8. Глава. Оборотни.

Поместье Реддл. Он прижимал её к себе и не хотел отпускать. Она боялась шелохнуться. — Что он с тобой сделал? – Взволновано спросил он. — Это было «Посвящение». – Тихо ответила она. — Он очень умный Волк, Гермиона. Чёрт, я восхищен. Теперь ты его волчья пара, он, наверное, забыл об этом сказать. И о том, что после Волка у тебя не будет никаких отношений с людьми. Никогда. Теперь ты только моя… и его. И ты никогда от нас не избавишься. Мерлин! Я должен был это предусмотреть. Я тебя поздравляю! — С сарказмом сообщил он. — То есть ты думал, что я могу спать со всеми подряд? А не «вместе навсегда»? – Она подняла брови, – Так! Стоп! С людьми нет, а с магическими существами? Типо кентавры или великаны? – Она хитро оскалилась, но Лорд был серьезен. — Кризисы у людей просто существуют, а Волк закрыл эту возможность! Я его недооценил, – рассмеялся Лорд, – Он сделал нам обоим одолжение. Секс с кентавром или великаном, это слишком смело, Гермиона. – Лорд прищурился. Он понимал, что она злится. — А кто мне запретит, а? Как же мне надоели эти игры! – он крепко её держал, – Отпусти меня! Натворил дел и пытаешься обвинить в чем-то меня?! – Она освободилась от его рук и направилась в комнату. Он пытался её остановить с помощью магии, но она его опередила. Ей не нужна была палочка, она подошла ближе и прижала его к стене с помощью своей магии. Он посмотрел на неё и расплылся в улыбке, – Хватит улыбаться, Том! Я не ваша личная игрушка! Смирись с этим! Ты получил то, что хотел! Надеюсь, ты полностью удовлетворен своим выбором! – Говорила она с ненавистью и отвращением. – Ты хочешь власти! А я хочу трахаться с Волком. Думаю, это небольшая плата за то, что ты получил бессмертие! – Она его отпустила. — Но ты тоже его получила! – Возразил Том – И Волк его получил! — А я не просила о бессмертии. Ты сделал выбор не только за себя, но и за меня. Думая, что это классный подарок. Ты представляешь, что такое бессмертие, Том? А теперь вы связали меня с двух сторон, загнали как добычу в клетку, и ты радуешься? – Она посмотрела ему в глаза и её глаза начали гореть голубым светом. — Ты очень быстро всему учишься, поэтому ты моя жена. Поэтому я сделал выбор. Ты нужна мне рядом, ты нужна мне в Министерстве. Ты должна править Магическим Миром вместе со мной. — А почему ты заранее не узнал, чего хочу я? Нужна ли мне власть? Может я хочу выращивать помидоры и пить эль? – Жестко ответила она. — Если бы ты хотела обычной жизни, ты бы не стала связываться со мной. Ты лжешь сама себе! Перестань себе врать и станет проще! Ты не можешь выращивать помидоры будучи женой Правителя! – Сказал Лорд на повышенных тонах. — Странно, но трахаться с Волками в стае, я почему-то могу? Двойные стандарты? — Нет. Это приятный бонус, Гермиона. За всё надо платить. Я плачу! – С улыбкой ответил он. Гермиона облизала губы и прищурила глаза. — Хочешь увидеть то, что было ночью, Мой Лорд? – Хитро спросила она. Он подошел к ней ближе и томно сказал на ухо: — Я обязательно это увижу, Гермиона! Когда ты будешь кончать для меня и подо мной, снова и снова, умоляя меня не останавливаться! – Он расплылся в улыбке, сжал её щеки, и поцеловал в губы, сначала нежно, потом страстно, так, что подкашивались ноги. – Ты забыла кто я такой, Гермиона! От меня нельзя уйти или сбежать. А теперь ты никуда не денешься от нас обоих. Ты хотела любить двоих. Теперь у тебя нет выбора! – Он её отпустил. – В твоей комнате всё подготовлено: новый гардероб, форма Пожирателей, форма для Хогвартса. Ты сможешь сдать экзамены, но учиться тебе больше не обязательно. Всё знания в течении месяца появятся сами, твой разум все обработает и разблокирует. Так работает моя магия. – Она молча смотрела на него, не зная, что ответить. – Теперь ты – жена правителя Магического Мира Великобритании, и ты должна соответствовать! Про папарацци не беспокойся, все газеты под управлением Пожирателей. Никто о тебе и Волке не посмеет открыть рот, а если посмеет его ждёт смерть. Про твой потенциал знают самые близкие, остальные знают только слухи. Поэтому твоё появление в обществе в белой форме наделает очень много шума, даже среди Пожирателей. Внешность на сборах Пожирателей может быть любой, в Министерстве лучше быть в человеческом обличии, чтобы не нагнетать. — Спасибо, Том. Я всё поняла. – Она пошла в свою комнату, села на кровать и закрыла лицо руками. На дверце шкафа висела белая форма Пожирателей. Стук в двери. – Да! — Одно из помещений переоборудовано под твой гардероб. Все вещи находятся там, – сообщил Лорд, – Сегодня официальный прием в Министерстве. В 19.00. Дресс-код платье и мантия, в твоем случае – белая. — Отлично. Буду готова в 18.50. – Безэмоционально ответила она, глядя в одну точку. Он зашел в комнату и сел на корточки рядом. — Посмотри на меня! – Она подняла глаза. – Ты живешь в уникальное время! Смена эпох, смена власти, улучшение Магического Мира. Ты можешь быть одной из тех, кто изменит историю и сделает мир лучше. Ты понимаешь кто ты? – Она кивнула. – Вот и бери себя в руки! Ты можешь творить удивительные вещи. Ты поможешь оборотням. Представь, какое количество людей ты сможешь спасти? Думаешь просто так тебя выбрала волчья палочка, и твоя татуировка, и твой патронус. Власть не только развращает и разрушает, в нужных руках она делает прекрасные вещи, Гермиона. И подпиши документы на квартиру. Я подключил камин к сети, ты можешь попасть в квартиру отсюда. Интерьер там светлый и уютный, если захочешь что-то изменить, без проблем. Там, тебе в помощь, будет эльф Грог. — Хорошо, я всё поняла, спасибо. — Гермиона! – Он взял её за руки. – Я не хочу тебя ни в чем ограничивать, но есть система и её правила. Это менять нельзя. Система не может работать без контроля и правил. Фенрир тоже будет на приеме и Долохов. Так что тебе скучно не будет. – Он поднял её подборок и посмотрел в аконитово-голубые глаза. – Возьми себя в руки, пожалуйста! — Я попробую, Том. – Она вздохнула и опустила глаза. — Ты уже не девочка – которая – любит – монстров! – Констатировал он. — Да, Том! Теперь я та, которая с ними трахается! – Она расплылась в хитрой улыбке и прищурила глаза. Он шутку оценил. И со смехом вышел из комнаты. Гермиона улыбаться перестала. Она направилась в ванную комнату и включила воду, чтобы набрать ванну. Насыпала расслабляющий порошок, налила масла, сняла одежду и залезла в ванну. «Назад пути нет. Вы решили всё за меня. Да с чего вы вообще взяли, что можете так со мной поступить? Это просто возмутительно! Но и это ваш выбор. Теперь вас двое. Справляйтесь!!! » – Подумала Гермиона и откинулась на спинку ванны. Вода расслабляла. Гермиона смотрела на новые отметины на своем теле, и думала о том, что надо от них избавиться. Стук в дверь. — Заходи! – В ванную зашел Лорд, – Ты решил осмотреть меня и убедиться, что всё в порядке? – Она улыбнулась и встала в ванне в полный рост. По обнаженному телу стекали капли воды. Лорд смотрел на Гермиону и его взгляд остановился на новом укусе около шеи, царапины на плечах. взгляд спустился ниже, синяки на талии. Он взял её ладони – отметины на запястьях. Синяки на спине и на ягодицах. Он молча осматривал её тело, поджав губы. — Шрамы нужно попробовать убрать или замаскировать чарами. – Он провел рукой по ягодице и бедру, Гермиона вздрогнула, он вел пальцами по влажному телу, нежно и приятно. Гермиона молчала и просто наслаждалась прикосновениями. – Тебе всё это очень нравится? Не так ли? – Рука коснулась внутренней стороны бедра, тело отозвалось. – Отвечай! Я приказываю! Ведь ты теперь моя меченая последовательница, – Воскликнул он. Рука поднялась выше и коснулась нежной кожи. – Отвечай! — А то, что, Том? Что ты мне сделаешь? – Язвительно и дерзко ответила она, смотря в его черные глаза. Он начал двигать пальцами, Гермиона сглотнула слюну, но вида не подала. — Тебе нравиться со мной играть? Не боишься проиграть? – С ухмылкой спросил Лорд. — А я не могу проиграть, от меня зависит твоя жизнь. Стоит найти способ меня убить, и никакого бессмертия. – Хитро ответила Гермиона и вздёрнула бровь. — А ты не такая уж и милая девочка, правда? – Улыбнулся Лорд. Его пальцы скользили между ног, Гермиона пыталась не реагировать и держать лицо. – Твоё тело принадлежит мне, и я не хочу, что бы кто-то оставлял отметины своих зубов. — Так вы с ним создайте договор, что можно, а что нельзя. Придумайте стоп-слово. – Гермиона еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться. — Дерзишь? Не боишься? – Улыбнулся Лорд, и пальцы проскользнули внутрь. Гермиона сдержала стон и еле устояла на ногах.– Ты так и не ответила. Тебе всё это нравится? – Движение становились быстрее, Гермиона учащенно дышала и кусала губы. — Почему ты постоянно пытаешься меня запугать? Ты хочешь меня, Том? Сейчас? Так в чем проблема? – Гермиона улыбалась и смотрела ему в глаза. Он начал расстегивать рубашку другой рукой. Она вопросительно подняла бровь. Он вытащил пальцы, снял рубашку и бросил её на пол, не отводя взгляда. Расстегнул брюки, и они упали вниз. Гермиона смотрела на его прекрасное тело и улыбалась. И как только он хотел к ней прикоснуться, она аппарировала прочь из ванной белым дымом. Лорд рассмеялся и закатил глаза. Он вышел из комнаты и крикнул: — Мы будем играть в прятки, Гермиона? – Спросил Лорд, расплываясь в хищной улыбке. В его комнате её не было, в гостиной тоже, он вернулся назад. Она появилась перед ним и толкнула его на кровать. Он упал на мягкое одеяло, а она залезла на него верхом. Член касался её живота. Лорд улыбался и смотрел ей в глаза. Она взяла член в руки и села на него, погружая всё глубже. Лорд застонал и схватил её за бедра. Она медленно двигалась и смотрела на его реакцию. — Так все-таки это попытка доминировать? – Томно, спросил Лорд. Она начала двигаться быстрее, сходя с ума от новых ощущений. — Молчать. – Прошипела она ему на ухо и сделала пару жестких фрикций, он закрыл глаза от удовольствия и крепко сжал руки на её бедрах, начиная двигаться и прижимая её к себе. Гермиона испытывала совсем другие эмоции, эта поза стимулировала слишком много точек. Он ускорял темп, она стонала всё громче и громче, пытаясь делать вдохи между стонами. — Всё-таки ты забыла кто я? – Он начал совершать жесткие фрикции и мышцы внутри начали сжиматься. Шлепок, еще шлепок… Дрожь бежала по телу, ноги тряслись. Он притянул её к себе, чтобы поцеловать, – Так ты ответишь мне на вопрос, Гермиона? – Усмехнулся он. — Трахай меня и молчи, Реддл, – Прошипела она, содрогаясь от удовольствия. Он схватил ее за шею и фрикции стали намного жестче. Гермиона закатила глаза, из уст вырывались уже не стоны, а крики. Он снова притянул её к себе и шепнул на ухо своим низким баритоном. – Я приказываю тебе – кончай! – И волна накрыла Гермиону с головой, – А теперь ещё раз! – Вторая волна конвульсий. Он держал ее пока она содрогалась в его руках. – Ты будешь кончать столько раз сколько я прикажу, ты меня поняла? Ещё раз! – Третья волна сладостных спазмов разлилась внизу живота. Он резко перевернул её на спину и оказался сверху, глядя в её затуманенные глаза. – Я могу заставить тебя кончать бесконечно, пока ты не начнешь меня умолять остановиться. Твоё тело принадлежит мне. Давай еще раз! – Он сделал жесткий толчок и спазмы продолжились. Тело больше её не слушалось, – Такая беззащитная волшебница, в моих руках, не способная управлять своим собственным телом. Ещё раз! Я приказываю! – Еще одна волна накрыла Гермиону. Он смотрел в её умоляющие глаза, зрачки полностью скрыли радужку, она тяжело дышала и не могла сказать ни слова. – Отвечай мне! — Да, да, Том, мне нравится! – Тихо шептала она и была совершенно обессилена. — То-то же! – Прошипел он, прикасаясь к её губам и целуя. – А теперь покажи мне то, что ты хотела… – Её глаза округлились и она замотала головой. – Легилименс! – Он увидел всё, что было вечером в стае. – Вот видишь, я могу делать абсолютно всё и видеть абсолютно всё. – Он продолжал жестко двигаться и целовать её губы – Сделай это еще раз, для меня! – И судороги снова пробежали по её телу. – Вкусы у тебя специфические. Сношаться с псом перед публикой? Я тебя недооценивал.– Она громко стонала и выгибалась. – Ты ничего от меня не скроешь, миссис Реддл. Порочная, похотливая, маленькая ведьма. – Давай! В последний раз! И я тебя отпущу. – Её накрыла сильнейшая волна и он излился в неё с громким стоном. Они пролежали так пару минут. — Я скажу эльфам подать завтрак. Они могут принести его в твою комнату, если у тебя нет сил встать. – Он поцеловал её в лоб, потом в губы, и вышел из нее. Она сжала бедра и свернулась в позу эмбриона, пытаясь отойти от того, что устроил Лорд. Эльфы принесли завтрак и оставили на столе. Гермиона всё так же лежала на кровати: обнаженная, обессиленная, шокированная. Даже спустя час. Лорд заглянул в комнату. К еде она так и не притронулась. — Гермиона, в чем дело? – Он присел на кровать рядом, погладил её по волосам.Она подняла на него красные от слёз глаза и посмотрела на него. – И что за слёзы? – Он провел пальцами по щеке, стирая влагу с лица. – Я могу дать тебе абсолютно всё и столько, сколько пожелаешь. – Он коснулся её губ. – Прекращай! — Я твоя игрушка? Теперь твоё проявление власти надо мной будет выглядеть так? – Она хлюпала носом и слёзы текли по щекам. — Нет. Я просто дал тебе понять, что я могу управлять некоторыми процессами твоего тела, потому что у нас очень тесная связь. Ты мне сегодня очень нужна. Мы должны быть в Министерстве вместе, – он наклонился, чтобы её поцеловать, – Хочешь я приготовлю тебе ванну? Ведь в прошлый раз я вынудил тебя аппарировать. — Хочу. – Прошептала она. Он улыбнулся и провел пальцем по её щеке. Он набрал ванну, добавил масел и лавандовый порошок. Принес на руках Гермиону и погрузил в воду, и даже наколдовал уточек, которые плавали по поверхности воды. — Если ты захочешь о чем-то узнать или поговорить, ты всегда можешь задать вопросы. Я ничего от тебя скрывать не буду. Больше не буду. – Он встал с бортика ванны. – в 17.50, ты должна быть готова. – Лорд наклонился и поцеловал её в макушку. — Хорошо, Том. – Грустно улыбнулась она. Он вышел, и она осталась одна. «Это всё какое-то безумие, но он же и не говорил, что он изменился. Да, я и не питала иллюзий. Надо переключить внимание, иначе у меня просто поедет крыша».– Она глубоко вздохнула, закрыла глаза и попыталась расслабиться. Гермиона вышла из ванной, съела свой поздний завтрак и вышла в гостиную. Горел камин, за окном было яркое солнце, на столе стояли свежие белые розы. — Грог! – Перед ней появился эльф. — К вашим услугам Миссис Реддл. – Ответил эльф. — Можно мне бокал красного полусладкого на твой вкус? – Тихо сказала Гермиона. — Сейчас всё будет! — Спасибо, Грог! Бокал с вином через минуту появился на столе. Гермиона взяла бокал и села в кресло, положила ногу на ногу. На ней был белый шелковый халат и белые пушистые тапочки. Каштановые волосы спадали на плечи, красивыми пружинками. Она включила волшебный проигрыватель, что-то тихое и спокойное, и наслаждалась моментом. Эльфы подготовили нужный наряд для приема. От чулков до украшений. Гермиона стояла в своей комнате и смотрела на вещи. До приема оставался час. Как оказалось, Лорд уже был в Министерстве по делам. И она должна была прибыть туда одна. Это было странно и подозрительно. Она начала потихоньку собираться: надела белье и чулки, сделала макияж чарами, уложила волосы в изящные локоны, надела бриллиантовые серьги и маленький кулон. Когда пришла пора платья, оказалось, что сама застегнуть она его не сможет. — Помочь? – Раздался знакомый хриплый голос. — Что ты здесь делаешь? – Гермиона расплылась в улыбке. — Лорд отправил меня, что бы я сопроводил тебя в Министерство. – Фенрир подошел к ней ближе и застегнул замок на платье, целуя Гермиону в плечо. Она скрыла чарами все шрамы. – Выглядишь потрясающе, но я предпочитаю наготу. – Прошептал Волк. Гермиона улыбнуласт и прикусила губу. — Что там будет? Ты не знаешь? – Взволнованно спросила она. — Он представит свою супругу Магическому министерскому сообществу. Официально. Не волнуйся. Свои среди них тоже будут. – Он прижал Гермиону к себе и вдохнул запах её волос. — Когда ты собирался мне рассказать про особенности «Посвящения»? – Она внимательно посмотрела на него. – Ты же понимаешь, что это нечестно, по отношению ко мне. Нет, я не собиралась быть с другими людьми, но жизнь разная, и это неприятно. У меня тоже должен быть выбор. Ваши собственнические замашки лишили меня любого выбора. – Фенрир молчал. — Я не мог поступить иначе. Ты слишком мне дорога. — Это не оправдание. Том уже сказал тебе спасибо? Он был рад узнать, что теперь вас всего двое и у меня больше никого и никогда не будет. — Он всё знает? – С интересом спросил Фенрир. — Я больше скажу, он всё видел. – Грустно сообщила она. — Чёрт! У него железная выдержка. Я польщен. – Улыбнулся Фенрир. — Надо собираться. Мы еще вернемся к этому разговору. – Гермиона бросила на него строгий взгляд. Фенрир вздохнул. Волк помог надеть ей мантию. Она посмотрелась в зеркало. Выглядела она и правда потрясающе. Министерский приём. В атриуме министерства Фенрир и Гермиона появились в 17.50. Девушка в кристально белой мантии и двухметровый матерый Волк. Он шел рядом, ограждая её от остальных. Она привлекала внимание. Потому, что белое, как знак отличия, никто не носил. Они прошли ко входу в Главный Зал, где все уже собрались. Лорд увидел Гермиону и расплылся в улыбке. Он подошел к ним, поблагодарил Фенрира за помощь, она взяла его под локоть, и они вошли в зал. Все голоса затихли. Головы оборачивались. Только она была в белом. И это значило только одно. Это были не слухи. За спиной начался шепот. Становилось более шумно. Присутствующие начали понимать происходящее, и оказалось, что они были совсем не готовы к реальности. Слухи это одно, а то, что сейчас они увидели и осознали, это совершенно другое. Белый потенциал. Редкий, непредсказуемый и не менее опасный чем черный. Это первый зарегистрированный брак двух противоположных потенциалов, да ещё и по собственному желанию, да еще и с эмоциями, да еще и с консумацией. Это было почти невозможно, потому что они были настолько разными, но сходились в одном, они оба опасны для общества. Шок, возникший на лицах, было невозможно скрыть. Лорд переиграл всё магическое сообщество, сделав своей женой ту, которая не уступает ему по силе. Союз двух таких волшебников мог означать, что всех ждёт либо кромешная тьма, либо бесконечный свет, но это было ошибочным суждением. Лорд знал про тьму абсолютно всё, жизнь слишком хороший учитель, чтобы повторять свои ошибки. 14 лет в изгнании в виде полумёртвого паразита, его очень многому научили, он больше не намерен наступать на одни и те же грабли. Гермиона уверенно шла по залу, держа под локоть Темного Лорда. Белая мантия развевалась в движении, воздух колебался от напряжения. Собравшиеся уже не знали, чего ожидать, ибо это открытие стало самым важным. Новый правитель Магической Великобритании всех переиграл. Пожиратели и представители Министерства сидели за столиками. Каждому своё отведенное место. На форме Пожирателей были знаки отличия, эмблема в виде змеи с черепом, в цвет потенциала. Работники министерства могли носить мантии и костюмы в цвет своего потенциала, или тоже выбирать знаки отличия, в виде эмблемы министерства определенного цвета. Это облегчало всем задачу, по поиску сотрудников разных отделов. После тестов, случилась рокировка кадров и многие с удовольствием поменялись местами, без потерь в заработной плате. Лорд проводил Гермиону к столу. Гермиона держалась достойно, осматривая присутствующих и замечая знакомых ей людей. В дверях появился Долохов и помахал ей рукой, она отреагировала сдержано, едва улыбнувшись. Все взгляды были прикованы к ней как к диковинке. Юная маглорожденная волшебница с редким и опасным потенциалом являлась женой того, кто захватил власть. Лорд всё продумал. Ритуал сделал их бессмертными. Гермиону нельзя было убить магией, поэтому это сразу исключало охоту и попытки её убрать. Это был четкий план, поэтому до последнего не говорилось о её потенциале. 