Часть 3. Раз, два, три, рыжая ведьмочка, выходи!

      Джинни бежала по лесу, молясь, чтобы этот ублюдок её не поймал.       Сухие листья шелестели под её ногами, ветки деревьев били по лицу и царапали нежную кожу, а лёгкие горели, словно она бежала марафон. Марафон смерти.       Мысли в голове метались со скоростью света, а в сердце светилась надежда на счастливый конец. Он ведь не убьёт её, верно?       «Лишь бы с Роном, Гарри и Гермионой было всё хорошо»       Девочкам пришлось разбежаться по разные стороны. Неизвестно, на что способны Теодор и Драко, если девушки их ослушаются.       Джинни добежала до ближайшей поляны и спряталась под высоким деревом, в небольшом углублении в стволе. Она максимально сильно вжалась туда, чтобы её не было видно.       Темно было настолько, что она толком не видела перед собой ничего, за исключением теней. Ей на секунду вспомнились её ночные кошмары. В них она постоянно то убегала от кого-то, то пряталась, то её убивали или топили. В данный момент с ней происходило то же самое. Но сейчас это не ночной кошмар. Это реальность. И, к сожалению, она понятия не имеет, на что способен этот псих и останется ли она живой.       А вдруг это её последний день? Неужели она умрёт такой молодой и в Хэллоуин?       Издалека послышались тяжёлые шаги и хруст веток.       Он здесь.       Свет от тыквенного фонаря, который нёс Тео, понемногу приближался.       Джинни поджала ноги под себя, закрыла рот ладонью и затаилась, надеясь, что он её не найдёт. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.       — Раз, два, три, рыжая ведьмочка, выходи! — он засмеялся, а свет всё сильнее приближался к укрытию девушки.       В висках застучало. Джинни закрыла глаза, молясь всем богам на свете о спасении.       «Хоть бы не нашёл», — пронеслось в ее голове.       Тяжёлая мужская ладонь схватила хрупкие кисти рук девушки и рывком вытащила ее из укрытия.       — Попалась, ведьма, — мужчина засмеялся, моментально заковав руки девушки в наручники.       С губ Джинни сорвался крик, а глаза расширились от ужаса.       — Ты проиграла, и тебя ждёт наказание, — мужчина поставил тыквенный фонарь на землю.       Джинни начала дёргаться.       — Нет, не надо! Отпусти меня, умоляю! — она отчаянно завопила, но у Тео были другие планы.       Он толкнул девушку на землю, прижав её к земле своим телом.       — Тише, детка.       Он полез в карман своих штанов, доставая флакон с жидкостью, очень похожей на ту, что была у Драко.       И вновь шприц.       Джинни не успела среагировать, когда Теодор уже вколол ей этот неизвестный препарат.       Сперва девушка ничего не почувствовала, а потом ощутила жар. Она начала колотить его по груди скованными руками.       — Что это такое?! Что ты мне ввёл?! — она смотрела в безумные глаза Нотта через отверстия в маске.       Теодор наклонился поближе.       — Не переживай, тебе будет очень приятно, — прошептал он, снимая с себя маску.       Черты его лица были видны в свете тыквенного фонаря. На губах сверкала похотливая улыбка.       — Ну что, начнём? Препарат как раз уже начнёт действовать. — Тео крепко обхватил девушку за талию и прижался губами к ее шее, начав осыпать сладкими поцелуями.       Джинни поняла, что Тео явно сдержит свое обещание и трахнет ее прямо здесь. Она уже чувствовала, как его твёрдый член упирается ей в бедро.       — Не смей! Помогите! На помощь! — кричать было бесполезно, но она не прекращала попыток.       Джинни почувствовала, как внизу живота разливается странное чувство, словно резкий прилив желания. И тогда она поняла, что ей ввели.       Осознание ударило по ней, словно молния среди ясного неба. Мозг начал переставать соображать, а все чувства обострились. В особенности желание.       — Уже действует, как быстро, однако. Недаром я потратил на этот афродизиак столько денег. — Тео лизнул мочку уха девушки и немного прикусил. Свободная рука залезла под платье и погладила самое интимное место через уже мокрое бельё.       Все тело Джинни вздрогнуло, как если бы ее ударило током.       — Тише, рыжуля, — он укусил ее за шею, а затем начал зализывать укус.       