1: Возвращение

Воздух в Конохе пах по-старому – смесью влажной земли после дождя, древесной коры и далекого дыма от мисо-супа. Но что-то новое витало в этом знакомом запахе, что-то неуловимо чужое. Ирис Учиха шла по оживленным улицам, ее высокая худая фигура в простой черной одежде привлекала редкие взгляды. Тринадцать лет – достаточный срок, чтобы стать чужестранкой в своем же доме. Ее карие глаза, подернутые легкой дымкой воспоминаний, скользнули по знакомым силуэтам зданий, пока не остановились на том, что было сердцем деревни – здании Хокаге. Именно туда она направлялась. Путь в кабинет Шестого был для нее знакомым маршрутом, хотя теперь его охраняли совсем другие шиноби. Пропуск с печатью Хокаге открыл все двери. Ирис вошла без стука. Какаши Хатаке сидел за массивным столом, заваленным бумагами. Он не выглядел удивленным. Его единственный видимый глаз сузился в знакомой улыбке, хотя сама маска, как и всегда, скрывала его лицо. – Всегда отличалась отсутствием манер, Ирис, – его голос был ленивым, почти скучающим, но она уловила в нем едва слышную нотку тепла. – Учусь у лучших, Какаши-сама, – парировала она, опускаясь в кресло напротив без приглашения. – Поздравляю. Хокаге. Никогда не думала, что ты добровольно примешь на себя столько бумажной работы. – Кто-то же должен, – он отложил кисть и сложил руки под подбородком. Его взгляд стал пристальным, изучающим. – Веснушки на месте. А вот глаза... они повидали многое. Ирис не стала отрицать. Ее глаза, ее величайшая сила и наследие, действительно видели слишком много. В том числе и то, о чем здесь предпочитали не вспоминать. – Годы за границей не проходят даром. Как и годы в АНБУ, – она произнесла это намеренно, зная, что это заденет его. – Я слышала о команде. О твоем... решении. Какаши вздохнул, откинувшись на спинку кресла. – Они – будущее Конохи. И ее настоящее. Наруто, Саске, Сакура... Они сильнее, чем любой из нас был в их возрасте. Но им не хватает фокусировки. Саске одержим местью, хотя объект ее уже мертв. Наруто рвется вперед, не видя общую картину. Сакура... она сильна, но ее сердце разрывается между ними. Им нужен кто-то, кто понимает тьму, но не подчинился ей. Кто-то, кто знает цену силы и ее бремя. – И ты решил, что это я? – Ирис подняла бровь. – Бывшая анахоретка, которая последние десять лет учила чужих детей, а не сражалась на передовой? – Ты учила их выживать, – поправил он. – И ты – единственный человек, кроме меня, кто видел Итачи в работе. В настоящей работе. Ты знае́шь, на что способен Шаринган его уровня. И на что способен Учиха. При имени Итачи в воздухе повисло тяжелое молчание. Ирис отвела взгляд, глядя в окно на лицо Шодаме Хокаге, высеченное на горе. – Я была в отряде с ним, – тихо сказала она. – За день до... того вечера. Он был спокоен. Холоден. Как лед. Я ничего не поняла. – Она снова посмотрела на Какаши. – Ты хочешь, чтобы я тренировала его брата, зная, что я знаю правду? Или не знаю ее до конца? – Я хочу, чтобы ты дала им то, чего не могу дать я, – ответил Какаши. – Перспективу извне. И силу, которая не уступает их собственной. Ирис медленно кивнула. – Хорошо. Но я буду делать это по-своему. Без одергиваний с твоей стороны. – Я и не ожидал иного, – в его глазах вновь появилась ухмылка. – Они ждут на тренировочной площадке номер три. --- Знакомство прошло ровно настолько бурно, насколько она и предполагала. Наруто, весь – энергия и возмущение, сразу начал с вызова. – Эй, баа-чан! Ты и есть наш новый супер-сенсей? Ты не выглядишь сильной! Саске молча оценивал ее высокомерным взглядом, в котором читалось разочарование. Сакура смотрела с вежливым любопытством, скрывая легкую досаду, что их отвлекли от более важных, по ее мнению, дел. – Меня зовут Ирис Учиха, – представилась она, не повышая голоса. – И да, Наруто, на протяжении следующих нескольких недель я буду вашим инструктором. А теперь закрой рот и смотри. Она не стала тратить время на долгие речи. Она активировала их. Не шелохнувшись, ее карие глаза превратились в кроваво-красные. Три томоэ слились в причудливый, абсолютно уникальный узор – цветок с четырьмя изогнутыми лепестками, окружающими темную зрачок. Вечное Мангекё Шаринган. Воздух вокруг нее затрепетал от сконцентрированной мощи. Ни слова заклинания, ни единого жеста. Просто взгляд. – Что... что это? – прошептал Саске, и в его глазах впервые за все время встречи мелькнуло нечто, кроме высокомерия – шок и непонимание. Его собственный Шаринган не реагировал на ее технику. Он просто видел невообразимую мощь. – Это – наследие, о котором вы не имеете понятия, – голос Ирис был тихим, но он резал слух, как сталь. – Вы думаете, что знаете, что такое сила? Вы видели битвы, сражались с Акацуки... но вы даже не начали скрести поверхность. Ваш сенсей просил меня научить вас. Так вот мой первый и последний урок: сила – это не только техники и куча чакры. Это контроль. Это видение. Это понимание цены. Она деактивировала Додзюцу и, повернувшись, бросила через плечо: – Завтра на рассвете. Здесь же. Опоздаете – будете бегать вокруг Конохи с кирпичами на спине до заката. Тренировка окончена. Она развернулась и ушла, оставив троих самых сильных молодых шиноби своего поколения в полном, оглушительном молчании. --- Вечером она снова была в кабинете Хокаге. Какаши смотрел на нее, доедая порцию рамэна. – Напугала детей? – спросил он с набитым ртом. – Дала им то, чего они хотели, – Ирис стояла у окна, наблюдая, как зажигаются огни в деревне. – Доказательство силы. Саске узнал Шаринган, но не понял его. Это его зацепило. Наруто почувствовал чакру, которую не может измерить. Сакура... та просто умна, чтобы понять, что я не просто «баа-чан». – И как твои... глаза? – спросил он осторожно. Она обернулась. Ее взгляд был ясным и твердым. – Совершенны. Зрение не падает. Плата была уплачена заранее. Какаши кивнул, не настаивая. Некоторые раны были слишком свежи, даже спустя годы. – Они готовы к правде об Итачи? – спросила она внезапно. Какаши покачал головой. – Нет. И не знаю, будут ли готовы когда-нибудь. Но твое знание... оно может помочь Саске найти свой путь, а не путь мстительного призрака. – Возможно, – Ирис отвернулась. – Но путь правды часто бывает опаснее пути лжи. Завтра начнутся настоящие тренировки. Посмотрим, выдержат ли твои «гении» то, что я для них приготовила. Она вышла, оставив Какаши в одиночестве с его мыслями и холодной лапшой. Он смотрел на закрытую дверь, и в его глазах мелькали тени прошлого – воспоминания о совместных миссиях в АНБУ, о молчаливом понимании, которое было между ним, Итачи и этой дерзкой брюнеткой с веснушками. Теперь она вернулась, неся с собой наследие Учиха и свои собственные демоны. И он, Шестой Хокаге, доверил ей самое ценное, что у него было – следующее поколение. Он вздохнул. Коноха определенно стала интереснее.