18.00. Все расселись по своим местам и зал погрузился в безмолвие. — Сонорус! – Произнес Лорд и его голос стал громче. Он стоял на возвышении, а рядом с ним стояла Гермиона, – Я рад вам представить, свою законную супругу Гермиону Джин Реддл. По цвету её наряда не сложно понять, какой у неё потенциал. В Министерстве Магии она займется вопросами крови, родословными магического сообщества и будет решать вопросы магических существ. – Гермиона слышала об этом впервые, но не подала вида, волнение нарастало всё сильнее, но она держалась молодцом. – Прошу любить и жаловать. Она будет моей правой рукой, и в решении некоторых вещей, можно будет обращаться к ней. С сегодняшнего дня она официальный сотрудник Министерства Магии. – В зале раздались аплодисменты и возгласы. Гермиона нервно сглотнула слюну и с прищуром посмотрела на Лорда, который поднял бровь и ухмыльнулся, передавая слово ей. — Сонорус! – Произнесла Гермиона, не используя палочки, и магия ей повиновалась, – Я рада приветствовать всех присутствующих на этом приеме. Хочу поблагодарить своего супруга за доверие и назначение меня на важный и ответственный пост. Буду рада быть полезной магическому сообществу и Министерству Магии. Обещаю быть справедливой и непредвзятой. Благодарю. – Снова раздались аплодисменты и Гермиона сделала кивок. — Думаю, теперь мы можем начинать банкет! Если есть какие-то вопросы, вы можете обратиться к главам отделов, или ко мне лично. – Гермиона гневно смотрела на Лорда, который хитро ухмылялся в ответ. Когда речь была окончена, все приступили к трапезе, зал погрузился в разговоры и возгласы, но вопросов никто не задавал. Решать проблемы магических существ было весьма непростой задачей. Не каждый мог контактировать с их представителями, из-за страха и непонимания. Гермионе будет разрешено набрать свою собственную команду, в том числе из её однокурсников, которые будут согласны работать на Министерство Магии, но только через год. Лорд помог Гермионе присесть за стол и сам сел рядом. Она наклонилась к нему ближе: — То есть предупредить о чем-то заранее тебе не позволило что, Мой Лорд? – Она подняла брови и ждала от него ответ. Он поднес её ладонь к своим губам и нежно поцеловал. — Если бы я тебя предупредил заранее, ты бы волеовалась еще больше. Я не хочу, чтобы ты сомневалась в себе Гермиона. Потому что я знаю, что ты со всем справишься. Я знаю на что способен твой ясный разум, поэтому ты нужна мне здесь. – За стол плюхнулся Долохов, протягивая Гермионе руку и целуя её ладонь. — Рад вас видеть, миссис Реддл! – Долохов улыблнулся. Лорд прищурил глаза, – Остальные немного опаздывают. Белла и Рабастан будут через минуту. Пара появилась в дверях и быстро направилась к их столу. — Мы доставили Люпина, он под стражей. – Сообщила Белла. — Что? Он что-то натворил? Почему? – Взволнованно спросила Гермиона. — Он один из важных лидеров сопротивления. С ним будет проведена беседа и мы его отпустим. – Ответил Лорд. — Я могу его увидеть? – Поинтересовалась Гермиона. — Позже. Да, Рабастан тебя к нему проводит. – Сказал Лорд. Гермиона заметила Фенрира, который приближался к их столу. Лорд кивнул, и Фенрир сел к ним за стол. Гермиона напряглась, но Лорд показал жестом, что беспокоиться не о чем. Она выдохнула. Фенрир смотрел на неё с нежностью и не отводил взгляд. — К нам еще присоединятся Кэрроу и Северус, Малфои присутствовать не смогли, к сожалению. У Люциуса какая-то важная контрольная, – усмехнулся Лорд, – Он слишком ответственный профессор. Гермиона ловила на себе косые взгляды. Даже Пожиратели перешептывались между собой, оценивая её с головы до ног. — Тебе не комфортно, миссис Реддл? – Ласково промурчал Лорд ей на ухо. — Да, чувствую себя ни в своей тарелке. Слишком много внимания и разговоров. – Он сжал её ладонь. — Этот вечер придется пережить и перетерпеть. Это очень важно. Ты сможешь приступить к своим обязанностям на следующей неделе, я введу тебя в курс дела, дам нужные материалы, и ты соберешь свою команду. Я знаю, что среди твоих однокурсников, есть те, кого ты называешь своей стаей. И в следующем году они смогут присоединиться к твоей команде, – Фенрир посмотрел на Лорда, слушая, что тот говорит, – Вот твоя стая может тебе помочь. Так же оборотни. Когда решится вопрос в Мунго и будут сделаны тесты, думаю найдутся желающие примкнуть к твоей команде. – Фенрир вопросительно поднял бровь и посмотрел на Лорда. — А что? По-моему, это отличное решение, брать в команду тех, кто знает всё изнутри и может предложить реальные решения вопросов. – Гермиона сразу подумала про Фенрира, но она понимала, что он скорее всего откажется, ибо волчья свобода и министерская жизнь вещи разные. — Люпин. – произнесла Гермиона. — Что Люпин? – Спросил Лорд. — Так-то он типичный представитель, пострадавший и сполна испытавший на себе все прелести жизни в магическом обществе в образе оборотня. – Сказала Гермиона. – Мне нужно с ним поговорить. Сегодня. — Хорошо! Мы это устроим. – Ответила Белла. — Фенрир, а ты? Не хочешь присоединиться к команде? – Спросил Лорд, поднимая бровь. — Если я буду понимать в чем будет заключаться моя работа, я могу рассмотреть варианты, но я – Вожак большой стаи, и за них я тоже отвечаю, и не могу долго отсутствовать.– Серьезно ответил Волк. Гермиона не верила своим глазам и ушам, Лорд пытался найти общий язык и даже предложить варианты сотрудничества. Было интересно наблюдать за тем, как меняется его отношение к происходящему. Из разряда: если ничего нельзя изменить, значит стоит поменять отношение к этому. Это было мудро. Играла живая музыка. Столики обслуживал нанятый персонал. Министерство не было приспособлено для таких приемов, но делать прием вне этих стен, было пока небезопасно. Сотрудники министерства и Пожиратели чувствовали себя свободно, выражали эмоции и общались между собой на равных. Не было ненависти или презрения, наверное, они за это время просто привыкли друг к другу. Это был хороший знак. В дверях появилась Тонкс. Она была сотрудницей Аврората. И она узнала, что Люпина задержали. Тонкс подала знак Гермионе, Гермиона обратилась к Лорду: — Том, пришла Дора, видимо из-за Римуса. Наверное, стоит с ней поговорить, – Взволновано сообщила Гермиона. — Фенрир и Рабастан, проводите Гермиону к Тонкс, и отведите их к Люпину. Видимо, сейчас самое время. Фенрир встал из-за стола, подал руку Гермионе. Она встала и направилась по залу к дверям, сзади её сопровождал Фенрир и Рабастан. — Привет, Дора! Не беспокойся! Его выпустят, – Спокойно ответила Гермиона. — Он ничего не сделал. Нет причин для его задержания, миссис Реддл. – Жестко ответила Тонкс. — Пойдемте! – сказал Рабастан, указывая направление. – Я проведу вас к нему. – Они сели в лифт и направились на пару этажей ниже. В кабинете в кресле одиноко сидел Римус, скрестив руки на груди, когда дверь начала открываться, он вскочил на ноги, заняв оборонительную позицию, хотя палочку у него забрали. В кабинет вошла Дора, Гермиона, Рабастан и Фенрир. Люпин был рад видеть Дору, но совсем не хотел видеть того, кто превратил его жизнь в ад. — Я не буду ни с кем вести беседу, пока здесь Сивый. Воспринимаю это как давление на меня. Моё задержание незаконно. – Заявил Люпин. Гермиона кивнула и Фенрир вышел из кабинета, встав около двери. — Рабастан, оставь нас тоже, пожалуйста, – он кивнул на Тонкс, намекая, что у неё есть палочка, – Не беспокойся, мы не собираемся убивать друг друга. – Рабастан тоже вышел и Фенрир обеспокоено на него посмотрел. — Всё в порядке! Гермиона знает, что делает, – Успокоил Фенрира Рабастан. – Мы же рядом, если что, мы всегда можем вмешаться. Гермиона предложила всем присесть и поговорить. Дора села рядом с Римусом и взяла его за руку. — Римус, тебя задержали, как одного из главных основателей сопротивления, чтобы просто провести беседу и отпустить. Никто не будет тебя судить и сажать в Азкабан. У меня есть для тебя предложение, и я хочу, что бы ты над ним подумал, – Люпин внимательно слушал, обратив внимание на доброжелательность и расположенность Гермионы к беседе, – Ты можешь работать на Министерство. Я буду собирать команду в отдел, который будет решать вопросы магических существ и оборотней. Ты, как человек, знающий об оборотнях всё, можешь быть очень полезным, но тебе придётся забыть про Орден и про ненависть к Пожирателям. — Не думаю, что у меня когда-нибудь это получится. – С неприязнью заявил Люпин и скорчил гримасу отвращения. Дора сильнее сжала его руку. — Ты же не можешь отрицать, что всё изменилось. Ты видел своими глазами, что происходило последние пару месяцев. Пока рано говорить о противоядии, но в Мунго уже идут исследования крови одного из членов стаи, который попал под вспышку, в крови найдены антитела к вирусу, значит теоретически, создание противоядия не за горами. – Дора с надеждой посмотрела на Люпина и в её глазах появились слёзы. — Ты хочешь сказать, что каждый желающий сможет получить противоядие? – Взволнованно спросил Люпин. — Именно это я и хочу сказать, но т. к. для этого нужна кровь оборотней с антителами, а их у нас 8 человек, то скорость и масштабы производства пока под вопросом. — Сивый жив. Как? – Поинтересовался Римус. — Моя магия активировалась, и я спасла его, – тихо ответила Гермиона, – И 8 человек попали под волну стихийной магии. – Если ты готов, я могу тебе показать, – Римус вопросительно поднял бровь, – Сейчас мне доступно множество вещей, в том числе окклюменция и легилименция, – Римус округлил глаза и откинулся на спинку кресла. — Римус, не будь таким категоричным! Ты даже сам говорил, что переговоры не такая уж и плохая идея, если другие варианты не доступны. У нас всегда будет возможность уехать, если нас не устроит правление. – Сказала Дора. — Я не понимаю, почему я должен уезжать? – Резко спросил Люпин. — Ты и не должен, но ты можешь дать себе шанс и попробовать интегрироваться в магическое сообщество, тем более ты сможешь помогать, таким же как ты. Разве это не шанс? – С надеждой говорила Дора. — Жить с монстрами, управляющими страной, это как сидеть на пороховой бочке и курить, не зная какая искра даст детонацию. – Резко ответил Римус. — А если мы дадим вам гарантии неприкосновенности и защиту? – Спросила Гермиона. Дора посмотрела на Люпина, а он вздохнул. — Мягко стелешь, миссис Реддл! Как я могу тебе доверять, когда ты пригрела двух монстров в своей постели? — Моя постель не должна тебя беспокоить больше, чем собственная жизнь и семья, Римус. Почему-то вас всех волнует доступ к моей вагине, но не волнует то, как я могу быть полезна Министерству и что я могу сделать для других, имея мои возможности и потенциал, – серьезно ответила Гермиона, – Почему именно постельные интриги должны определять меня как личность? Стань частью моей команды, помогай таким как ты сам, будь полезен обществу, а не сей ненависть и страх. — Я не уверен, что могу доверять тебе и противоядию! – Дора посмотрела на Люпина огромными глазами, в её взгляде читалось «Дракл, ну что ты несешь, идиот?!». — Моё предложение остаётся в силе. Ты можешь подумать и принять решение. Насильно тебя никто заставлять не будет. — А если мне не хватит противоядия, где я его достану? – С неприязнью спросил Люпин. — Твою мать, Римус, почему ты скатываешься в ненависть, вместо того чтобы шевелить мозгами? – Спросила с досадой Гермиона. Люпин вскочил с кресла и начал ходить по комнате. — Гермиона, ты связалась с монстрами и поверила в то, что они тоже люди, но это не так! Монстры всегда остаются монстрами, – он подошел к ней ближе и наклонился, – Неужели ты сама этого не видишь? — А кто ты, Римус? Жертва, мститель, козел отпущения, герой? Кто? — Повышая голос спросила Гермиона. Дора молчала, закрыв лицо руками. — Я тот, кто хочет очистить этот мир от тьмы и помочь другим! – С неприязнью сообщил Люпин, нависая над Гермионой. Гермиона резко вскочила с кресла и прижала Люпина к стене, обездвижив его с помощью стихийной магии. Дора вытащила палочку и направила на Гермиону. — Дора, остановись! Я не сделаю ему ничего плохого. Он же хочет помогать другим? Не так ли? Я дам ему такую возможность! – Дора застыла в ожидании. Гермиона собрав все силы и закрыв глаза, собрала энергию внутри себя и произошла мощная белая вспышка, которая прошла через тело Люпина, и он сполз по стене на пол. Фенрир и Рабастан поспешили открыть двери, и увидели Люпина, сидящего на полу, и Нимфадору сжимающую волшебную палочку в руках. — Теперь, Римус, ты будешь тем, с чьей крови можно будет сделать противоядие. Вот и выбирай, хочешь ты кому-то помогать или нет. Всё, что останется от твоего превращения в полнолуние это горящие глаза. Больше никакой боли и никакого зверя внутри, – Римус внимательно смотрел на Гермиону и не знал, что ответить, – Если бы Фенрир умер, я бы говорила с тобой по-другому. Но я очень хочу, чтобы ты кое-что знал. – Она села на корточки рядом с ним и приложила палец к его лбу, показывая образы, которые показала ей волчья пещера, о жизни Фенрира, смерти его родителей, нападении оборотней, как маленький мальчик остался совсем один, о тотальном одиночестве и помощи оборотням в дальнейшем. О том, что он отдал свои земли, чтобы спасать других, хотя человеком он не был. Она показала ему вспышку в стае, смерть Фенрира и его возвращение. На глазах Римуса выступили слёзы. – Теперь ты знаешь всё, Римус! Не только твоя жизнь полна дерьма и страданий. Не только ты прошел через ад. Нельзя судить людей, не зная их настоящего пути! – Она встала и подала руку Римусу. Дора подошла ближе и сделала тоже самое. Римус поднялся, а по его щекам лились слёзы. Дора обняла Гермиону и сказала спасибо. — Вам нужно пережить следующее полнолуние 16 октября и посмотреть динамику или сразу обратиться в Мунго и сдать кровь. Моё предложение еще в силе, Римус. Никто не будет тебя преследовать за отказ. Но активное сопротивление может вызвать вопросы. Дора важный сотрудник с потенциалом воина, она нужна министерству, она может многому научить других. Если вы решите уехать, это будет невосполнимая потеря ценных кадров. И скорее всего в Хогвартсе нужен будет новый преподаватель ЗОТИ, ибо Люциус будет нужен в Министерстве Магии, а ты прекрасный учитель. Пожалуйста, подойди ко всему с умом. Это слишком важно, – Гермиона вздохнула, – Всё, можно его отпускать. И верните ему палочку, пожалуйста, – Фенрир заключил Гермиону в объятья и крепко прижал к себе, – Всё в порядке, Фенрир! Просто эмоции. Они же мне не чужие люди. – Люпин посмотрел на них и на лице появилась едва заметная улыбка. — Спасибо! – Гермиона прочла по губам Люпина. И Дора с Римусом ушли прочь. — Гермиона, ты просто мастер слова! Ты точно будешь на своем месте! – С восхищением произнес Рабастан. Дора и Люпин ждали лифт. Люпин думал о случившемся и внутри него произошел надлом. Стекло сознания разбилось на кусочки и рухнуло вниз, обнажая всё, что было скрыто. Оказалось, что существует не только твоё горе и твоя боль, еще существуют другие люди, со своими травмами, и всё это создает неделимую реальность, способную как уничтожать, так и исцелять. Гермиона, Рабастан и Фенрир вернулись на прием. За их столом уже сидели Кэрроу и Северус. Все расселись по местам и поздоровались друг с другом. — Всё в норме? – Спросил Лорд у Гермионы. — Более чем, Мой Лорд! – Улыбнулась она. – Мы его отпустили с Дорой. Я донесла всю нужную информацию. Надеюсь, он отнесется ко всему серьезно. – Лорд поднес её ладонь к своим губам и поцеловал, она прищурила глаза и ухмыльнулась. — Я ни на секунду в тебе не сомневался, миссис Реддл! – Заигрывая произнес Лорд. — Миссис Реддл, нам нужно будет ваше присутствие в школе. Мы устроим собрание в большом зале. Нужно будет донести информацию до учеников о тесте на потенциал и его важности. Есть те, кто просто этого боится. – Сообщил Амикус. — Хорошо, профессор Кэрроу. Скажите, когда, и я приду. – Одобрительно ответила она. — Спасибо! – Прошептал Амикус и улыбнулся. На приеме присутствовали представили большинства чистокровных семей. Они не выглядели надменными или злыми, они так же вели беседы, интересовались новостями, смеялись с шуток. Новые правила, законы и запреты были донесены до всех. Конечно, не все были довольны и не всем понравился запрет «инцестных браков», но были веские основания сделать этот запрет. Данные, которые были приведены в качестве доказательств, давали четкое понимание о вырождении магии из-за «инцестных браков» и оспорить это было нельзя. Кто-то уже танцевал под музыку. Смех доносился со всех сторон. Напряжение исчезло полностью. Лорд знакомил Гермиону с представителями чистокровных семей. Не все были милыми, были и те, чье прошлое было довольно криминальным, даже без Пожирателей. Гермионе нужно было вести себя сдержанно, с чем она прекрасно справлялась. Лорд был крайне горд, и не мог сдержать своего восхищения, обнимая Гермиону за талию и целуя её ладонь. Фенрир был абсолютно спокоен, ибо он знал, что она любила их обоих, и это было взаимно. Пусть любовь Лорда была более материальной и продуманной, но он готов на многое, чтобы она оставалась рядом, даже впустить Волка в семью. Ибо чем ближе «враг», тем больше возможностей контроля. Любовь Фенрира была более эмоциональной, инстинктивной и звериной, не смотря на все препятствия и Лорда, он был готов делить её, ибо её будущее – это точно не лес и юрта. Да, это было сложно для понимания. Гермиона злилась, потому что один и второй приняли решения, не спросив у неё. Но, что сделано, то сделано. Остальное можно будет решать по мере возможностей. Эта философия подходила ей больше всего. И плевать, если кому-то что-то не нравилось. Самка решила не выбирать лучшего из, она решила, что хочет обоих. А если они не против, то зачем препятствовать? Северус сидел довольный и расслабленный. Он даже позволил себе выпить немного вина. Его тоже ждало место в Министерстве Магии, и он был благодарен за эту возможность. Макгонагалл станет директрисой Хогвартса. Кэрроу останутся преподавать до конца года, и будут сами искать себе замену, среди адекватных людей. Люциус станет главой отдела по связям с общественностью, он был в этом профессионал. А Гермиона уже в голове готовила список тех, кто был бы ей нужен в команде. Только от одной мысли ей становилось тепло. Лорд видел её приподнятое настроение и периодически смотрел на неё теплым взглядом. Он попал в именно в ту точку эго, которая будет мотивировать Гермиону к проявлению своей силы и раскрытию потенциала. Лорд никогда и ничего не делал просто так. Он обещал ей помочь раскрыть её потенциал, и помогать другим талантливым волшебникам, он сдержал своё обещание. Фенрир был рад тому, что ликанропию можно будет вылечить, хотя кое-какие нюансы оставались, но уже можно было полноценно жить в обществе. Он думал о том, как сделать прибывание в стае лучше, договориться об обучении для детей – оборотней и в целом большей лояльности, помощи и принятии оборотней Магическим сообществом. Он чувствовал свою ответственность перед всеми, и перед Гермионой тоже. Оборотни действительно могут помочь с магическими существами, ибо лес – это территория их обитания. Фенрир облегченно вздохнул, это было приятное чувство перемен. Вечер подходил к концу. Все потихоньку расходились по домам. Гермиона устала от общения с большим количеством людей. Она попрощалась с Фенриром обняв его, пока никто не видит, и отправилась с Лордом в их Поместье. Оставалось 5 дней на подготовку для работы в министерстве. Поместье Реддл. Лорд был очень доволен приемом и Гермионой. Он крепко её обнял и поблагодарил за выдержку. — В следующий раз, я была бы благодарна, если бы ты мне сообщал о таких вещах. Я очень перенервничала. – Обижено сказала она. — Но ты держалась идеально. Это врожденное мастерство! Ты была шикарна, миссис Реддл! – Он поцеловал её в макушку. — А у нас будет общая комната? Или будет у каждого своя? – Спросила Гермиона. — Если ты хочешь, можем сделать и общую. Всё что угодно, миссис Реддл. – Он сказал это с такой нежностью, что Гермиона растаяла. – Можешь спать у меня, кровать большая, одеяло можно взять дополнительно. – Она кивнула и прижалась к нему крепче. – Вот и прекрасно. Гермиона легла спать в его спальне. Он был рад, что она была рядом. Утро следующего дня началось с горячего душа и легкого завтрака. Гермиона и Лорд завтракали в гостиной, играла спокойна музыка, на столе лежал Ежедневный пророк, на первой странице которого было фото Лорда и Гермионы: «Миссис Реддл станет главой отдела по делам Магических существ». «Гермиона Джин Реддл. Волшебница с редким белым потенциалом крови. Чего ожидать и чего опасаться?» «От мисс Грейнджер до миссис Реддл». Гермиона читала анонсы статей и закатывала глаза. — Даже читать это не буду! – Твердо сказала она. Том громко рассмеялся. — К этому придется привыкать. Со Скиттер уже поговорили, чтобы не писала всякую ересь. – Улыбнулся Лорд. — Хочу сегодня посетить свою квартиру и посмотреть её. И чуть позже загляну в Хогвартс. Квартира Гермионы находилась в районе Паддингтон. Это была двухуровневая квартира с тремя спальнями, двумя санузлами, гостиной, кухней и террасой на крыше. — Я сегодня буду в Министерстве и принесу кое-какие документы тебе на ознакомление. Сегодня много дел. – Серьезно сообщил Лорд. — Хорошо! Я не знаю во сколько я вернусь, но как я понимаю, метка может мне передать сигнал если я тебя понадоблюсь, – улыбнулась она, – Я пока не очень понимаю, как это работает, но ты мне потом объяснишь. — Да, метка вещь удобная, моя меченная последовательница! – Ухмыльнулся Лорд. Гермина хмыкнула и закатила глаза. — Я бы на твоём месте не шутила, Мой Лорд! Я тоже умею пользоваться магией. – Она подняла свои глаза на него, и хитро ухмыльнулась. – Помню, ты обещал меня обучать, буду благодарна. — Многое станет понятно само собой. Я передал тебе знания. Нужно немного времени. Магия крови работает безотказно. – С улыбкой сообщил Лорд, касаясь лица Гермионы пальцами. – Остальному, если захочешь, я тебя научу. Они позавтракали. Лорд поцеловал Гермиону и ушел в Министерство. Гермиона собралась и через камин отправилась в свою квартиру. Камин. Вспышка. Паддингтон. Паддингтон. Гермиона оказалась в светлой квартире в центре Лондона. Интерьер в бело-бежевых нейтральных тонах. На первом этаже была гостиная и кухня, на втором 3 комнаты, на крыше была терраса под навесом. Квартира оказалась очень уютной и довольно просторной. В её комнате стояла большая двуспальная кровать, туалетный столик, 2 прикроватные тумбы и комод, на кровати было много подушек. Во второй комнате был кабинет: большой письменный стол, книжные полки для библиотеки, удобное кожаное кресло, и мягкое кресло около окна с подставкой для ног. Еще одна комната, была комнатой для гостей. Отдельно была гардеробная. Санузел на первом и втором этаже. На крышу вела кованая винтовая лестница, там стоял плетеный диван, 2 кресла и столик, открывался вид на водный канал, по которому ходили небольшие прогулочные паромы, было много зелени и деревьев. Лорд знал, что ей понравится это место. Квартира была защищена разными заклинаниями, бояться было нечего. Это был хороший магловский район, здесь работало электричество и техника тоже была магловская, магия здесь тоже работала, и Гермиону это устраивало. Она перенесла сюда некоторые нужные ей вещи. Попросила Грога заполнить холодильник. Перенесла в бисерной сумочке часть своих книг и вещей. В Министерство можно было добраться через камин, Лорд уже его подключил к сети Министерства. Это был шикарный подарок. Гермиона была счастлива, о квартире в таком месте она даже не мечтала. Рядом был вокзал, парк, множество магазинов и хорошее транспортное сообщение. Это было очень удобно. Когда в квартире всё было закончено, Гермиона отправилась в Хогвартс, чтобы забрать свои оставшиеся вещи и освободить комнату для Джинни, которая станет старостой вместо нее. Камин. Вспышка. Хогвартс. Хогвартс. На Гермионе была мантия Пожирателей белого цвета, белый брючный костюм и туфли на удобном среднем каблуке. Волосы были заплетены и заколоты на затылке. — Добрый день, Директор! – Снейп сидел за столом и подписывал какие-то документы. — Добрый день, миссис Реддл! Какими судьбами? – С улыбкой спросил Северус. — Пришла забрать оставшиеся вещи, зайти к Амикусу, и увидеть свою «стаю», – она мило улыбнулась, – А вы когда перейдёте в Министерство? — Думаю уже в октябре. Передам все дела Макгонагалл, найду пару новых преподавателей и покину это прекрасное место. – С грустью ответил Северус. — Уверена, что в Министерстве у вас всё получится! – С воодушевлением сказала Гермиона. — Я тоже в вас уверен, миссис Реддл! Осталось набрать команду. – Снейп откинулся на спинку кресла. — Благодарю, Директор! – Гермиона вышла из кабинета и направилась в большой зал. Сейчас было время обеда. Она хотела найти Джинни и Драко. Она зашла в Большой Зал. Стол Слизерина оживился. Гарри и Рон провожали её взглядом, белая мантия развевалась от движения. У многих в руках был ежедневный пророк. Джинни и Драко улыбались, ожидая пока Гермиона к ним подойдет. — Привет! – Джинни встала из-за стола и обняла подругу, – Очень рада тебя видеть! — Я тоже, Джинни! – Они крепко обнялись, – У меня тут небольшое дело, нужно забрать вещи, которые остались. На следующей неделе начинается работа в Министерстве. В Хогвартсе я буду появляться не часто, только на экзаменах, возможно праздниках и каких-то приемах. — Мы тут читали Пророк, – улыбался Блейз, – И еще до нас дошли слухи, что ты будешь собирать команду? — Да, мне нужно будет найти людей в своей отдел, но большинству из вас еще нет 18 и надо быть в Хогвартсе. Поэтому поиски немного осложняются, – Грустно сказала она, – Но в следующем году «Добро пожаловать»! Пока ребята обедали, Гермиона отправилась в свою комнату. Она осмотрела гостиную, вспомнила всё, что здесь произошло за пару недель и широко улыбнулась. Оставшиеся вещи она собрала в бисерную сумку, присела на кровать, вздохнула, привела в порядок комнату магией для Джинни, и пошла вниз. Она постучала в кабинет Амикуса и вошла: — Привет! – Сказала Гермиона улыбаясь. — Привет, Гермиона! Решила сама посетить школу? — Забрала вещи, решила зайти и спросить, когда мне прийти для разговора? — Думаю в пятницу в обед. Мы сообщим всем о собрании. И я пришлю тебе письмо.