Моя тяга к искусству

Отец требовал от меня все и сразу, чтобы я в 2 года уже готовила ему ужин место мамы и носила ему тяжёлые бутылки с пивом и закуски. От голода очень хотелось попробовать этот странный напиток... Но мама говорила что это плохо, я ее слушалась. И не только в этом, а во всем, надо было спрятаться - я пряталась, надо было замолчать - я молчала и так было всегда. Впервые я вышла на улицу когда мне было 4 года, нас тогда папа выгнал сходить в магазин за странным напитком и рыбой, снова она будет вонять на весь дом, ненавижу её. Выйдя туда я поразилась... И очень сильно, мир оказался такой красивый, захотелось убежать и больше никогда не возвращаться в ту унылую квартиру, в тот холодный балкон, и прокуриную гостиную. Но мама держала меня крепко за руку, сказав чтобы я не смела убегать, я ее по прежнему слушалась. В тот же день я попросила у мамы купить мне хотя бы простой карандаш и несколько листов, вздохнув она посчитала монеты в ладони и кивнула. Я радостная топала домой с покупками, запоминая мир во круг. В тот же вечер папа нас снова запер на балконе, но я этому даже не много радовалась, ведь спокойно могу что нибудь попробовать нарисовать, согнув лист напополам я решила нарисовать скамейку, раньше я ее не видела. Взяв серый обычный карандаш в руки, я начала что-то чертить. Линии были кривыми, одна сторона скамейки была больше чем вторая, рядом я нарисовала огромный цветок, размером и половины скамейки, и в углу листа солнце. Я чуть ли не прыгала от счастья, мне очень понравилось рисовать. Пока солнце еще хоть немного освещало балкон я все это время рисовала, все что видела и не только, даже вымышленных персонажей рисовала. Вскоре я и не заметила как уснула. Утром я проснулась от того что в мои глаза светило солнце, протерев их я начала будить маму, мы все так же были на балконе, но отец перед тем как куда отошел решил приоткрыть дверь. Проснувшись мы пошли готовить завтрак отцу, если он позволит то мы сядем сегодня с ним пообедать, мы ели с мамой редко, и то только один раз в сутки. Мама посадила меня на край стола и начала объяснять что да как готовить. Мама ему пожарила яичницу, а я сделала кофе. Когда он пришел то снова начал орать на маму, якобы она специально не досолила ему яйца. А я просто попала под горячую руку, он начал бить меня ногами, обзывая меня всякими не хорошими словами, обзывая мой цвет глаз, хотя маме мои глаза очень нравились.. Они были не обычные, красный, голыбые, даже с примесью зелёного, правый зрачек был в форме сердечка. Так же он обзывал мой голос, он ему казался слишком писклявый, выпирающие ребра, хотя сам меня почти не кормил, то что я никому не нужна такая и так далее, за что он меня ненавидит можно перечислять вечно. Сегодня он дал нам хлеб, целую буханку на двоих, это не было на него похоже, но я была очень рада. Почему то отцу приспичило покурить сегодня вечером на балконе, а я забыла убрать свои рисунки... Увидев их он сразу начал снова орать на маму, на что она просто так тратит деньги, а после на меня, что если не умею то не берись, что линии у меня кривые, все не настоящее а после просто все порвал и выкинул в мусорку. Я тихо плакала весь оставшийся вечер в углу, чтобы никто не слышал, мама с папой закрылись в комнате, доносились странные звуки, но я не стала проверять. Ближе к полуночи я уснула.