Фелиция Финал

Стража уже прочёсывала улицы. Феликс шёл впереди. Быстро. Почти бегом. Его плащ развевался за спиной, а взгляд скользил по мостовой, цепляясь за каждую мелочь. И вдруг он резко остановился. На камнях что-то лежало. Раздавленные булочки. Тесто размазано по мостовой, творог смешался с пылью. Рядом по камням блестели монеты. Сердце неприятно сжалось.А Т/И любила такую выпечку. Феликс медленно присел. Он поднял одну монету. Такая же, как из дворцовой казны. Пальцы сжались. — Чёрт… Он резко поднялся и огляделся. Через пару шагов он заметил лавку с выпечкой. Торговка стояла за прилавком, но, увидев его, заметно побледнела. Феликс подошёл к ней. Голос его был спокойным, но слишком холодным. — Кто был здесь с булочками? Женщина нервно сжала край фартука. — Она… — прошептала она. — Ваша… иностранная принцесса. Феликс почувствовал, как внутри всё похолодело. — А потом? Торговка сглотнула. — Крик… — тихо сказала она. — И всё. Тишина. Феликс медленно сжал кулаки. Настолько сильно, что костяшки побелели. Он развернулся. — Осмотреть каждый переулок, — коротко приказал он стражникам. И сам пошёл дальше. Поиски продолжались уже какое-то время. Город постепенно темнел, фонари зажигались один за другим. И вдруг взгляд Феликса зацепился за что-то светлое среди тёмного камня. Белое пятно. Он остановился. Поднял голову. Под самым потолком старой стены что-то застряло между прутьями решётки. Феликс подошёл ближе. И в ту же секунду узнал. Белая перчатка. Её перчатка. Сердце ударило в грудь. — Т/И! Его голос эхом разнёсся по пустому двору. На секунду была тишина. А потом… Изнутри. Слабый. Едва слышный отклик. -Тут...я тут..помоги ... Феликс резко обернулся к стражникам. — Здесь. И в его голосе больше не было сомнений. Внутри старой тюрьмы бандиты тоже услышали крик. — Чёрт! — один резко вскочил. — Они здесь! Они бросились к камере. Но было поздно. Снаружи уже раздался глухой удар. Ещё один. Дверь содрогнулась. — Ломают! — рявкнул кто-то. И в следующую секунду тяжёлая дверь с грохотом слетела с петель. Стража ворвалась внутрь. Но первым был он. Феликс. Стража быстро схватила похитителей. Феликс пересёк коридор за несколько шагов. Он почти не замечал никого вокруг. Его взгляд сразу нашёл её. Т/И стояла у стены. Уставшая. Грязная. Лицо бледное, волосы растрёпаны. Но она стояла прямо. Как всегда. И прежде чем она успела что-то сказать, он крепко прижал её к себе. Так, будто боялся отпустить. — Я здесь… — тихо сказал он ей в волосы. — Всё. Всё закончилось. Он на секунду замолчал. А потом едва слышно добавил: — Прости меня… Ты была права. Т/И тихо выдохнула. В её голосе всё ещё была обида. — Я не хотела быть против тебя… Феликс чуть отстранился, но не отпустил её. — А я не должен был кричать, — сказал он тихо. — Никогда. Он осторожно коснулся её щеки, словно проверяя, что она действительно здесь. Позже всё стало ясно. Когда стража начала проверять остальные камеры старой тюрьмы, одна за другой начали открываться тяжёлые ржавые двери. И каждый раз внутри находили людей. Испуганных. Уставших. Ослабевших — но живых. Тех самых. Тех, кто пропал за последние недели. Феликс стоял в коридоре, пока стражники выводили их наружу. Кто-то едва держался на ногах, кого-то поддерживали под руки. Семь человек. Все семеро были здесь. Один из спасённых, всё ещё дрожащий, рассказал, что произошло. И тогда всё сложилось. Их похищали не просто так. Бандиты хватали людей на улицах, запирали в этой старой тюрьме, а затем связывались с их семьями. Требовали деньги. Угрожали. Если кто-то расскажет городской страже о вымогательстве — пленника просто не вернут. Поэтому многие семьи молчали. Платили. И надеялись. Феликс слушал молча, всё сильнее мрачнея. — Значит, шантаж… — тихо произнёс он. Один из стражников кивнул. — Да, ваше величество. Похищение ради выкупа. Феликс перевёл взгляд на связанных бандитов, которых уже вывели из камер. Те больше не смеялись. — Посадить их, — холодно приказал он. — Надолго. Стражники увели преступников. А освобождённых людей начали выводить наружу, к свету и свежему воздуху. Феликс же обернулся. Т/И стояла неподалёку, всё ещё кутаясь в плащ, который он накинул ей на плечи. Живая. И теперь наконец в безопасности. И только сейчас напряжение, которое держало его всё это время, начало понемногу отпускать. Позже. Ночь. Дворец. Комнаты были тихи. Лёгкий свет ламп мягко отражался от позолоченных стен, бросая тёплые блики на ковры и мебель. Феликс сидел рядом с Т/И. Он держал её за руку — нежно, но крепко. Пальцы переплелись, словно обещая: «Я рядом. Никогда не отпущу». — Я больше не буду действовать без тебя, — тихо сказал он. Его голос был спокоен, но в нём сквозила вся тяжесть пережитого. Т/И посмотрела на него. Глаза блестели от усталости и напряжения, но она сжала его ладонь в ответ. — Даже если злюсь. Даже если страшно… — добавил он, позволяя себе лёгкую улыбку. Она глубоко вздохнула, почти растворяясь в этом спокойствии. — Тогда у нас есть шанс спасти этот город от всего, — сказала она тихо, уверенно. Феликс улыбнулся. Лёгкая, искренняя, беззаботная улыбка, которую он почти забыл за эти дни. — Пока ты рядом — всегда есть, — ответил он. Т/И прислонилась к нему, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Тепло его руки, его присутствие рядом… всё это давало чувство безопасности, которое теперь казалось непреложным. И впервые за долгое время, впервые после всего ужаса и тревоги, Т/И спокойно закрыла глаза. Она заснула спокойно. Феликс остался рядом, наблюдая за ней, тихо держа руку и чувствуя, что теперь они вдвоём — и это главное. Ночь была мягкой. Дворец тихим. А впереди был новый день. И прекрасное будущее.