– Спокойно ответил Амикус. — Кстати, спасибо за «Зелье потенциала» очень полезный подарок. Думаю, оборотней тоже будут проверять на потенциал, если в дальнейшем они будут полностью интегрированы в общество. — Да, будут проверять всех. Зелье можно будет взять у меня или даже Том может его сделать сам, ибо я в Министерстве буду не часто. — Хорошо. Спасибо! Я буду ждать письма подтверждения. До встречи! – Сказала Гермиона и вышла из кабинета. Гермиона шла по коридорам Хогвартса, думая о том, что этот год должен был стать последним, но обстоятельства сложились иначе. Не прошло и месяца. Больше она не будет бродить по школьным коридорам, есть в Большом Зале и посещать Библиотеку. Всё изменилось так быстро, что она даже не успела осознать, как началась взрослая жизнь. Её беспокоило то, что родители где-то далеко, и они ничего помнят о своей единственной дочери. Это проблему надо было решать и возвращать их в Лондон, когда она будет уверена, что никто не сможет использовать это против неё. Их не было на свадьбе… может это и к лучшему, ведь они не знают за кого именно их дочь вышла замуж. В одном из коридоров Гермиону окликнул знакомый голос. Минерва Макгонагалл. — Миссис Реддл, не могли бы ли вы уделить мне время? – Она улыбалась, предлагая пройти вместе в её кабинет. — Добрый день, профессор! С удовольствием, – Гермиона пошла ей на встречу, они обнялись, и зашли в кабинет. — Как ты, Дорогая? – Просила Минерва. — В общем, наверное, хорошо! – С улыбкой ответила Гермиона, – Поздравляю вас с постом директрисы! — Северусу пришлось меня долго уговаривать. Я не была уверена, что хочу этот пост, – серьезно ответила она, – Будет столько изменений, и я не знаю, как это правильно организовать. Амикус с тобой уже говорил? — Да, я буду здесь в пятницу, чтобы провести беседу с учениками. – Ответила Гермиона. — Дорогая, ты уверена во всем, что ты делаешь? – Серьезно спросила Минерва. — Да, я уверена. Слишком много всего случилось, пути назад уже нет. Том серьезен и адекватен, нечего бояться. Теперь всё будет по-другому. Сейчас я буду в Министерстве. И всегда можно будет обратиться ко мне, если будет такая нужда, профессор. – Минерва положила руку на плечо Гермионы. — Тогда я за тебя спокойна, – она похлопала Гермиону по плечу, – А как быть с Орденом? — К сожалению, если они будут продолжать нападения и терроризировать общество, реакция будет жесткой. Им об этом уже сообщили, – грустно ответила Гермиона, – Они расшатывают ситуацию гораздо сильнее, чем хотелось бы. Том много раз предлагал переговоры, но мы видим, что не получилось. — Оно того стоило, Гермиона? – Минерва посмотрела в глаза Гермионы, – Гермиона взмахнула палочкой и её образ начал меняться. Макгонагалл смотрела на неё и не знала, что ответить. — Вот, что сделал со мной Орден, когда решил меня спасти. Спросите у них, оно того стоило? – Гермиона смотрела на неё аконитово-голубыми глазами. Минерва не нашла слов, и Гермиона вышла из кабинета, изменив облик снова. Министерство. Число последователей сопротивления было немаленьким. Никто из них не верил в перемены к лучшему, и это было оправдано. Произошедшее 16 лет назад нельзя было отрицать. Человеческая ненависть катализатор ужасных вещей. Человеческие травмы рождают монстров. Если бы Волдеморт победил тогда, сложно сказать, какое бы будущее было у Магического Мира. Волдеморт не поддерживал Гриндевальда, он видел его ошибки, и не хотел допустить таких же, но он так же ошибся. Потерял голову от величия, безнаказанности, безграничных возможностей, и оказался на дне. Дно было беспросветным и глубоким. Жизнь паразита страшной и отравляющей. Он мог бы вернуться еще большим чудовищем и кануть в лету, потому что сопротивление и Дамблдор смогли бы его остановить. Но чудовище внутри поумнело, оно решило действовать иначе и в этот раз всё получилось. Уставшие и запуганные когда-то Пожиратели смерти, переживающие за жизнь своих семей, не могли быть надежными сторонниками. А если твои сторонники воспринимают тебя как угрозу, значит однажды они тебя предадут. Этого нельзя было допустить. Был подписан документ об освобождении из Азкабана многих последователей Волдеморта. Изначально их проверили колдомедики на предмет расстройств и опасности для общества. Для одной части из них была предусмотрена реабилитация. Другую же часть, просто уничтожили, как неадаптивных. И это было человечно. Если перевоспитать нельзя, то какой смысл держать их в клетках? Азкабан больше не был переполнен. В магический мир вернулись «чудовища», отсидевшие по 10-15 лет в самой страшной магической тюрьме. Гриндевальд был казнен. Те, кому выпал второй шанс, были благодарны. У многих остались семьи и дети, которые их ожидали. Те, кому некуда было идти, были обеспечены комнатами, психологической и материальной поддержкой, на первое время. Реабилитация, с последующим трудоустройством в зависимости от потенциала, образования и навыков. Конечно, не всем понравилась подобная амнистия. Люди боялись всплеска насилия и беспорядков, но за каждым бывшим заключенным был тотальный контроль, в виде магических браслетов, они крепились на щиколотку и отслеживали состояние и перемещение оных. Всё было слишком серьезно, чтобы пускать на самотёк. Могли ли Пожиратели уничтожить Волдеморта? Нет. В этом не было никакого смысла. Во многом он был прав. Да, было страшно менять привычки, страшно признавать, что разговоры о чистоте крови – это тупик, но цифры говорили о том, что чистокровное магическое общество вырождается, и отрицание этого только усугубляло ситуацию. Из Хогвартса Гермиона направилась в Министерство. Было многолюдно. Пестрая форма работников маячила перед глазами яркими красками. Только одна она была в ярко белом. Пройдя к лифтам и зайдя в один из них, она обнаружила, что с ней никто не зашел, и она была вынуждена поехать в одиночестве. Дойдя до нужного кабинета, она остановилась, двери открылись сами, и перед ней стоял Лорд, оперевшись на тяжелый дубовый стол. Он встретил её с удивлением и улыбкой. Его кабинет находился наверху, откуда открывался обзор на Атриум и фонтан, панорамные окна, много дерева и тёмных тонов. Гермиона молча бросилась к нему в объятья и облегченно вздохнула. — Я забрала последние вещи из Хогвартса. Утром перенесла часть вещей в квартиру. Чувствую себя опустошенной. Друзья остались в школе. И мне кажется, что я не готова приступить к работе в Министерстве. Наверное, ты поспешил, Том. – Он был очень рад её видеть, и скорее даже не ожидал, что она сама заявится в Министерство. Это было приятно. Он крепко прижал её к себе и поцеловал в макушку. — Мне правда нужна твоя помощь. Особенно это касается родословных. Систематизация и выявление % рождаемости сквибов. Я не могу это доверить кому-то еще. Там слишком важные документы, практически секретные. Нужно подготовить доклад для магического сообщества, чтобы донести информацию. Четкие цифры, – серьезно сообщил Лорд, – А ты дружишь с магловскими приборами, которые могут помочь, сделать все нужные расчеты. — Именно поэтому моя квартира в магловском районе? С электричеством и выходом в интернет, – Рассмеялась она, – Потому что волшебники не умеют пользоваться чудом техники и боятся любых магловских изобретений? — Отчасти это так! – Рассмеялся он, – Отчасти, нам нужно тоже знать больше о мире маглов. И перенять у них что-то полезное для нас, было бы неплохо. — И это я слышу от тебя, Том? – Она подняла на него свои коричные глаза. — Времена меняются. Сколько можно стоять на месте и отрицать действительность? Если магическое сообщество будет стоять на месте, мы застрянем в средневековье. Да, многим очень сложно свыкнуться с мыслью о том, что для волшебников было бы очень многое полезно перенять у маглов. — Ты будешь тут до самого вечера? – Она смотрела на него щенячьими глазками. — А ты хотела куда-нибудь выбраться? Можно взять с собой Лестрейнджей и Долохова. — Да, я за! Только ресторан выбирает кто-то другой, я ничего в этом не понимаю. – Лорд рассмеялся, она смущенно улыбнулась. — По ресторанам у нас Белла и Антонин! Антонин еще тот кутёжник, а Белла немного со своими секретами, знает лучшие рестораны Лондона, даже магловские есть среди них. – Улыбался Лорд, – Тебе в одиночку лучше не ходить, даже здесь. Я открою тебе свой камин в кабинете, а после у тебя будет и свой кабинет, и свой камин. Если хочешь, я могу тебе показать твой отдел. Они вышли из кабинета, он взял её за руку и повел по коридорам. Им встречались разные сотрудники, с интересом смотревшие на них. Они спустились на пару этажей ниже, прошли пару поворотов, и остановились у двери. «Отдел регулирования и помощи магическим существам». Они зашли в достаточно большое светлое помещение. На 10-15 рабочих зон, каждый стол был огорожен и имел свою территорию. Это было важно. Кабинет Гермионы был в конце зала. Светло серый цвет стен, белый кожаный диван и такое же кресло, дубовый стол, полки для книг, камин. — Если захочешь что-то поменять, то без проблем. Ты будешь отвечать за магических существ с «почти человеческим разумом» и оборотней. Начиная с решения вопросов с Мунго, заканчивая образованием для детей оборотней. Думаю, у тебя не возникнет проблем ни с кем. Я знаю, что в стае есть бывшие Авроры, которые не смогли обуздать Ликантропию и потеряли работу, я дам тебе все имена тех, кто может интересовать Министерство, как ценный кадр. Ты с Фенриром проведешь тесты, поговоришь со стаей и будем возвращать их в нормальный мир. — Том, ты настолько продуманный, что твоя рациональность просто улетела в стратосферу. Ты даже, по факту, с конкурентом, можешь добиться полезного сотрудничества. – Рассмеялась она. — Вообще, мы и до этого сотрудничали, просто потом, что пошло не так. – Ехидно улыбнулся Лорд. – Брудершафт, сливочное пиво, стая… — Напоминаю, кому из нас нужно было бессмертия, Том? – Хитро посмотрела она. — Туше! – Он поднял руки вверх, а после прижал её к себе. – Мы можем бесконечно об этом говорить, но это уже ничего не изменит. Попроси Волка подробнее рассказать о «Посвящении», что бы ты просто была в курсе. Это важно. — Хорошо, Том! – Она нежно поцеловала его в губы. – Тогда я пойду. — Я приду за тобой в Поместье. Думаю, столик закажем на 20.00. Дресс-код вечерний. – Они дошли до его кабинета, он открыл камин, и она вышла в Поместье. Он связался в Беллой, она была не против куда-нибудь сходить, и сама закала столик на пятерых в ресторане «Арчибальд», на берегу Темзы, на 20.00. Гермиона вошла в свою комнату, сняла вещи и пошла в Оранжерею. Эльфы ухаживали за цветами и растениями каждый день, она сама пока не нашла времени на это. В Оранжерее было свежо. Она села на диван, осматривая свои владения. За окнами уже было темно, в Оранжерее горели огоньки и небольшие волшебные лампы. Гермиона думала о том, что стоит дать ребятам свой адрес, что бы они могли иногда приходить к ней, и Фенриру тоже, хотя Том будет недоволен. Было страшно выходить в Министерство Магии на работу, несмотря на ум Гермионы, данное назначение было сделано её мужем. Она переживала, что её никто не будет воспринимать всерьёз. Она совсем юна, да ещё и маглорожденная, да еще и с белым потенциалом. Большая помеха на карте Магического Мира. Для вечера Гермиона выбрала темно бордовое платье ниже колена, с декольте, небольшим разрезом и рукавами – фонариками. Бордовые бархатные туфли на каблуке, рубиновые серьги и кулон в золоте. Волосы были уложены локонами – пружинками, на губах бордовая матовая помада. Когда за ней пришел Лорд, она уже была готова. Он только поменял галстук на бордовый и рубиновые запонки в золоте. — Выглядишь сногсшибательно, миссис Реддл! – Он осмотрел её со всех сторон, и шепнул. – Надеюсь ты позволишь после с тебя это платье снять… – Она закусила губу и посмотрела в его черно-красные глаза. Ресторан «Арчибальд». В 19.57 они прибыли к ресторану и прошли в холл. Это был классический ресторан, немного вычурный, но столики были обособлены друг от друга, и практически не просматривались. Белла была в темно зеленом приталенном платье ниже колена, Рабастан в костюме в цвет платья. Долохов был в темно-синем, причёсан и горяч. В ресторане был приглушенный свет, бело-золотой интерьер с деревом, стандартная классика. Белла изначально сделала заказ и к их приходу уже всё было готово. Они расселись по местам. Гермионе показалось, что она видела какого-то мужчину, который казался ей знаком, но кто он? — Ты чего такая обеспокоенная? – Спросил Лорд. — Видела знакомое лицо, не могу вспомнить кто это. – Взволнованно ответила Гермиона, – Будто это что-то важное. — Одной никуда ходить нельзя. Если что, Белла или Долохов тебя сопроводят. – серьезно сообщил он ей, а она кивнула в ответ. Официант принес вино и огневиски. Запечённый картофель с говядиной и помидорами. Всё пахло превосходно. Аппетит был зверский. Лорд наблюдал за тем, с каким удовольствием ест Гермиона и улыбался. Шла беседа. Белла сказала, что они в октябре планируют свадьбу только для своих, в их Поместье. Скоро она всем разошлет приглашения. Белла выглядела счастливой, спокойной и цветущей. Конечно, в ресторане был танцпол и живая музыка. Без танцев вообще не обходилось. Долохов не ходил в рестораны, где нельзя танцевать. Исключением была парочка любимых пивных пабов Лондона. — Кажется, я видел Нотта – старшего. – Сообщил Долохов. – И Макнейра. — Им никто не может запретить ходить по ресторанам, Антонин. – Усмехнулся Рабастан. — Точно! Нотт – старший! Его я и видела, – сказала Гермиона, – Не самая приятная встреча, – Лорд взял её за руку и притянул к губам, это был своеобразный знак успокоиться. Гермиона вздохнула. Играла красивая музыка, фортепиано и скрипка. Гермиона периодически взволнованно посматривала на стол, где сидел Нотт – старший, их точно было трое, но третьего не было видно. Это, собственно, и вызывало волнение. Лорд рассказывал о новых реформах. Рабастан внимательно слушал, Белла кивала головой, Долохов расслаблено пил огневиски. Когда люди начали выходить танцевать, Долохов, по старой традиции пригласил Гермиону. Лорд недовольно цокнул, но отпустил. Когда Гермиона проходила мимо стола Нотта – старшего, то третьего человека она не увидела. Показалось? Долохов обнимал Гермиону за талию и крепко держал её ладонь. — Так что с Пэнси, Антонин? – С ухмылкой просила Гермиона. — 18 ноября ей будет 18, тогда мы с ней и поговорим, – хитро прищурился Долохов, – Не думаю, что её отец одобрит, поэтому предпочту пока держаться подальше и танцевать с тобой, – улыбнулся Антонин и сильнее прижал её к себе. — Вот никого ты не боишься, Граф! Вот откуда в тебе столько шарма и харизмы, а? – Широко улыбалась Гермиона. — Это у меня в крови, Гермиона! Там, где ушанка, балалайка и медведи! – И они рассмеялись. Долохов такой Долохов. Злиться на него невозможно. — А что будешь делать ты? Министерство или Хогвартс? – Она внимательно смотрела в его глаза. — Боевые искусства скоро начнутся, Северус меня звал, но Макгонагалл не уверена, что родители оценят. Я бы попробовал годик поработать. – с интересом ответил Антонин. Гермиона ждала, пока третий человек сядет за стол Нотта – старшего, но никто так и не пришел. Танец закончился. Гермиона сказала, что ей нужно в уборную, и Долохов пошел вместе с ней. Он ждал у двери. Гермиона зашла в уборную. Теплый свет, 4 кабинки. Все закрыты, но тишина. Она открыла кран, чтобы помыть руки, отвлеклась. И сзади её схватили чьи-то руки, закрыв рот, и затащили в кабинку. Он прижал её к стене. — Селенцио! – Тихо сказал он, держа её за шею. Она не сопротивлялась, а просто смотрела в его зеленые глаза. Теодор Нотт, вот кто был третьим за их столом, – Я же говорил, что я с тобой еще не закончил, Сучка! – Он хитро улыбался, медленно поднимая подол платья вверх по бедру. Гермиона округлила глаза, но кричать не пыталась. – Грязнокровка, ты думала мы с тобой больше не встретимся? Как вообще Лорд мог сделать тебя своей женой и пустить в Министерство? Почему он прощает тебе еблю с Волком? У тебя золотая вагина, Грязнокровка? А мне позволишь там побывать? – Он наклонился, чтобы поцеловать Гермиону, но его остановила голубая вспышка, ударившая его током, и его оттолкнуло в стену. Он закрыл ладонью свой рот и замахнулся на Гермиону, но случилась еще одна вспышка и снова его ударило током. – Это что еще такое? Что это за магия? – Гермиона молчала и не двигалась. Просто смотрела на его действия, вытащив волшебную палочку. Он попытался сунуть руку под юбку, но получил третий разряд. Гермиона махнула палочкой и голос к ней вернулся. — Остолбеней! – Тео застыл, Гермиона изменила внешность, приблизилась к его лицу посмотрев на него своими аконитово-голубыми глазами. Глаза Нотта округлились. – Знаешь, Нотт, я уже жалею, что не позволила Тому тебя убить. «Том, не трогай его, он же единственный ребенок в семье!». Ты совсем больной, да? Он же убьет и тебя и твоего отца. Что ты делаешь, идиот? – Она провела рукой по его щеке, дотронулась пальцами до его губ, потом присела пописать, пока Тео был обездвижен, но мог за ней наблюдать своими зелеными глазами из-под черных кудрей. Она вышла из кабинки, вымыла руки, – Финита! – И Тео упал на пол. Гермиона вернула себе прежний вид и быстро выбежала из уборной, ничего не сказав Долохову. И они вернулись к столу. Лорд увидел состояние Гермионы и понял, что что-то не так. А потом заметил Теодора, который вернулся к столу с Макнейром. — Здесь Нотт – младший? Гермиона что-то случилось? – Он серьезно посмотрел на неё. — Нет, всё в порядке. Я его не заметила. Странно, что он не в школе в середине недели. – Сказала спокойно она, сдерживая дрожь в руках. — Отец его вернет в Хогвартс. Тебя там уже не будет. В Дурмстранге он не прижился. Совсем. Прям сын своего отца. Несносный, надменный и слишком радикальный. Ему дадут последний шанс. – Сообщил Лорд. – Я даже в Пожиратели его не приму. — Да, главное, что меня там уже не будет. Это радует. Надеюсь, больше никто не пострадает, – она нервно сглотнула слюну и уставилась на Тео, они встретились взглядами, и он ей подмигнул, – «Засранец» – подумала Гермиона и отвела взгляд. «Защита Фенрира работает хорошо. Вот о чем говорил Лорд, когда имел в виду, что никаких отношений с людьми больше не будет. Очень вовремя». – Подумала она прикасаясь к губам. Лорд взял её запястье, пульс шкалил. Он посмотрел ей в глаза, всё было понятно. — Ты бы сказала, если бы что-то случилось, Гермиона? – Она снова нервно сглотнула, и он всё понял, – Ты зря его жалеешь. Некоторые рождаются монстрами, помни это! – Он поцеловал её ладонь, и она успокоилась. Тео сел так, чтобы видеть их стол, наблюдая за Гермионой и Лордом. Следующий танец Гермиона танцевала с Лордом, когда они проходили мимо стола Нотта, Тео наклонился и дотронулся до щиколотки Гермионы, она потрясенно посмотрела на него, он хищно улыбнулся. «Она так защищена своими Чудовищами, что даже трахнуть её нельзя. Вот, чёрт! Ничего, я найду другие рычаги воздействия». – Подумал Теодор. — Если хочешь, Долохов решит эту проблему, Гермиона! – Лорд кивнул, указывая Тео. — Думаю это лишнее. Мальчик заигрался, без разума и тормозов. Надо будет, я сама решу эту проблему! – Она была тверда и уверена в своих словах, Лорд хитро ухмыльнулся. — Я научу тебе правильным проклятиям, миссис Реддл! – Лорд поцеловал её в губы, Тео скривил лицо. Белла танцевала с Рабастаном, Долохов пил в одиночестве. Нотты и Макнейр ушли после того, как Нотт – старший увидел выходку сына. Он был совершенно неуправляемый. Тео бросил прощальный хищный взгляд на Гермиону, она это заметила и сжалась, а это уже заметил