Часть 22

- Принц Эйгон, не открывайте спину! - воскликнул Кристон Коль. — Принц Эймонд, следите за ногами! Принц Дейрон, крепче держите меч! Алисента стояла на балконе в окружении своих фрейлин и наблюдала за тренировкой сыновей. Визерис и Лионель Стронг также следили за происходящим с другой стороны. Прошло уже двенадцать лет с тех пор, как у Визериса обнаружили «болезнь сердца». С тех пор за здоровьем короля следили с особой внимательностью, ведь малейшая неосторожность могла привести к приступу, который мог остановить его сердце. В обычные дни Визерис кашлял гноем, а иногда его рвало чёрной кровью. В такие моменты его спасали настойки и снадобья, которые давали лишь временное облегчение. Алисента удивлялась, как Визерис всё ещё жив. В её прежнем мире, если человек кашлял кровью, это было предвестником неминуемой смерти. Однако Дерек просветил её. Оказалось, что всё дело в крови дракона. Когда-то Таргариены могли превращаться в драконов, и хотя со временем они забыли о своём наследии, оно не забыло о них. Драконья кровь защищает своих носителей и даже может лечить. Правда, это работает только в том случае, если она достаточно сильна. Если же нет, то никакого лечения не будет. В этом есть смысл. Теперь понятно, почему в каноне Визерис прожил так долго. Хотя, честно говоря, ей всё равно, как он уйдёт из этого мира. Главное, чтобы это произошло поскорее, и он перестал мозолить ей глаза. Многие скажут, что такие мысли недостойны верной жены и королевы, но эти люди никогда не были на её месте. После рождения Эймонда у них с Визерисом произошёл разлад. Однако это не помешало им зачать ещё одного сына - маленького Дейрона, который сейчас отрабатывает приемы. Алисента не сразу заметила, как её семейная жизнь начала напоминать жизнь в оригинальном произведении. Когда Визерис поправился, он потребовал, чтобы ему рассказали обо всём, что произошло за время его болезни. Никто не собирался скрывать от короля правду, и Десница доложил монарху всё без утайки. После этого король приказал всем выйти, оставив в комнате только Алисенту. - Визерис... - Почему ты ничего не сказала? - спросил он мёртвым голосом. Что ж, она сама виновата. Ей следовало сразу рассказать, что Орвиль умолчал о способе, который мог спасти Эймму. - Прости, что умолчала о преступлении Орвиля, муж мой, но тогда я... - начала она, но Визерис прервал её. - Ты меня не поняла, Алисента! - воскликнул он. - Я спрашиваю, почему ты не рассказала о способе, который мог спасти мою любимую? Что простите? Её муж обвиняет её в том, что она не рассказала о кесарево сечении? Похоже, её удивление было написано на лице, потому что Визерис продолжал кидаться нелепыми обвинениями. - Эймма так любила тебя, ты была для неё как вторая дочь. Она сделала тебя своей помощницей. И так ты её отблагодарила? Ты скрыла способ, который мог спасти не только мою жену, но и моего сына. Я знал, что Отто очень властолюбивый человек, но не думал, что и ты такая же. - Я не поняла, ты обвиняешь меня в смерти королевы Эйммы? - её возмущению не было предела. - А ничего, что за лечением следит мейстер? Орвиль прекрасно знал про этот способ, и я была поражена, что он им не воспользовался! Как ты можешь обвинять меня? - Алисента... - начал он, но она не дала ему договорить. - Нет, это просто возмутительно! - воскликнула она, вскочив на ноги. - Как ты вообще до такого додумался? Для меня смерть королевы Эйммы стала таким же ударом, как и для тебя, а ты имеешь наглость заявлять, что я всё это подстроила! Я могла ожидать такое от кого угодно, но не от тебя! - закончив свою тираду, она вышла из зала Малого Совета. Визерис даже не попытался её остановить. Ублюдок. Алисента была зла, очень зла. Нет, это надо же, обвинить свою жену в смерти другой. Если бы она не была так возмущена, то высказала бы ему всё, что о нём думает. "Ты не должна так реагировать на слова этого идиота. Это может сказаться на твоём здоровье... и ЕГО." - услышала она обеспокоенный голос Дерека. От неожиданности она даже встала, чем обеспокоила своего защитника. - Моя королева?.. - встревожился Коль. - Всё в порядке, сир Кристон! - успокоила она рыцаря. - Просто задумалась! Уже в своём кабинете она могла расслабиться и серьёзно поговорить с Дереком. Она не боялась, что их могут услышать, так как Дерек заверил её, что во время их "личных" бесед он использует тени, чтобы заглушить их разговоры. Весьма полезная штука. - Что ты имел ввиду? - спросила Алисента дракона, когда тот появился перед ней. - Про кого ты? Прикидываться дурочкой точно не её, потому что Дерек ни на грамм не поверил в то, что она не догадывается, о чём он. - В тебе зародился огонёк новой жизни, - подтвердил он её опасения. - От Деймона Таргариена... Алисента отвернулась от него и тут её взгляд упал на зеркало, которое стояло в её кабинете в полный рост. Она подошла к нему и внимательно себя осмотрела. Глупо конечно. При условии, что срок ещё очень маленький. Она интуитивно провела рукой по животу, в котором спал её сын. То, что это сын, она была уверена на сто процентов. Она не знала, как за кулисами оригинальной истории, но в этом мире фанатская теория