Глава 5

      Они говорят до рассвета, сидя на кухне и смотря, как медленно пробиваются лучи солнца сквозь полотно ночи. Грейнджер прикрывает рот рукой, зевая, а Малфой вытягивает из её ладони тёплую кружку с кофе. — Пойдём спать, Грейнджер, - его голос звучит слишком устало, и девушка улыбается. - Я вижу, что ты очень этого хочешь. Она хмыкает, качая головой в отрицательном жесте, но поднимается со стула, забирая телефон и наушники. — Знаешь, мы могли бы полежать во внутреннем дворе. Там же, настолько я помню, есть большой гамак? Драко кивает, подходит к выходу и бросает что-то похожее на просьбу одеться теплее. ~*~ — Грейнджер, - зовёт Малфой, уткнувшись носом в подушку. Гермиона отрывает взгляд от строк, которые пытается прочесть вот уже несколько минут, но тепло мужского тела в непосредственной близости всё сильнее мешает. Кляня себя за согласие лежать на одном гамаке с Драко Малфоем, она пытается придать голосу уверенности, отвечая: — Ау. — Мы не сможем жить вместе, если как можно быстрее не обсудим... важные моменты, - он сглатывает. Девушка видит его напряжённые плечи и руки, сцепленные в замок. Ему нелегко, и на это есть причины. — Да, ты прав, - тихо. — Мне жаль, Грейнджер. Прости... за то, как вёл себя с тобой в школе, как... - Малфой громко сглатывает, закрывая глаза. Гермиона смотрит на его лицо, понимает - Драко старательно избегает её взгляда. - Я не смогу полностью искупить всё то, что натворил и, возможно, навсегда останусь в твоих глазах говнюком, которого волновали кровь и происхождение. И не пытаюсь оправдываться, просто... — Я верю тебе, Драко, - она осторожно касается его ледяной ладони, сжимая. - Верю, что твоё поведение объясняется воспитанием и внушением идеалов, которые совсем не являются таковыми. Знаешь, я думала над всем этим и пришла к выводу, что всё это можно оставить в прошлом. Нет, я не забыла, но нужно жить дальше. Ведь сейчас всё хорошо. — Пока не разберёшься и не решишь проблему, хорошо не будет. Ты ведь не должна извиняться и краснеть за свои поступки, - сердце Грейнджер сжимается от сквозящей в его голосе горечи. - А я должен всегда всем доказывать, что я изменился, что я другой. Что никогда не был чёртовым фанатиком режима Волдеморта, - его трясёт. Драко хватается за пальцы девушки, полностью обхватывая их ладонями. - Просто подросток, не способный противостоять воле отца. Гермиона тихо вздыхает и чувствует, как в груди растекается что-то тёплое, такие родное и приятное. Что-то, что Грейнджер никогда не ощущала... — У тебя есть постоянная хорошая работа, люди, которым ты дорог. Всё ещё впереди... А теперь, давай-ка ты будешь спать, Малфой, - девушка снова поднимает перед собой книгу и слышит почти неуловимое, полное благодарности, «спасибо». Но вскоре читать книгу становится физически невозможным - Драко медленно перебирается с подушки ей на плечо, а потом на грудь, тихо сопя во сне. Гермиона улыбается, давая ему возможность лечь поудобнее, и тоже закрывает глаза под громкое стучание под рёбрами. ~*~ Гермиона понимает, что не чувствует левой стороны тела. Совсем. Разлепляя глаза, она проводит свободной рукой по спутанным волосам и тихо вздыхает. Всё тело затекло под тяжестью слишком самоуверенного блондина. С трудом девушке удаётся удержаться на ногах, не разбудив при этом сопящего Малфоя. Слишком мило сопящего. Грейнджер хмыкает, улыбаясь, и срывается в дом за камерой, что привезла с собой «на всякий случай». И вот, быстро накинув на нижнее бельё совершенно неподходящую по размеру белую рубашку, с фотоаппаратом в руках Гермиона появляется рядом с Драко, который обнимает подушку. Громкий щелчок и вспышка заставляют его резко подскочить и, повинуясь аврорским инстинктам, кинуть подушку в человека со странным оборудованием в руках. — Бля-я-ять, Грейнджер, - Малфой ерошит волосы, падая обратно в гамак, старательно игнорируя звонкий смех девушки. - Убери эту...штуку! Но она хохочет ещё больше, и камера снова издаёт престранный звук по мнению Драко, а потом Грейнджер нажимает какую-то кнопку, и из отверстия выезжает маленькая бумажечка. — Что это? - Малфой хватает девушку за руку и несильно тянет на себя, но стоящая рядом Грейнджер настолько была увлечена странной бумагой, что не успела среагировать и оказалась не рядом, а на нём. Кровь приливает к девичьим щекам. Гермиона чувствует отчаянное биение собственного сердца так сильно, что рёбра начинают болеть. Малфой тёплый. Его грудь соприкасается с её спиной, и Гермиона невольно думает, что готова сидеть так чуть меньше вечности. Знакомый аромат окутывает девушку, заставляя прикрыть глаза от удовольствия. Руки Малфоя крепко держат, предупреждая падение. — Это... - в горле мучительно пересохло. Она сглатывает, пытаясь собраться, но мозг подкидывает картинки, совершенно не нужные сейчас. Картинки, на которых Драко убирает фотоаппарат из её рук и медленно наклоняется, целуя в ложбинку шеи. Его руки сильнее бы обвили тело, а она прижалась бы так крепко, как смогла. — Грейнджер, - тихий и хриплый голос где-то в районе уха, совсем рядом, привёл Гермиону в чувство. Но совсем не в то, которое ей хотелось. - Тебе так нравится сидеть на моих коленях? Малфой проводит кончиком носа по линии скулы, зарывается в пышные кудри и вдыхает приятный аромат корицы и... — М-м-м, ты пахнешь вишней? — Да, эти духи мне подарили родители... — Мне нравится, - он хмыкает и забирает из побелевших пальцев девушки фото. - Салазар, Грейнджер! Больше никогда не делай таких ужасных вещей! Драко разворачивает Гермиону боком и впивается взглядом в смеющиеся янтарные глаза. Он только сейчас замечает совсем тёмную окантовку её радужек. В мыслях всё прочнее заседает эта совершенно непохожая ни на кого девушка. Грейнджер, что же ты со мной делаешь?