находилась в зоне его подбородка. В сравнении с ним я казалась маленькой – всего 160 см. Эрик отреагировал на моё смущение бестактной ухмылкой, как будто подобные взгляды были для него не в новинку. Разобравшись с дверным замком, Эрик жестом пригласил меня войти. Это оказалась его квартира – просторная и аккуратная, что является одной из характерных черт эрудита. Не понимая цели моего визита, я медленно направилась вглубь квартиры, оглядывая интерьер и отмечая важные детали, такие как просторный шкаф у окна, заполненный внушительным количеством книг. Напряжённость нарастала, и я приняла решение прервать молчание. — Какова цель моего пребывания здесь? — спросила я. — Эва Морриз, — начал он, растягивая мою фамилию, — не ожидал встретить представителя с такой фамилией. Если намереваешься держать лидирующую позицию, настоятельно рекомендую прикусить язык, - усаживаясь на диван передо мной продолжил Эрик. — В этом нет необходимости, — ответила я категорично, — я предпочитаю действовать неожиданно, а лидер, к сожалению, является открытой книгой. — Дерзкая! Проблема в том, что я не люблю, когда со мной разговаривают в подобном тоне. Твоя задача подчиняться, а не возражать, — раздражённо ответил он, — я способен легко лишить тебя поддержки семьи и друзей, оставив на улице без средств к существованию, - вставая с дивана и подходя ко мне вплотную продолжал Эрик, - будешь вынуждена выживать среди изгоев. Я бы не хотел такого исхода для лица, обладающего такой внешностью. Эрик взял меня за подбородок и, используя большой палец, мягко провел по моей скуле, после чего приподнял мою голову, чтобы мы могли установить визуальный контакт. — Предлагаю следующий вариант: искупишь свою вину, и инцидент будет считаться исчерпанным. Дальнейшая судьба в Бесстрашии будет зависеть исключительно от твоих собственных усилий. — И чего ты хочешь? — уточнила я. — Это всего лишь небольшая шалость, — удаляясь к прикроватной тумбе, ответил Эрик. — Я лишь хочу преподать урок таким способом, который ты точно запомнишь. Ты любишь внимание и одобрение окружающих, именно с этим я намерен работать. Достав из тумбы небольшую коробочку, Эрик стал приближаться, попутно раскрывая ее. — Это, — достав из заводской упаковки небольшое яйцо, Эрик отбросил коробку в сторону, — твой «лучший друг» на ближайшие 24 часа. — Это вагинальный вибратор? — уточнила я, испытывая смущение и удивление. — Он самый. — Но если я девственница, как я смогу вставить это в себя? — указывая на вибратор, спросила я. — Твой предыдущий вопрос раскрыл все карты, поэтому можешь не притворяться хорошей девочкой. Хранение целомудрия явно не твое, — Эрика начала раздражать затянувшаяся дискуссия, и, демонстративно подняв брови и махнув этим предметом, он ожидал моего ответа. — Можно хотя бы помыть его? Это просто в целях гигиены, — жестом молодой лидер указал местонахождение уборной и последовал за мной, - собираешься наблюдать? — Это всё исключительно в целях соблюдения нашего договора, — располагаясь в дверном проёме, заметил Эрик. Вымыв вибратор с мылом, я с лицом, полным смущения, развернулась к Эрику, который, напротив, не выражал никаких эмоций. Он спокойно ожидал. Сев на корточки и раздвинув ноги в стороны, я запустила свою руку с агрегатом прямиком под подол платья. Отодвинув край трусиков, я направила вибратор в своё вагинальное отверстие, просовывая его на максимальную длину. Следует отметить, что эти грязные разговоры имели свои последствия: я немного возбудилась, и только благодаря выделившейся смазке мне удалось так легко справиться с этой задачей. — Скажи честно, — спросила я, вставая и споласкивая руки, — любишь трахать молоденьких девочек? Развернувшись, я столкнулась с привычной ухмылкой победителя. На мой вопрос он с присущей ему эмоциональной холодностью  ответил: - Я не трону тебя и пальцем, если только сама не попросишь меня об обратном.