Джинни подняла взгляд на темное небо. Мозг переставал контролировать тело. С каждым прикосновением Теодора пламя внутри нее разгоралось еще сильнее. Это было унизительно.       Теодор нырнул пальчиками под чёрное кружево и начал описывать круги вокруг набухшего клитора.       Джинни инстинктивно сжала ноги.       — Не смей. — Тео развел ее ноги шире и задрал платье, оголив бедра.       Он сорвал с неё кружево, отбросил его в сторону, и схватил ее ноги, подняв их повыше.       Джинни не выдержала и со всего размаху ударила мужчину ногой в живот.       Тео удивился такой выходке и зашипел от боли.       — Сучка, — его глаза запылали огнём, и Джинни поняла, что совершила ошибку. Она его разозлила. А вряд ли сердитым он будет более нежен.       Теодор достал из кармана штанов складной нож. Щелчок, и острое лезвие засияло в свете луны.       Джинни поджала губы от страха. Он ее убьёт.       Теодор схватил одну из ног Джинни и прижал острый кончик ножа к мягкой коже на ляжке.       — Мне не хотелось этого делать, но ты не оставила мне выбора. Не смей дёргаться, — прошептал он, медленно втыкая холодный кончик в кожу и начав выводить на ней что-то.       Джинни тут же закричала, чувствуя боль и жжение.       — Отпусти, не надо!       Теодор сильнее сжал ногу девушки, а своим весом прижал её к земле, не давая шанса на освобождение и продолжая что-то выводить, словно художник на холсте. Вот только холст был живой.       — Красота.       Джинни сжала зубы от боли, не в силах что-либо сделать. Рана болела настолько сильно, что хотелось облиться ледяной водой, лишь бы не это прекратилось.       Тем временем Тео, нарисовавшись вдоволь, поднёс к лицу окровавленный нож. Тёмная кровь стекала по холодному лезвию совсем не спеша и он, вытянув язык, стал осторожно слизывать ее, утопая в блаженстве. Его глаза закатились от удовольствия, словно он пробовал не кровь невинной девушки, а самое дорогое вино. Джинни окаменела, наблюдая за ним, а страх внутри неё стал ещё сильнее, чем прежде.       Тео вдруг опустился к её ноге и, высунув язык, стал медленно слизывать кровь уже, непосредственно, с самой раны. Его горячий язык проходился по свежему порезу, заставляя девушку дрожать. Местами он даже где-то пытался проникнуть кончиком языка в саму рану, будто бы играя.       Джинни пищала и тяжело дышала, всем своим существом испытывая самое настоящее омерзение.       — Отпусти! — отвращение заполнило ее разум. Это было мерзко, жутко, ужасно.       Ни одно слово не могло описать весь спектр ее эмоций на тот момент.       — Не бойся, я просто пробую тебя, милая, — он высасывал кровь из раны.       Джинни взглянула на Теодора, сидящего между ее ног и на то, что же он написал на ее коже.       Это было число. Число тринадцать.       Этот псих вырезал на ее коже число, после которого останется шрам на всю жизнь. Уже остался.       Она начала пытаться ударить его по голове. Наручники сковывали её движения и жутко натирали кисти рук.       Этот псих продолжал наслаждаться кровью девушки, облизывая и посасывая края кожи.       Вдоволь наигравшись с ней, Теодор поднял голову и прижался губами к ее губам, давая ей возможность почувствовать вкус своей же крови.       Джинни еле подавила рвотный рефлекс, когда он еще и укусил ее за нижнюю губу.       Одна из его рук зарылась в её рыжие волосы, больно оттягивая их на затылке.       Он толкнулся бедрами вперёд, чтобы ноги девушки не сомкнулись.       Свободная рука вновь вернулась к набухшему и пульсирующему клитору. Два пальца моментально вошли в тугое, но очень горячее и влажное влагалище.       Джинни напряглась и что-то невнятно пробормотала в губы Тео, который точно дал понять, что он ее не отпустит. Никогда.       Джинни ощутила его пальцы, очень быстро двигающиеся. Никакой нежности не было. Грубость, похоть, желание и безумие.       С ее губ сорвались первые стоны, когда Тео сильнее надавил.       — Давай, детка, покажи свою развратную сторону. Или мне еще добавить в тебя афродизиака? — он усилил напор, отчего тело Джинни задрожало.       Когда Джинни была на пределе, готовая развалится на части, то он остановился и похотливо ухмыльнулся.       Теодор снял ремень с джинсов, а затем и сами джинсы, под которыми не было ничего.       