Лорд. — Если ты убьешь его в подворотне, тебе ничего не будет. Обещаю. – С улыбкой сказал Лорд. — Надеюсь это не понадобится, Том! – Грустно ответила Гермиона. Они провели прекрасный вечер. После объятий с прощаний, Лорд и Гермиона вернулись в своё Поместье. Поместье Реддл. — Ты позволишь? – Он начал расстёгивать молнию на её платье, целуя обнаженную кожу. — Мне нужно в душ! Но если хочешь, ты можешь пойти со мной… – Томно сказала она. — Через минуту я к тебе присоединюсь! – Он расстегнул её платье, и оно упало на пол, оставляя Гермиону в одном нижнем белье и чулках. Гермиона всё быстро сняла и отправилась в душ. Струи стекали по обнаженному телу, горячий душ хорошо расслаблял мышцы. Она оперлась о стену рукой и закрыла глаза, думая о том, как сильно она испугалась Тео. Лорда долго ждать не пришлось. Рука коснулась обнаженного живота, он поцеловал её в плечо и прижал к себе, она откинулась на его грудь, и его рука медленно опустилась вниз. — Тооооооом! – Простонала она. – Он прижал её крепче к себе, пальцы кружили у неё между ног, а его член упирался в поясницу. Мурашки побежали по коже, Гермиона учащенно дышала, а потом Лорд встал на колени… Вода стекала по его крепкому телу, он был прекрасен. Его язык проник между складок, и Лорд прижал её к стене, чтобы она не упала. Электричество разливалось внизу живота, а из уст вырывались стоны, – Я хочу тебя! – Сказала она. Лорд встал и приподнял Геомиону за ягодицы. Он прижал её к стене, он обвила ногами его бедра. Толчок, и Гермиона закатила глаза. Лорд начал медленно, но жестко двигаться, она смотрела в его красные радужки, с легкой усмешкой, – Поцелуй меня, Том! – Он прильнул к её губам и жадно впился, Гермиона громко выдохнула. Фрикции стали быстрее, она держалась за его плечи, пока он жестко вбивался в нее, кусая её нежную шею. Мышцы крепко сжимали его внутри, с каждой фрикцией всё сильнее… — Ты готова? – С хищной улыбкой прошептал он, глядя в её туманные глаза, – Кончай! Я тебе приказываю! – Волна побежала по телу, ноги предательски дрожали, она стонала ему на ухо, сжимая его член внутри себя, – Ещё раз, миссис Реддл, для меня! – И очередной оргазм накрыл её с головой. Он дал ей немного передохнуть, страстно кусая её губы, и глядя в умоляющие глаза. – Ещё! – Он сделал жесткий толчок и крепче сжал её в руках, конвульсии захватили всё телу, стоны не прекращались, – А теперь покажи мне, что сегодня сделал Нотт! – Лорд проник в её разум, видя выходку малолетнего засранца и защиту Фенрира. – Фенрир хорошо защитил свою Волчицу! Правда, Гермиона? – Он хищно улыбался и продолжал фрикции. – Ещё раз, я приказываю тебе! – Строгим жестким тоном произнес он, пока она извивалась и стонала в его руках. – Больше никто, кроме нас тебя не коснётся! Прямо волчье проклятье! Но обещаю, я дам тебе бесконечное количество любви! Кончай для меня, миссис Реддл! – Мышцы сокращались так сильно, что невозможно было больше сдерживаться и он кончил в неё, прижимая её сильнее к стене, а после опустился вниз на пол, не выходя из нее. Гермиона дрожала в его руках и не могла сказать ни слова. Он целовал её плечи, аккуратно придерживая её рукой. Она растаяла как шоколад, тяжело дыша и полностью отдаваясь неге. Он обнимал её, прижимая к своему телу. — Ко мне или к тебе? – Прошептал Лорд. — К тебе. – Тихо ответила она. Он выключил воду, завернул Гермиону в полотенце, унес в свою комнату, уложил в постель, и она мгновенно уснула. Он гладил её по щеке и улыбался, – «Надо будет сказать Фенриру спасибо», – ухмыльнулся Лорд, – «Это гениально! Даже у меня нет такой магии! Чёртов Волк». Не смотря на всё, что произошло. Лорд больше не злился. Ни на себя, ни на Волка, ни на неё. Возможно, это и есть наилучший результат. Гермиона проснулась в 8 утра. Полная сил. Завтрак и кофе уже ждали на столе. Лорда не было. На столе, в её комнате лежали пергаменты и документы в папках, которые Лорд принес из архива Министерства. В папке были данные зарегистрированных оборотней, которые работали в структурах и были важными сотрудниками, но после заражения Ликантропией, ушли. Гермионе нужно было с ними поговорить, они жили в стае Фенрира. Так же нужно было узнать в Мунго о противоядии. И Гермиона решила съездить в Мунго сама. У неё была министерская форма белого цвета, значок и документы, которые уже можно было использовать. Она неспешно приняла душ, собралась, и отправилась в Мунго. Больница Святого Мунго. На ресепшене её встретили работники, которые отправили её в нужное отделение. — Добрый день, миссис Реддл! Я – Барри Освальд! Не ожидал вас увидеть так скоро! – Ответил заведующий отделением неизлечимых заболеваний. – Меня предупреждали, что мы будем сотрудничать, он протянул ей свою руку для рукопожатия, она протянула в ответ. — Добрый день! Очень приятно, мистер Освальд! Я не смогла так долго ждать и решила приехать сама, что бы узнать о противоядии. Это слишком важно. — Уже всё готово, и можно опробовать. Я отправлю сообщение Джеку. Насколько мне известно, желающие уже есть. Так же мне известно, что есть еще 7 человек, таких как Джек. — Восемь. Есть еще один, но не знаю объявиться ли он, – сообщила Гермиона, – Как быстро подействовать подействовать противоядие? — Обычно от суток до нескольких дней, но Ликантропия была не излечима, поэтому предугадать невозможно. Мы сделаем закрытый стационар и поместим туда всех, кто захочет попробовать противоядие. И будем наблюдать. Если всё получится, то это будет настоящий прорыв в колдомедицине. — Как я поняла, всё равно есть какие-то остаточные явления: светящиеся глаза, физическая сила, обострение работы органов чувств. – Сказала Гермиона. — Да, возможно это и останется, но думаю, это пустяки, по сравнению с обращением в агрессивного зверя – Уверенно ответил Барри. — Отлично! Значит будем ждать первопроходцев. Пожалуйста, держите меня в курсе, мистер Освальд. Буду очень вам благодарна. После Мунго, Гермиона отправилась в Министерство. Министерство Магии. У входа её словили журналисты и сделали пару фото. Она к этому ещё не привыкла. В Атриуме на неё обращали внимание и оборачивались. Кто-то здоровался, она здоровалась в ответ. Кто-то кидал презрительные взгляды. Было неприятно, но многого она не ждала. Лорд заметил её из окна, а через пару минут, она уже стояла у его двери. — Миссис Реддл, шикарно выглядите! Вам очень идет министерская форма! – Он притянул её к себе, чтобы поцеловать. — Я была в Мунго! Противоядие готово! Сегодня уже можно начинать тесты. – Взволновано сообшила она. — Это отличные новости! Значит в субботу и воскресение тебе нужно быть в стае, – он улыбнулся и посмотрел в её глаза, – Я оставил папку на столе в твоей комнате. — Она у меня с собой. Я всё взяла. Сегодня буду в Паддингтоне. Попробую систематизировать данные из пергамента. – У Гермионы горели глаза. — Впервые вижу тебя настолько увлеченной и горящей! Думаю, я выбрал правильное направление. – Довольно ответил Лорд. — Завтра мне нужно быть в Хогвартсе. Будет разговор с учениками о тесте на потенциал. И я кое-что хотела у тебя попросить. Думаю, это будет справедливо, позволить Рубеусу Хагриду полноценно пользоваться волшебной палочкой, он это заслужил. — Я дам распоряжение по Хагриду сегодня, завтра сможешь ему сообщить. – Серьезно сказал Лорд. — Спасибо, Том! – Она крепко его обняла, а он поцеловал её в макушку. — Ты же мне скажешь, если Нотт младший будет тебя доставать? – Он приподнял её подбородок и посмотрел в глаза. — Я там буду бывать редко, не думаю, что он сможет до меня добраться, Том. — Исходя из того, что я видел, я делаю вывод, что он полный психопат. Не знаю, нужно ли было позволять ему возвращаться. Только скажи, и я решу эту проблему.– Лорд был серьёзен и тверд. — Я сообщу, если вдруг что-то пойдёт не так. Спасибо, Том! – Улыбнулась Гермиона. Лорд открыл путь через камин в Паддингтон. Вспышка. Паддингтон. Квартира Гермионы. Паддингтон. Квартира Гермионы. Гермиона сняла мантию и переоделась в более удобную домашнюю одежду. Грог заполнил холодильник по списку, который она предоставила. Кухня была просторная и удобная: кофеварка, посудомоечная машина, духовой шкаф, микроволновая печь. Гермиона умела готовить, в магловском мире всему быстро учишься, поэтому и с техникой не возникало никаких проблем. Она измельчила кофе в кофемолке, засыпала молотый кофе в рожок, взбила молоко капучинатором и сварила себе свежий капучино. В кабинете уже стоял компьютер, самый современный из возможных. Она открыла таблицы и села за стол. Надо было внести данные с волшебного пергамента в таблицу. Сложностей никаких не было. Оказалось, что в каждой семье из «Священных 28» стабильно, каждое поколение рождается 1-2 сквиба, которых отправляют жить в немагический мир, чтобы скрыть их от Магического общества. Дальнородственные связи так же приносили много проблем, судя по списку сквибов. Цифры и правда были ужасающие, но об этом было не принято говорить долгое время. На этом фоне возрастало количество заболеваний, которых изначально не было в магической среде, генетические поломки так же принесли много проблем. Гермиона решила запросить данные по некоторым заболеваниям в Мунго, так как стало понятно, что % отклонений был слишком большой. Психические расстройства, самоубийства, убийства на почве помешательств. Гермиона читала пергамент и у неё тряслись руки, ибо она просто не знала, что подобные вещи происходят в чистокровном магическом обществе. Дочери рожали от отцов, сестры от братьев, насилие и инцесты. Это правда была страшная и пугающая информация. Когда данные были введены, пергамент самоликвидировался, это было защитой данных. А еще, Гермиона узнала, что мать Теодора Нотта была двоюродной сестрой его отца. Она умерла через 4 года, после рождения сына, её лечили в Мунго, но результатов это не принесло, в конечном итоге, она спрыгнула с моста. Информация была шокирующая. Оказалось, что скелетов в шкафу было такое количество, что не мудрено, что большинство боялось распространения этой информации. За «чистотой крови» скрывалась неприглядная изнанка: младенческая смертность, материнская смертность из-за невозможности выносить дитя, проклятия крови, бесплодие, несовместимость партнеров, но невозможность развестись из-за непреложного обета. Гермиона была шокирована всей обрушившейся на неё информацией, к таким откровениям она была не готова. За последние 17 лет Британское Магическое сообщество претерпело сильные изменения. Общество замечало, что есть серьезные проблемы, но они предпочитали молчать. Бесплодие среди волшебников стало чем-то обычным, младенцев сквибов сдавали в магловские детские дома и оставляли на порогах больниц. Том Марволо Реддл. На территории Магической Британии детских домов не было, словно не было проблемы, хотя на самом деле, брошенные дети оказывались на задворках немагического мира, где когда-то оказался Том Марволо Реддл, который будучи «не таким как все» подвергался буллингу и хейту. Ибо, если бы он рос в своей магической среде, он был бы среди таких же волшебников, но маглы его боялись, не понимали, ненавидели. Да, он всегда давал отпор и мог за себя постоять, но также он подвергался наказаниям от взрослых, которые были сильнее физически. Он не знал человеческого тепла, у него не было друзей, к нему никто никогда не приходил. Внутри него долгое время росла ненависть и жажда мести. Ребенка травили, над ним издевались, и хоть он сам был не промах, это его не закалило, а обозлило. Да, он был сильным, и таким его делала ярость, растущая внутри бесконечной чёрной дырой. На фоне стрессов стихийная магия начала активно проявляться, её невозможно было сдерживать. Его стали бояться даже воспитатели. Тома отселили отдельно от других детей, а после вообще запретили общаться с кем-либо. Когда Дамблдор пришел за ним в детский дом, психика ребенка была полностью разрушена. Он владел искусством манипуляции, носил маски, мог определить настроение каждого и дать оценку его действиям, чтобы подстроиться. Это было выживание. Все 11 лет Том Реддл провел в аду, пытаясь выжить, пытаясь мимикрировать под других, но, когда ты волшебник с черным потенциалом, это очень нелегко. Альбус забрал в школу ребенка, который уже понял жизнь. Ребенка, который словно дикий зверек 11 лет выгрызал себе возможность не сдохнуть, среди гиен, которые так и норовили его покусать. Можно ли винить мальчика за то, что он пытался выжить любыми способами? У Тома не было привязок к людям, он не доверял никому, кроме себя. Он был своей единственной опорой. Надо ли говорить, что к нему тянулись более слабые личности, более доверчивые и более простые? Он быстро понял, как он может использовать людей в своих целях. Он был строгим, продуманным и слишком умным. Альбус всё понимал, с высоты своего опыта, но даже не пытался его остановить. Том не верил в любовь, не верил, что он достоин быть принятым. Искаженное сознание рисовало предательство внутри. У него была цель, построить лучший мир, найти как можно больше поддержки, и истребить тех, кто недостоин жизни. А кто из нас не ошибается? Особенно в период становления. Когда в ряды Пожирателей стало вступать всё больше людей, он начал понимать, что людям нужен Лидер, ведущий их за собой, но Том видел, что многие совершенно не понимают за что они выступают и чего хотят. Ненависть ради ненависти, чистота как привилегия, убийства как проявление власти. Это не совсем то, ради чего он шел к своей цели. Поэтому у него появилась «семья», которую он сам и создал, приняв в свои ряды таких же побитых жизнью и сломленных. И именно они стали самыми близкими и верными, и именно они научили его чувствовать, и не отказались от него, когда он чувствовать перестал. Когда в 1981 году Лорд Волдеморт исчез, приспешники пытались смыть с себя любые упоминания о нем и о Пожирателях. Люциус пытался возродить Лорда, но у него ничего не вышло. Всем было страшно. За 14 лет всё сильно изменилось, и от тех яростных Пожирателей ничего не осталось, и от самого Тома тоже. Только жалкий полуживой паразит, который был вынужден скрываться в лесах и хоть как-то поддерживать свою жизнь. После возвращения, реальность больно ударила в лицо. Приспешники опускали глаза и не находили слов. Все были полны ужаса, от осознания, что он вернулся. Люциус стал первым, кто посмел заговорить о реальности, к нему присоединился Северус, и они вдвоем донесли нужную и важную информацию до Лорда Волдеморта, которая позже изменила риторику и концепцию Пожирателей. Вымотанные Пожиратели, которых освободили из Азкабана, хотели не мести, они хотели нормальной жизни. Они были сломлены, угнетены и разбиты, особо агрессивные были уничтожены. Так началась новая эра Лорда Волдеморта, и он был благодарен своей «семье». Гермиона Джин Грейнджер. Гермиона не была глупой девочкой мечтающей спасать монстров. В спасателя она не играла, а другим людям она помогала от души и по мере возможностей. То, что она была маглорожденной давало ей преимущество, она видела изнанку магловского мира и не питала особых иллюзий насчет красивой жизни. Да, её родители не были бедными людьми и старались дать дочери всё, что нужно. Она была хорошей дочерью, примерной ученицей, ей нравилось учиться и ей это было дано. Грязнокровка, заучка, всезнайка, выскочка, как только её не называли в Хогвартсе. Критиковали абсолютно за всё. Издевались, посмеивались, шептались за спиной. По факту, она была такой же непринятой, не от мира сего, слишком умной, слишком эмоциональной, слишком правильной. Дружба с Гарри и Роном, вселила в неё надежду на то, что не всё потеряно. «Золотое трио» каждый год совершало нечто необычное и важное. Она чувствовала себя значимой, и это было приятно. Из неприметной девочки-подростка, она стала превращаться в довольно привлекательную девушку, а после истории с Виктором Крамом на Рождественском балу, она обрела свою популярность среди парней Хогвартса, хотя её мало интересовали отношения, ей хотелось скорее закончить учебу. Она ни с кем не встречалась и ни в кого не была влюблена. А 6 курс вообще отдалил её ото всех, после разгрома в отделе тайн, разбирательств и обвинений. Она замкнулась в себе, друзья разбились по парам и жизнь потекла своим чередом. Пока она не решила совершить что-то совершенно безумное, и не зашла в исчезательный шкаф. Хрупкая мелкая девчонка, которая решила пойти в неизвестность в одиночку и появилась перед Лордом в логове Пожирателей, сломала его представления о многих вещах, и пленила его сердце и разум. После похищения Долоховым всё слишком быстро закрутилось, даже не было времени на обдумывание происходящего. Новые люди, другая атмосфера, другие эмоции. Хорошая правильная девочка позволила себе больше такой не быть. В один миг, она перестала быть удобной и милой, выпустив наружу своих демонов. Так бывает, когда слишком долго держишь себя в узде, не позволяя себе быть собой. Думая про чужое мнение, косые взгляды и глупые правила. Она осознала, что нужна Ордену, когда она послушная и делает то, что сказано. И ценность её заключается в том, чтобы делать и молчать. Так больше продолжаться не могло. А после 5 этажа Мунго, необоснованных обвинений в предательстве и отказа услышать её доводы, она и вовсе разочаровалась во всем. Если она сошла с ума, то лучше быть сумасшедшей среди своих, таких же сумасшедших, непринятых и неправильных. Так она обрела семью среди Пожирателей смерти и Темного Лорда. Вот так хорошие девочки себя и находят. *** Гермиона внесла всё нужные данные в таблицу и получила точные расчёты. Количество сквибов, среди чистокровных увеличилось на 30% за последние 20 лет, это были довольно большие и говорящие цифры. Количество суицидов увеличилось на 20% за последние 20 лет. Несмотря на то, что 14 лет Лорд Волдеморт отсутствовал. Ментальные заболевания стали проявляться всё чаще. Количество разводов возросло на 60%, потому что люди устали жить без любви, в браках по расчету. Магическое общество проживало довольно сложный период. Многие по-прежнему старались держать лицо, скрывать действительность и делать вид, что они примерные представители чистой крови. А другая часть перестала себя обманывать и шагнула в неизвестность, отказавшись от всего старого и изжившего себя. Гермиона была довольно амбициозной. Она понимала, что действительно может принести много пользы обществу, которое практически себя закапало. Вся её жизнь была словно вызов. Маглорожденная волшебница с самым высоким непредсказуемым потенциалом.Она была опасна для Магического Мира, который не хотел меняться по-хорошему, а всё больше проваливался в отрицание. Всё началось с Хогвартса. Перемены не заставили себя ждать. Она заявила о себе и тем самым поменяла представление о жизни, морали и ценностях, прорастая в сознание каждого и разбивая изнутри привычную картину мира. Всё изменилось, и это больше нельзя было остановить. Стая. Леса Шотландии. Сегодня Джеку из Мунго прислали сообщение о том, что противоядие для тестирования готово, и желающие могут прибыть в Мунго, взяв с собой нужные вещи, с расчетом на 3-7 дней стационара. Гермиона сообщила Фенриру локацию её квартиры, и он должен был к ней зайти на разговор. Скорее всего придется провести в Мунго несколько дней, чтобы собрать нужные данные для доклада и проследить за тестами вакцины. Это было очень волнительно. Паддингтон. Через час сработали охранные чары и Гермиона спустилась на 1 этаж, чтобы открыть двери. Перед ней стоял Фенрир, которого совершенно не замечали проходящие мимо маглы. Она впустила его в квартиру, проверила чары и закрыла дверь. — А здесь довольно неплохо! – Он крепко обнял Гермиону и прижал её к себе. — Я могу попросить эльфа что-нибудь приготовить для нас. – Смущенно сказала Гермиона. — Если ты мне покажешь, где-что лежит, я могу приготовить сам, – Он улыбнулся, Гермиона подняла бровь, – А что? Я же живу в стае, там все должны уметь готовить. Гермиона провела его на кухню, показала холодильник, в котором лежало всё, что нужно. Показала, как включать конфорки на плите, дала сковороду и кастрюлю, показала, где лежат ножи и приправы, надела на него фартук в цветочек, а сама пошла наверх. Техника Фенрира не пугала. Он заточил нож и принялся нарезать мясо для жарки. В кастрюлю налил воду, чтобы сварить рис, и отобрал овощи для салата. Пока Гермиона читала дела бывших авроров, Фенрир готовил обед. Позже она спустилась к нему, чтобы задать пару вопросов об этих людях. — У тебя есть личные дела сотрудников? Да, вот эти 5 человек живут в стае. – Сообщил Фенрир смотря фотографии. — Нам нужно будет на выходных с ними поговорить, ибо, если противоядие сработает, Министерство сможет их снова принять на службу, – ответила Гермиона, – Ты волнуешься, что стая разбежится? — Не знаю. Я пока об этом серьезно не задумывался. В разное время в стае жили от 30 до 250 человек. Большинству идти некуда. У них просто нет дома, поэтому сложно сказать, как они поступят со своей свободой. Думаю, часть точно с удовольствием бы вернулась в Магический мир, если бы была возможность. Пока сложно предугадать их действия. Мы все слишком долго были изолированы от общества. – Гермиона обняла Фенрира и посмотрела в его голубые глаза. — Том попросил взять зелье и провести тесты на потенциал среди волшебников в стае. И тебе мы тоже можем сделать тест. – с С улыбкой ответила Гермиона. — А он на мне сработает? Я же не человек. – С интересом спросил Фенрир. — Но мы можем попробовать. У меня есть зелье на 10 порций. И… кое-что случилось. Мы были в ресторане и там оказался Нотт – младший, он подловил меня в женской уборной и получил откат электрической вспышкой, три раза. — То есть первый разряд его не остановил. Интересно! – Фенрир серьезно смотрел на Гермиону. – Так работает защита, но только в определённом ключе, когда угрожает опасность, возможное насилие, домогательства или просто секс с людьми. Он снова решил распустить руки? И Лорд ничего не сделал? И почему Нотт вообще здесь? — В Дурмстранге у него не срослось. И отец договорился с Хогвартсом. Но