окажется правдой. Эймонд Таргариен станет сыном Порочного Принца. Она знала, что её слабость будет дорого ей стоить. Знала, но надеялась... А на что она собственно надеялась? Что обойдётся? Или что Деймон останется рядом с ней? Вроде бы давно не наивная девочка, а в сказки верит. Деймон Таргариен никогда не перейдёт на её сторону. Скорее использует её и её ребёнка в своих целях, а потом уберёт со своей дороги. -... избавить от него... - голос Дерека прервал её мысли. Дракон стоял за спиной королевы и обнимал её за плечи. - Что? - недоуменно спросила она. Из-за своих мыслей она полностью проигнорировала слова Дерека. - Я о детеныше... - коснувшись её живота, повторил дракон. - Если он тебе не нужен, я могу избавиться от него. Алисента вздрогнула и накрыла ладонью его руку. Избавиться? Да, это был бы выход, ведь она не знала как повернется Судьба её сыновей. Будут ли они дружны? Или же вражда проникнет в их сердца? Если не будет Эймонда, то они избегут множества проблем. Особенно с сохранением тайны его рождения, но... Избавиться просто только на словах, а на деле... Ещё раз взглянув на себя в зеркало, Алисента решительно вскинула голову. Когда она начала выбирать простой путь? Она, которая годами готовилась к тому, чтобы начать свой путь королевы, просто возьмёт и убьёт своего ребёнка? Да никогда! - Это мой ребёнок! - решительно сказала она, смотря прямо на Дерека. - Плевать, кто был донором спермы, главное, что его мать - я. Ты же поможешь мне? Дерек долго на неё смотрел, а потом поцеловал в макушку. - Я буду любить этого детеныша, так же, как Эйгона и Хелейну. Ни о чём не волнуйся. Однако тебе надо встретиться с королём и провести ночь в его постели. Встретиться с человеком, который чуть ли не обвинил её в убийстве? Алисента понимала, что это необходимо. Они не спали с Визерисом с тех пор, как он поправился, и это могло вызвать ненужные разговоры. Но чтобы осуществить задуманное, ей предстояло покаяться перед мужем. Покаяться... Ей ещё нужно каяться. Алисента была в ярости, хотела кричать и бить всё, что попадётся под руку, но сдержалась. Мысль о том, что она придёт в покои этого... Она не побоялась этого слова - червя, и начнёт извиняться, вызывала у неё отвращение. Она столько всего сделала для столицы, народа и династии, а в результате что получила? Негатив только потому, что король услышал слова какого-то придворного, который распустил слух, что принц Эйгон не просто оседлал священного оленя — это знак. Знак, что в будущем принц станет королём. Визерис зацепился за эту идею, и вся его любовь к сыну испарилась. Когда Алисента осознала это, она была в такой ярости, что отцу пришлось час её успокаивать. Именно тогда она приняла решение, что не позволит своим детям стать оригинальной версией себя. Нет, она костьми ляжет, но её дети вырастут в благородных людей. Таких, как их дед, принц Бейлон. Таких, какими Визерису никогда не стать. - Вечером я пойду к королю, - сказала она равнодушным голосом... Сказано - сделано. Вечером Алисента надела лёгкое платье и отправилась в покои мужа. Никогда ещё дорога до покоев мужа не была такой трудной. Мысль о том, что она, королева Семи Королевств, будет просить прощения у такого никчёмного человека, как Визерис, вызывала в ней бурю эмоций. И все они были отрицательными. В Визерисе ничего не осталось от того принца, которого она встретила в пятилетнем возрасте. Конечно, она знала, что рано или поздно это произойдёт. Она повторит судьбу своей героини. Ведь будем честны, несмотря на все её старания, Визерис так и не смог полюбить её. Она не Эймма, а Эйгон не Бейлон. Король был внимателен и учтив к ней, поддерживал все её идеи, но одно оставалось неизменным — она никогда не сможет сравниться с Эйммой. Алисента знала это, но такое обвинение, брошенное ей в лицо, словно плевок, вмиг перечеркнуло их хорошие отношения. Это была их первая серьёзная ссора за четыре года. Что ж, впредь она будет умнее. Дойдя до покоев, где нес караул сир Вестринг, она попросила сообщить королю о её приходе и стала терпеливо ждать. Когда перед ней вежливо распахнули двери, она сделала глубокий вздох и вошла. Визерис сидел перед камином, одетый в ночные штаны и рубаху. На её появление он даже не соизволил встать. Ещё раз вздохнув, Алисента уговаривала себя сделать это... Всего один шаг, и происхождение её ребёнка никогда не станет известно. «Давай, Алис, ты же сильная, это ведь такая малость. Один раз унизиться, чтобы потом получить всё. Визерис ещё поплатится за своё обвинение, но чтобы это произошло, первый шаг должна сделать ты...» И вот она наконец решилась. Сделав несколько шагов, Алисента обошла кресло и, оказавшись перед своим мужем, опустилась на колени. Визерис был настолько растерян, что даже немного испугался поведения своей жены. - П... Прости меня... - едва слышно произнесла она. - Я вспылила... Я понимаю, что ты очень любил королеву Эймму... Я... не знала, что... Орвиль... не скажет тебе про этот способ... Прости... Прости меня, м... муж мой... - Алисента уже не могла сдержать слез, но они точно были не от притворного раскаяния. Нет, они были вызваны обидой и унижением, которые