Часть 40

Увидев её в первый раз, Хуа Чен почувствовал к ней неприязнь. Она так быстро вылетела, заслонив собой Се Ляня, что сразу не понравилась. Но Хуа Чен понял её опасения,простил вспышку и даже обрадовался, что в окружении его Бога есть преданный человек. Правда,радовался недолго — пока не понял, что этот самый человек забрал его мечту, даже не осознавая этого. Заполучил то,что Хуа Чен запретно желал. Первый звоночек прозвенел в день, когда он предстал в облике Саньлана. Насколько она была дорога Се Ляню,что тот позволял ей решать, что делать в его храме? А та статуэтка— из каких драгоценных камней она была сделана, что сияла и днём и ночью? Хуа Чен оттачивал своё мастерство годами,встав вровень один на один с великими мастерами. Так почему он не смог вспомнить ни одного такого камня, что был бы способен передать сияние его Божества? Эта Ли Лу обошла его по всем фронтам. Впервые за долгое время Хуа Чен чувствовал себя так униженно и так растерянно. С одной стороны, её больше не хотелось видеть рядом с Се Лянем. Не хотелось испытывать подобное унижение, наблюдая, как рушатся все твои надежды. А с другой— чем-то девчонка всё-таки понравилась Хуа Чену. Он может признать, что они неплохо провели время. Но не настолько, чтобы отдавать этой жрице самое ценное! Вот только его Божество само выбрало Ли Лу. Только те,кто не желают о своём решении, могут такой заботой заправлять чужие волосы за ухо, нежно желая приятных снов. Это причиняло боль. Разбивало сердце. Возвратившись в свой дворец,Хуа Чен единственное, что мог делать, — это бессильно зажимать кулаки. Его не выбрали. Нет,вернее — он опоздал. И теперь Хуа Чен не знал,что делать. Он не мог навредить тому, что так дорого его Богу, его любви. Но и так просто сдаваться он не желал. Хотя уже вторая попытка пошла крахом. Его Высочество было так напряжённо,играя с ним, что Хуа Чен не стал его тревожить дольше положенного. Но он так улыбнулся, стоило крылатой подойти. Он опоздал. Опоздал на двести лет. И это только его вина. В миг и за спиной послышались какие-то звуки. Обернувшись, Хуа Чен увидел знакомую жрицу. Она выглядела напуганной, сжимая свои одежды по бокам, пряча глаза, будто готовилась принять удар. Но несмотря на страх, в глазах пылала решимость. Она уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но Хуа Чен опередил её: —Я не злюсь на тебя, — ровно произнёс он, смотря в глаза жрице. — Хотя при виде тебя я вспоминаю о своей неудаче. Крылатая в растерянности закрыла рот, уже не зная, что спросить, а потом дёрнула головой, будто отгоняя от себя что-то, и прямо посмотрела на него. Она находилась вдали от него,где-то в пяти-шести шагах, но взгляд был настолько изучающий, что чувствовалось, как она перемещает внимание с лица на тело. Между ними воцарилась напряжённая тишина,в которой Ли Лу набиралась смелости, украдкой бросая на Хуа Чена взгляд. Вздохнув в лёгкие побольше воздуха и по-прежнему сжимая руки в кулаки, она произнесла: —Что ты чувствуешь к Се Ляню? Вопрос был неожиданный. Неужели она почувствовала? Конечно,Его Высочество говорил, что она очень чувствительна, но неужели настолько? Что он чувствует к Се Ляню? Он мой Бог. Мой смысл. Моя любовь. На протяжении сотен лет я искал его,ждал встречи. Делал бесконечные статуи и портреты, стараясь запомнить не только в памяти лик своего божества, но чтобы и мои руки его помнили. Каждую черту, каждую улыбку, каждый взгляд. Я хранил это в своей памяти, с жадностью относясь к каждой детали воспоминаний, несмотря на то что там я был жалок. Для меня и так