Глава 27

В этот раз я не позволил себе тянуть дольше, чем можно было. Обходя курорт, проверял всё ли в порядке, хотя это было и не обязательно, с таким могли справиться и обычные маскоты. Но это было тем самым «позволительным» временем, которое можно было потянуть. Всё-таки я собираюсь отправится на свою первую родину. Точнее в то место, которым она стала уже после того как я осознал себя. Эта же родина была изуродована био-катастрофой, запущенной учёными, которые, как я сейчас понимаю, пытались осуществить какое-то глобальный проект, связанный с Тьмой. Я помнил, они устраивали глобальные поиски Драконов. А после того как находили их, ловили, как какой-то скот и вырывали ядра. «Но это не вязалось с концепцией из проекта. Не то чтобы я знал его, просто чувствовал, что это не так.» Делали всё, чтобы превратить их в то, чем они не являются. Я долго не мог понять, как они могли это сделать со своей малой силой. Это были люди, обычные люди: хрупкие, ломающиеся слишком просто и легко, чтобы суметь выловить Драконов из Тьмы. А потом, уже после того как большую часть драконов пустили на инструменты и энергию, троих из нас просто вышвырнули. И как в насмешку, запихнули в плюшевые костюмы, почти что игрушки, совершенно не похожие на наши истинные тела. Это был путь к медленному гниению заживо и смерти. Исчезновению. Самое страшное, что могло произойти с существованием Тьмы — это когда о нем забывали. Изуродовав до неузнаваемости, они выкинули нас как мусор, зная, что даже если мы выживем, то всё равно ненадолго. Со временем даже мы сами стали забывать о том, чем были раньше. Это извращало нашу суть. Превращало в что-то совершенно уродливое и ужасное, что навсегда забывало свой прежний облик и уже не могло вернуть его. Таким был Волшебный Кролик. Таким был бы и я. Но если Волшебный Кролик уже давно забыл, кем был раньше, забыл свое имя. То я — нет. И это было настоящей удачей. Почти что благословлением для того, кого раньше самого считали Богом. Появление той маленькой новорожденной души, что имела схожее со мной начало, что несла в своей сути частичку Знания, было ей. Она проделала весь этот путь и в итоге стала «мной». Не умерла, но продолжила свое существование в другой форме, став выше того уровня, на котором была. Получила возможность использовать свое Знание, полученное из места, в котором таких как Мы нет. Оно было бесценным. Любое заражение стекало теперь как вода. «Она» стала сильней, превратилась в «Мы», а после стала «Я». Этот процесс был недолгим, но важным. Фундаментальным. Он заложил основу, к которой позже стали прилегать разрозненные кусочки памяти, бесценные обрывки всего, что раньше могло бы называться гордым именем Дракона. Это стало Возрождением. Шансом. Тем, что я уже отчаился получить. Хотя сейчас, оглядываясь назад, мне кажется что правильным было продолжить бороться. Даже неудача — это результат, с ним можно было работать. Но сожалеть уже поздно и нет смысла. Я стоял на знакомом перепутье. Смотря мимо остальных дверей, я искал ту, что была нужна. Они выглядели одинаково, но даже когда были закрыты от них чувствовалась аура того, что находится внутри. Крупицы, рассеивающиеся почти в ничто. Поиск мог бы затянутся. Но пространство будто подстраивалось под мои желания, подталкивая меня в нужном направлении. И вскоре я стоял перед нужной дверью. Она была такой же как остальные, но я чувствовал от нее знакомый запах разложения и застоявшейся воды. Это была она, без сомнений. Не давая себе времени передумать, я потянулся и открыл её, сразу проваливаясь в проход. ... И оказываясь возле великолепного сверкающего фонтана. На нем была прекрасная русалка с чашей, из которой ниточкой тянулся жемчуг. Все блестело и переливалось под ярким солнечным светом. Сильная тошнота поднялась из глубины моего естества. Но была оттолкнута обратно. Я находился в месте, где пересекались множества разных времён, собираясь воедино. В теле ребёнка, но не потому что того требовали правила, а потому что я добровольно подстраивался под них. Можно считать это уважением к былому. Обходя сверкающую улицу, я целенаправленно шёл к воде, игнорируя дворец. Там не было ничего, что мне нужно. Лишь воспоминания. Край воды был странно ровным, будто сушу и воду разделили по прямой. Если смотреть под определенным углом то казалось, что после суши есть только пропасть в никуда. Я не задерживаясь на берегу пошёл дальше. В воду. Сначало по колено, потом по пояс, грудь, уши — и вот весь ушел под неё. Моргнул. Пространство полностью изменилось. Не было больше ясного сверкающего голубого оттенка воды. Теперь ее заменяла мутно-зеленая чернота. Понаблюдав немного, я нырнул вниз, направляясь к самому дну. Чем ближе