она сейчас испытывала. Но главное - перетерпеть, а потом... Пройдёт время, и Визерис забудет об этом случае, но... ОНА НЕ ЗАБУДЕТ... Визерис, слушая свою жену, не знал, как ему поступить. У него был целый день, чтобы обдумать информацию, полученную от своего Десницы. В конце концов он пришёл к выводу, что зря обвинил Алисенту. Она не виновата в том, что Орвиль скрыл от него этот способ. По-хорошему, ему следовало бы извиниться перед супругой, но он не мог простить ей её несдержанность. Она посмела накричать на него, своего мужа и короля. Визерис - Таргариен, с драконьей гордостью, которая не позволяла ему извиняться перед андалкой. Он мог бы простить такой всплеск эмоций Рейнире, но не своей королеве-консорту, в жилах которой течёт обычная андальская кровь. Он и так слишком многое ей позволял. Она оседлала дракона? Король закрыл на это глаза, хотя драконы - наследие Старой Валирии. Она захотела улучшить жизнь черни? Он поддержал её. Она сделала корону из валирийской стали? Конечно, у него много вопросов, но даже здесь он милостиво разрешит жене оставить корону себе. И что он получил в ответ на свою доброту? Непокорность. Особенно от андалки. Визерис думал игнорировать жену, но она сама пришла к нему и теперь стоит перед ним на коленях. Визерис никогда никому не скажет, что в этот момент испытал поистине огромное наслаждение, видя гордую Хайтауэр такой... Выпытывающую его прощение... Такую жалкую... Наконец она поняла, где её место. У него в ногах. - Я не сержусь на тебя, Алисента! - наконец сказал он, хотя так и не сдвинулся с места, чтобы помочь жене встать. - Я тоже немного переборщил. Так что, давай просто забудем об этом. Преступник понёс наказание, и ладно. Сейчас я хочу лишь спокойствия в своём доме. Визерис встал и наконец помог своей супруге подняться. Он нежно приподнял её голову и стёр слёзы с её прекрасного лица. Да, именно такой она и должна быть - сломленной и покорной. Только такой он и представлял её в своих мечтах. Визерис страстно поцеловал её, а затем повёл в постель. Как же он соскучился по её телу! Но стоило ему прикоснуться к ней, как его начало клонить в сон. Мысли смешались, и Визерис, упав на свою жену, погрузился в глубокий сон. Наконец-то это закончилось. Слушая храп Визериса, она едва сдерживалась, чтобы не ударить его. Дерек не подвёл. Когда король, охваченный страстью, упал на постель, дракон использовал силу мысли и усыпил его. Дерек заверил её, что наутро король ничего не вспомнит, но, увидев жену рядом с собой, подумает, что провёл с ней ночь. И тогда, когда королева объявит, что она беременна, он не заподозрит ничего дурного... - Принц Эймонд, не надо такой агрессии, - голос Кристона прервал её размышления. Взглянув снова на площадку, она увидела, что её средний сын настойчиво пытается атаковать Джейкериса. Эймонд, её третий ребёнок, оказался самым трудным. Не в плане характера или поведения, а в том, что ей было тяжело выносить его. Квеберн даже подозревал угрозу выкидыша. Её постоянно тошнило, всё тело болело, и она почти всё время проводила в постели. В целом, третья беременность была самой сложной в её жизни. К счастью, рядом с ней всегда был Дерек. Когда он клал руку на её живот, от которой исходило слабое фиолетовое сияние, ей становилось гораздо легче. И, конечно, её дети. Четырехлетний Эйгон и двухлетняя Хелейна забирались вместе с ней на постель и прижимались к её животу, особенно когда ребёнок сильно пинался. Эймонд, словно чувствуя их близость, успокаивался. Когда прошло пять месяцев, в замке вздохнули с облегчением. Угроза жизни королевы и ребёнка миновала, и Её Милость снова была бодра и весела. Но это продолжалось лишь до родов. Как говорят повитухи, они были очень тяжёлыми. Были даже опасения, что королева не выживет, ведь она не могла разродиться уже вторые сутки. Все слуги не могли работать, молясь за свою добрую королеву. Члены Малого Совета были напряжены, а король заперся в своих покоях. Визериса всё ещё преследовали кошмары о том дне, когда погибла его Эймма. Поэтому он не хотел ничего знать о родах Алисенты. Лишь приказал сообщить ему, когда всё закончится. Рейнира же была в это время в замке. Сама принцесса была на пятом месяце беременности и поэтому не могла оставаться в стороне. Она присутствовала на родах, хоть мачеха и говорила, что ей необязательно это делать. Да, необязательно, но что-то толкнуло Рейниру сесть рядом и держать королеву за руку. Но это, скорее всего, будет в первый и последний раз. На третьи сутки королева наконец родила мальчика, которого назвала Эймонд. Её третий ребёнок был обладателем белоснежной кожи, волос цвета полной луны и... золотисто-изумрудными глазами. Теперь она могла вздохнуть спокойно. А вот её муж был не очень доволен, что читалось в его взгляде, хоть он и пытался это скрыть. Ей было не понятно, что Визериса не устроило. Цвет глаз или то, что ребёнок снова мальчик? Но ей лично было всё равно, что он думает. Сейчас она должна отдохнуть, а завтра выберет яйцо, которое положит в колыбель своего сына. Так она думала, но Визерис решил сам выбрать яйцо. Он сказал, что она уже дважды клала драконьи яйца в колыбель