поскольку меня там не будет… – Она вздохнула. Фенрир раскладывал еду по тарелкам. — Зря ты его пощадила. С ним явно что-то не так. Я могу сопровождать тебя в Хогвартс, чтобы ты не была там одна. Никто не знает, что он выкинет в следующий раз, – Фенрир недовольно посмотрел на Гермиону и вздохнул, – Присаживайся, – он указал на стол и поставил тарелки. Гермиона села на диванчик, он сел рядом, – Зачем вообще его вернули в школу? Он может быть опасен и для других. — У меня нет ответов, Фенрир. Завтра мне нужно быть в Хогвартсе, в обед. Чтобы поговорить с учениками. — Я буду там тебя ждать. Одной тебе точно там быть нельзя. – Он взял её за руку и притянул к губам. — Давай я дам тебе ключи от квартиры, чтобы у тебя была возможность здесь бывать. — Не боишься? – Хитро посмотрел на неё Фенрир. — Чего именно? Шикарной задницы в моей душевой? – широко улыбнулась Гермиона, – Или Волка в моей постели? Я вроде бы не красная шапочка. – Она закусила губу, чтобы не рассмеяться. Он недовольно цокнул и закатил глаза, а потом притянул её к себе, чтобы поцеловать. — Хорошо. Только надо поставить такие защиты, что бы больше никто не смог проникнуть, ибо если ключи потерять, а ты теперь персонаж важный, может случиться, что угодно. По-хорошему и за мной можно было сейчас проследить. — Просто мы уже параноики, Фенрир! – Они рассмеялись и приступили к трапезе. Судя по вкусу обеда, Фенрир прекрасно умел готовить. Это был плюс. – И Лорд может предложить тебе место. Я думаю, после проведения всех тестов, он готов позвать оборотней работать на Министерство, создать отдел. Это было бы логично, но пока мы не знаем, какие явления останутся после противоядия. И, у меня тут есть гостевая комната. — Спасибо, Гермиона! Ты очень ко мне добра, это приятно. – Он сжал её ладонь. — Просто в квартире удобно, пусть и в магловской. Здесь хороший район, магазины, паромы, парки, рядом вокзал. И у меня есть подключенный камин, и магия тут тоже работает, по крайней мере пока. — Да, всё хорошо, только выгляжу я немного иначе, маглы не готовы. – Он рассмеялся. – Это ты ко мне привыкла. — А ещё, я бы хотела узнать подробнее про «Посвящение» и кем теперь я для тебя являюсь. И почему нельзя было сказать обо всем заранее? – Гермиона прищурила глаза и серьезно посмотрела на Волка. — Так как люди не должны быть вместе с Магическими существами, из-за того, что существа опасны для людей, «Посвящение» помогает дать защиту, оградить от других и дать определенный статус, это не магический брак, в прямом смысле, но магическая связь существ. По факту, в стае, ты моя жена. — То есть, у меня двое мужей? – Улыбнулась Гермиона. – И на Лорда защита не распространяется, потому что он муж номер один? — Нет, потому что он тоже не совсем человек. Уже не человек. Да и ты после всего произошедшего тоже. Каждый из вас двуликий, а я вроде как трехликий, Гермиона. — Том, был в восторге от защиты. И если бы мог, сказал бы тебе спасибо. – Рассмеялась она. – Ты решил, что у тебя не может быть другой женщины? – Она посмотрела в его глаза, а он вздохнул. — Просто я полностью уверен в выборе. Извини, что не рассказал тебе заранее. – Он виновато на неё смотрел. — И как мы будем жить? Втроём? – Весело спросила Гермиона. — А вот это вряд ли! – Послышался голос из коридора и на кухню зашел Лорд. Гермиона опешила. Фенрир поздоровался. – У меня есть новости! Завтра в Мунго прибудут оборотни для тестирования противоядия, наверное, вам обоим стоит побыть там, какое-то время, с утра. — Хорошо! Так и поступим! – Ответила Гермиона, – Я сделала нужную таблицу, Том. Цифры ужасающие. Завтра в Мунго возьму данные по заболеваниям и тоже внесу в таблицу. — И кстати, да! Спасибо, Фенрир! Твоя защита очень помогла. Засранец, Нотт, опять посчитал себя всемогущим. И не потеряй ключи, а лучше сделайте вход через камин. – Лорд был абсолютно спокоен, будто говорил с друзьями. — Чувствую себя максимально неловко. – Сказал Фенрир и потупил взгляд. — Если проблему нельзя решить, остается смириться и научиться с ней жить. Мне не нужны лишние конфликты, и тратить нервы я не хочу. Она будет с тобой под защитой, мне этого достаточно. Об остальном мы сможем поговорить позже. Я буду сейчас часто пропадать в Министерстве, на встречах и в разных местах. И я был бы благодарен, если бы ты смог ей сопровождать туда, где ей лучше одной не появляться. Она будет заниматься делами оборотней, и ты можешь очень помочь. — Пообедаешь? – Смущенно спросила Гермиона. Лорд кивнул. Гермиона взяла третью тарелку, положила рис, мясо и салат. Лорд сел рядом и приступил к трапезе. — Очень вкусно! – Сказал Лорд. — Я старался! – С улыбкой ответил Фенрир. Гермиона улыбнулась. Лорд поднял бровь и расплылся в улыбке. Это была самая неловкая встреча. Но раз они вместе натворили дел, то и расхлебывать будут вместе. Начало было положено. И это было прекрасное чувство. Пообедав, Лорд снова отправился в Министерство. Поцелол Гермиону на прощание и оставил её и Фенрира наедине. После ухода Лорда, они пару минут молчали, пытаясь осознать произошедшее. Кажется, мир сломался. Она была приоритетом их обоих, этого нельзя было отрицать. Хогвартс. Теодор Нотт вернулся в школу. Слизеринцы его приняли, но не от всего сердца. Тео предупредили: еще одна выходка и он вылетает из школы. Он пытался оправдаться, но в это мало кто верил. Он всегда был таким: дерзким, надменным и неприятным. Несмотря на красивую внешность, высокий интеллект и хорошую учёбу. Тест на потенциал оказался серым, никто не удивился. Девушки Хогвартса были недовольны, что ему позволили вернуться назад. Теперь его опасались и избегали. Парни его предупредили: чтобы никаких поползновений в сторону девушек в подобном ключе больше не было, иначе ему не поздоровится. И Тео решил носить маску раскаявшегося и примерного парня, никто ему не верил, но ему было плевать. Джинни была в ужасе от возвращения Нотта, и отказывалась контактировать с ним и сидеть за одним столом. Пэнси выказывала недовольство. А вот Гарри и Рон видели в нем человека, от которого можно получить информацию, разузнав о том, что могло быть полезно Ордену. Нотт знал достаточно от отца Пожирателя, а иногда даже больше. У него был козырь в рукаве, который он был готов использовать, просто ради удовольствия. Просто, потому что мог. Долбаный психопат. Джинни въехала в комнату Гермионы, они с Драко перенесли туда все вещи. И теперь могли полноценно устраивать посиделки в их гостиной, а ни в подземельях Слизерина. Джинни отлично справлялась с полномочиями старосты, с Драко они были отличной командой. Паддингтон. В гостиной стоял большой диван и 2 кресла, журнальный столик и телевизор на тумбе. Фенрир не особо интересовался магловскими изобретениями, но телевизор был вещью интересной. Гермиона дала Фенриру вещи, чтобы он переоделся во что-то более удобное после душа. Нашла какой-то фильм, сделала попкорн в микроволновке, накидала подушек, взяла теплый плед, и пригласила Волка на домашний киносеанс. Гермиона уже многое продумала, купила кое-какие вещи, конкретно для Волка: спортивный костюм, халат, тапочки, носки, зубную щетку, гель для душа и шампунь. Фенрир был польщен и долго улыбался, рассматривая вещи, которые он никогда не носил. Впервые кто-то так о нем позаботился, чтобы ему просто было комфортно в квартире. Когда он спустился к Гермионе, она сидела под пледом в домашней теплой пижаме, с двумя тазиками попкорна и улыбкой до ушей. Она показала на место рядом, постучав ладонью по дивану, Фенрир расплылся в улыбке. — Знаешь, со мной такое впервые! Это очень мило. Спасибо тебе, Гермиона! – Он нырнул к ней под плед и заключил её в объятья. Она включила фильм «Каспер» и наблюдала за меняющимися эмоциями на лице Фенрира, от удивления до полного восторга. Они смотрели фильм, ели попкорн и обнимались. Таким Фенрир еще не занимался. — Я хотела познакомить тебя с моим миром, в котором я родилась, – она смотрела в его глаза полные восторга и это было прекрасно, – В моем мире, люди ходят в кино на свидания, чтобы посмотреть какой-нибудь новый интересный фильм, покупают попкорн и садятся рядом, держатся за руки и целуются. Фенрир внимательно её слушал, смотря в карие улыбающиеся глаза. Она была такой естественной, полной жизни, чарующей, настоящей… А он был Волком, который всю свою жизнь прожил в лесу, а теперь он, лежа на диване, в её гостиной, прижимая её к своей груди, смотрел фильм. Впервые в своей жизни. К вечеру Гермиона попросила Грога приготовить ужин. Он всё сделал и принес в гостиную. Грог был удивлен гостю, но вопросов не задавал. — Так это свидание? – Уточнил Фенрир у Гермионы. — Да! Именно оно. Вот ужин, можно выпить вина. Так делают маглы. – Улыбаясь ответила она. — А что они делают потом? – Фенрир с хитрой улыбкой посмотрел на Гермиону. — А это ты узнаешь позже, в спальне, Фенрир! – Гермиона улыбалась, кусая губы. Она встала и пошла на кухню, чтобы открыть вино и взять бокалы. Фенрир пошел за ней и помог открыть бутылку. Они разлила вино по бокалам, и один передала ему. Он смотрел на неё хищным похотливым взглядом, думая о том, как он снимет с неё эту пижаму. Она прекрасно знала о чем он думает, ведь она думала о том же. После ужина она поднялась в свою комнату, немного нервничая. Она стояла и смотрела на высокую кровать с большим количеством подушек. Фенрир подошел к Гермионе сзади и обнял. Его большая цепкая рука осторожно гладила её живот. — Так вот какая у тебя спальня, Гермиона! – Сказал он гортанным низким басом, который отзывался внизу живота. Он когтями поддел верх пижамы и стянул её через голову, кинув на пол, Гермина стыдливо прикрылась руками. Волк присел, опустив вниз её пижамные штаны, белья на ней не было. Она стояла полностью обнаженная, он любовался этой картиной стягивая с себя майку и подходя ближе. Он убрал её волосы в сторону и начал целовать её нежную шею, скользя когтистыми пальцами по груди, осторожно касаясь сосков и спускаясь ниже, погружая ладонь между ног, где было влажно и горячо. Гермиона издала стон, и Волк крепко прижал ее к себе. Она чувствовала жар его тела, температура тела волка была выше, чем у людей. Его запах был словно дурман. Он подвел её к кровати и уложил животом на одеяло, а сам встал на колени. Целуя её бедра и ягодицы, и облизывая её своим длинным волчьим языком, проводя им от половых губ до крестца. Гермиона стонала и дрожала, он делал это так искусно, что казалась оргазм накроет её прямо сейчас, так и вышло, через пару минут, Гермиону накрыла сильнейшая волна и конвульсии содрогали всё тело. — Это было необходимо! Чем более расслабленной и влажной ты будешь, тем будет проще его принять. – Он томно шептал ей на ухо вибрирующим низким басом. Она уткнулась носом в одеяло и закрыла глаза. Фенрир снял штаны, взяв в руки член и провел им по влажным половым губам, увлажняя головку. Гермиона дрожала, кусая свои губы от волнения. — Я постараюсь быть осторожным, если будет больно скажи, и я остановлюсь. Хорошо? – Она кивнула и крепче схватилась за одеяло. Он уперся членом в преддверие влагалища и сделав аккуратный толчок, проскользнул внутрь и остановился. Гермиона вскрикнула и перестала дышать, – Всё в порядке? – Она кивнула. Волк начал медленно двигаться внутри узкого влажного пространства. Он целовал её спину, плечи, кусал её за холку, а она стонала всё громче, сжимая ладонями одеяло. Он просунул руку к клитору и начал нежные круговые движения. Гермиона утонула в эмоциях, мышцы сокращались, а ноги дрожали от напряжения. Его движения стали более уверенными, Гермионе не было больно, просто чувствительность это позы была запредельной, а его пальцы наращивали темп, заставляя её громко стонать и содрогаться. Вторая волна накрыла её еще сильнее, тело неконтролируемо били конвульсии, он крепко её держал, чувствуя, как её мышцы сильно сжимают его член внутри. Он перевернул её лицом к себе и грубо её поцеловал, из уст сорвался громкий стон, он притянул её бедра своему паху, она посмотрела на его член и непроизвольно свела ноги, он улыбнулся и нежно раздвинул бедра снова, направив член внутрь. Гермиона застонала и откинулась на кровать, его рука осторожно массировала клитор, заставляя бедра дрожать. Она чувствовала его горячий член внутри себя, нежные прикосновения к её коже и проваливалась в бездну удовольствия. Лорд стоял на первом этаже возле камина, слушая её громкие стоны и его звериный рык. Это было невыносимо… возбуждающе. Он никак не мог уйти. Ему было больно это слушать, но Мерлин!!! Она кричала сильнее, дыхание сбивалось. Фенрир рычал всё громче… — Фенрир, если ты её снова укусишь, я трахну вас обоих! – Громко воскликнул Лорд и вышел в камин. Гермиона не смогла сдержать смех…и тут её накрыла третья волна и Фенрир не выдержал давления внутри, и излился в неё горячим семенем, громко рыча. — Вот, чёрт! Это было слишком неожиданно, – Прошептал Фенрир. Гермиона стыдливо закрыла глаза. – У него стальные яйца! Кажется, они все вместе перешли границы дозволенного, но ведь это жизнь. Кто-то выбирает бессмертие, а кто-то любовь Волка. Каждый платит свою цену, за свои желания. Утро следующего дня началось с душа, кофе и завтрака, который приготовил Фенрир, стоя за плитой в одном фартуке на голое тело. Гермиона порыв оценила, внимательно наблюдая за голой задницей Фенрира, стоя в дверях кухни. Играло радио. Фенрир готовил омлет с беконом и помидорами и подпевал песне, хотя слышал её впервые. — Приятно видеть тебя таким, – сказала Гермиона, – В моем мире, готовящим завтрак в одном фартуке…на голое тело, – она улыбалась и кусала губы, – Даже и мечтать не смела. — Я могу его снять, только одно твое слово. – он хитро посмотрел на неё и широко улыбнулся. Она подошла ближе и встала на цыпочки, что его поцеловать, он прижал её к себе и крепко обнял, – Присаживайся, завтрак почти готов. А потом нам нужно в Мунго. Сегодня очень важный день. В своем кабинете, на столе, Гермиона нашла, запечатанное министерской печатью письмо, адресованное Рубеусу Хагриду. И письмо от Амикуса: «Пятница. 15.00. Большой зал». Гермиона улыбнулась и положила письмо в сумку. После завтрака, они собрались и отправились в Мунго. Гермиона была в министерской форме, Фенрир в кожаных штанах, сапогах, рубашке и легкой куртке. У входа в Мунго они встретили Джека и остальную семерку, которые пришли сдавать кровь на антитела, и десять человек, которые пришли испытывать противоядие. Гермиона обняла Джека и поздоровалась со всеми остальными. Все очень нервничали. Заведующий отделением Барри Освальд поместил всех на 5 этаж, в свободное крыло, которое было подготовлено специально для оборотней на 1 неделю. Там были специальные двери и окна, кровати, закрепленные на полу и другие защиты, для буйных пациентов. Фенрир стоял рядом с Гермионой, держа её за плечи, она растирала ладони и никак не могла успокоиться. Они смотрели через окно на оборотней, которые расположились в палате, держа в руках бутыльки с противоядием. Они бросали взволнованные взгляды на Гермиону и Фенрира, показывая жестами, что всё будет в порядке. Персонал вызвал подкрепление и охрану на всякий случай, ибо никто не знал, как начнет работать противоядие. Колдомедики расположили пациентов на кроватях и закрепили ремни по всему телу, иначе поступить нельзя, но никто не был против. Противоядие влили каждому в рот, и колдомедики быстро выбежали из палаты, закрыв двери. Сначала пару минут ничего не происходило, оборотни смотрели друг на друга и улыбались. Первой накрыло женщину, тело начало трясти, глаза загорелись желтым, спина стала выгибаться, а руки дрожать. Она закричала, содрогаясь от боли, а потом всё прекратилось и тело обмякло на кровати. Было видно, что она дышала, значит всё в порядке. Гермиона сжала руку Фенрира, Освальд бросил заинтересованный взгляд на парочку. Потом тоже самое произошло с остальными, поднялся крик и рёв, и через пару минут всё закончилось. Колдомедики и медбратья зашли в палату, чтобы проверить жизненные показатели. В целом, все были в норме, не считая нервного истощения. У всех взяли анализ крови. Через полчаса каждый из них пришел в себя. У остальных, кто пришел с Джеком, так же взяли кровь. Они ожидали в коридоре результатов, и тоже нервничали. Гермиона заметила в коридоре Тонкс, сидящую около кабинета, и подошла к ней. — Привет! – Сказала Гермиона, и Дора ее обняла. — Привет, Гермиона! – Дора улыбнулась. Из кабинета вышел Римус, сжимая руку в локте. Сегодня он тоже пришел сдать анализ на антитела. — Привет, Гермиона! Да-да, я тоже решился! Выбора не было, – сказал тихо Люпин, посмотрев на Фенрира, стоящего в 10 метра от него, – А вы? — Мы пришли с членами стаи, одни на тесты противоядия, другие на антитела. Если всё получится, то это будет прорыв! – С воодушевлением сообщила Гермиона. — И давно вы вместе? – Он посмотрел на кольцо в форме леса на её руке, из-под которого была видна отметина. Люпин прекрасно знал, что это значит. – Я шокирован, Гермиона! – Гермиона улыбнулась. — Так сложилось, Римус! Я не могу это объяснить. Спроси Дору, как это происходит. – Тонкс улыбалась и сжимала руку Римуса. — Я рад, что всё в порядке. – Римус протянул руку Гермионе, и она сжала его ладонь. — Я тоже, Римус! Я очень рада. Пусть всё получится. – Дора еще раз обняла Гермиону, и они с Люпином отправились в холл, ожидать результатов анализов. Фенрир стоял у окна палаты и наблюдал за членами стаи. Гермиона решила пройтись по отделению и зашла в общее пространство для пациентов 5 этажа. Она обратила внимание на маленькую женскую фигуру в розовом халате, сидящую в инвалидном кресле у окна, которая что-то шептала себе под нос. Гермиона узнала в ней Долорес Амбридж. После 5 курса и случая в лесу, когда на Абмридж напали кентавры, она потеряла рассудок и была помещена на 5 этаж Мунго, к сожалению, вылечить её не получилось. Поражение разума оказалось слишком обширным. Гермиона с грустью смотрела на сломленную сгорбленную маленькую женщину, смотревшую в окно. Это было душераздирающее зрелище. Не смотря на то, каким невыносимым человеком была Амбридж, Гермионе было её жаль. Долорес Джейн Амбридж. Долорес Джейн Амбридж родилась 1 ноября 1945 года в семье маглы Эллен Кракнелл и волшебника Орфорда Амбридж, который работал уборщиком в Министерстве магии. Она была старшей дочерью. В семье было еще 3 детей. И только Долорес оказалась волшебницей, остальные были сквибами. Брак родителей был несчастливым, они жили за чертой бедности. Мать невзлюбила дочь, за то, что только она единственная была волшебницей. Мать любила выпить и всю злость вымещала на дочери, которая должна была смотреть за братом и сестрами. Как старшей сестре, ей пришлось выполнять все обязанности её матери, пока мать лежала пьяной в своей комнате. Долорес растила детей с младенчества, пока отец, как мог, зарабатывал деньги. Когда началась школа и Долорес пришлось уехать в Хогвартс, мать стала относиться к ней ещё хуже. Долорес разрывалась между учебой и семьей, приезжая на каникулы в дом, где царил постоянный бардак, дети были голодными и неухоженными. Долорес училась на факультете Слизерин, и её, как полукровку не жаловали. Приходилось усердно учиться и выгрызать себе путь в светлое будущее любыми способами. Было очень тяжело, но ей очень хотелось доказать всем, что она достойна большего. Когда Долорес было 15, мать подала на развод, забрала троих детей и навсегда вернулась в немагический мир, оставив Долорес с отцом. Позже Долорес узнала, что мать сдала брата и сестер в детский дом, но Долорес никак не могла им помочь, потому что у нее не было возможностей, а отец сам бы не справился. Долорес отдала всё свое детство на воспитание детей своей матери. Она стала взрослой слишком рано, жила в нищете и тянула дом на своих плечах. Поэтому, она всеми способами старалась вырваться из этого порочного круга. И у неё это получилось. Она отказалась от замужества и рождения детей, потому что ненавидела детей, которые забрали у неё детство. Она полностью отдалась работе, и хранила ненависть к своей матери магле всю свою жизнь. Брата и сестер найти не получилось, хотя она очень старалась. Отца она отправила на пенсию, помогая ему деньгами, чтобы он лишний раз не светился в Министерстве и не портил ей репутацию. Всю свою жизнь Долорес боролась за своё выживание: дома, в школе и после. Вся жизнь как борьба, за жалкие крупицы нормальности. В конечном итоге, уставшая обозленная женщина, не знавшая любви и тепла, просто потеряла разум и оказалась на 5 этаже Мунго. У всего есть свой итог. Иногда он грустный и несправедливый, но такова жизнь. *** Гермиона подошла ближе к Амбридж и села на корточки, взяв Долорес за руку. Долорес посмотрела на ладони и продолжила повторять: — Я ненавижу детей! Я наведу здесь порядок! – Смотря отсутствующим взглядом. Сердце Гермионы разбилось на тысячу осколков, она смотрела вокруг и наблюдала много потерянных людей, которые, скорее всего, больше никогда не вернуться к нормальной жизни. В углу большого помещения, Гермиона заметила родителей Невилла, Фрэнка и Алису, которые сидели за одним столом и перебирали какие-то фантики, лежащие на столе. На лице Гермионы выступили слёзы. Было очень жаль родителей Невилла, которые вот уже 16 лет находились в подобном состоянии. Да, они узнавали сына и проявляли эмоции, но были совсем потеряны для общества. Гермиона подошла к их столу и села на стул. — Здравствуйте, я подруга вашего сына Невилла, Гермиона! – Алиса с улыбкой посмотрела на Гермиону и протянула ей фантик от конфеты, слёзы по щекам Гермионы потекли сильнее. Фрэнк обратил на это внимание и поднес салфетку к её лицу, что б вытереть слёзы. Алиса взяла её за руку и сильно её сжала, как бы говоря ей «не плачь, всё в порядке», ладонь Гермионы начала светиться белым ярким светом, Фрэнк и Алиса уставились на ладонь и Фрэнк протянул свою руку в ответ… и тут случился сильнейший выброс стихийной магии, который накрыл всю комнату. Свет прошел через каждого человека, который находился в комнате. Гермиона, Фрэнк и Алиса потеряли сознание. Персонал так и не понял, что случилось, в отделение сбежались медбратья, колдомедики и Фенрир, который вынес Гермиону на руках, прижимая к себе. Все бегали вокруг, помогая пациентам встать. Алису и Фрэнка на отлевиторовали в их палату. Гермиона пришла в себя на руках Фенрира, в своем истинном обличье. Она открыла аконитово-голубые глаза и посмотрела на Фенрира: — Что случилось? – Удивленно спросила она. — Вспышка. Ты снова это сделала! – Он крепко прижимал её к себе. Барри предложил уложить Гермиону на кровать и проверить её состояние, ошарашенно глядя на её изменившуюся внешность, – Всё в порядке, мистер Освальд! У неё два обличия. Просто сбились настройки. – С улыбкой сообщил Фенрир. Состояние Гермионы было нормальным, проверка не показала никаких отклонений. — И часто это происходит? – Поинтересовался Освальд. — Иногда, – ответила Гермиона, – Я не могу это контролировать, когда эмоции берут верх. — Это всё ваш белый потенциал, я правильно понимаю, миссис Реддл? – С интересом спросил Освальд. — Да, это моя способность. Пока я не знаю, как точно она работает, но я в процессе познания. — Это произошло с оборотнями? Ведь так? – Серьезно спросил Освальд. — Да, мистер Освальд. Именно так и было. – Тихо ответила она. — Вы понимаете, какой вы феномен, миссис Реддл? И как вы ценны и важны для Магического общества? – Взволнованно говорил Освальд. — Именно поэтому я здесь. Поэтому я со стаей. – Улыбнулась она. — Нам нужно изучить этот феномен. Найдите, пожалуйста, для нас время. Возможно, мы сможем работать вместе на благо общества, – Улыбнулся он, – У всех, кто сдавал кровь на антитела, они обнаружены. Это значит, что из сыворотки крови, можно будет изготовить противоядие. Миссис Реддл, вы спасете тысячи жизней. Через пару часов мы будем проверять результаты противоядия. Думаю, всё должно сработать. Гермионе дали восстанавливающее зелье. Она с помощью палочки изменила внешность и всё встало на свои места. Оборотни, которые прошли через вспышку не нуждались в противоядии, но они сами были важны, как доноры. 