я подплывал, тем яснее было видно нечто темное, покрывающее всю поверхность дна, далеко за пределы взгляда. Оно постоянно двигалось и извивалось, вызывая чувство отвращения от одного взгляда. Я его не касался, но мне казалось я ощущаю этот зловонный маслянистый запах и чувствую скользкую поверхность, чем-то напоминающую щупальца. А может чешую. От одного взгляда на это неподдающееся описанию существо, в голове могло помутнеть. Чем ближе я был, тем сильнее меня звало чувство. Шепчущее внутри черепа желание. «ВернисьВернисьВернисьВернисьВернисьВернисьВернисьВернисьВернисьВернисьВернись» Я чувствовал голод от одного взгляда на эту гигантскую тень на дне. Вся она была в грязно-черной дымке в моих глазах. Намного более насыщенной, чем все, что я встречал до этого. Когда я оказался совсем близко, тень зашевелилась активнее, по всей ее поверхности пошли отвратительные волны, будто что-то хотело вырваться изнутри. Меня это не остановило, я неумолимо приблизился вплотную к ней, но из-за мутности и серости не мог разглядеть полностью, какой была поверхность этой тени. Знал лишь, что мне надо ее съесть. Когда я уже протянул руку, чтобы коснуться её, она сдвинулась. Дно пошло ходуном от одного ее движения. Вода забурлила. Мне казалось я слышу стенания из недр земли. А потом тень сама меня коснулась. Не успел я ничего осознать, как всё померкло, оставляя лишь темноту, в которой яркими вспышками появлялись редкие картины, похожие на смутные воспоминания. Почти все они были одинаково статичными, на них была мутная вода, дно, изредка проблески света с поверхности, которые не могли достичь самого низа. Но были и другие. Странные существа, не то люди, не то рыбы, которые иногда спускались на дно этой бездны. И моменты, когда приходили странные чужаки, которые своими действиями будили спящую тень. После чего она поднималась на поверхность. Это редко заканчивалось чем-то хорошим. Так продолжалось долго, а может мне лишь казалось и все уместилось в одну секунду. Когда я моргнул, то уже находился не в той мутно- зеленой воде, а в кристально ясной. Мое тело потерпело изменения. В какой-то момент я перекинулся в другую форму, которая все равно подстроилась под меньший размер. Больше не было отслаивающихся потёков мутной жизни, которая отделяясь от тела бесследно пропадала. Это было почти здоровое, чистое и сильное змеевидное тело, переливающееся всеми оттенками голубизны, хоть и слегка тусклыми. Оно все еще оставалось очень большим, занимая огромное количество дна. Но было меньше, чем та тень, которая была раньше. Я больше не чувствовал миазм заражения. Его больше не было. Вообще. Нигде. Я испытывал одновременно неверие и проблески радости, а также долгожданное облегчение. Когда я шел сюда, то все еще не был уверен, что все получится. То что я перестал быть подвержен заражению от информации о Мире Без Нас, еще ничего не значило. Не факт, что я мог бы вылечить уже укоренившиеся мутации. Тень, которая лежала на дне моря была мной. Точнее той частью меня, что ради безопасности и сохранения рассудка была отделена после того, как я подвергся заражению био-катастрофой. Я успел отделить самую обширную зону с заражением и осколком ядра, спрятав ее так глубоко, ка только можно было. Ее не должны были найти. Это был также запасной план на случай, если бы я умер. Я ожидал, что он пригодится после того, как узнал Ккванчхори, что изуродовал мое тело. Но тогда я еще не умер. Мне не было нужды возрождаться из осколков ядра в зараженном теле. Это бы закончилось ничем не лучше смерти. Возможно я бы сошел с ума, если бы сделал так. Навечно остался бы заперт в тех мутных водах, изредка выбираясь на поверхность чтобы что-нибудь уничтожить или съесть... Тогда я думал, что это все равно было бы лучше, чем умереть. С этим можно было бы работать, при должном старании и удачей. ... Сейчас мое мнение не изменилось, просто я оказался еще более удачлив, чтобы не умереть. Но то, что я восполнил сейчас не было конечной моей целью. Основная часть ядра все еще оставалась у Ккванчхори и ее надо было вернуть. Тогда я стал бы по-настоящему целым. ...А еще пора было открыть глаза. То существо, что недавно посетило парк, было неуловимо похоже на Дракона. На знакомого Дракона. За ним стоило присмотреть. Еще немного порезвившись в воде, наслаждаясь движением и переливами цвета на всё еще немного тусклой чешуе, я всплыл, находу обратно оборачиваясь в ребенка. Больше не было смысла задерживаться. Я не собирался забирать «Вздох ангела», чувствовал, что пока не стоит этого делать. И верил этому чувству. Оставляя за спиной сверкающий мир, чья обратная сторона была столь ужасной и отвратительной, я возвращался обратно в парк. Меня уже ждали.