своих детей, и теперь его очередь. Она не возражала против того, чтобы отец положил в колыбель своего ребёнка яйцо. Но как же она ошибалась! Визерис принёс красивое серое яйцо и положил его в колыбель. Но как только он покинул покои, перед колыбелью появился Дерек и взял яйцо в руки. Он внимательно осмотрел его и зарычал, выражая своё недовольство. - Дерек, что произошло? - спросила она с тревогой в голосе. - Это яйцо мертво! - прорычал дракон с еще большей злобой. - Что? - воскликнула она, с изумлением переводя взгляд с дракона на несчастное яйцо, которое снова положили в колыбель её сына. - Думаешь, Визерис знал об этом? - Нет! Этот человек не настолько чувствителен, чтобы замечать такие вещи. Яйцо было мертво уже давно. Скорее всего, те, кто следит за кладками, знали об этом, но скрыли правду. Скрыли? Ну конечно. Драконоблюстители не любят её, и вот им представился шанс отомстить ей через её ребёнка. Она не может пойти к Визерису и предъявить обвинение, потому что тогда начнутся расспросы о том, откуда она узнала, что яйцо мертво. Похоже, её малыш всё же станет всадником Вхагарт... - Ваша светлость, посмотрите, сир Стронг напал на вашего защитника! - с недоумением воскликнула одна из фрейлин, прервав размышления королевы. Бросив взгляд на площадку, она увидела, как Харвина оттаскивают от лежащего на земле Кристона. Похоже, это Коль спровоцировал Костолома. Как жаль, что Стронг не может сохранять спокойствие в таких ситуациях. Их постоянные стычки стали уже привычным зрелищем, но никто не знает, почему наставник детей наследной принцессы и защитник королевы так сильно ненавидят друг друга. Хотя ответ, возможно, лежит на поверхности - в самих детях. Рейнира всё же подарила Стронгу двоих детей: Джейкерис был младше Эймонда на четыре месяца, Люцерис - на два года. И сейчас была беременна третим. Все мальчики были темноволосыми и кареглазыми, но это не смущало короля. Он любил своих внуков даже больше, чем собственных детей. К счастью, роль отца с радостью выполняли Коль и Дерек. Один из них был для них мудрым наставником и советчиком, а второй - учителем магии. - Давайте вернёмся в замок! - предложила королева. Она вернулась в свои покои и приказала накрыть на стол. Её дети скоро придут с тренировки, а после неё они всегда голодны. Когда слуги заканчивали ставить последнее блюдо, стражник известил, что пришли принцы. Войдя в её покои, они чинно склонили головы перед матерью, а потом семилетний Дейрон не выдержал и бросился в объятья Алисенты под добрые смешки старших братьев. Дейрон, её последний ребёнок, был самым красивым среди братьев. Белоснежная кожа, которая казалось сияет, волосы, цвета искристого снега и ярко - изумрудные глаза с золотистыми искорками. Дейрон был похож на своего деда, принца Бейлона. Такой же добрый и весёлый. Может по этому Визерис чуть теплее относиться к нему, чем к остальным сыновьям? - Как прошла тренировка? - спросила она сыновей. - А то, ты не знаешь, - хмыкнул Эйгон, проходя в покои матери и садясь за стол. Эймонд сел по правую руку от брата. - Ты же все видела. - Видеть одно, а когда сыновья говорят, совсем другое. - мягко парировала Алисента. - И где ваша сестра? Не успела она задать вопрос, как в покои буквально влетела её единственная дочь. Принцесса Хелейна была одета в белоснежное нижнее платье, поверх которого был надет розовый халат с разрезами на руках. Длинные волосы были собраны на затылке заколкой с розовым жемчугом, а стройную шейку украшал золотой медальон с гравировкой в виде паука. Да, в этом мире Хелейна также обожала разную живность, но при этом росла милой и доброй девочкой. При посторонних она была очень скромна, но когда она оставалась наедине с матерью и братьями, то превращалась в весёлый лучик света. Такой её могли видеть, только те, которым она доверяла. Хелейна ласково посмотрела на братьев, а потом вплыла в объятья матери. Да, Алисента сумела добиться того, что её дочь стала более тактильной, но это тоже появлялось на королеву и принцев, ну может ещё на доверенных фрейлин, а так Хелейна не любила прикосновения. Особенно Визериса. - Садитесь за стол, - сказала королева дочери и младшему сыну. - Я приказала приготовить ваши любимые блюда. - А отец - Кристон присоединиться к нам? - спросил Дейрон, садясь рядом с Алисентой. - Ты же знаешь, братишка, что он не любит сидеть вместе с папой - Дереком, - вместо королевы, сказал Эйгон и кивнул на лишний прибор, который стоял напротив Алисенты. Да, это так. Кристон не сильно жалует Дерека, но терпит его. Она решила рискнуть и раскрыла свою тайну некоторым преданным людям, показав истинное лицо Каннибала. Реакция у всех была одинакова. Коль и Крапива увидев полудракона, выхватили оружие и заслонили её собой, что очень понравилось Дереку. Анья, Квеберн и Нети тоже не остались в стороне, что позабавило дракона. Ещё больше он развеселился, когда Ларис пытался подняться, чтобы защитить свою королеву. В конечном итоге, Дерек сказал, что меч против него - это ничто, и рыцарю нет необходимости пытаться его убить, потому что он скорее умрет сам, чем причинит вред Алисенте. С большим подозрением Коль убрал меч