9 человек было недостаточно, поэтому Гермионе придется провести через вспышку, еще пару десятков человек. Главное, что бы хватило сил. Показатели Фрэнка и Алисы были нормальными, но они еще были без сознания. Им дали восстанавливающие зелья и ждали их пробуждения. Остальным пациентам дали успокаивающее зелье, развели всех по палатам и уложили спать, никто не знал, как может подействовать вспышка на их сознание. Фенрир помог Гермионе подняться, у них сегодня была еще запланирована встреча в Хогвартсе в 15.00, от которой нельзя было отказаться. Они вышли из Мунго, до встречи в Хогвартсе оставалось три часа. И они вернулись в квартиру. Паддингтон. Фенрир обнимал и успокаивал Гермиону. После того, что она увидела на 5 этаже, её эмоциональное состояние было на нуле. Все эти люди, не имеют будущего. Разум может быть помощником, а может быть тюрьмой. Зрелище оказалось настолько страшным, что она плакала в объятиях Фенрира и не могла остановиться. — Гермиона, к сожалению, в жизни бывают свои сюрпризы. Ты же понимаешь, что нельзя спасти всех. Нельзя всем помочь. Все ментальные заболевания плохо поддаются лечению, – говорил Фенрир, – Да, это очень страшно и больно, но пока нет зелий, которые могут вернуть разум. — Родители Невилла! Они в таком состоянии 16 лет. Такие беззащитные и беспомощные, как дети, – она хлюпала носом и вытирала слёзы рукой, – Я собственными руками лишила своих родителей воспоминаний, Фенрир! Я сама стерла их память, чтобы не подвергать их опасности и отправила их на другой конец планеты. Они даже не помнят, что у них есть дочь. Понимаешь? — Но ты это сделала, чтобы их защитить! И насколько я знаю, память можно восстановить, хотя Обливиэйт вещь слишком серьёзная. Мне очень жаль, Гермиона, что на это пришлось пойти! Но я уверен, что всё можно решить, – сказал серьезно Фенрир. – Когда всё устаканится, думаю, можно будет подумать о возвращении родителей в Лондон. В твоих руках много возможностей, всё получится. Фенрир заварил травяной чай для Гермионы и сделал парочку бутербродов, и они пошли в гостиную. — Давай ты перекусишь, немного отдохнёшь и мы отправимся в Хогвартс, – Гермиона сделала глоток чая и кивнула. Фенрир укутал её в плед и включил телевизор. Гермиона попросила Грога приготовить что-нибудь на обед и подать к 14.00. Фенрир обнимал Гермиону, она молчала и была очень расстроена. В голове не было ни одной мысли о том, что она будет говорить ученикам Хогвартса. С одной стороны, ей были понятны сомнения и страхи, некоторых из них, с другой, это же такая удача, понять какой у тебя потенциал, узнать на что ты способен и развивать это. Хогвартс. Пообедав, Гермиона и Фенрир отправились через камин в Хогвартс. Северус и Амикус были в кабинете. — Добрый день! Директор, профессор! – Улыбнулась Гермиона. Северус кивнул. — Добрый день, миссис Реддл! Фенрир! В 15.00 все соберутся в Большом зале. – Сказал Амикус. — Мне еще нужно зайти к Рубеусу, у меня для него важное постановление, – Северус поднял бровь, – Министерство дает согласие и разрешение на пользование волшебной палочкой Рубеусу Хагриду, официально. — Это очень приятная новость, миссис Реддл! Думаю, он будет очень рад. – Ответил Северус. Гермиона улыбнулась. Фенрир и Гермиона вышли из кабинета и направились к Хагриду. В коридорах были ученики, которые оборачивались и перешептывались, реагируя на гостей. Они спустились к хижине Хагрида, он был дома. Фенрир остался на улице. Гермиона постучала в дверь, Хагрид открыл и застыл, глядя на Гермиону большими глазами, и кидая взгляд на Фенрира. — Я могу войти? – Тихо спросила она. — Конечно, миссис Реддл! Проходите, – Ответил взволнованный Рубеус. — Рубеус, называй меня Гермиона, пожалуйста. Я пришла поговорить, – смущенно сказала она, – И очень надеюсь, что ты меня поймешь, – он внимательно слушал, – Я знаю, что то, что происходит, тебе совсем не по душе. И наверное, это очень сложно принять. Я не буду оправдываться, потому что за чувства не оправдываются. Мне очень жаль, что Том так сильно повлиял на твою жизнь, – она взяла его за руку, – и большой и сильный Хагрид задрожал как лист, – Я знаю, что нельзя простить того поступка, который совершил Том, в отношении тебя. И я знаю, как тебе больно осознавать, что этот человек захватил власть в Магической Британии. Я не буду искать ему оправданий, это бесполезно и неправильно, но я очень хочу, в качестве извинения, и потому что так будет справедливо, передать тебе это. – Она протянула ему письмо. Он удивленно посмотрел на печать Министерства. Открыл письмо: «Уважаемый Рубеус Хагрид, данным письмом сообщаем Вам, что постановлением Министерства Магии, было решено на законных основаниях, позволить вам официально использовать волшебную палочку, так как вы являетесь полноправным членом магического общества и волшебником. Примите наши извинения и поздравления. Заместитель министра Анна Лествуд». У Хагрида затряслись руки, а на глазах появились слёзы. Он заключил Гермиону в объятья, а она обняла его. — Извини меня, что мы так долго не общались. Мне было очень стыдно, после всего смотреть тебе в глаза, Рубеус. Прости, пожалуйста! – Гермиона расчувствовалась и начала вытирала слёзы. — Я всё понимаю, Гермиона. Иногда, жизнь очень непредсказуема. Ты ни в чём не виновата. – Хагрид очень скучал по Гермионе, и очень долго ждал волшебную палочку – Я очень рад тебя видеть! — Я тоже очень рада, Рубеус! В 15.00 будет собрание для учеников. Я буду выступать перед всеми, немного нервничаю! – Хагрид прижал её крепче к себе. — Я уверен, твоя речь будет превосходной! Я в этом уверен! Гермиона вышла от Хагрида, вытирая слёзы. Фенрир посмотрел на неё и достал салфетку из кармана. — Сегодня слишком эмоциональный день! – Он вытирал слёзы салфеткой с её лица. Хагрид наблюдал за ними через окно, и внутри что-то надломилось и трещины расползлись во все стороны. В 14.55 они пришли в зал. Все столы были заполнены учениками. Преподаватели тоже сидели на своих местах. Все взгляды были прикованы к Гермионе и Фенриру. Гермиона бросила взгляд на стол Слизерина, Джинни, Драко и Блейз помахали ей рукой. Потом Гермиона заметила Теодора Нотта, который ей подмигнул и отправил воздушный поцелуй. Фенрир с прищуром посмотрел на Нотта и тот убрал усмешку с лица. Снейп пригласил Гермиону к кафедре. Гермиона поздоровалась с учениками и начала свою речь. — Я знаю, как бывает страшно за собственное будущее. Будучи детьми, мы не способны принимать взвешенные решения. Очень часто, мы сами не знаем, чего именно мы хотим, но это абсолютно нормально. Ведь жизнь может менять свои направления, и мы не можем их предугадать. В немагическом мире есть такое понятие как талант, это то, что дано человеку с рождения. Врожденный талант к рисованию, пению, игре на музыкальных инструментах. Это то, к чему лежит душа. Люди стараются развивать свои таланты и таланты своих детей, отдавая их в специальные школы и кружки. В Магическом мире это называется потенциалом, и узнать свой истинный потенциал, это, действительно, большая удача, а иногда и привилегия. Самое главное, что каждый из вас должен понимать, это то, что никто не имеет право заставлять вас делать то, чего вы не хотите. Тест на потенциал не обязывает вас заниматься тем, что покажет потенциал, если у вас к этому не лежит душа. У вас всегда есть выбор, и вы можете не выбирать становиться воином, или лекарем, или работником структур. Тест указывает на то, где вы можете преуспеть больше всего. Знать это очень важно, ибо всё может измениться, и вы захотите стать кем-то другим, когда придет время. В Хогвартсе будут общеобразовательные классы для тех, кто не хочет идти по пути потенциала, но если ваш потенциал совпадает с вашими желаниями, то это будет самый верный и наилучший выбор на данный момент. В течении жизни, мы можем освоить совершенно разные навыки, и никто не может вешать на нас клеймо, потому что каждый способен развиваться в любой отрасли. Не нужно бояться делать тест, потому что цвет потенциала, не определяет вас как личность, он определяет предрасположенность к тем или иным магическим вещам. Нашу личность определяют, наши увлечения, иногда наши поступки, наши мечты, а тест на потенциал, это всего лишь инструмент в ваших руках, которым можно воспользоваться во благо для себя и своего будущего. Не нужно бояться себя и своего скрытого потенциала, его нужно принять с гордостью, за себя, за свои возможности, за данность от рождения. Только вы сами делаете выбор и определяете свою судьбу. Вы можете не принимать результат теста, а можете довериться ему и дать себе шанс попробовать. Всё можно изменить, всегда можно узнать что-то новое и чему-либо научиться. Доверяйте своему сердцу и своему чутью. Тест просто способ узнать себя лучше. Позвольте себе, познакомиться с собой! Благодарю! – Раздались аплодисменты. Фенрир стоял у стены, внимательно смотря и слушая Гермиону, и так же хлопал. Слизеринцы кричали громче всех. Гермионе было очень приятно. Гарри и Рон еще не делали теста на потенциал, хотя большинство учеников без проблем согласились. Это было обязательное условие для всех, дабы ученики понимали себя. Всем, кто был не согласен сделать тест, предлагали перевестись в другие школы, и не мучать себя обучением там, где они чего-то не принимают. Это было справедливо. Джинни с Драко подошли к Гермионе. Джинни обняла подругу, Драко поздоровался с Фенриром. — Вижу, засранец вернулся? – Гермиона кивнула на Нотта. — Да, приняли его не очень радушно. Многие его просто избегают. – Ответила Джинни. — Думаю, он больше не станет ничего подобного делать. Если он не закончит школу, путь в нормальную жизнь для него будет закрыт. – Сказал Драко. Фенрир не отходил от Гермионы ни на шаг. Нотт таращился на них, и не отводил взгляд. Выглядело это пугающе, Гермиона напряглась, и Фенрир это заметил. — Если здесь дел больше нет, нам лучше уйти. – Прошептал Фенрир на ухо Гермионе. — Да, мы так и сделаем. – Гермиона подошла к Северусу и Амикусу. Амикус поблагодарил её за визит, и Фенрир с Гермионой ушли в кабинет директора, чтобы через камин уйти в квартиру. Паддингтон. — Я забыла взять у Освальда данные о заболеваниях, а мне нужно было внести их в таблицу – С грустью сообщила она. — Мы можем в любое время вернуться. Он будет держать нас в курсе дел. Не волнуйся. – Спокойно ответил Фенрир. — Завтра надо быть в стае. Поговорить со всеми и сделать тесты на потенциал волшебникам. – Гермиона вздохнула. – А что будет с маглами? – Она серьезно посмотрела на Фенрира. — Думаю, у них будет возможность вернуться в немагический мир. Часть из них периодически посещают своих родных, но поскольку они довольно опасны для магловского сообщества, то предпочитают жить в стае. Если такой нужды не будет, они смогут её покинуть и начать нормальную жизнь. – Фенрир обнял Гермиону, и она расслабилась. – Всё будет нормально. Много всего предстоит сделать, но времени у нас хватает. На руке Гермионы активировалась метка, это был «вызов». — Так, Том хочет меня видеть. Будь здесь. Я схожу в Министерство. – Сказала Гермиона и шагнула в камин. Министерство Магии. — Привет! – Сказала Гермиона выходя из камина, – Что-то срочное? – Лорд стоял у стола, сложив руки на груди. — Что сегодня случилось в Мунго? – Серьезно спросил он. — Случилась вспышка. Я потеряла контроль, – Спокойно ответила Гермиона. — Освальд сказал, что с пациентами что-то произошло. Надо снова посетить Мунго, – он протянул ей руку, и она подошла ближе. Он её обнял, – Тебе нужно быть осторожнее, это дойдет до газет и будет много вопросов. — Освальд предложил сделать кое-какие тесты для меня. И сегодня были первые тесты противоядия. И антитела выявили у всех, кто прошел вспышку. – Сказала Гермиона обнимая Лорда. Он поцеловал её в макушку и выдохнул. — Всё развивается очень стремительно. Я принесу вечером зелья потенциала для стаи. И тебе нужно снова сходить в Мунго, наверное, прямо сейчас. Освальд был очень взволнован. — Хорошо, тогда я с Фенриром отправлюсь туда. – Она поцеловала Лорда и вышла в камин. Паддингтон. — Фенрир, нам срочно нужно в Мунго, к Освальду. Что-то произошло после вспышки. Больница Святого Мунго. Гермиона и Фенрир снова появились в холле больницы. Освальд уже их ожидал. — Миссис Реддл, нам нужно поговорить и обсудить произошедшее. Пройдемте на 5 этаж. – Освальд был взволнован и не мог сдержать эмоции. На пятом этаже была суматоха. Было много колдомедиков и медбратьев, бегающих туда-сюда. Напряжение нарастало. — Через 4 часа после вспышки, Алиса и Фрэнк Долгопупсы пришли в себя. Они в полном сознании и… Чистом разуме. Они снова могут говорить и всё понимают. – У Освальда дрожали руки, когда он это говорил. – Мы уже связались с Августой, она должна скоро прибыть вместе с Невиллом. — Что? Вы хотите сказать, что после вспышки к ним вернулся разум? – Глаза Гермионы округлились и руки начали дрожать. — Да, именно это я и хочу сказать. Ваш дар, миссис Реддл. Это феноменально! – У Освальда горели глаза. Фенрир был абсолютно спокоен, он знал на что способна Гермиона, ведь она его достала с того света.Фенрир взял Гермиону за руку, чтобы немного её успокоить. — Всё в порядке. Ты уже это делала, нет ничего удивительного в том, что они изменились. – Фенрир смотрел ей в глаза, а Гермиона волновалась всё больше. В палате номер 512, на кроватях, сидели Алиса и Фрэнк, смотря друг на друга и держась за руки. Когда Гермиона вошла в палату, Алиса расплакалась и встала, чтобы её обнять. Гермиона не смогла сдержать эмоций и тоже расплакалась. — Спа-си-бо! – Алиса говорила медленно, на восстановление речи нужно было время. Фрэнк подошел к Гермионе и взял её за руку. У всех был шок от произошедшего. Проверка показала, что мозг восстановился на 80 %, почти все функции пришли в норму. Это было настоящее чудо. В дверях появилась Августа с Невиллом, и они застали странную картину. Невилл не понимал, что происходит. Алиса увидела сына и бросилась к нему в объятия. Фрэнк подошел к матери и обнял её. — Сынок! – Августа и Алиса сказали это одновременно. И всех разъебало в клочья. Гермиона вышла из палаты вся в слезах, Фенрир ждал её в коридоре и заключил её в объятья. — Ты сотворила ещё одно чудо, Гермиона. Это значит, что чудеса небывалой силы войдут в этот мир, благодаря тебе! – Он прижал её к своей груди и поцеловал в макушку. Освальд наблюдал за этой картиной, но вопросов у него не было. — Миссис Реддл, это еще не всё. К пациентам, попавшим под вспышку, стали возвращаться когнитивные функции, еще 15 человек стали приходить в себя. Поэтому здесь начался полный хаос. Мы провели диагностику, и у большинства восстановление разума в районе 70-90%. Этого нельзя было добиться ничем. Нет никаких зелий и заклинаний способных помочь таким пациентам. К сожалению, мы не сможем держать это долго в секрете, слишком много людей об этом знают, поэтому будьте готовы к новой волне славы. Невилл выбежал из палаты в поисках Гермионы, весь в слезах, дрожащий и шокированный. Он подошел к Гермионе и взял её за руку. — Я не знаю, как ты это сделала, Гермиона! – Он крепко ей обнял и расплакался так сильно, что, казалось, вся больница слышала этот рёв, – Ты вернула моих родителей! – Он сильнее сжимал её в объятьях, – Я всю жизнь буду тебе благодарен. – Августа вышла из палаты смотря на плачущего внука и Гермиону. — Миссис Реддл, это настоящее чудо! Мы никогда не сможем по-настоящему вас отблагодарить. – Она взяла её за руку и крепко её сжала. Невилл выпустил Гермиону из своих объятий, вытер слёзы и снова пошел к родителям. — Мы еще проведем тесты, сделаем нужные анализы, и, если всё будет в порядке, сможем выписать мистера и миссис Долгопупсов в течении пары дней. – Сообщил Освальд Августе. Это был слишком эмоциональный день. Гермиона прошла по этажу и снова забрела в общую комнату для пациентов. У окна, в инвалидном кресле сидела Долорес Амбридж и смотрела в окно, она заметила Гермиону и грустно улыбнулась. — Здравствуйте, профессор Амбридж, – Гермиона подошла ближе и Долорес расплакалась. – Вам больше не нужно быть сильной, вам не нужно обороняться от других людей и не нужно никому ничего доказывать. – Гермиона взяла её за руку. — Здравствуйте, мисс Грейнджер. Сколько времени я здесь провела? – Грустно спросила она. — Чуть больше года, профессор. – Тихо ответила Гермиона. — И что будет дальше? Меня отправят в Азкабан? – Она смотрела заплаканными глазами в лицо Гермионы, сломленная маленькая женщина у которой никого не было. — Нет, профессор. Для вас будет разработана программа реабилитации и будет оказана помощь, в том числе и психологическая, чтобы вы могли вернуться в магический мир и полноценно жить в обществе. – Долорес сжала её ладонь. — Но я… Я столько всего сделала. Я ужасный человек!!! — Это будет второй шанс. Разрешите себе его получить и сделайте всё, чтобы быть счастливой. Позвольте себе быть счастливой, профессор! — Миссис Реддл, вы просили данные по заболеваниям, я приготовил для вас данные. – Обратился к Гермионе Освальд. Амбридж вопросительно подняла бровь. — Миссис Реддл? – Она с удивлением посмотрела на Гермиону, – Лорд Волдеморт победил? – Заплаканные глаза Долорес округлились от ужаса. — Не пугайтесь, профессор. Всё в порядке. Мир немного изменился, вам помогут и всё будет хорошо. – Гермиона посмотрела на шокированную Долорес и крепче сжала её ладонь. – Вам проведут диагностику и смогут выписать в ближайшую неделю, если всё будет в порядке. Мы дадим вам соцработника на первое время и вам окажут нужную помощь и поддержу. — Спасибо вам, миссис Реддл! – Долорес отпустила её руку и громко вздохнула. Гермиона забрала свиток у Освальда и вышла в коридор, где ей ждал Фенрир. — Освальд сказал, что первая проверка после противоядия показала положительную динамику. Это значит, что противоядие работает. В течении трех дней будут наблюдать, и если всё будет в порядке, то выпишут. И можно будет использовать противоядие для остальных. – Сообщил Фенрир. — Это очень хорошая новость. Том сказал, что сегодня передаст зелье потенциала, чтобы мы завтра смогли сделать тесты. Так что, завтра будет сложный день. – Она вздохнула и обняла Фенрира. — Пошли домой! Я приготовлю нам ужин, посмотрим что-нибудь по телеку, – ласково ответил Фенрир, – Можем пригласить Лорда на ужин и вечерний киносеанс! – Гермиона громко рассмеялась. Это был очень сложный и длинный день. Они вернулись в квартиру. Паддингтон. Фенрир принял душ, переоделся в домашнее и пошел готовить ужин. Гермиона была в своем кабинете за компьютером, вводила данные по заболеваниям в таблицу. Лорд вышел из камина с небольшим ящиком в руках, там было зелье. Он прошел на кухню и застал Фенрира за готовкой. — Ты всё еще здесь, Волк? – Улыбаясь спросил Лорд. Фенрир повернулся и поздоровался. — Да, сегодня был очень сложный день. Я не мог её оставить одну. — Она не одна. У неё еще есть Я. Помни об этом. – Хитро сказал он. — Об этом сложно забыть! – Усмехнулся Фенрир. – Она в своем кабинете. Лорд поднялся на 2 этаж в кабинет Гермионы. Поставил на стол ящик с зельем. Гермиона обернулась. — Ты как? – Лорд коснулся её лица и провел пальцем по щеке. — Я в порядке, но день оказался сложным. Вспышка затронула 17 человек, все начали приходить в себя. К родителям Невилла вернулся разум. – Тихо говорила Гермиона. – Освальд сказал, что не получится долго это скрывать, и всё просочится в прессу. — Здесь зелье для стаи. – Он кивнул на ящик, – За прессу не беспокойся. — Хорошо! Спасибо! – Сказала Гермиона. — Когда ты вернешься ко мне? – Серьезно спросил он. — Когда разберемся с делами в стае. Наверное, в воскресенье. Мне же в понедельник нужно быть в Министерстве Магии? Я так понимаю? — Да, в понедельник нужно быть там, – Лорд наклонился, чтобы её поцеловать, – Если ты захочешь меня увидеть, ты знаешь, где меня искать, – Лорд спустился вниз, посмотрел на Фенрира, который ставил тарелки с ужином на стол в гостиной, и подумал о том, что по крайней мере Фенрир