было понятно,что я чувствую. И желание делиться этим с… Соперником? Победительницей,что обошла меня? Я даже не знал,как к ней обращаться. —"Она бы очень хотела подружиться с тобой, "— всплыл в памяти голос Его Высочества. Подружиться? Это какая-то каторга? — Он мой смысл! Моя жизнь и моя любовь! — ответил он честно, пусть и скривил лицо, смотря на Ли Лу. Если это сказал Его Высочество,Хуа Чен попытается это сделать, несмотря на трудность. Крылатая застыла, будто ныряя в свои размышления. На её лице появилась грустная ностальгическая улыбка. Она подняла на меня понимающий взгляд, кладя свои руки на сердце. —Я понимаю тебя, — заявила она. Понимает? Тогда уйди от него. —Я знаю, как это — жить ради одного человека… — продолжила она, сжимая ткань одежды на груди, будто то, что она говорит, причиняет ей боль. Жрица отвела взгляд в пол, тихо произнесла: — Должна признать, ты выбрал лучшего человека для своего сердца. Её голос звучал с тоской, горечью и завистью, от чего Хуа Чен опешил. Она так защищала Его Высочество, прыгнула в яму, сражалась с армией Баньюэ и Юнань, дабы исполнить его мечту, даже перед ним она встала, чтобы защитить его. А теперь узнаётся,что она живёт ради другого? —Кто в твоём сердце? Если не Се Лянь, то кто? Он устранит соперников Его Высочества в борьбе за сердце… Безжалостно отрубит ему голову,лишь бы его любовь не испытала того, что чувствует сейчас он. —"Или… "— засветилась алчная мысль в голове, злобно усмехаясь, —" я буду рядом с Его Высочеством, дабы утешить…" Но он быстро отогнал такую мысль. На сей раз опешила уже Ли Лу. —Се Лянь очень дорог мне! — воскликнула она, а потом, потупив взгляд, сказала уже тихо: — Просто я и так очень долго цеплялась за чужие желания и хочу пожить для своих… Звучало как-то несвязно, но смысл был понятен. Понятен для любого другого существа — кроме Хуа Чена, что всю жизнь отдал Се Ляню. Это звучало как предательство своего смысла. Но пусть Хуа Чен не так хорошо знал Ли Лу, он, видя, как она старалась ради его Бога, понял: чтобы уйти от своего смысла жизни, должна быть не менее серьёзная причина. Нахмурившись,он вспомнил всё, что узнал из уст Се Ляня о крылатой. Какая-то богиня Юй Цзе создала Ли Лу на небесах, а потом её убили, та погрузилась в медитацию и встретила Се Ляня. На данный момент это всё. — Какие у тебя отношения с Юй Цзе? — задал вопрос он, потирая подбородок. Что может заставить человека отвернуться от своего смысла жизни? Что для этого должно произойти? В голове Хуа Чена не могло быть такой мысли. У него никогда не было желания отворачиваться от Бога. Даже видя его и в худшие времена. Но как же интересно— что могло заставить такого же преданного человека отвернуться? Или она вовсе не такой уж преданный человек… Лицо крылатой помрачнело. —Всё сложно, — кратко сказала она и быстро сменила тему. — Лучше скажи, что ты чувствуешь ко мне? Я раздражаю тебя? Я же возле Се Ляня почти постоянно и не даю тебе ни шанса… —Да, ты усложняешь мне жизнь, — просверлив её взглядом, быстро ответил Саньлан. Та съёжилась,неловко улыбнувшись. —Ясно, мазолю глаза… Жаль, я хотела подружиться, — пробубнила себе под нос Ли Лу, а потом, придумав что-то, резко подняла голову, громко и даже как-то виновато воскликнув: — Если ты захочешь побыть с Се Лянем наедине, ты только скажи, и… —Мне не нужны твои подачки, — резко перебил её демон, выставив ладонь в знак «стоп». — Мне уже пора идти, меня ждёт Его Высочество, — оборачиваясь к ней спиной и продолжая свой изначальный путь, произнёс Хуа Чен, оставляя растерянную Ли Лу позади.