и внимательно выслушал Дерека. Конечно, он был ошеломлён тем, что нечто подобное существует, но поклялся молчать. Остальные тоже принесли клятвы молчания. Что касается её детей, то Алисента с ранних лет внушала им, что они не должны обращаться к Дереку, когда рядом посторонние, и вроде у неё неплохо получилось. Что касается взаимоотношения Дерека с другими, то тут по разному. Анья и Нети просто стараются делать вид, что его нет. Все же он вызывает у них страх, а вот Ларис и Квеберн наоборот, хотят узнать о Дереке, как можно больше. Дракон не в обиде на женщин, а с мейстером старается проводить столько времени, сколько может, удовлетворяя его любопытство. Что касательно Коля, то тут они выработали холодный нейтралитет. Они оба оберегают королеву и заботятся о её детях, но не переходят личные границы. Так что, когда Коль обучает принцев оружию, Дерек не должен вмешиваться. Коль будет делать тоже самое на уроках магии. Да, её дети оказались чувствительны к магии. При чём все. Эйгон мог понимать язык драконов и управлять ими, Хелейна была провидицей, Эймонд обнаружил в себе способность к теням, а Дейрон мог понимать сущность человека и его истинные желания. Вот вам и напитали детишек магией дракона. Алисента даже не знала, что думать, но все приняла как данность. Ну правда, не бросит же, она своих детей из-за этого. К тому же Дерек взялся за их обучение и первым делом научил их контролю. Так что Алисента могла выдохнуть. Никто не узнает тайну её детей. - Коль просто не привык ко мне, - Дерек появился перел столом, чем нарушил ее размышления, сел на свое место. - Ему нужно время, - Рада видеть тебя, папа! - с улыбкой сказала Хелейна. Да, папой её дети называют Дерека, а отцом - Коля. Правда, это только в их общем кругу. На людях, дети называли Коля сиром, и только так. А вот Визериса исключительно королём, что тому очень нравилось, ведь он думал, что дети андалки прекрасно понимают своё место. Да, только дело не в этом, а в том, что младшие дети короля не переваривают человека, который дал им жизнь. Они прекрасно видят, как Визерис относится к Рейнире и к ним. И если изначально они хотели добиться внимания Визериса, то со временем перестали это делать. У них был лучший пример отца, к кому они могли обратиться за советом, и это точно не Визерис Таргариен. Да и как можно добиться внимание человека, который даже приглашение на общий обед игнорирует? Алисента всегда приказывает ставить приборы на шесть человек. Она то прекрасно знает, что Визерис не придёт, никогда не приходил, поэтому его место занимал Дерек. Но для слуг, это был прекрасная сплетня, что король не уделяет время своей семье. По столице уже гуляют слухи, что король не уделяет должного внимания детям от второй жены, и многих это возмущает. В основном это была знать, которая видела Эйгона новым королём. Для них непонятно, почему король ещё не объявил принца своим наследником, ведь он так ждал сына. Так почему?.. - Ладно, забудем об этом, - сказала Алисента. - Давайте насладимся обедом. К тому же, я все ещё жду ответа на свой вопрос, Эйгон! - Да, что говорить? - отмахнулся подросток. - Все как всегда. Начали с разминки, а потом был спаринг. Блэквуд опять полез на Элрика, за что получил по носу... Вот ещё одно отличие от оригинальной истории. У её детей появились друзья их возраста. Ох, сколько же нервов она потратила на эту авантюру, но все окупилось сторицей. Когда Эйгону исполнилось девять, она насела на короля, что принцу нужно окружение, почему бы не взять на воспитание сыновей из благородных домов? Сначала Визерис был против, ведь у его сыновей и так прекрасное окружение. А именно дети Рейниры. Алисента конечно не настраивала детей друг против друга,( просто не было смысла. Эйгон и Эймонд и так не особо хотели видеть племянников) но всё же хотела, чтобы её детей окружали разные люди. Так она всеми правдами и неправдами добилась своего. И вот уже шесть лет в Красном Замке не смолкают детские голоса. Чему Алисента очень рада. Но ещё она рада, что её дети смогли найти себе компанию. Так лучшими друзьями Эйгона стали Элрик Аррен и Рикон Тарли. Эти трое проказников поднимали на уши всех слуг замка. У Эймонда лучшими друзьями стали Реджи Редвин и Макс Бракен. Мальчики любили много читать и тренировки с мечом. У Дейрона был, только один друг его возраста, Сэм Тарт. Но как считала Алисента, лучше иметь одного хорошего друга, чем семь подхалимов. А именно такие и окружают юнцов - Веларионов. В их окружении были Блэквуды и Фреи. А вот с фрейлинами для дочери пришлось повозиться. Многие девочки хотели попасть в услужение к младшей принцессе, но не многих хотела видеть сама Хелейна, но в конечном итоге, они смогли добиться компромисса. Фрейлинами принцессы стали четыре леди с западных земель, Кассандра Баратеон из Штормового Предела и Александрин Айровунд из Дорна. Именно эти две девочки стали близкими подругами Хелейны которые сумели пробить её стену скромности. Смотря на своих детей, которые сейчас перешучивались между собой, Алисента не могла не улыбнуться. Её дети были очень дружны, не было ссор и обид. Особенно между Эйгоном и Эймондом. Конечно, когда