о ней заботится и голодной она точно не останется. Где-то в подреберье немного ныло, но было уже гораздо легче. С Волком она в безопасности, он спас её от Ордена, он рядом, когда это ей нужно. Возможно, он даёт ей то, что Лорд дать не в силах. Наверное, это было смирение. — Фенрир, береги её, пожалуйста! Никто не знает, во что может вылиться случай в Мунго и противоядие. Не все будут довольны. Я делю с тобой самое ценное, она мне очень дорога. И я не хочу, что бы ей было плохо. – Лорд был серьёзным и смущенным одновременно. — Почему ты всё это делаешь? Я очень хочу понять, Том. Зачем Темному Лорду, у которого может быть всё, что он пожелает, соглашаться на это? – Фенрир смотрел на Лорда и ждал ответ. — Потому что она мой приоритет, и, если она не может выбрать, я могу дать ей возможность не выбирать. Думаю, это лучшее, что я могу предложить в этой ситуации. Ты же тоже как-то на это решился, не смотря на Волчьи правила. Думаю, это не просто для нас обоих. Честно, я очень надеялся, что ты не выживешь, но её любовь была сильнее, моих желаний. Спасибо, что ты рядом и можешь ей дать то, чего не могу дать я. Я знаю, что она в надежных руках. – Лорд протянул ему руку и Фенрир протянул в ответ. В этот момент Гермиона спускалась по лестнице и немного опешила, увидев рукопожатие, и застыла на месте, – Я буду в поместье, если я понадоблюсь. – Сообщил Лорд, смотря на Гермиону и вышел в камин. — Что это было? – Взволнованно спросила она. — Смирение. Это было смирение, Гермиона, – спокойно ответил Фенрир, – Ужин готов, надо найти фильм. Гермиона улыбнулась и обняла Волка. — Спасибо, Фенрир! Спасибо, что ты рядом, – она прижалась к его груди, вдыхая тот самый запах, сводящий её с ума. Гермиона нашла фильм на одном из каналов, это был фильм про оборотней «Зловещая луна». — Хочешь увидеть, как маглы представляют себе оборотней? – Улыбалась Гермиона. — Об этом есть фильмы? – Фенрир захохотал, – Ну, давай посмотрим! И они приступили к трапезе, смотря этот странный фильм. Фенрир чаще смеялся, чем был чему-то удивлен. Гермиона смеялась вместе с ним. Ужин был прекрасным. Фенрир обнимал Гермиону, и был абсолютно счастлив. Так они и уснули, на диване в гостиной. Гермиона проснулась в час ночи. Фенрир сладко спал рядом. Она поправила плед, отнесла тарелки на кухню и выключила телевизор. А после через камин вышла в Поместье Реддл. Поместье Реддл. В камине горел огонь. Лорд сидел за роялем, а рядом стоял бокал вина. Она подошла и обняла Тома за плечи. — Ты решила меня навестить, Любительница Монстров? – С усмешкой спросил Лорд. — Я делаю больно вам обоим, это неприятно осознавать. – Прошептала она. — Мы взрослые, мы сами выбрали этот путь. Или ты считаешь, что было бы проще стереть тебе память? Разве это было бы правильно? – Лорд был очень серьёзен. — Я не знаю, наверное, нет. Стереть память даже во благо, немного подло, – грустно сказала она, – Я знаю о чем говорю, Том. – Гермиона села рядом с ним. Он посмотрел в её глаза полные вины и поцеловал её. Она стала расстёгивать его рубашку, он притянул её ближе и аппарировал в свою комнату, на кровать. Он стянул с неё одежду, медленно целуя, и прикасаясь к нежной коже, по которой бежали мурашки. Она расстегнула его брюки, и они упали на пол. Лорд был обнажен и прекрасен. Она притянула его к себе, направляя его ладонь себе между ног. Лорд улыбался и не мог ей отказать. Пальцы настойчиво скользили и проникали внутрь. Гермиона выгибалась и стонала ему на ухо. А потом перевернула его на спину. Лорд ухмыльнулся, но позволил ей это сделать. Она села верхом, погружая член в себя, и глядя в глаза Лорда, который внимательно наблюдал за её эмоциями. Она начала медленно двигаться, не отводя взгляда от его глаз, словно пытаясь найти какие-то ответы. Её рука спустилась на лобок, и она начала себя ласкать, медленно двигаясь, и сводя Лорда с ума. Он положил одну руку ей на бедро, и начал двигаться с нею в такт, другой рукой касаясь ореолов сосков, нежно сжимая их пальцами. Это было такое необычайное единение, которого не было до. Она стонала, а бедра дрожали от спазмов. Лорд был нежен и терпелив, позволяя ей задавать темп и управлять процессом. Он убрал её руку и сам начал ласкать Гермиону пальцами. Стоны становились интенсивнее, он чувствовал сокращение мышц и нарастающее давление, и перевернул её на спину, оказавшись сверху. Он ускорял темп, Гермиона закатывала глаза и сладко содрогалась под ним. Он поднял её руки и зажал в тиски левой рукой, делая фрикции всё жестче. Стоны превратились в крики, низ живота сводило, её глаза умоляли его, и он это видел… — Я люблю тебя, миссис Реддл! – Из уст Гермионы вырвался громкий стон, и волна оргазма накрыла её тело. Лорд не останавливался и крепче прижимал её к себе, совершая жесткие толчки – И я сделаю для тебя абсолютно всё! Только попроси, миссис Реддл! – Реакция тела была мгновенной, второй оргазм не заставил себя ждать, – Ты прекрасна! Мне даже не нужно тебе приказывать! – Она смотрела в его глаза, улыбаясь, и электрическая волна накрыла её еще раз. — Я хочу ещё, Том! Пожалуйста, умоляю тебя! – говорила она. — Всё что пожелаешь! Я приказываю тебе, кончай! – Она содрогалась, закатывая глаза, сжимая ладони, которые держал Лорд, – Ещё раз! – Шептал он ей на ухо. Мышцы сжимали его член, он чувствовал каждое изменение внутри, – Ты заслуживаешь самого лучшего! – Она стонала и содрогалась, а Лорд наслаждался тем, что ей хорошо, – Может мне стоит пригласить сюда, Волка? – Он шепнул ей на ухо, она округлила глаза и посмотрела на Лорда, – И жестко тебя трахнуть вдвоем? – Еще один оргазм пленил её тело. Лорд улыбнулся и понял, что попал в то самое сокровенное. – Я не понимаю, как в твоём хрупком теле помещается столько дикой похоти. Ты восхитительна! – Её ладони начали светиться, он ускорял темп и шептал на ухо что-то приятное, и еще одна волна накрыла её тело. А потом случилась вспышка, которая вызвала сильнейший оргазм у Лорда, до гортанного крика и трясущихся коленей. Он накрыл собой её тело, пытаясь отдышаться, а у неё уже совсем не было сил. — Ты правда этого хочешь? – Спросил Том. — Не задавай вопросов, на которые не хочешь услышать ответ. – Резко сказала Гермиона, вставая с постели. Паддингтон. Фенрир проснулся, но не нашел Гермиону рядом. Он всё понял. Никто и никогда не сможет её удержать. Раздался хлопок, и Гермиона вышла из камина, направившись в душ на первом этаже. Фенрир постучал в дверь. — Всё в порядке? – Взволновано спросил он, и открыл двери. Гермиона сидела в ванной, обнимая колени, а сверху лились струи воды, – Что случилось? – обоняние его никогда не подводило. Всё было более чем понятно, – Почему слёзы? Он сделал тебе больно? — Нет, Фенрир! Просто я не справляюсь со своими эмоциями. Просто желания, которые считаются для всех запретными и постыдными, поглощают меня всё сильнее, и мне всё сложнее себя контролировать, – Фенрир сел рядом на коврик, – Почему желание женщины, это всегда что-то постыдное? А желание мужчины — это норма? Почему я должна стыдиться и терзать себя за свои желания? Считать себя ненормальной, испытывать влечение, хотеть большего, хотеть чего-то запретного, и при этом всё должно вызывать у меня чувство вины. Ведь женщина должна быть святой и кроткой, и никак не проявлять своих желаний. — Но никто тебя ни в чём не винит. Ты принимаешь нас, мы принимаем тебя. Лорд стыдит тебя за желания? — Нет. Но я всё время чувствую вину. Будто мне нельзя чувствовать, будто это всё неправильно, грязно, некрасиво. Будто я не должна, потому что это запретно и стыдно. А я не хочу ничего стыдиться. Я хочу чувствовать, проживать эти эмоции, отдаваться им полностью. А ни прятаться и отказывать себе во всём. Это несправедливо. Почему женщина не может хотеть чего-то запретного? — Но ты можешь. Запреты существуют только в нашей голове. Люди сами себя ограничивают рамками морали, которые больше похожи на клетку. В животном мире, существует моногамия среди пар, но самки более ценные для природы, и они имеют право поменять самца, для более здорового потомства. Да и самцы чаще нужны только для размножения, от некоторых вообще толку ноль. Самка гораздо приоритетнее, ведь именно она создает внутри себя жизнь. Чем счастливее самка, тем здоровее потомство, – он прикоснулся к её лицу, глядя в красные от слёз глаза, – Тебе не в чем себя винить. Ты не сделала ничего плохого, Гермиона! Хотеть эмоций и получать их с удовольствием, такая же норма, как дышать. Никто не имеет право в чем-то тебя упрекать или стыдить. У каждого свои потребности, и другие не имеют право сунуть туда свой нос. — Тогда почему мне так плохо? Почему я считаю себя ненормальной? – Голос Гермионы дрожал. — Потому что общество навязывает женщинам свои правила. Не бывает такого, что животные одного вида и полигамны, и моногамны одновременно. Либо это встроено в ДНК, на уровне инстинктов, либо полигамы и самки, и самцы. Остальное это попытка держать в узде, ограничивать и очернять женщин за их желания. В вашем обществе так и происходит. — Но Волки не делят ни с кем своих самок! – Тихо говорила она. — Но ты не Волчица, у тебя нет инстинктов, ты человек. У тебя всё работает иначе. Это чувства, это совсем другое. Инстинкт – это встроенная в кровь и разум автоматика, животные уже с ними рождаются. У людей этого нет. — И что же мне делать? – Она вопросительно смотрела в его голубые глаза. — Позволить себе хотеть чего угодно, потому что ты можешь. Наплевать на мнения других. Твои желания, только твои. Никто не может их отобрать, и тем более судить. Если другие себе чего-то не позволяют, это исключительно их проблема, а не твоя. Пойдем! Нам утром нужно в стаю, надо поспать. – Сказал Фенрир. Гермиона встала, струи воды стекали по обнаженному телу. Все запахи смешались, Фенрир пытался держать себя в руках, но получалось плохо. Она смотрела на него, словно просила к себе прикоснуться. Он всё понял и его сорвало. Он притянул её к себе и впился в её губы, чувствуя её дрожь. Он снял майку и взял её на руки, она обвила его талию ногами, и он унес её в комнату. Он положил её на кровать, и снял с себя штаны. Она учащенно дышала, смотря на роскошное мужское тело. Он лег сверху, она раздвинула бедра, она была готова. Он сделал толчок и оказался внутри. Гермиона вскрикнула, он смотрел в её глаза и начал наращивать темп, вжимая её своим телом в мягкую постель. — Не останавливайся, прошу тебя! – Гермиона шептала ему на ухо, распаляя его всё сильнее. Он чувствовал, как быстро билось её сердце, как рос пульс, и её запах, смешанный с запахом семени Лорда, распространялся в воздухе. Фенрира ничего не смущала, потому что сейчас она принадлежала только ему, дрожала под ним, и умоляла его. Он чувствовал каждое сокращение её мышц, слышал каждый сладостный стон, и целовал самые желанные губы на свете. Он подложил подушку её под поясницу, чтобы изменить угол проникновения, и стал стимулировать клитор пальцами. Из-за высокой чувствительности, ноги сильно дрожали и стоны становились сильнее. Оргазм пришел быстро, стон перешел в крик, он держал её бедра и наблюдал за её удовольствием и улыбался. Он перевернул её на живот и вошел в неё сзади, её ноги оказались между его ног. Он провел пальцами по промежности, увлажняя их и прикоснулся к анальному отверстию, она замерла. — Не бойся! Я ничего плохого не сделаю. Я буду осторожен. – Успокаивал её Фенрир. Она почувствовала давление и палец проник внутрь. Гермиона застонала. И он синхронизировал фрикции и движения пальца. Это было сверхчувствительно, напряжение росло с каждым движением, палец проникал глубже и тело извивалось интенсивнее. И тут он добавил второй палец, и сильнейшая волна оргазма накрыла всё её тело. Фенрир улыбался, чувствуя каждую её конвульсию. Он сел на кровать и посадил её к себе на колени, она медленно опускалась на его член, закрывая глаза и прерывисто дыша. Её клитор касался его тела и при движении, создавалось сильное трение. Он держал её за ягодицы прижимал к себе. Ей казалось, что она сейчас задохнется от эмоций. Он целовал её шею, она чувствовала его горячее тело, покров на его груди приятно щекотал кожу, волосы липли к её груди, по спине стекали струйки пота. Феромоны Волка кружили ей голову. Она скрестила ноги сзади и оперлась на его колени руками, совершая резкие фрикции, он просунул руку к клитору для стимуляции и начал круговые движения. Как же она была прекрасна, отдавая себя полностью этой страсти. Разве можно стыдить женщину за желания? За её внутренний огонь? За то, что она женщина? За удовольствие ею быть и получать удовольствие от естественных вещей? Он смотрел на неё с таким восхищением и не мог оторвать от неё взгляд. Мышцы сжимали его член всё сильнее, он чувствовал приближение оргазма и сильнее прижал её к себе, снова взяв за ягодицы, волна от трения накрыла её через пару секунд, и Фенрир излился в неё, с громким рыком, откинувшись на кровать. Гермиона улыбалась, гладя его грудь и чувствуя горячую жидкость внутри себя. Сегодня будет сложный день. Пора ложиться спать. Фенрир расстелил постель, и они легли спать, он прижал её к себе… Добрых снов. Утро началось с душа, кофе и завтрака. Фенрир хозяйничал на кухне, Гермиона собирала сумку для похода в стаю. Лес. Территория стаи. В 10.00 они были в стае. Их встретил Джек. Многие были взволнованы происходящим. Большая часть собралась в центре поселения, ожидая дальнейших инструкций от Вожака и Гермионы. — Через пару дней, нам точно скажут работает ли противоядие. И тогда начнется массовое изготовление для всех желающих, – сказал громко Фенрир. — А что будет дальше? – Взволновано просила женщина, за которой спрятался ребенок. — Если вы волнуйтесь по поводу проживания, то территория стаи никуда не денется. Вы можете остаться здесь, это ваш дом. Если кто-то захочет уйти, и вам есть куда идти, то это тоже не проблема. Тем, у кого есть профессии и не утрачен навык смогут получить помощь и поддержку Министерства. Те, кто до этого работал в Аврорате и хочет туда вернуться, без проблем найдут место. – Мужчины оживились, женщины нервничали. — То есть мы больше не будем опасны для общества? – Спросил молодой парень. — Нужно будет дождаться следующего полнолуния и проверить. – Ответила Гермиона. – Всё волшебники стаи могут пройти тест на магический потенциал, если вы планируете вернуться в магическое общество. — А для чего его делать? Что это даст? – возмущенно спросил небритый мужчина средних лет. — Просто понимание своих способностей. От этого можно отталкиваться при выборе работы, особенно в структурах. Это никого ни к чему не обязывает, если вы не планируете возвращаться в общество, то тест можно не делать. — Мы не хотим ничего делать, зачем нам это? – Недовольно шипела толпа. — Кто не будет возвращаться в общество, может тест не делать. Я не собираюсь ни с кем ругаться и уговаривать вас. Не тратьте тогда моё время. Я здесь ради помощи, если вам помощь не нужна, то для чего устраивать недовольные пикеты? – Гермиона повысила голос. — А кто ты такая? Что бы приходить сюда, и разговаривать с нами в таком тоне? – Начал кричать один из стаи. — Возможно ты забыл, Тони, но Вожак здесь Я! – Громко сказал Фенрир, – И я решаю, кого пускать в стаю, а кого нет. Было ясно сказано, если ты планируешь вернуться, тест нужен, если не планируешь – нет. В Магическом мире новые правила, и это оправдано. Дерзить, оскорбляться и огрызаться не нужно. Ты знаешь, КТО она такая и не надо делать вид, что это не так. — Почему Министерство нам указывает что делать? – С недовольством спросил кто-то из толпы. — Никто ничего вам не указывает. Благодаря Гермионе и тому, что случилось, появилась возможность сделать противоядие и спасти людей от Ликантропии. И если это у вас вызывает недовольство, то я просто я не знаю, что сказать! – Со злостью выпалил Фенрир. – Что, никто не хочет вылечиться? Никто не хочет получить помощь и вернуться в общество? Народ начал шептаться и выказывать недовольство. Шум нарастал. Кто-то в открытую начал оскорблять Министерство и колдомедиков. Поднялся бунт. Часть оборотней отказалась делать тест. Толпа была возмущена и недовольна. — Если никому помощь не нужна. Тогда я не понимаю, что я здесь делаю! – Возмутилась Гермиона. – Вам согласились предоставить поддержку. Вплоть до жилья и работы. Для детей будет организовано обучение. Для всех, кто хочет вернуться, обучение профессиям, переквалификация и другие бонусы. Я просто не понимаю причину недовольства? – Гермиона нахмурила брови и ждала хоть один адекватный ответ, но ответов не последовало, – Если никому из вас не нужна помощь и лечение, вы можете жить в стае, как и раньше. Никто никого никуда насильно не гонит, это просто способ вернуть в магический мир тех, кто этого хочет сам. Я сегодня сделаю тесты для всех желающих. Так же запишу в списки тех, кто был бы не против вернуться в Аврорат и на службу куда-либо. Если вам страшно менять привычный образ жизни, вы можете его не менять, но не нужно злиться на меня и переходить к оскорблениям. – Снова все вокруг начали шептаться, кто-то просто ушел по своим делам. Тем, кому было интересно остались и встали в очередь. Гермиона приготовила маленькие бумажные стаканчики для зелья и одноразовые ланцеты, купленные в обычной магловской аптеке. Больше 80 человек прошли через тест потенциала. В стае было много оранжевого потенциала у тех, кто действительно занимался выращиванием растений и очень это любил. Бывшие сотрудники аврората были очень воодушевленными. Гермиона назвала все фамилии из списка и сказала, что в Аврорате их ждут. Было много слёз и слов благодарности. Списки были составлены, каждому дали памятку по цвету потенциала. Так же проверили детей, и составили списки по возрасту. С теми, кто был негативно настроен разговаривал Фенрир, объясняя, что никого не выгоняют, и стая по-прежнему остается домом для всех. Но негативно настроенные казались проблемой, ибо было сложно сказать, что они могут выкинуть и чего от них ожидать ещё. Фенрир запомнил всех, кто выступал больше всего и пытался внести смуту в ряды оборотней. Гермиона очень устала, несколько часов напряженной работы и разговоров. Разные списки, имена, объяснения. Джек помогал записывать пофамильно и разливал зелье по стаканчикам. Фенрир вел беседы с каждым у кого были вопросы и возражения. Даже Фенрир не ожидал, что столкнется с настолько недовольными, что пришлось их осадить. В обед Гермиона сидела в юрте Фенрира и думала о том, как она найдёт команду, и где вообще её искать? Все друзья закончат школу только в следующем году, а Джинни и Луна еще через год. Фенрир зашел в юрту и принес обед. Гермиона сидела грустная и уставшая. — Извини, я сам не ожидал, что у некоторых будет такая реакция. Изначально, когда всё обсуждалось, большинство были спокойны. Им страшно. Многие живут тут по 15-20 лет и менять привычную среду для них очень пугающе. — Я всё понимаю, Фенрир! Но мне все равно не легче. Чужая агрессия и угрозы в мой адрес не особо меня воодушевляют. Люди не хотят «слышать» и не включают мозги, проваливаясь в агрессию. – С грустью говорила Гермиона. — Я с каждым провел беседу. Выяснилось, что они даже противоядия боятся. Поэтому будет еще сложнее. Но, всё-таки, половина настроено позитивно. Это радует. — Останемся сегодня здесь? – Спросила Гермиона. — Да, вполне. Мне, иногда, очень нужен лес. Всё-таки я Волк, – ответил Фенрир, – Вечером будут посиделки, ребята хотят отпраздновать. Гермиона сидела на кровати и ела свой обед. Неделя оказалась полной стрессов, а впереди полноценная работа в Министерстве. Это её пугало. Морально она была не готова к этому. Фенрир посмотрел на грустную Гермиону и вздохнул: — Что я могу сделать, чтобы тебе стало лучше? — Тихо спросил Фенрир. — Я не знаю, просто накатила вселенская усталость. — Хочешь прогуляемся? Тут довольно большая территория. Тишина и покой, – улыбнулся Фенрир. — А давай! Я давно не гуляла по лесу просто так. Отобедав, Гермиона оделась теплее, и они в Фенриром пошли в лес. Он крепко держал её за руку, пока она озиралась и рассматривала всё вокруг, она еще не была в этой стороне леса. Тут были выгнутые и закрученные деревья, они все были необычной формы, словно неведомая сила сделала их такими. — А почему тут такие деревья? – С интересом спросила она. — Это место, считается местом силы. Якобы неведомая сила, заставила деревья расти подобным образом, но на деле ничего необычного, кроме того, что тут живут оборотни, – Фенрир рассмеялся, – Можно вопрос, Гермиона? — Да! — Почему Я? – Фенрир внимательно посмотрел ей в глаза. — А почему не ты, Фенрир? Почему это должен быть кто-то другой? Все же как-то находят себе пару, делают выбор, влюбляются. Почему не ты? – Она прищурила глаза, ожидая какого-то ответа. Он молчал, – Чувства просто возникают. Ты чувствуешь что-то родное, тебя тянет, хочется прикасаться, общаться и даже просто молчать. Ну, и на тебя очень сложно не обратить внимание. Ты слишком одиозная фигура, среди чопорных чистокровных волшебников, – она смущенно улыбалась, – Могу задать тебе такой же вопрос? Ты был весьма напористым, заигрывал со мной, улыбался, оказывал знаки внимания. Ты не пытался казаться лучше, ты был собой. Это подкупало. А почему Я? — Впервые я тебя увидел в отделе Тайн, – она подняла бровь и с интересом уставилась на него, – Ты дралась как настоящий воин! Бесстрашно и уверенно! Даже когда тебя схватил Долохов, ты держалась достойно. Я подумал, откуда в такой маленькой девушке столько силы? Вы все дрались отчаянно и самозабвенно, словно были готовы погибнуть. Это меня поразило. А потом в день, когда мы тебя передавали ордену, ты пялилась на меня с таким интересом, рассматривая меня целую минуту, с головы до ног. А после на приёме Кэрроу, ты с Джинни так рьяно меня обсуждала и кусала губы, а Джинни с тобой соглашалась, и твои глаза горели, словно ты увидела что-то желанное. Вот тут мне стало очень интересно. Люди не проявляют интерес к монстрам, таким как я. И когда я пригласил тебя на танец, ты не