Джинни увидела его уже готовый к действиям член. Её глаза наполнились слезами, а внизу болезненно пульсировало.       — Нравится? — прошептал Тео, проведя рукой по своему большому члену.       Он сжал ремень в руке и легким движением перевернул Джинни на четвереньки. Ее голые колени больно вжались в землю, а сцепленнные ладони схватились за дерево.       Теодор разорвал платье Джинни и отбросил его в сторону, оставив девушку совершенно обнажённой и беззащитной.       В этот момент в глазах Джинни потемнело, и казалось, словно она вмиг опьянела.       Неужели это очередное действие той дряни, которую он ей вколол?       Шлепок и визг.       Теодор ударил Джинни ремнем по ягодицам.       — Сукин сын! — зашипела она от боли, но перед глазами все кружилось.       Шлепок.       — Будь тише, ведьма, — он намотал её длинные волосы на кулак, заставляя её прогнуть спину. — А теперь я заставлю тебя запомнить меня навсегда.       Губы Джинни раскрылись в немом крике боли, когда Теодор вогнал свой член полностью в неё. Внутренности Джинни сжало, боль была невыносимой.       — Какая тугая дырочка. Даже уже, чем я представлял. — Теодор навалился на Джинни сзади, покусывая ее плечи.       Его темп сразу стал невероятно жестким. Он больно тянул ее за волосы, заставляя смотреть вверх, на звёздное небо.       Джинни заплакала, чувствуя как что-то тёплое стекает между ее бёдер.       Больше всего на свете ей хотелось умереть. Лишь бы здесь не было этого ублюдка. Лишь бы с ней было все хорошо. Всё что угодно, только заберите ее отсюда.       Шлепок.       Он вновь ударил ее по ягодицам, отчего она издала стон боли.       — Чертовски идеальная задница.       Затем Тео отпустил ее волосы и убрал ремень, вместо этого схватив ее за груди и потянув верхнюю часть тела девушки на себя, прижимая спиной к своей груди.       — Какие же сиськи, господи… Я готов кончить на них, детка, — проведя пальчиками по твёрдым соскам, прошептал он.       Джинни тихо плакала, ощущая лишь боль. Бедра мужчины бились о ее бёдра, наполняя округу звуками шлепков кожи о кожу.       Теодор громко стонал ей на ухо.       — Сука, детка… Такая классная… Такая… невероятная! — Он увеличил темп, вбиваясь в маленькую дырочку Джинни, словно животное.       Одна из рук мужчины скользнула ниже, погладив низ живота Джинни, а затем ещё ниже, потрогав вырезанное число на ее ляжке.       — Моя навеки, — другая рука тоже отпустила грудь и обхватила изящную шею. — Скажи мне, чья ты? — прошептал он.       Джинни хныкала. Каждое его прикосновение и движение отдавалось глухой болью по всему телу. Она не могла ни говорить, ни думать. Сил совсем не было.       — Отвечай! — рыкнул он, сильнее сжав шею и перекрывая доступ к кислороду.       Глаза Джинни округлились и она начала царапать скованными руками его руки.       — Хватит… Твоя! Твоя я! — засипела она, добровольно подтвердив его слова. Тео сразу же отпустил ее шею, а следом, напрягшись, кончил.       Джинни чувствовала, как его семя вытекает из нее вместе с кровью. Ее трясло, пока он целовал ее в пропитанные слезами щёки.       Ее тело горело, несмотря на холодный воздух. Руки и ноги были грязные, тело потное, а глаза красные.       Теодор медленно вышел из неё и перевернул истерзанное тело обратно на спину.       Наклонившись, Тео схватил Джинни за ноги и начал слизывать кровь с ее мягких и разбухших складочек.       — Самая лучшая… — последовали поцелуи выше, до груди. Мягкие губы обхватили затвердевшие соски. Твёрдый член вновь упирался в животик девушки.       Джинни, словно сломанная кукла, лежала и плакала. Не было сил ни кричать, ни бороться. Только смириться.       Тем временем Теодор вновь схватил нож.       Знакомый щелчок и холодное лезвие прижалась к низу живота девушки. Ее затрясло, когда он стал выводить очередное «что-то» на нежной коже. Крик застрял в горле, а тёплая кровь потекла вниз.       — Теперь точно моя. — Теодор откинул нож и грубо схватив девушку за волосы, слился с ней в поцелуе.       Именно это было последним, что видела Джинни, перед тем как потерять сознание и раствориться во тьме. Но монстров там уже не было, ведь он сейчас был перед ней, держа её в своих лапах и разрывая на части.