Эйгону было восемь, он пытался жёстко шутить на счёт того, что у Эймонда не было дракона, да и Хелейну задирал, из-за её любви к насекомым, но Алисента быстро это пересекла. Хелейна была доброй девочкой и совсем не злопамятной, но после того, как Алисента наказала сына, тот не только извинился перед сестрой, но и стал проводить с ней больше времени, и даже помогать собирать бабочек, которые она потом заспиртовывала. А вот с Эймондом было сложнее. Мальчик очень переживал, что у него не вылупился дракона. Ведь даже у Дейрона он был. Ну да, тут Алис подсуетилась, и сама выбрала яйцо, что в конечном итоге привело к вылуплению сапфиро - синего дракона, которого назвали Король Неба. В общем Алисента старалась, чтобы Эймонд не чувствовал себя ущербным. Она брала его с собой в полет на Каннибале, и видя его улыбку, проклинала тот день, когда позволила Визерису выбрать яйцо для сына. Эйгон подшучивал над братом, не понимая, что больно ранит мальчика. Алисенте пришлось вмешаться. Она заперла Эйгона в его покоях, без возможности летать на Золотом Огне. А поскольку связь дракона и всадника очень сильна, то Эйгон был очень расстроен. Он просидел в комнате несколько дней, а потом начал проситься к своему дракону. Вот тогда у них и состоялся взрослый разговор. - Надеюсь, теперь ты понимаешь, какого Эймонду? - жёстко спросила Алисента своего первенца, когда он пришёл в её покои. - Мама, я... - плакал мальчик, но Алисента не позволяла себе сжалиться. Если она не донесет до сына такую простую истину, то потом будет уже поздно. - Ты находишься вдалеке от дракона всего пару дней, а теперь представь, какого Эймонду. Мы его семья и должны помогать и поддерживать друг друга, а не смеяться над несчастьем остальных. Это не красит тебя, ни как человека, ни как принца. - Я... - Эйгон вытер слезы и внимательно посмотрел на мать. Она была права. Ему действительно было больно находиться столько времени вдали от верного друга. - Я тебя понял мама... Я... извинюсь перед братом... Теперь Алисента могла мягко ему улыбнуться и прижать к себе. Она не любила проявлять излишнюю суровость к детям, но без неё никуда. В это время в покои вошёл Эймонд. Он не ожидал увидеть здесь брата, но мама обещала, что они пролетают перед ужином, вот он и пришёл. - Эймонд, милый, прости, но мы не сможем сегодня полетать! - отстранясь от Эйгона, сказала мама. Как же так? Она ведь обещала. - Прости, у меня слишком много работы. Давай... - А может Эймонд полетает со мной, - неожиданно предложил Эйгон, чем очень удивил не только брата, но и мать. - Конечно, если ты позволишь, мама... - Нуууу... Пусть решает Эймонд... - А... Я... Я не против... - немного подозрительно ответил мальчик. - Ну тогда пошли... Мальчики ушли, а Алисента могла лишь надеяться, чтобы у них наладились отношения. Принцы вернулись к вечеру. По тому как они перешучивались, Алисента могла сделать вывод, что первый шаг к примирению сделан... Нет, она точно прибьет Визериса раньше времени, и никто её не остановит. Месяц назад Рейнира родила третьего сына, которого назвали Джоффри. И полежав в постели всего пару дней, решила прибрать к рукам Хелейну. Она предложила брак между Хелейной и Джейкерисом. Визерис был в восторге от этого предложения. Ага, а кто обещал, что их дети сами найдут себе спутников жизни? Но это же Рейнира предложила, так почему бы и не забыть о своём обещании. Тьфу. Алисента потратила много времени, но все же сумела привить своим детям отвращение к инцесткой традиции валирийцев, и в этом ей здорово помог Дерек. Он не только рассказал, но и при помощи магии показал, как вырождались могущественные дома и гибла магия, когда родичи практиковали кровосмешение. И у них получилось. Дети ненавидели эту традицию, и как то даже заявили ей, что согласны вступить в брак с жителями из Вольных Городов, но только не на родичах. Ну, вряд ли до этого дойдёт, но Алисента будет иметь это ввиду. Она пыталась убедить Визериса, что нужно подождать или хотя бы спросить мнение Хелейны, но король упёрся. - Я все решил! Хелейна выйдет за Джейкериса! Помолвку решено было объявить через месяц, но пришло трагическое известие. Лейна Веларион, жена принца Деймона, скончалась... Король со своей свитой прибыл в Дрифтмарк лишь через две недели после того, как получил известие о случившемся. В Высоком Приливе собралось множество лордов и леди, желающих выразить свои соболезнования Корлису Велариону, Рейнис Таргариен и Деймону Таргариену. Однако до сих пор не было видно принцессу Рейниру с мужем и детьми. Хотя Драконий Камень находился недалеко от Дрифтмарка, принцесса, по всей видимости, покинула его в последний момент. Все были глубоко опечалены потерей Лейны, дочери Морского Змея, такой молодой и красивой. Особенно остро скорбела Вхагар, драконица, потерявшая свою всадницу. Даже за стенами замка Высокого Прилива был слышен её печальный и грозный рёв. Эймонд, глядя с высокого балкона на пляж, омываемый водами Узкого моря, где Вхагар, зарывшись в песок, предавалась своему горю, мог видеть, насколько она огромна и свирепа. Никто не осмеливался подойти к ней после смерти Лейны, опасаясь её гнева. Эймонд