отказалась, хотя могла. Я чувствовал, как растет твой пульс, когда я сильнее сжимал руку на твоей талии, как сбивалось твоё дыхание, когда я проводил пальцем по спине, как ты напряглась, когда я прижал тебя к себе и нервно выдохнула, как ты смотрела на грудь, пытаясь отвести взгляд от смущения. Я чувствовал абсолютно всё, что происходило с тобой от моих прикосновений. И это был не страх, который испытывают другие, – Гермиона сглотнула слюну, – Это было желание, такое явное, неприкрытое, сумасшедшее, что, когда я отвел тебя к столу, у тебя вспотели ладошки, и ты кусала губы и сводила колени под столом. Если бы я этого не наблюдал, я бы не стал предпринимать попыток к сближению. – Гермиона смутилась, кусая губы. — Чёрт! Вот ничего от тебя не скроешь, Фенрир! – Рассмеялась Гермиона. — Дальше всё было еще интереснее. Когда я встретил тебя около озера, ты узнала меня по голосу и сердцебиение сразу стало интенсивнее. Когда я подошел к тебе максимально близко, твоё дыхание стало учащенным, ты реагировала на мой запах, сжимая ладони, шутила, смеялась. А в Хогсмиде ты просто расслабилась и позволила себе быть собой, заигрывала со мной, запах твоего возбуждения кружил мне голову, ты использовала свисток и твой пульс подскочил так сильно, словно ты собиралась убегать от меня, с криком «поймай». А потом ты меня обняла, и почувствовал, как ты расслабилась в моих объятьях, а когда я прикоснулся губами к твоей ладони, то твоя реакция была похожа на стон. Ты еле сдержалась. Тебе не нужно было ничего мне говорить, твоё тело всё мне сообщило. И я понял, что не могу это игнорировать. После случая с Ноттом, я чуть не поседел, услышав в сумерках звук свистка, а когда увидел тебя в его руках, чуть его не убил. И после, когда ты уснула в моих объятьях перед камином в гостиной, я понял, что не хочу и не могу тебя упустить. И плевать мне было на Лорда. А после твоего сна, меня вообще было не остановить. Теперь ты здесь, со мной, держишь меня за руку, улыбаешься. – Это были те самые откровения, которые грели душу, Гермиона смущенно улыбалась и понимала, что тело никогда не лжёт. — Значит, ты сразу всё понял? – Она игриво смотрела в его глаза. — Да! – Он расплылся в улыбке, – Девочка – любящая – монстров, очень старалась держать себя в руках, но твоё расположение ко мне было слишком явным. Прикосновения рук, улыбающиеся и горящие глаза, когда я заходил в Большой зал. Это всё мне очень и очень льстило. Искренность. Которая сейчас такая редкость, – он крепче сжал её ладонь, – Когда ты впервые была в стае, и Джек тебя опоил, я чуть с не слетел с катушек, но всё равно тебя укусил, не смог сдержаться. А на «Посвящении» внезапно началась трансформация, хотя я полностью их контролирую и спонтанных трансформаций у меня не бывает. Со мной такого не случалось, я не теряю контроль. – Они шли по лесу, под ногами шуршали листья и ломались ветки, где-то вдалеке был слышен шум воды, было прохладно, но руки Фенрира были горячими и рядом с ним было тепло. Гермиона думала о том, что её чувства к Фенриру были как вспышка. Она определила его как своего. Выделила среди других. Словно это изначально было предначертано. Они дошли до озера, со скалистыми берегами и небольшим водопадом. — Здесь очень красиво, Фенрир! Но это место мне знакомо, оно из воспоминаний! – Взволновано сказала она. — Даааа! Здесь на мена напали. Не знаю, как я выжил. – Она обняла его так крепко, как только могла. Он прижал её к себе и поцеловал в макушку. — Почему ты решил помочь оборотням? После всего, что они сделали? — У меня был выбор: я мог умереть после еще одной подобной схватки или попытаться что-то изменить. Наверное, благодаря этому и я жив до сих пор. Это стало целью, помогая другим, я помогал себе. – Честно ответил Фенрир. — А Лорд? Как ты попал к нему? — Времена были разные. Сотрудничество с ним – это выживание. Стае нужно на что-то жить, стае нужно зелье, ингредиенты стоят денег. Иногда мы находились в очень плохих условиях. Нас спасала охота, на зиму заготавливалось мясо, кое-как выживали. Потом научились и подстроились под обстоятельства. Жизнь в изгнании вещь философская. Ты никому не нужен, нас боятся, нас не принимают. А теперь появилась ты с целью помочь, и теперь уже стая боится тебя. Потому что столько лет приходилось несладко. Теперь это кажется обманом, попыткой отобрать привычное и лишить того, что есть. Мы как муравьи, живущие в своей закрытой системе. Никто не верит, ни во второй шанс, ни в жизнь без боли, ни в счастливое будущее. Обреченные хоронят себя задолго до своей смерти, – Гермиона прижалась к нему крепче, – У нас, всегда были только мы, остальные были чужаками. Не обижайся на тех, кто вспылил. Они очень многое потеряли. Семьи, детей, родителей, свой дом, всё привычное у них отобрало проклятье. В стае многие приходят в себя, начинают хоть как-то жить, пусть и на 30% из 100, но всё же жить. И с каждым месяцем становится проще. Смирение, что ты прокаженный, приходит довольно скоро. Мы ни на кого не надеялись. Ты дала надежду не только моей стае, а вообще всем оборотням на Земле, – он приподнял её подбородок и посмотрел в её глаза, – Ты спасешь очень много жизней! И пусть не все смогут сказать тебя спасибо, но всё равно ты будешь знать, что где-то один ребенок или взрослый обрёл еще один шанс на нормальную жизнь. – Гермиона сглотнула слюну, а Фенрир смахнул слезу со своего лица. — Я очень рада быть рядом с тобой, Фенрир. Ты замечательный! – Он нежно её поцеловал, смотря в коричные большие глаза. Она утонула в его объятиях. — Здесь окончилась моя прежняя жизнь и началась новая. И вот я стою тут рядом с тобой, и моя новая жизнь начинается опять. – Фенрир вздохнул и грустно улыбнулся. — Что будет, если вся стая разбежится? – Поинтересовалась она. — Еще одна новая жизнь. – Уверенно ответил Фенрир. Они вернулись назад в стаю. Костры уже горели. Люди потихоньку стягивались в центр поселения и накрывали столы. «Датуры» сегодня не будет, но зато будет эль и Огневиски. Они хотели отпраздновать «день надежды на лучшее». Гермиона держалась за Фенрира и не уходила далеко. Джек налил Гермионе эль, Фенрир пить отказался. Фенрир сел в своё кресло у костра, Гермиона села ему на колени. Он обнял её рукой за бедро, и они просто смотрели на огонь. Казалось, что время замедлилось, звуки вокруг стали тише, хотя везде происходила жизнь. Люди радовались, чокались кружками, поздравляли друг друга, обнимались. Фенрир крепче прижал Гермиону к себе, она обняла его за шею и поцеловала в висок. Так они и просидели весь вечер, наблюдая за остальными, молча, но так пронзительно. Гермиона проснулась среди ночи. Фенрира рядом не было. Костры уже были погашены. На улице ни души. Гермиона взяла фонарь, в котором был не яркий свет и вышла из юрты. Вокруг была тишина. Внезапно раздались звуки ломающихся веток, и 2 ярких блика словил свет фонаря. Гермиона застыла, вглядываясь в чащу леса. Два горящих голубых глаза смотрели прямо на неё. Она задержала дыхание и боялась шелохнуться. К ней навстречу вышел огромный черный волк, который был выше нее. Рука с фонарем задрожала, дыхание участилось. Волк подошел ближе и обошел её вокруг, а потом лег у ног. — Фенрир! – Гермиона выдохнула, и опустилась на корточки, гладя рукой по густой черной шерсти. Волк издал довольный рык, – Ты ужасно меня напугал, – Волк встал и посмотрел ей в глаза, потом положил морду ей на плечо, – она гладила его руками, а потом обняла. Он был слишком большой и шерстистый, – У тебя ночная охота? – Он кивнул, – Тогда мне можно не переживать? – он кивнул еще раз, – Хорошо! Тогда я пойду спать, – Она поцеловала его в волчью морду и сделала шаг. Когда она зашла в юрту, Фенрир громко завыл и скрылся в сумраке леса. Гермиона улыбнулась и загасила пламя фонаря. – Приятно познакомиться, Волк! Утро воскресения в стае было похмельным, но Джек всё предусмотрел и приготовил нужное зелье. Гермиона проснулась, но Фенрира рядом не было. Он вошел в юрту через минуту, с чашкой кофе в руках. — Доброе утро, Любящая Монстров! — Доброе утро, Волк! Он подошел ближе к Гермионе, она села на край кровати, и он её обнял. — Извини, я не хотел тебя напугать, просто пошел на запах. Твой дурманящий восхитительный запах. – Томно говорил Фенрир. Гермиона уткнулась носом в его грудь. Запах у Волка был замечательный, опять эта свежая хвоя. — Знаешь, твои феромоны, тоже на меня по-особому действуют. — Я знаю! – Поошептал он ей на ухо, так сладко, что в животе завибрировало. — Мне сегодня нужно в Поместье. Забрать кое-какие вещи. Завтра нужно быть в 9 часов в Министерстве. – Она прижималась к нему и вдыхала его запах. — Хочешь, я дам тебе свою рубашку? – Предложил он. — Даааа, хочу! Очень, Фенрир! – Её глаза загорелись. — Я оставлю на оттоманке, заберешь. – Он указал пальцем, она довольно кивнула. — Пойдём на завтрак, сегодня опять все собрались, дружно выпили зелье от похмелья, а сейчас сели трапезничать. – Он надел на Гермиону теплые носки, она взяла плед, и они вышли на завтрак к стае. Людей сегодня было много. Помятые, заспанные, но счастливые. Стая гудела, они смеялись и что-то бурно обсуждали. Завтра должны прийти новости из Мунго, если всё получилось, то для стаи сделают много зелья, и уже без госпитализации, на территории стаи, они смогут его принять. А после 16 октября, можно будет решать, кто и что будет делать дальше. Стая очень оживилась. У некоторых были дома и квартиры, которые стояли без дела. Они не могли жить вдали от стаи, ибо не все справлялись с агрессией. Иногда обуздать эмоции было настолько сложно, что в стае приходилось прибегать в разным запрещенным методам, и конечно, такие люди не могли жить в обществе. Фенрир сидел в своем кресле с тарелкой, Гермиона сидела рядом в кресле поменьше, оперевшись сбоку на Фенрира, в вязаных носках и галошах, укутанная в плед, но довольная. — Наверное, мне нужно возвращаться в квартиру. Пойдешь со мной? – Спросила Гермиона, поджав губы. — Если ты хочешь, я пойду, – Ответил Фенрир, прикасаясь пальцем к её щеке, и наклоняясь для поцелуя, – Ты хочешь держать нас рядом? – Хитро прищурил глаза Фенрир. — Я нуждаюсь в вас обоих, мне сейчас очень сложно. Поэтому я хочу, что бы вы были рядом. Иначе я просто сойду с ума. – Грустно, но серьезно говорила Гермиона. Он взял её за руку и поднес ладонь к губам. — Хорошо, если ты хочешь, я буду рядом. В стае справятся и без меня денёк-другой. Но когда будет противоядие, мне нужно будет вернуться и всё проконтролировать. — Я понимаю, Фенрир! – Она сжала его ладонь. – Тогда мы можем уже собираться и уходить. — Так и сделаем. – Утвердительно ответил Фенрир. Гермиона собрала все записи, ящик с пустой бутлей от зелья и рубашку Фенрира. Они аппарировали в Лондон и дошли до дома. Паддингтон. Дома было хорошо. Гермиона за пару дней так привязалась к квартире, и поняла, что Лорд очень многое о ней знал, потому что всё было идеально. Она смотрела на Фенрира, и вспоминала предложение Лорда, которое вызвало у неё бурю эмоций. Когда она об этому думала, тело наполняла дрожь и похоть. Она не могла их об этом просить. Это казалось не просто «слишком», а феерически запредельным. Ей было стыдно за свои мысли, и, если бы Лорд это не озвучил, она бы смогла это подавить. Но из зернышка, проклюнулся маленький росток, который дал корни. Она поднялась в свой кабинет, включила компьютер и стала вводить данные. Фенрир чем-то занимался на 1 этаже. Ей было сложно усидеть на одном месте. И она спустилась к камину. Вспышка. Поместье Реддл. Гермиона вышла из камина. Лорд сидел в кресле у окна, читая газету. Он перевел взгляд на неё. Она кусала губы, терла ладони и заметно нервничала. — Да! Мой ответ – да! Лорд выпрямился. Глубоко вздохнул. Сложил газету. Прищурил глаза, внимательно смотря на Гермиону. Медленно поднялся с кресла. Подошел к Гермионе, обойдя её вокруг. — Ты уверена? – Серьезно спросил он, она нервно сглотнула слюну. — Да! Полностью. — Хорошо! Будь по-твоему. Но выбрать день и место, остается за нами. Ты не будешь знать когда. Это моё условие. – Хитро ответил Лорд. — Я согласна! – Её сильно трясло, она кусала губы и не могла успокоиться. — И отказаться будет нельзя. – Добавил он. Гермиона медлила с ответом, сжимая ладони. — Хорошо. Я согласна. – Утвердила она. Он взял её ладонь и прикоснулся губами. – Я возьму некоторые свои вещи.– Гермиона вздохнула.– Я еще не закончила с таблицами. И завтра из дома пойду в Министерство. — Как скажешь. Попроси Фенрира зайти ко мне сейчас. – Лорд вздохнул. — Но… – Голос Гермионы дрожал. — Я просто с ним поговорю. Нам же надо это как-то обсудить. – Он посмотрел в её глаза, которые выражали ужас. – Не бойся. Мы просто обговорим правила. Гермиона собрала все нужные вещи и вышла в камин. Паддингтон. Фенрир ждал её в гостиной. — Всё в порядке? – Встревоженно спросил Волк. — Да. Наверное. Том просил тебя к нему зайти. – Она опустила глаза, сжимая руки в кулаки. — Хорошо. Прямо сейчас? — Да. Фенрир вышел в камин. Гермиона поднялась на второй этаж и заперлась в ванной. Эмоции перелились через край, и она расплакалась от стыда, от обиды, от внутренней боли, которая сковала её. Она включила душ и просидела там полчаса, под струями, пока в дверь не раздался стук. Она махнула рукой и замок открылся. Фенрир вошел в ванную, молча смотря на Гермиону. Она сидела в ванной: обнаженная , мокрая, снова ревущая, с красными глазами и трясущимися руками. — Ты правда этого хочешь? – Он прищурил глаза, ожидая ответа. — Да. Это плохо? Вы не хотите? Я сошла с ума? – Её голос дрожал. — Нет, это не плохо. Если ты этого хочешь, мы это для тебя сделаем. И нет, ты не сошла с ума. Я не приветствую условие, но Том сказал, что это важно, – Фенрир смотрел в её заплаканные глаза, – Нет ничего плохого в желаниях, Гермиона. Нет ничего плохого в повышенной сексуальности и либидо. Тебе не должно быть стыдно за это, – Она сидела под горячим душем, а её трясло. Он взял полотенце, – Иди ко мне! – Волк выключил воду и укутал Гермиону в полотенце. Кожа оставалась холодной, – Да ты ледяная! – Он отнес её в комнату, расстелил кровать, – Я сейчас сделаю тебе чай. Гермиону знобило. Она не могла совладать с эмоциями. Фенрир принес чай и поставил на прикроватную тумбу. — Ты так не согреешься, – он снял майку и лег рядом, она прижалась к его груди и успокоилась, – Женщины как музыкальные инструменты, как ты к ним прикасаешься, так они и играют. Небрежное отношение способно испортить и расстроить инструмент, а бережное отношение и правильное касание, сохранить и дать возможность наслаждаться музыкой. Тебя очень сильно раскачало, каждая энергия тянет одеяло на себя. Лорд стабилен, потому что он темный. Я стабилен, потому что я Волк. А тебя качает, потому что ты берешь энергию от нас обоих. Нет равновесия. Вот оттуда эмоции на максимум. Поэтому тебе так плохо. Поэтому он сам это и предложил, – она смущенно закрыла лицо руками, вдыхая его головокружительный запах, – Всё в порядке! Не переживай. Ты ни в чем не виновата. Это магия, она так работает. Дрожь потихоньку уходила. Гермиона согревалась. Рядом с ним ей было спокойно и хорошо. Фенрир попросил Грога приготовить обед. Гермиона уснула. Он смотрел на безмятежный сон, касаясь её щеки. Он готов был на всё ради неё, даже на это. Это совершенно не было проблемой. Гермиона проснулась через пару часов. Грог приготовил поесть. Фенрир стоял в дверях комнаты: — Ты как? – Взволновано спросил он. — Вроде в порядке. – Она поднялась. Он передал ей одежду и помог надеть носки. Она не смотрела ему в глаза, боялась увидеть во взгляде осуждение или непонимание, или злость. Но Фенрир понимал абсолютно всё. Если замешана магия, то решать проблему надо любыми возможными способами. Магия способна не только исцелить, но и свести с ума. Привязки с двух сторон, душили её словно шелковый пояс халата, медленно, но действенно. Всегда кто-то должен быть рядом, иначе было невыносимо больно и пусто. Каждый из них наполнял её собой, давая ей часть своей магии. Её магия ещё недостаточно окрепла, чтобы защищать её от всего. Она только проходила становление и нужен был хотя бы месяц, после консумации в пещере. Гермиона спустилась в гостиную, еда стояла на столе, телевизор был включен. Фенрир подготовил подушки и плед для Гермионы. — Присаживайся! Тебе надо поесть. Грог приготовил мясо средней прожарки. Как ты любишь, – Фенрир постучал по дивану, указывая место около себя. Гермиона улыбнулась и села рядом. Был включен фильм «Леон». «Хороший выбор» – Подумала Гермиона. Вечером Гермиона доделала все таблицы с данными. Выяснилось, что за последние 20 лет возросло количество заболеваний связанных с памятью, появились заболевания, от которых нет лечения, люди угасают быстро и нет никакой возможности их спасти. Ментальные заболевания, на фоне полного недовольства жизнью. Угасание магии на фоне депрессии. Люди устали от правил, от традиций, от того, что им постоянно что-то навязывают. Цифры были очень высокими, казалось, что недовольство собственной жизнью захватило Магический мир. Имена никто не разглашал, были общие цифры и название недугов, но даже этого было достаточно, чтобы начать бить тревогу. Фенрир сидел у телевизора и пил чай, когда Гермиона вошла в гостиную, в его рубашке и встала в дверях, смотря на него. Он бросил на нее нежный взгляд, выдохнул, протянул руку, и всё понял. — Ну иди ко мне! – Она взяла его ладонь, и он притянул её к себе, усадив верхом на свои колени. Она сняла с него майку, он осторожно расстегнул пуговицы своей рубашки, которую она надела на обнаженное тело. Она потянулась к его губам, и он прижал её к себе. Она громко выдохнула, прижимаясь к его колену, сжимая бедра. Он снял с себя штаны, и они оказались обнаженными вместе. Она ввела ладонями от его шеи, по груди, животу и руки спускались все ниже. Когда её руки коснулись его члена, он рыкнул на выдохе. Увлажняющее заклинание, её руки скользили по его члену, он откинулся на спинку дивана, она продолжала движения и смотрела в его глаза, продолжая тереться об его ногу. Бедро Фенрира стало влажным, его руки сильнее сжимали её ягодицы, он медленно приподнял Гермиону, осторожно усаживая её на свой член. Раздался громкий стон на выдохе, и Гермиона прижалась всем телом к Волку, начиная медленные движения. Она закатила глаза и начала стонать, схватившись за его плечи. Его крепкие руки поддерживали её ягодицы, готовые ускорить движение в любой момент. Он чувствовал, как дрожат её бедра, от каждого движение вверх-вниз, мышцы спазмировали, а пульс становился всё выше. Он подключил руки и движения стали жестче, дыхание сбивалось. Гермиона уткнулась носом в его шею и стонала, стонала, стонала. — Жестче! – Прошептала она сквозь стон, и движения стали еще более резкими. Она почти перешла на крик, его когти впились в кожу. Больно, но она этого и хотела. Фенрир чувствовал, как нарастает напряжение в мышцах, и прижал её сильнее, клитор терся о его кожу, заставляя Гермиону содрогаться от прикосновения. Еще немного, и её тело начало дрожать от оргазма, он чувствовал каждый гребаный спазм на своем члене, она была так прекрасна в своих эмоциях, что не хотелось, чтобы это заканчивалось, – Я хочу еще! – Умоляющим голосом прошептала она. Фенрир поставил ее на колени, она облокотилась о диван, а сам вошёл сзади, опуская руку ей между ног, погружая пальцы между складками. Левой рукой он схватил её за шею, Гермиона изо всех сил сжала обивку дивана, начиная двигаться в такт фрикций. Рука на шее сжималась крепче, и руки Гермионы начали светиться белым светом. Волна прошла сквозь её тело, жидкость потекла по ногам на пол, а конвульсии охватили всё тело, – Мне надо ещё! Пожалуйста! – Умоляла она. Он поднял её с дивана и прижал к себе. Влажный ковер под ногами неприятно раздражал кожу, но ей было плевать. Под таким углом проникновение становилось очень чувствительным, его пальцы совершали круговые движения по клитору, он зажал его между пальцев, совершая жесткие толчки и сжимая шею другой рукой. Третий оргазм пришел быстро, жидкость снова потекла по ногам, Гермиона закричала и Фенрир кончил в неё с громким звериным рыком. Семя потекло по внутренней стороне бедра, под коленями хлюпал ковер и кожу саднило, – Спасибо! – Тихо прошептала Гермиона, пытаясь прийти в себя. Он поцеловал её плечи и осел на пол, держа руку на её животе. Гермиона отправилась в душ, пока Фенрир приводил в порядок гостиную, очистив пол и ковер. Фенрир заварил для них чай, достал пирожные из холодильника и ожидал возвращение Гермионы. Горячая вода смыла семя с её ног. Гермиона оперлась на стену и подняла лицо вверх, поток воды бил по лицу, волосы намокли, она тяжело дышала, закрыв глаза. Она позволила себя быть свободной. Она прекрасна. Она само проявление сексуальности и любви. Ни у Фенрира, ни о Лорда вопросов не было. Никто из них не собирался её сдерживать, да и зачем? Пока они могут дать то, что ей нужно, их всё совершенно устраивало. Их разговор был четкий и конкретный. Если она хочет, если это ей поможет, значит так и будет. Нельзя ограничивать женскую сексуальность, нельзя её гасить, нельзя её винить. Она тот самый огонь, который дает жизненное топливо. Гермиона смывала мочалкой его запах со своего тела, чтобы потом снова надеть его рубашку, и пахнуть хвоей и его феромонами. Смирение пришло и к Фенриру, после разговора с Лордом, стало понятно, что соревноваться нет смысла, но есть смысл объединиться, чтобы её не потерять. Гермиона вышла из душа, снова надев на себя рубашку Волка и пижамные штаны. В гостиной горела настольная лампа. Фенрир сидел на диване и улыбался, глядя на Гермиону с туманными глазами, которая юркнула в его объятия под плед. Он её обнял и поцеловал в макушку. — Я люблю тебя, девочка – любящая – монстров! – Она потянулась к его губам, чтобы его поцеловать, – И я очень рад быть здесь, рядом с тобой! – Она прижалась к нему сильнее и громко выдохнула. — Спасибо, что ты у меня есть, Фенрир! – Она закрыла глаза и уткнулась носом в его грудь. Фенрир был бесконечно счастлив.