долго наблюдал за драконицей, а затем его взгляд обратился к морской глади. Погода стояла пасмурная, небо затянуто серыми тучами, и разглядеть что-то вдалеке было нелегко. Но на синей поверхности моря можно было легко заметить корабль с гербами дома Таргариенов. Он плыл с востока, со стороны Драконьего Камня. Надо же, его сестра наконец соизволила прибыть... Погребение Лейны Веларион прошло в мирной обстановке, согласно традициям её родного дома. Её тело было предано морю, и его поглотила вода. Многие присутствующие плакали, выражая свою скорбь и любовь к этой замечательной женщине - любящей дочери, жене и матери. Когда все закончилось, король решил отдохнуть. - Я пойду спать, Эймма! - сказал он... Алисенте. Она крепко сжала зубы, чтобы не ударить его. Он любил иногда называть её так, подчёркивая, кого хочет видеть на её месте. Он любил доставлять ей боль. Но она терпела. Ещё не время. Поэтому вздохнув, она гордо расправила плечи и решила отвести Дейрона спать. Уложив сына, она вошла в свои покои и переодевшись легла спать. Разбудил её драконий рев. Вскочив с постели, она бросилась на балкон, стараясь что-то разглядеть в ночной мгле. И вот в ночной темноте снова раздался рёв Вхагар. Освещаемая светом луны и звёзд, драконица начала свой величественный полёт, устремляясь в небо. Неужели... Эймонд, её мальчик стал всадником, как всегда хотел. Улыбка озарила её лицо, но она тут же помрачнела, потому что... Драка... Её сын... Надо успеть. Алисента даже не позаботилась надеть халат, выбежала из покоев и мигом бросилась по коридору, необращая внимание на крики стражников. Только бы успеть. Не успела. Её сын лежал на песке и держался за лицо, а четверо ублюдков стояли рядом и даже не пытались позвать на помощь. - Эймонд!!! - в ужасе закричала Алисента. Дети вздрогнули от её крика, быстро обернулись. Джейкерис. Бейла. Люцерис. Рейна. Ну конечно разве могло быть иначе. Хотя ей сейчас не до них. Она нужна сыну. Растолкав детей, она подхватила сына на руки и со всех сил, бросилась в замок. Ей нужен Квеберн. Срочно. - Моя... Твою мать... - не сдержался Коль, когда увидел раненого воспитаника на руках у королевы. - Зови Квеберна Кристон! - не церемонясь, потому что сейчас не до соблюдения этикета. - Быстро! Рыцарь забрал у неё сына и побежал к мейстеру, который нашёлся очень быстро. Оказалось, он увидел полет Вхагар и решил, хоть издали понаблюдать за драконицей, но не предполагал, что тут такое. Они отнесли Эймонда в зал, где Квеберн начал осмотр. Рана была очень глубокая, которая пересекала половину лица и задела глаз. - Не томите, мейстер Квеберн! - нервно попросила она. Хотя и так знала вывод. Знала, но гнала его от себя. Может обойдётся?.. Пожалуйста... - Глаз потерян, моя королева! - с трудом сказал мейстер. Он с жалостью смотрел на королеву, которая казалось застыла, а потом её глаза наполнились слезами и она крепко обняла сына. Квеберн её понимал. Ему и самому не верилось, что с их принцем могло такое произойти. У кого вообще поднялась рука на сына королевы? В зале начали появляться люди. Первыми в зал вбежали дети королевы. Среди них был даже Дейрон, который должен быть в постели. Увидев раненого брата, все бросились к нему. Начали спрашивать кто это сделал, но принц не успел ничего сказать. В зал вбежала наследная принцесса, которая словно пылала от ярости. - Алисента, как твой сын посмел оскорбить моих детей? - Что? - непонимающе посмотрела на принцессу Алисента, а когда до неё дошла суть претензии, вспылила. Вскочив на ноги, она закричала в ответ. - А ты не хочешь побеспокоиться о здоровье своего брата? Это твой сын выколол ему глаз! Мне просто интересно, куда он на самом деле целился? - Да как ты смеешь... И поднялся крик. Кричали все: дети и взрослые. В этом хаосе каждый пытался обвинить другого, и так продолжалось до тех пор, пока не появился король Визерис. Он попытался разобраться в происходящем, но, не получив никакой полезной информации, приказал всем замолчать. -Что же произошло? Говори, Эймонд! - строго потребовал Визерис у мальчика, который едва держался, чтобы не упасть в обморок от сильной боли. - Твоего сына покалечили, Визерис! - негодовала королева. - Это был несчастный случай, - Рейнира заслонила собой детей, которые прижались к матери, чтобы не видеть гнева королевы. Такую они впервые её видели. -Несчастный случай? - переспросила с недогованием Алисента. - Люцерис, что, размахивал кинжалом перед лицом моего сына? Ну объясни мне, как такое возможно? - хоть она и была в ярости, но это не помешало ей отметить, что падчерица была изрядно помятая, а на её шее были отчетливо видны следы поцелуев. Которые явно не принадлежат мужу, учитывая слухи о нём. - Эймонд напал на моих детей. Украл Вхагар. И подлым образом оскорбил. - бросалась обвинениями Рейнира, даже не понимая, что среди присутствующих лордом и леди, она роет себе могилу. Потому что они не слепые, и тоже отметили метки, которые украшают шею их будущей королевы. И то, что она пришла в компании Деймона Таргариена, который тоже был изрядно помят. - Как оскорбили? - один только Визерис ничего не заметил. Он был больше встревожен оскорблениями в адрес внуков. - Отцовство моих сыновей было поставлено под вопрос, - твёрдо произнесла Рейнира. - Что? - разъярился Визерис. - Он назвал нас бастардами, - подал голос Джейкейрис. - Мои дети унаследуют трон, ваша светлость, - продолжила Рейнира. - Это высшая форма измены. Я хочу, чтобы виновные ответили за свои слова! Принца Эймонда следует допросить, чтобы узнать, где он услышал подобную клевету. Визерис сделал шаг в сторону покалеченного сына, но на его пути встала супруга. - Только через мой труп, ты будешь допрашивать сына! - грозно сказала она, а потом посмотрела через плечо на Эйгона и продолжила. - Эйгон, забери братьев и сестру. И проследи, чтобы Эймонду наложили повязку. - Алисента, как ты смеешь? - возмутился Визерис. - Я должен узнать, откуда Эймонд узнал эту ложь! - И эта информация важнее здоровья и жизни нашего сына? - прищурившись, посмотрела она на человека, который ранее вызывал у нее приятные чувства. - Всё это можно узнать и потом. Сейчас Эймонду нужна помощь мейстера. Эйгон был полностью согласен с матерью, поэтому подхватив брата на руки, он кивнув Дейрону и Хелейне, отправился к выходу. - Эйгон стой! - властно сказал Визерис. - Я не разрешал тебе уносить Эймонда. Сначала нам надо узнать, где ты услышал эти слова. Это приказ короля! Эйгон замер. Любой у кого есть глаза, заметил бы, что у принца сильно напряглась спина. Те кто его хорошо знают, сразу поняли, что принц в ярости. Хелейна прижала к себе Дейрона и обеспокоенно посмотрела на старшего брата. В таком состоянии его лучше не провоцировать. Эйгон развернулся и не скрывая презрения, сказал : - Хочешь узнать, откуда пошли слухи? Так спроси людей на улицах, спроси менестрелей, поинтересуйся у знати. Почему так любимые тобой внуки заработали такую репутацию, а меня сейчас интересует здоровье моего брата. И не сказав больше ни слова, Эйгон вышел из зала, не обращая никакого внимания на приказы короля вернуться. Младшие дети королевы тоже посмотрели на отца, в котором полностью разочаровались и ушли. - Так ты воспитываешь моих детей, Алисента? - кричал король на супругу. - А по - моему, я воспитала замечательных детей, - гордо сказала Алисента. - Они переживают друг за друга, и это самое главное. А теперь к делу. Я требую, чтобы принцев Джейкериса и Люцериса, а также принцесс Бейлу и Рейну, наказали. - Что? - взвизгнула Рейнира. - На каком основании? - Нападение на сына короля. Нанесение тяжелого увечья, которое угрожает не только здоровью, но и жизни принца. Я думаю, этого достаточно для наказания. - холодно сказала Алисента. - Эймонд украл дракона моей матери... - начала Бейла, но быстро сникла под суровым взглядом королевы. - С каких это пор драконы стали передаться по наследству? - от тона Алисенты можно было получить обморожение. - Что-то я это пропустила. А если кто-то из вас хотел седлать Вхагар, то надо было действовать, а не ждать у моря погоды. Мой сын - Таргариен, он имеет полное право на наследие Старой Валирии. - С каких это пор, ты стала драконоблюстителем, дорогая сестрица? - ехидно спросил Деймон, защищая дочь. - Не нужно быть драконоблюстителем, чтобы знать такие мелочи. Мой сын имел полное право оседлать свободного дракона, как сделал ты, дорогой братец, когда оседлал Караксеса, и что-то я не вижу у тебя шрамов на лице. Хотя принцессе Рейнис наверняка было обидно, что ты оседлал дракона её отца, как и тебе, когда Меилис стала драконом принцессы Рейнис. Деймон помрачнел после этих слов, но был вынужден признать, что Хайтауэр права. Пекло, после стольких лет, она все ещё способна заткнуть его. - Не вмешивайся, брат! - влез король, которому не понравилось, как Деймон смотрел на его собственность. - Я сам разберусь со своей женой! Деймон послушно отошёл и встал рядом с дочерьми. - Алисента всю эту вражду пора прекращать! - вскричал король. - Мы же одна семья. Мне надоели эти распри. Принесите свои извинения друг другу в знак доброй воли... - То есть добрая воля вернет моему сыну глаз? - перебив его, прошипела Алисента. - И что мне сделать, Алисента! Глаз мне Эймонду не вернуть! - Я уже сказала, принцы и принцессы должны быть наказаны. Простых извинений недостаточно! Иначе, что это получается? Принц покалечил своего родича, а ему ничего за это не будет? - Моих сыновей... - начала было Рейнира, но Алисента не собиралась её слушать. - На слова отвечают словами, а не выкалывают глаз. И это будущий лорд Высокого Прилива? А наследный принц Железного Трона, который просто стоял и даже помощь не догадался позвать? Это наше будущее? В таком случае мне стыдно за Великие Дома, которые допустили такое воспитание! Звук пощёчины стал громом среди ясного неба. Все неверяще смотрели на короля, который позволил себе ударить свою жену. - Ты перешла грань, Алисента! - кричал Визерис. - Не забывай с кем ты говоришь! - О, я помню... - она подняла голову и провела язычком по разбитой губе. Сил этот выродок не жалел. Слез не было. Он их не заслужил. - Но и ты не забывай, Визерис... Я - Хайтауэр! - И что это значит? - не понял он. - Это все значит... Раз уж ты так защищаешь своих внуков, то и ищи им новых невест. Свадьбы не будет!